Цель и смысл поста

Оглавление:
  Цель поста и страсти
  Степень поста, — в зависимости от физического здоровья и болезненных состояний
  Пост — средство, которым надо пользоваться благоразумно, а не безумно. Ложное понятие о посте
  Неестественное состояние и естественное. Когда нет пользы от телесного поста
  Если человек умирает от поста
  В гостях во время поста
  Желание по естеству и страсть
  Искоренение телесного сладострастия и пост, соединяющий с Богом или дьяволом. Вначале борьба с чревоугодием. Для чего пост и об истинном посте
  О прощенном воскресении


Цель поста и страсти

Аноним:  Для чего нужен пост, и как правильно его соблюдать?


О.Серафим:  Цель и смысл поста нужно рассматривать с учетом телесного естества человеческого, его растительной силы, которая требует поддержания и восполнения. Сам по себе внешне-телесный пост не искореняет страсти телесные. Потому что они живут не в теле, а являются от неправильной направленности в нашем духе. Телесное желание не искоренишь само по себе, потому что оно естественно телу, такова его природа. И природы мы не должны уничтожать.

Так как дух человека после падения извратил свою направленность, то стал искать себе удовлетворения не в Творце и Создателе своем, а через посредство удовлетворения телесных и душевных желаний. Поэтому человек стал удовлетворять телесные потребности не в согласии с природой естества, а с целью получить удовлетворение и услаждение помимо Бога, сам в себе, – в угоду своего духа самости. Через это потерял в удовлетворении естественных телесных и душевных потребностей меру, впал в грех. Поэтому и необходимо научиться правильно давать этим естественным телесным желаниям, – меру, место и время. Удовлетворять их настолько, чтобы тело могло совершать свои обычные каждодневные труды, — что и есть естественное состояние тела человека.

Значит внешне-телесный пост, т. е. вкушение постной пищи, сам по себе не искореняет страсти. Он только лишь ослабляет плоть, делает ее более немощною, – чтобы у физически крепких людей она слабее влияла на дух и это помогало им в борьбе со страстями. Но если кто-то надеется на внешне-телесный пост, как на искоренение через это страстей, — то это неправильно.

Борьба ведь у нас не против тела, которое является лишь средством для удовлетворения страстей. Мы боремся не против средств, через которые удовлетворяются наши страсти, — это бессмысленно. Нам нужно искоренять сами страсти. А страсть, как мы выяснили, – не в теле, а в душе. Страстью называются неоднократные и постоянные проявления нашего духа, вошедшие в навык, привычку, который стремится получить удовлетворение самостно-гордостного духа, первородного греха, через посредство телесно-душевных желаний и чувств. Если это стремление духа ищется через посредство телесных желаний, то это называется — телесные страсти; а если оно ищется через посредство душевных желаний, — душевные страсти.

Страсть искореняется тогда, когда из духа исторгается желание — удовлетворять естественные телесные и душевные потребности без меры, не к месту и не ко времени.

Цель поста — ослабить плоть, сделать ее более немощною. Значит заранее уже предполагается, что плоть не слабая и немощная, а здоровая и крепкая. Вот поэтому-то и надо ее ослабить, чтобы она была помощницею в борьбе со страстями. Когда плоть ослаблена, — телесные желания затихают, и выступают более душевные страсти. Телесные страсти уходят как бы на задний план, и душа более раскрывается, становится более доступною и для бесов и для ангелов. Потому что, если тело ослабленное, то бесам через тело уже труднее разжигать телесные страсти, и тогда они более приступают к душе.
И если человек не борется с душевными страстями или борется, но не правильно, то он посредством поста еще удобнее сближается с демонами, по настрою своего духа. Если же человек правильно проходит борьбу со своими душевными страстями, то посредством поста он удобнее соединяется с ангелами и с Богом, в духе. Поэтому те, кто постится и молится, но не ведет борьбы со своими страстями или ведет ее неправильно, то они еще более разжигают в себе страсти и входят в общение с демонами, по настрою своего духа. Пост, как писал свт. Игнатий Брянчанинов, есть палка с двумя концами, — можешь им бесов побить, но можешь и себя.

Степень поста, — в зависимости от физического здоровья и болезненных состояний

Все правила о посте относились к людям физически крепким и здоровым, каковы и были люди в древности. С учетом их физической крепости и здоровья и был назначен такой пост, писались в древности правила о внешне-телесном посте. Соответственно, если современные люди не обладают такой физической крепостью и здоровьем, как люди в древности, то они и не могут исполнять всех тех внешних предписаний и правил о посте. То есть, у них нет нужды соделывать свою плоть более немощною, так как она у них уже немощная, в той или иной степени. И исходя из степени немощи плоти и назначается степень телесного поста или он вообще не нужен, так как плоть и так уже немощна.

И так как цель телесного поста ослабить крепость плоти, сделать ее более немощною, значит нужен он для имеющих здоровую, крепкую плоть, подобно древним людям, или имеющих какую-то степень крепости здоровья. Вот по степени телесной крепости и здоровья и определяется степень поста. То есть каждый должен определять себе степень поста сам для себя, учитывая свою телесную крепость, род жительства и каждодневные занятия. У кого-то организм в таком состоянии, что ему и хлеб с водой будет более полезным, чем другая пища, так как даст крепость телесную. А кому-то от этого будет физически хуже. – Для кого пост идет на пользу, то вот и надо поститься. А кому-то вредно поститься по состоянию его здоровья. – Поститься или поститься в какой-то степени, или вобще не поститься – это определяется по состоянию здоровья.

И так как раньше в основном люди были крепкие здоровьем, поэтому правила церковные с учетом этого и писались — для большинства. Но были в правилах и предписания на исключительные случаи, — на случаи болезни. Болезнь делает плоть более немощною, чем и достигается цель поста. Поэтому и степень поста для них ослаблялась.
И если раньше люди были здоровее, и от телесного поста их плоть становилась более немощною, но при этом они могли нести обычные повседневные труды, то современные люди стали слабее и болезненней, что уже само по себе приводит к ослаблению плоти, делает ее немощною.

Вот какие советы по поводу телесного поста дает свт.Феофан Затворник: «Кушайте рыбу, когда немощны. Бог благословит. Тут нет греха, когда делается по необходимости, а не по прихоти. А когда станете говеть, тогда воздержитесь, если будете крепки; а если нет, то воздержитесь день-другой перед самым причастием; даже и без этого можно, когда немощь». «Никаких нет законов убивать себя, коль скоро известно, что постное расстраивает здоровье. И св.Пахомий в уставе написал, монахам больным есть мясо, если то нужно для здоровья». «Относительно поста, когда нет здоровья, — терпение болезни и благодушие во время ее, заменяет пост. Потому извольте употреблять пищу, какая требуется по свойству лечения» («Мудрые советы» свт. Феофана Вышенского, стр. 520, 521, 538).

В зависимости от состояния тела – определяется степень телесного поста. Если тело крепкое, то телесный пост можно нести строже, если послабее — то и пост послаблять. Но есть такие состояния тела, когда оно имеет лишнюю массу или лишние соки и по этой причине немощно, болеет — то таким людям нужно поститься. Такие люди от телесного поста могут получить выздоровление, т.е. приведут тело в естественное состояние. Вот что пишет по этому поводу свт.Феофан Затворник: «Пост и вообще постническая жизнь — лучшее средство к сохранению здоровья и процветанию его».

Но бывают болезни другого рода, и если на такого налагать пост, крепость тела теряется, выходит из своего естественного состояния; тело становится немощным до такой степени, что не может нести необходимые, повседневные труды. В таких случаях телесный пост надо оставлять. Ведь и Господь говорил, что, не человек для субботы, а суббота для человека; а Св. Отцы, толкуя эти слова Христа, говорят, что не человек для поста, а пост для человека. Оттого, что человек не ест скоромную пищу, это его к Богу не приближает и не удаляет.

Если болезнь приводит к немощи, да еще телесный пост ослабляет, то человек сляжет и тогда потребуется за ним уход. А бесы рады, пользуются моментом, чтобы навести на него уныние, отчаяние, чтобы человек совсем оставил подвизание в борьбе со страстями. Св. Исаак Сирский пишет про одного брата. Брат этот был очень усердный в борьбе со страстями, в делании добродетелей и нес строгий пост. По усердию своему он пошел к старцу за советом, чтобы еще более усугубить пост и труды. Но старец ему запретил, еще и посоветовал наоборот — поддержать свое тело. Потому что от изнеможения можно дойти до уныния и всё потерять, оставить и то делание, какое уже есть.  

При тех болезнях, при которых тело через пост приходит в еще более немощное состояние, — то наоборот можно тело поддержать пищею. Вначале можно пробовать вкушать какую-либо более подходящую пищу постную. Если этого недостаточно, то можно подобрать пищу скоромную, какая наиболее подходит. Можно из скоромной пищи подобрать наиболее подходящий продукт, по состоянию здоровья, для поддержания телесных сил; а от остальных скоромных продуктов воздерживаться. Вот и будет воздержание, — телесный пост.

Если человек в нормальном, естественном состоянии, то пища для него — пища. Если же пища выводит его из нижеестественного состояния (телесной немощи), то она уже — лекарство.
Если здоровый человек легко переносит пост, он его не приводит к нижеестественному состоянию, а наоборот — приводит в естественное состояние; больной же человек может ослабеть еще больше, и для него это уже будет не пост, а голодовка, — и может привести к унынию. В таком случае нужно наоборот поддержать тело теми продуктами, которые более идут на пользу.

В наше время много людей хронически больных; и если они по этой причине немощны телом, то им нужно себя поддержать; чтобы, хоть как-нибудь, могли чего-то делать. Пища сама по себе — ничто: она не приближает к Богу и не удаляет от Него. Удаляют нас от Бога наши страсти.

Пост — средство, которым надо пользоваться благоразумно, а не безумно. Ложное понятие о посте

По учению восточных религий — в мясе много негативной энергии. И если кто будет есть мясо, то будет набираться этой энергии. Но мы знаем, что бесы более всех богаты негативной энергией, так как они одержимы всеми страстями, но при этом ни мяса, ни другой пищи — никогда не едят. Не в пище — негативная энергия. Господь, когда проповедовал, то ел и пил, что ему подавали, но только в меру, как прилично святым. 53-им пр., Св. Апостолов, Церковь предает анафеме тех, кто: гнушается браком, как скверною; не ест мяса и не пьет вина по той причине, что в них скверна — негативные энергии. Воздержание же от брака, мяса и вина, ради благочестия, Церковь похваляет. А Церковь действует, только в согласии с Духом Святым.

Итак, пост — средство, а не самоцель. Средство, вспомоществующее в борьбе со страстями, и пользоваться им нужно благоразумно — а не безумно.

Людям здоровым полезно поститься. Людям более немощным можно поститься, но выбирать степень телесного поста — по степени крепости тела. Если человек больной и болезнь такого характера, что тело немощное и требуется поддержка в скоромной пище, пусть подбирает себе соответствующую пищу — ту пищу, которая наиболее ему подходит, по его болезненному состоянию.

Вот что пишет по этому поводу свт. Игнатий Брянчанинов: «Письмо твое, любезнейшая сестра, от 12-го Ноября я получил, и, хотя писал на прошедшей почте, — пишу и на нынешней, чтобы доставить тебе при твоем лечении и совершенном уединении какое-нибудь развлечение…
Непременно кушай говяжий бульон и другую нужную по требованию твоего тела мясную пищу. Церковь положила в известные времена воздержание от мясной пищи для того, чтобы непрестанно употребляемая мясная пища не разгорячала безмерно тел, чтобы они на растительной пище постного времени прохлаждались и облегчались, а не потому, чтобы употребление мяса заключало, в себе собственно, какой-то грех или нечистоту. И потому удаление от мяса, при необходимости и болезни, есть грубый предрассудок русского человека, обременившего небесную религию многими своими национальными дебелостями, оцеживающими комара и пожирающими верблюда.
В России, — потому что христианской верой занимаются очень поверхностно и грубо, идут к познанию Христа семинарией и академией, которых Христос не установил, а оставили очищение себя святыми подвигами, которое Христос установил и заповедал, — пребывают вне истинных, живых понятий о вере Христовой. — Какое Христианское образование найдем в России?
В простом народе, наиболее излишнюю, скрупулезную привязанность ко всему вещественному, к форме, — от чего родились расколы; — недостаток, крайний недостаток в познаниях и ощущениях духовных.
Этот же недостаток в обществе образованном: к нему присоединяется небрежение к форме, странно-соединенное с врожденным, усвоившимся уродливым уважением к этой же самой форме. — Вы встречаете человека образованного нынешним образованием, заимствованным из развращенной Европы, умеющего расшаркаться, извернуться, быть ловким на балу, в дипломатическом салоне, имеющего о всех предметах кое-какой, свой, по большей части бестолковый толк; — Вы находите в нем по отношению к религии неверие, скептицизм, и, внезапно, рядом возле философского скептицизма Европы грубое суеверие, предрассудок глупый и смешной избы русской; он ни за что не сядет тринадцатым за стол, — чрезвычайно обеспокоится, когда соль будет просыпана, — оплевывается на все стороны при встрече с попом или монахом. В человеке, который хвалится своим разумом — две крайности, две пропасти погибельные: неверие и суеверие!
Где же вера чистая, святая? — Ее нет ни в слепых односторонних приверженцах формы, ни в превозносящемся разуме и премудрости человеческой, разуме и премудрости падших, отверженных Богом. Вера, святая вера! Вера — око, которым одним ум человеческий может усмотреть и зреть Святую Истину!.. Шествие ее по пути узкому и прискорбному, ведущему в жизнь, по пути, почти безлюдному, шествуемому весьма немногими. Ведет человека по этому пути Евангелие. — Подробное изучение веры Христианской и всего, ведущего к точному познанию Христова учения, содержит в себе разрешение множества недоумений, рожденных неверием и суеверием.
Церковная история сохранила нам следующее событие первых времен христианства. На острове Кипре, был великой святости епископ Спиридон Тримифунтский, живший в конце третьего и начало четвертого столетия, присутствовавший на первом Никейском Соборе, муж, совершивший великие знамения. В Четьих Минеях есть житие его (см. первые числа Декабря).
На первой неделе Великого Поста, в пятницу, пришел к нему странник, Христианин. При епископе жила дочь его. Епископ говорит дочери: «Нет ли у нас, чем угостить странника?» Дочь ответила: «Отец мой! Ты не вкушаешь ничего в эту неделю, и я стараюсь подражать тебе: поэтому у нас нет никакой пищи приготовленной; а есть от мясоеда остаток свиного мяса». Епископ говорит: «Поставь это мясо на стол и приготовь нам трапезу». Дочь исполнила приказание отца; угодник Божий пригласил к столу своего гостя и сам сел с ним, чтобы кушать. Странник сказал: «Я — христианин, — и не ем мясного в Великий пост». Епископ отвечал ему:
«Потому-то, что ты Христианин, а не жид, — и должен ты есть: мы воздерживаемся от мяса не потому, чтобы оно было нечисто, или чтобы в этом была какая-то добродетель, как воздерживаются от него жиды, но чтобы телеса наши не отягчились объедением и пьянством».
— Эта повесть — в одной из драгоценных книг моих, в которых много интереснейших и полезнейших событий и преданий первенствующей Христовой Церкви.
Людям полезно объяснять подобные обстоятельства, не страшась уязвить суеверие (надо носить немощи ближних, но не растить потачкою их предрассудки). Бог, видя прямое твое намерение, подействует во благо на их сердца. Мне привелось видеть этому примеры.
Как древние христиане ставили превыше всего Евангельскую заповедь, а по ней уже чтили и Церковное предание! Преподобный Кассиан, отец 4-го века, странствуя по Египту, пришел в постный день к некоторому святому пустынножителю. Пустынножитель представил ему трапезу с некоторым отступлением от постного строго устава. — Уходя от старца, св. Кассиан спросил его: «Почему иноки в Египте разрешают пост для посетителей, между тем как иноки Сирии этого не делают? (Иноки Египетские, а между иноками Египетскими, иноки Скита почитались, — и справедливо — возвышеннейшими по святости и духовному разуму иноками во всём мире). Пустынножитель отвечал: «Пост — мое; когда захочу, могу его иметь; а принимая братьев и отцов, принимаем Христа, Который сказал: Принимающий вас, Меня принимает, — и: не могут сыны брачного чертога поститься, доколе с ними Жених. Когда же отнимется у них Жених, тогда будут поститься. Вот истинное понятие об учении Христовом!..» (свт. Игнатий Брянчанинов, «Письма к родным и друзьям», «К сестре Елизавете Александровне»; Избранные письма, п.402; Полное собрание писем, п.528).

В книге «Древние иноческие уставы» описывается случай. В монастыре преп. Пахомия Великого, два монаха, по болезни, дошли до истощения и попросили мяса. Больничники им отказали по той причине, что монахи не должны есть мясо. Когда преп. Пахомий Великий узнал об этом, то отругал больничников и всё сделал для того, чтобы их накормили мясом, для восстановления их телесных сил.

Из этого мы видим и научаемся тому, как великие угодники Божии относились к посту. Не относились они к посту как просто к смирительной рубашке; и не воспринимали они пост как магическое действие на тело, и не ставили его самоцелью, а пользовались им, как средством. И не относились к нему по фарисейски.

Если человек болеет, и ему для поддержки телесных сил необходима рыба или скоромная пища, — то это не есть нарушение поста.

Если поставляется целью чисто внешнее, буквенное соблюдение поста, не учитывая состояния крепости тела — то это ложное понятие о посте, обрядоверческое, фарисейское.

Нужно не буквально, по-книжнически и фарисейски, исполнять церковные постановления о посте, а постигать их дух. Иначе то, что Церковь делает для спасения душ, будет извращаться и идти во вред.

Смысл телесного поста — ослабить здоровую плоть; но не делать немощную плоть — еще немощнее, не доводить ее до ниже-естественного состояния. Ибо тогда это получится не пост, а искусственная голодовка — медленное убийство своего тела.

Человек же должен не тело убивать, а страсти. А тело должно нам в этом не мешать, а помогать — вот цель и смысл телесного поста.

Люди содержат такое мнение, что грех заключается: в употреблении скоромной пищи во время поста. Думают, что через пищу животного происхождения, особенно мясо, входят телесные страст,и и посредством их человек заражается грехом. Это неправильно.

Грех (страсть) — не материален, и никак он не может войти в материю, так как он, по учению Церкви, не имеет бытия. Всё материальное — растения, животных — сотворил Господь. И когда Господь сотворил всех животных — тварей (т. е. всех «чистых» и «нечистых»), то сказал, что весьма прекрасно, весьма хорошо (Быт.1, 31). Господь творить греха не может. Грех не от пищи, а от воли человека, направляющей настрой своего духа не в согласии с волей Божией. Пища животного происхождения, как все знают, более питательная и от нее тучнеет плоть. И конечно, если тело физически крепкое, да при хорошем питании, то у человека будет удовлетворение телесного сладострастия. Но если у него тяжелая физическая работа, то вся энергия от пищи будет уходить в работу.

Неестественное состояние и естественное. Когда нет пользы от телесного поста

Аноним:  Как это понимать, что от поста плоть становится более немощною и через это, не удовлетворяются телесные страсти?


О.Серафим:  Так как после грехопадения, направление нашего духа извратилось, то дух стал искать удовлетворения своих потребностей не в Боге, а в удовлетворении телесных и душевных желаний, — не по естеству, а с целью удовлетворения своего духа самости. Поэтому и потерял меру удовлетворения этим потребностям, привык к такому своему состоянию, считая его за естественное. Но это состояние неестественное, — состояние удовлетворения телесного и душевного сладострастия.

Естественное же состояние тогда, когда во время телесного поста плоть пребывает в легком раздражении, как говорит свт.Феофан Затворник, т. е. когда она не получает услаждения, — не удовлетворяется телесное сладострастие. Телесное сладострастие удовлетворяется через гортаннобесие, – когда человек ищет чрезмерного услаждения в гортани; через чревоугодие, – когда ищется наслаждения от того, что переел, объелся или пресытился. Если же тело посредством поста будет в легком раздражении, то это раздражение может переходить на душу. И если душа не будет отдаваться раздражению, а будет благодарить Господа, то вот и будет посекаться корень — телесное сладострастие. Не получая удовлетворения в телесном сладострастии, дух начнет искать услаждения, — в удовлетворении душевного сладострастия. И против него, нужно будет вести борьбу, чтобы искоренять душевные страсти.

Но если человек и без телесного поста летит по душевным страстям, – раздражается, гневается, обижается, пребывает в духе недовольства, то от телесного поста эти страсти еще более усилятся. И такому может не пойти на пользу телесный пост. Ему надо обратить внимание на свои душевные страсти в обычное время, чтобы встать с ними в состояние борьбы. Ибо в этом и состоит суть поста, – в искореннии страстей.

Если человек умирает от поста

Аноним:  Если человек умирает от поста, то это — самоубийство?


О.Серафим:  Если человек постится не по своим силам, но не понимает, к чему это может привести; никто ему не объяснил правильных понятий о цели поста, и он, боясь греха, боится нарушить пост, — то тогда это, само по себе, не грех. И если от такого поста, телесное здоровье его приходит в расстройство и тело изнемогает; и если при этом он не ропщет и не унывает, а благодушествует и благодарит Господа, — то это не грех. Другими словами, если он не входит от этого в страстное состояние и по духу не соединяется с демонами, а напрягается на чувства богоугодные, то по настрою духа соединяется с ангелами. Такому человеку вменится этот пост, как мученичество ради Христа. Но такое явление бывает очень редко.

Обычно бесы, видя душу в таком положении, пользуются моментом, нагоняют ропот, уныние. А бороться, находясь в таком изнеможении, человек не умеет и не может: нет сил, нет теплоты сердечной; стоять на молитве не может; поклоны класть, — чтобы довести себя до сокрушения и теплоты сердечной — не может, и это еще более усугубляет уныние. И оказывается, что ему такой подвиг не по силам и не ко спасению приводит.

Обычно в таких ситуациях, Господь не оставляет без вразумления, посылает для этого людей. Но если такого постника предупредят, всё расскажут, или же, если он сам знает, но по духу гордыни, самоуверенности, всё же будет держать непосильный для его тела пост, то постится он не ради Христа, а ради духа самости и гордыни. И если при этом он будет одолеваем унынием или не будет; и так застанет его смерть, — то это вменяется ему, как медленное самоубийство. Может быть, кто-то и не будет отдаваться унынию, будет бороться с ним, благодарить Бога; но при этом, вменять себе этот подвиг и это благодарение, питая этим свою гордыню, выращивая в себе дух фарисейский. А фарисей! ушел из храма осужденным (притча «о мытаре и фарисее») – это медленное самоубийство.

У Господа всё на учете. Совсем по-другому судится тот, кто невольно не доедает, например: находится в концлагере. Невольные, скорбные и тяжелые обстоятельства, в отличие от произвольных подвигов (по свт. Игнатию Брянчанинову), сами по себе чужды самоцена, тщеславия. В таких ситуациях, если человек безропотно несет все эти обстоятельства и благодарит Бога, то Господь помогает ему Своею благодатию и поддержит если надо и тело. А самое главное, – смиряется дух перед Промыслом Божиим, подсекается корень сладострастия. Хотя и в таких ситуациях, может примешиваться самоцен, вменение себе, но и с ним — надо бороться.

В гостях во время поста

Аноним:  Если в гостях и во время поста, ставят на стол скоромную пищу, потому что хозяева не знают, что пост, то как поступить? Или ты в гостях по нужде, в дороге, в другом городе?


О.Серафим:  В пост, желательно, не ходить по гостям. Можно лишь только, по естественной нужде или ради спасения душ. К примеру, ты соблюдаешь телесный пост и пришел к кому-то в гости, принес Слово Истины. Люди же эти, не знают ничего о посте. То ради того, чтобы не отвлекать от слышания слова о спасении, можно кушать то, что подали. Ведь люди по незнанию, от всей души наготовили. А ты, вместо того, чтобы преподнести душам Слово Истины, будешь разбираться с едой и объяснять, что можно кушать, а что нет. Хозяева могут обидеться и дальше уже тебя не слышать. Это уже будет, – не к месту и не ко времени. В дальнейшем, когда придет время, тогда и объяснишь.

Ведь Господь Иисус Христос приходил к мытарям и грешникам и в субботу. Суббота у иудеев была днем поста. Мытари и грешники субботу не соблюдали, но Христос приходил к ним, ел и пил, но только так, как прилично святым. Конечно же, Господь не просто так это делал, а потому, что они готовы были слушать от Него — Слово о спасении. То неужели обвинять Господа (что и делали фарисеи) в том, что Он ради спасения многих душ — нарушал субботу, не соблюдал пост.

Господь про них говорил, что они оставили главное в законе: суд, милость и любовь, при этом тщательно исполняя обряды. То, что Господь вытаскивал души и поставлял их на путь спасения — это ерунда, а то, что он субботу (обряд, букву закона) нарушал — это уже серьезно. Вот таков! — дух фарисейский.

И вместо вопросов Истины начинать сначала преподносить обрядовую сторону — неразумно. Не буквенным исполнением обрядов мы должны служить Богу, но соблюдением духа их.

И если ради сохранения духа надо нарушить обряд, букву закона, — то это позволительно, ибо обряд, буква закона поставляется ниже. Ради спасения души или нескольких душ, можно на какой-то момент отступить от обряда, от буквы закона.

Если же ты в дороге и оказался в гостях, то ешь, что дадут. Если же знают, что ты постишься, то можно попросить (аккуратно и не настаивая) постной пищи. Если же ее нет или хозяева настаивают на том, чтобы ты ел, что едят все, то не спорить, а кушать то, что едят все. Но выпячивать себя при всех как постника, ни в коем случае нельзя, ибо это будет гораздо хуже, чем если бы ты ел мясо. Так как телесный пост сам по себе не искореняет страсти и не приближает к Богу.

Желание по естеству и страсть

Аноним: А если хочется, например, чего-нибудь? По естеству это или ради удовлетворения телесного сладострастия?


О.Серафим:  Может быть и по естеству, а может хочется и по страсти. А может быть и то и другое: хочется по естеству, а страсть приражается. Но различать в себе этого мы не можем. Познать и понять это можно из опыта. Если нужда по естеству, то не грех кушать и надо кушать, но это не значит, что можно услаждаться (как бы на законном основании). Телесное естественное желание удовлетворяй, а с приражающейся страстью поборись, возгревая чувство сокрушения, ненависти ко греху, с обращением к Богу за помощью, — отвлекая этим внимание от услаждения в гортани. Если будешь действовать по совести и исполнять то, что тебе открыто, то Господь и дальше будет тебе открывать, и помогать различать: где страсть, а где естество; а где смесь того и другого.
И если человек больной, то требуется снисхождение. А бывает и так, что страсть прикрывается естественной потребностью.


Аноним:  К цели поста, можно ли стремиться и добиваться ее и вне поста?


О.Серафим:  Да, в идеале это так. И вне поста нужно вести воздержанный образ жизни и не гоняться за удовлетворением телесного и душевного сладострастия, вести борьбу со своими страстями. Но так как большинство людей по немощи духовной так не могут, поэтому и установила Церковь пост. – Чтобы начавши борьбу со страстями во время поста, продолжить ее и дальше, в обычное время.

Искоренение телесного сладострастия и пост, соединяющий с Богом или дьяволом. Вначале борьба с чревоугодием. Для чего пост и об истинном посте

Аноним:  Если при соблюдении поста, ослабляется плоть и приходит от этого в естественное состояние, в состояние легкого раздражения, в состояние неудовлетворенного сладострастия, то лучше, если пост будет более строгим? — Тогда телесное сладострастие быстрее будет искореняться?


О.Серафим:  Нет, телесное сладострастие будет только ослабляться, но не искореняться. Так как страсть лежит в душе, то с нею надо побороться. Телесное сладострастие будет искореняться только если в смиренном душевном настрое переносить скорбь от действия неудовлетворяемого телесного сладострасти через посредство той или иной телесной страсти. К примеру, нет удовлетворения чревоугодию или гортанобесию, или блудной похоти. Отсюда – скорбь. И если в это время смиряться с этой скорбью, благодарить Бога за нее, нести ее как заслуженную за грехи, в чувстве смиренном, – тогда будет разрываться привязанность к телесному сладострастию и к этим телесным страстям.
Но если человек будет от этой скорби приходить в уныние или депрессию, в дух недовольства и ропота, в дух раздражения или гнева, то одержимость телесным сладострастием и этими страстями будет оставаться.

Искореннение телесного сладострастия и душевных страстей зависит от степени самоотвержения и решимости в борьбе со страстями. Кто-то может сразу поиметь нужное самоотвержение, как, например, блаж.Таисия. – Она тут же, не раздумывая, даже не распорядившись своим имуществом, домом, всё оставила и пошла следом за преп.Иоанном Коловым. И хотя до этого вела такой образ жизни, что тело ее было изнежено, но не смотря на всё это она пошла за преподобным на подвиги, на страдания; пошла по пустыне без остановки, изранив ноги до крови.

Еще пример, множество мучеников: они шли на крайнюю степень раздражения плоти, на жесточайшие страдания и, при этом, — славили Господа. Этим, они в самое короткое время, совершенно подсекали и искореняли корень всех телесных страстей.
Но! Только всё это они совершали в духе смиренном и сокрушенном, повергая свою немощь пред Богом и призывая Его на помощь, а не в духе самоуверенном и самонадеянном, не в духе самости и гордыни. Ибо можно страдать и нести скорби в духе самоуверенном и самонадеянном, сидя на ощущении своей правильности и праведности, в духе самоутверждения, питая в себе самостно-гордостный дух. Такое страдание будет соединять человека не с Богом, а с дьяволом.

Любой подвиг, в том числе и подвиг поста, если проходится без правильно-проходимой внутренней борьбы с душевными страстями, не на основании духа сокрушенного и смиренного перед Богом, теряет всякий смысл; и еще более, по настрою духа, вводит человека в единение с духами злобы, с демонами.

Пост который совершается в правильно-проходимой внутренней борьбе с душевными страстями, на основании духа сокрушенного и смиренного перед Богом, способствует сближению духа человеческого с Богом.

Пост нужен только для того, чтобы воспитать в себе истинные плоды духа. Истинными плодами духа являются дух сокрушенный и смиренный перед Богом, дух кротости и незлобия, милосердия и сострадательной любви, благодушия, великодушия и душевной простоты, дух алчущий и жаждущий правды Божией, не радующийся неправде, а сорадующийся истине, не идущий на поводу у нечестия.

Степень телесного поста – определяется состоянием физической крепости тела и духовным состоянием человека.

Самое первое это конечно надо научиться не переедать, кушать в меру, в обычное не постное время. Нельзя пресыщаться, ибо чревоугодие – это страсть, погибельная для души. Надо переставать кушать: 1) как появилось чувство насыщения, 2) как появилось чувство первого легкого насыщения, 3) перед началом легкого насыщения. – Это три степени в ощущении, когда можно заканчивать кушать. И все эти три степени свободны от пресыщения – от страсти чревоугодия. Любую из этих трех степеней можно воспитать как свою привычку. Первая степень – проще, вторая – сложнее, третья – еще сложнее. Желающие воспитать третью степень – должны постепенно двигаться от первой к третьей.

Ну и конечно борьба со страстью чревоугодия должна проходится на основании сокрушенного и смиренного чувства перед Богом. И в обычное не постное время нужно начать вставать на путь правильно проходимой борьбы со своими душевными страстями, не дожидаясь времени поста. Ибо пост дан как напоминание о том, чтобы мы занимались внутренним деланием, правильной борьбой со своими страстями. И начавши заниматься этим во время поста, продолжили бы это делать и в обычное время. Чтобы и вкушая скоромную пищу, не переедали и продолжали борьбу со своими страстями.

Цель поста состоит не в том, чтобы не есть скоромную пищу, – не как ограничение в еде, а в первую очередь как пост душевный, духовный.

Выходит, что хранение поста начинается с душевной стороны. Не отдаться греховным, страстным желаниям, чувствам, ощущениям, искоренить их, – вот цель поста. Цель в том, чтобы не отдаваться своим страстям, греховным желаниям, мыслям, ощущениям, находясь в состоянии борьбы с ними. Стараться заменить греховные, страстные чувства, – на богоугодные, спасительные для души. Цель поста, таким образом, в том, чтобы душа постилась от всякого греха, от всякого нечестия, от всякого порока и страстей. А пища – это уже второстепенная, несущественная сторона, которая зависит от физической крепости и душевного состояния, от образа жительства и обстоятельств жизни, конкретного человека.

В наше же время, пост душевный, который на первом плане должен стоять, заменился на ограничения в скоромной пище, на телесный пост. – Не ест скоромное, но при этом ест людей, – раздражается и гневается, ссорится, клевещет и осуждает, ропщет и отдается духу недовольства, обижается и ненавидит. Получается, он перед Богом – не постящийся. Постящийся не должен иметь чувства обиды, злопамятства внутри себя, духа недовольства, – нельзя телесно поститься, находясь в страстных чувствах, не ведя с ними борьбы. Ибо это будет уже пост погибельный для души, и человек от такого поста будет становиться в духовном отношении не лучше, а хуже.

О прощенном воскресении

Аноним:  Почему возникло Прощёное Воскресенье?


О.Серафим:  Это было связано с наступлением Великого поста.

Господь говорит: “Если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой” (Матф.5:23,24). То есть, если ты приносишь молитву Богу (чувство обращенное к Богу) на алтаре своего сердца, то по словам Господа, если ближний твой имеет что-то против тебя, то оставь молитву свою и сначала примирись с ним, попроси прощения, а потом уже приноси свою молитву, обращайся к Богу.

И тогда уже входи в своё сердце, возгревай чувства на алтаре своего сердца и обращай их к Богу.

Пока ты не примирился, ты не можешь принести чувства, обращённые к Господу. Потому, что они осквернены злопамятством, обидой, недовольством, духом самости. Если будешь приносить Господу чувства осквернённые, то это не Ему будет жертва, а дьяволу, это будет уже духовная прелесть, самообольщение. Вот для того чтобы чувства, приносимые Богу, оставались чистыми, Господь и предписал это, – попросить прощения у ближнего, чтобы извергнуть эти страстные чувства из себя.

Великим постом мы хотим искореняя свои страсти, которыми мы согрешаем перед Богом, принести более усердную молитву Богу в борьбе с ними. И потому было установлено Прощёное Воскресенье. Нужно просить прощения у тех, кого ты обидел, или у того, кто на тебя обижается. Если ты кого-то обидел, и он знает об этом, то нужно внешне показать человеку, что ты лично не имеешь против него ничего, попросить у него прощения. Если тебя кто-то обидел, то нужно исторгнуть из своего сердца чувство злопамятности, обиды и показать этому человеку, что ты не обижаешься и не помнишь зла тебе сотворённого. То есть, необходимо постоянно вести борьбу с проявлениями этого духа обиды и недовольства в себе. И вот тогда, как ребёнок, в простоте, приноси молитву Богу, вот тогда Он её и примет. И так всегда, в пост или не в пост. Весь год. Любую молитву.

Так и в молитве «Отче наш», мы просим простить долги наши, как и мы прощаем всем должникам нашим. Мы показываем, что в настрое своей души не держим никакого страстного, греховного чувства по отношению к тому человеку, который против нас согрешает, – не осуждаем его, не ненавидим, не раздражаемся. В молитве мы и говорим Господу, что мы в настрое нашего духа простили всем должникам нашим, кто согрешил против нас, поэтому и просим, чтобы Бог простил нас. Отсюда и условия для прощения Господом наших грехов – чтобы мы простили всех, т.е. поимели чувства незлобия, сострадательной любви, смирения и душевной простоты.

Хотите, чтобы Бог простил вас? Приобретайте настрой души свободный от страстных чувств, – от неприязни, обиды, недовольства, злопамятства. А вместо этих страстных чувств возгревайте чувство сокрушения и смирения, добродушия и сострадательной любви, чувство незлобия и душевной простоты. И тогда Бог простит, лично тебя, т. е. подаст дар Благодати и покроет все твои грехи. Потому что ты незлобивый, в тебе есть сострадательная любовь, снисходительность, в тебе есть истинное смирение. Только в таком настрое духа, проходимый пост будет угоден Богу. Вот почему перед началом поста – Прощеное Воскресенье.

Вот средства для спасения, они всегда при вас, вы можете всегда приобрести их, в любой момент времени, дня и ночи. Приобрести верные душевные чувства, правильно их направить по отношению к ближним, ко всем остальным, согрешающим против вас. Ваша судьба в ваших руках и вечность тоже. – Что посеешь, какие чувства посеешь и будешь взращивать в настрое своей души, – то их и пожнёшь там, за гробом.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *