Святые о старообрядцах

Просмотров: 301

Оглавление:
  Свт.Феофан Затворник
  Преп.Серафим Саровский
  Свт.Игнатий Брянчанинов


Свт.Феофан Затворник

 «Говорят они (старообрядцы), что у них старые уставы и порядки: ложь это говорят они. Не у них старые уставы и порядки, а у нас; у них же всё новое. Что мы содержим, то содержим так, как принято из Царьграда, при равноапостольном князе Владимире. А что они содержат, то привнесено в книги лет за 100 или 150 до блаженного Патриарха Никона и благочестивого Царя и Государя Алексея Михайловича. Всё, что у них; суть ошибки и порчи книг. Когда стали править книги неразумный Аввакум, да Никита Пустосвят и другие подобные, прилепились к этим порчам, сами веря и других уверяя, что они исстари были в книгах, и что правильщики книг вводят новое. – На самом же деле порча книг не была исстари, а была новина в книгах, и, когда их стали исправлять, не вводили новое, а изгоняли новое, и возвращали, а не изгоняли старое. – Раскольники, удержав при себе все ошибки и порчи, удержали новое, а не старое. – И они суть истинные нововводители. Так их и считайте, и говорить им не позволяйте, что они старой веры. – Они прямые нововеры и обманщики.

 Говорят они, будто Государь признал их веру правою и льготы им дал. Это говорят они ложь. Льгот им никаких не дается. Законы те же оставлены, какие и прежде были. А что им позволяют мирно жить, это не от того, что Государь признал их веру правою. – И татарам, и жидам позволяется мирно жить. Неужели Государь и их веру признает правою?! Государь и всякой веры людям позволяет жить мирно – оттого, что никого не хочет приневоливать в свою веру; ибо из-под неволи что за вера? – А раскольники криво толкуют милость Государя Императора, будто он их сторону признал правою. Закон так говорит: живи себе мирно, хоть ты и раскольник, но совращать и соблазнять никого не смей. Кто совратит православного в раскол, того сошлют на поселение. Остался бы разве этот закон в силе, если б Государь признал их сторону правою?!

 Еще говорят раскольники: теперь разрешено печатать наши книги… Стало быть, познали, что в них написана правда. – Это говорят они про книги, написанные раскольниками, в коих раскол выхваляется и защищается. И в этом они криво толкуют дело. Печатать позволили эти книги не потому, что правду в них видят; а чтоб всем – и самим раскольникам показать: смотрите, каким нелепостям вы верите. Вы слыхали, верно, что бывает при увещаниях раскольников. Ясно и ясно растолкуют им, что они в заблуждении, и доведут их до того, что им нечего более сказать. Тогда для успокоения своей совести, и вместе чтоб прикрыть стыд, что без причины упорничают, они говорят: «Есть у нас книги, где все ясно доказано, что мы правы». Так говорят; но говорят несправедливо; ибо в их книгах ничего не доказано, а писаны одни басни нелепые. Вот и напечатали теперь некоторые из их книг, чтоб можно было их обличать ихними же книгами. Позволено сие затем, чтоб, когда скажет кто: есть у нас книги, где все доказано, можно ответить им: на – вот ваши книги. И тут все глупости писаны, а ничего не доказано. – Именно для этого одного и позволено напечатать; а они обращают это дело в свою пользу, будто печатанием их сторона признана правою. Это они криво толкуют. Будто все, что печатается, то истинно. – Мало ли басен и сказок печатают?! Басня и напечатанная все же остается баснею. Так и раскольнические книги – и напечатанные – все остаются нелепостями…» (свт.Феофан Затворник, «О Православии с предосторожностями от погрешений против него», гл.17).

***

 «Они (старообрядцы) говорят, что это у них древлеотеческие догматы. Какие это древлеотеческие? Они все новы, и древние Отцы о них совсем не знали. Вот как дело было: тотчас по крещении наших праотцев при св.Равноапостольном князе Владимире приняты были священные книги от греков в славянском переводе, — и когда нужны были кому, тот нанимал переписчиков, и они списывали их. Пока были у нас греки-митрополиты, они, зная хорошо и греческий и славянский языки, и строго смотря за переписчиками, тотчас исправляли, если замечали ошибки. Но когда греки перестали у нас быть митрополитами, русские, не зная греческого языка, не могли замечать ошибок. – Так книги начали портиться. Это началось лет за 150 до патриарха Никона, и книги все более и более портились. Один опустил одно “аллилуия” из 3-х, а другой не посмел дополнить его, и стали писать “аллилуия” дважды. Имя Господа: Иисус – писалось “Ис.”, а произносилось все же “Иисус”. Не зная греческого языка, с которого взято сие слово, начали произносить – “Исус”, — а потом и всеми буквами писать – “Исус”. Следовало спросить у греков, а они не спросили. – Иному вздумалось, что лучше двумя перстами креститься, он и внес это в книги. Так один одну внес в книги ошибку, другой — другую; один одну прибавку сделал, другой — другую. Как писалось, так печатать потом стали. Хоть печатчикам приказано было исправлять книги; но как они исправляли их по испорченным уже книгам, а больше по своему смышлению, то они еще более ошибок и прибавок наделали.

 Ко времени патриарха Никона этих ошибок и прибавок было так много, что и учение истинное стало повреждаться. Заметив сие, патриарх Никон вошел в совет со всеми Патриархами, и все единодушно собором велели исправлять книги не по своему смышлению и не по русским книгам, а по древним греческим, которых навезли тогда всех родов великое множество. Когда поправили сим порядком книги, тогда они все стали, как были от начала со времен Владимира Равноапостольного. Все новые прибавки и ошибки выброшены, а поставлено все, как следует быть, и как было в начале. Так, патриарх Никон книги священные не поновил, а воротил на старое. Все же новизны отбросил. Вот эти новизны и остались у раскольников и составляют их древлеотеческие догматы, как они говорят. Вы же сами посудите, какие это древлеотеческие? Древлеотеческие! – им всего будет, если от нас считать, лет 200 или 300. И это древние! – Древние-то, как Апостолы постановили, содержим мы, а у них все ново. И они не староверы, а нововеры. – Так вы их и считайте. Они и сами видят это отчасти. А кто не видит, может увидеть. Возьми старописанные и старопечатные книги и сличи, и увидишь, что мы совершенно правы, а они кругом виноваты» (свт.Феофан Затворник, «О Православии с предосторожностями от погрешений против него», гл.23).

***

«Они все (старообрядцы) твердят, что толки их суть древлеотеческое предание. Какое древлеотеческое? Всё это новые выдумки. Древлеотеческое предание содержится Православною Церковию. Мы заимствовали св.учение от св.Правосл. Греческой Церкви и все священные книги от неё к нам перешли. Книги сии в древности все содержали так, как мы теперь содержим. Но лет за 100 или 150, до блаженного Патриарха Никона и благочестивейшего Государя Алексея Михайловича, переписчики неопытные начали их портить, и в продолжение сего времени все портили и портили и, наконец, до того все перепортили, что терпеть уже нельзя было. Эти порчи, внесенные в книги, все без изъятия были новины. Когда потом их отменили, и книги поставили в тот вид, как было издревле – разве это значило, что новину внесли в книги?! Не новину внесли, а возвратили их на старое. В наших книгах теперь все так, как есть в греческих, и как в наших древних, после равноапостольного князя Владимира. Поди, кто хочет, посмотри в Патриаршей библиотеке, в Москве, старые книги, и – сами уверитесь. Стало, старые книги у нас, а не у раскольников, и древлеотеческое предание тоже у нас, а не у них. У них же все новины, — книги новы, и предание ново. Поясню вам это примером. Софийский собор в Киеве – древнейший Собор, — был расписан изначала по стенам. Когда-то потом, не упомнит никто, заштукатурили эту роспись и на новой штукатурке снова расписали храм. Старая роспись осталась под низом. А вот, в недавнее время, эту новую штукатурку и с расписанием отбили, и восстановили то расписание, которое было под нею – древнейшее. Что это – новину внесли они в Софийский храм или поставили его в древний вид? Конечно, в древний вид поставили. Теперь Софийский храм находится в таком виде, как был в древности, а не в том, как был лет за 20. Вот так и с книгами было. Когда выбросили из них все, вновь внесенное, не поновили их, а на древнее возвратили, и наши исправленные книги суть воистину древние, а не раскольнические – испорченные.

Так и отражайте, когда кто из раскольников начнет толковать вам, что у них древние книги. Их книгам не больше 2-хсот, много 3-хсот лет; а нашим 1000 есть, и более. А когда станут они уверять, что у них древлеотеческое предание – у поповцев, или беспоповцев, у Филиповцев или Федосьевцев, у спасова согласия или у перекрещенцев, или у новых Австрийских проходимцев? Разве древлеотеческих преданий 10-ть? Ведь оно одно. Когда у них оно не одно, стало, оно не есть древлеотеческое, а все человеческие выдумки. У нас оно одно, и совершенно согласно с древнейшим преданием нашим, согласно с Греками и всеми православными Христианами, на всей земле существующими. У нас всюду согласие, а у них всюду разногласие. В иной деревне толка три-четыре, а то и в одном доме, тоже случается, и друг с другом не сообщаются. Где же тут единая Церковь Христова? Какое же это тело Церкви, когда все члены распались и разошлись в разные стороны? Где же это едино стадо? И как можно сказать, что единый, истинный, Божественный Пастырь есть их пастырь?» (свт.Феофан Затворник, «О Православии с предосторожностями от погрешений против него», гл.15).

 «Раскол (старообрядческий) распространяется старыми девками, нередко развратными, и мужиками, иногда бродягами, а всегда такими, которые работать не хотят, и вздумали себе добывать хлеб ложнопоповством и жить за счет простых людей. Все они едва выучились читать и едва бредут по книге, а лезут в учители. Кричат: вот старая вера, вот отеческая вера; — а видали ль они книги святых Отцев и прочитали ли хоть одну, о том и не спрашивай. – И вера-то у них новоизобретенная, и святые Отцы о такой вере и думать не думали. Какой святой Отец полагал веру в усах и бороде, в пальцах да в концах креста, в старых иконах и книгах или в том, сколько раз говорить “аллилуия”, сколько просфир иметь на обедне, как ходить по солнцу или против солнца? – Ни один. – Они спасительную веру полагали в святых догматах, заповедях, в святых Таинствах и в Церкви со священством; а это все мудрование мужиков, слепым невеждам свойственное. Не слушайте их и на глаза не принимайте…» (свт.Феофан Затворник, «О Православии с предосторожностями от погрешений против него», гл.22).

Православные христиане! Не слушайте этих льстивых словес! Нет в них истины, а одна ложь и обман. Сами себя обманывают и других ввергают в тот же обман… Сие ведяще, мужественно стойте в вере и с дерзновением свидетельствуйте истину её, – и не только не поддавайтесь раскольникам, а напротив, их старайтесь привлечь на свою сторону, искренне убеждая, что они впали в ложь и заблуждение и стоят на пути погибельном, держась новин, которые, по обману, считают стариною» (Из проповеди свт.Феофан Затворник. 16 июня 1864 года. В г.Судогде, в соборе).

Преп.Серафим Саровский

 «…Однажды пришли к нему (к преп. Серафиму. – Примечание публикатора.) четыре старообрядца спросить о двуперстном сложении. Только что они переступили за порог келии, не успели еще сказать своих помыслов, как старец подошел к ним, взял перваго из них за правую руку, сложил персты в трехперстное сложение по чину Православной Церкви и, таким образом крестя его, держал следующую речь:

 «Вот христианское сложение креста! Так молитесь и прочим скажите. Сие сложение предано от св. Апостолов, а сложение двуперстное противно святым уставам. Прошу и молю вас, ходите в Церковь Грекороссийскую: она во всей славе и силе Божией! Как корабль имеющий многия снасти, паруса и великое кормило, она управляется Святым Духом. Добрые кормчие ея – учители Церкви, архипастыри – суть преемники Апостольские. А ваша часовня подобна маленькой лодке, не имеющей кормила и весел; она причалена вервием к кораблю нашей Церкви, плывет за нею, заливаемая волнами, и непременно потонула бы, если бы не была привязана к кораблю.»

 В другое время пришел к нему один старообрядец и спросил:

 – «Скажи, старец Божий, какая вера лучше: нынешняя церковная или старая?»

 — «Оставь свои бредни, – отвечал о.Серафим, – жизнь наша есть море, св.Православная Церковь наша – корабль, а Кормчий – Сам Спаситель. Если с Таким Кормчим люди, по своей греховной слабости, с трудом переплывают море житейское и не все спасаются от потопления, то куда же стремишься ты со своим ботиком и на чем утверждаешь свою надежду – спастись без Кормчаго?»

Однажды зимою привезли на санях больную женщину к монастырской келии о.Серафима и о сем доложили ему. Несмотря на множество народа, толпившагося в сенях, о.Серафим просил принести ее к себе. Больная вся была скорчена, коленки сведены к груди. Ее внесли в жилище старца и положили на пол. О.Серафим запер дверь и спросил ее:

 – «Откуда ты, матушка?»

 – Из Владимирской губернии.

 – «Давно ли ты больна?»

 – Три года с половиною.

 -«Какая же причина твоей болезни?»

 – Я была прежде, батюшка, Православной веры, но меня отдали замуж за старообрядца. Я долго не склонялась к ихней вере, и все была здорова. Наконец, они меня уговорили: я переменила крест на двуперстие и в церковь ходить не стала. После того, вечером, пошла я раз по домашним делам во двор; там одно животное показалось мне огненным, даже опалило меня; я, в испуге, упала, меня начало ломать и корчить. Прошло немало времени. Домашние хватились, искали меня, вышли на двор и нашли – я лежала. Они меня внесли в комнату. С тех пор я хвораю.

 – «Понимаю… – отвечал старец. – А веруешь ли ты опять в св.Православную Церковь?»

 – Верую теперь опять, батюшка, – отвечала больная.

 Тогда о.Серафим сложил по-православному персты, положил на себе крест и сказал:

 – «Перекрестись вот так, во имя Святой Троицы».

 – Батюшка, рада бы, отвечала больная, да руками не владею.

 О.Серафим взял из лампады у Божией Матери Умиления елея и помазал грудь и руки больной. Вдруг ее стало расправлять, даже суставы затрещали, и тут же получила совершенное здоровье.

 Народ, стоявший в сенях, увидев чудо, разглашал по всему монастырю, и особенно в гостинице, что о.Серафим исцелил больную.

 Когда это событие кончилось, то пришла к о.Серафиму одна из Дивеевских сестер. О.Серафим сказал ей: «Это, матушка, не Серафим убогий исцелил ее, а Царица Небесная». Потом спросил ее:

 – «Нет ли у тебя, матушка, в роду таких, которые в церковь не ходят?»

 – Таких нет, батюшка, отвечала сестра, а двуперстным крестом молятся мои родители и родные все.

 – «Попроси их от моего имени, – сказал о.Серафим, – чтобы они слагали персты во имя Святой Троицы».

 – Я им, батюшка, говорила о сем много раз, да не слушают.

 – «Послушают, попроси от моего имени. Начни с твоего брата, который меня любит; он первый согласится. А были ли у тебя из умерших родные, которые молились двуперстным крестом?»

 – К прискорбию, у нас в роду все так молились.

 – «Хоть и добродетельные были люди, – заметил о.Серафим, – пораздумавши, а будут связаны: св.Православная Церковь не принимает этого креста… А знаешь ли ты их могилы?»

 Сестра назвала могилы тех, которых знала, где погребены.

 – «Сходи ты, матушка, на их могилы, положи по три поклона и молись Господу, чтобы Он разрешил их в вечности».

 Сестра так и сделала. Сказала и живым, чтобы они приняли православное сложение перстов во имя Святой Троицы, и они точно послушались голоса о.Серафима: ибо знали, что он угодник Божий и разумеет тайны св. Христовой веры…»

(Житие преподобнаго Серафима, Саровскаго чудотворца. Cоставил автор летописи Серафимо–Дивеевскаго монастыря Архимандрит Серафим (Чичагов), издание второе Серафимо–Дивеевскаго монастыря, С.–Петербург, типография М. Акинфиева и И. Леонтьева, Бассейная, 14, 1903 год).

Свт.Игнатий Брянчанинов

«Падший дух… некоторым внушил придать вещественной стороне церковных обрядов преувеличенное значение, затмив от них духовную сторону обрядов; таким образом он, для этих несчастных отняв сущность христианства, оставил одну искаженную, вещественную оболочку, увлек их к отпадению от Церкви, к ложному и глупейшему суемудрию, к расколу» (Свт.Игнатий Брянчанинов, т.5, гл.42).

«Когда христианин обратит все внимание свое на наружные обряды, то непременно он оставляет без внимания существенную часть христианства: очищение внутренних сосудов, следовательно, лишается всего духовного преуспеяния и истекающего из этого преуспеяния истинного познания Христа, то есть делается чужд истинного христианства. Когда же, напротив того, христианин к вере холоден и ее наружные обряды совершает с небрежением, то этим удаляет от себя Бога, Который желает, чтоб Его служители служили Ему со страхом и трепетом, и делается безбожником и еретиком.

Прочие раскольники в России должны быть признаны вместе и еретиками: они отвергли таинства Церкви, заменив их своими чудовищными изобретениями; они уклонились во многом от существенного христианского вероучения и нравоучения; они совершенно отреклись от Церкви» (свт.Игнатий Брянчанинов, «Агиографические и апологетические сочинения», гл. О расколе).

«В России многие святые носили вериги. При особенной простоте и при преобладании телесного подвига в русском монашестве, ношение вериг не имело того значения, которое оно должно было иметь в древнем монашестве. Это монашество подвизалось по преимуществу подвигом душевным, – и были наиболее опасными этому монашеству, наветовали его наиболее душевные страсти, особенно высокоумие. Чадо высокоумия – ересь, этот страшный недуг ума, потрясавший Восточную Церковь и ее монашество в течении целого тысячелетия. Невежественный раскол – вот форма, в которую облеклось религиозное заблуждение русского человека, облеклось, основываясь на умственном религиозном развитии» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.6, гл. «Авва Аполлос Великий»).

«Какое Христианское образование найдем в России? В простом народе, наиболее излишнюю, скрупулезную привязанность ко всему вещественному, к форме, — от чего родились расколы; — недостаток, крайний недостаток в познаниях и ощущениях духовных… 
Где же вера чистая, святая? — Ее нет ни в слепых односторонних приверженцах формы, ни в превозносящемся разуме и премудрости человеческой, разуме и премудрости падших, отверженных Богом. Вера, святая вера! Вера — око, которым одним ум человеческий может усмотреть и зреть Святую Истину!.. Шествие ее по пути узкому и прискорбному, ведущему в жизнь, по пути, почти безлюдному, шествуемому весьма немногими. Ведет человека по этому пути Евангелие. — Подробное изучение веры Христианской и всего, ведущего к точному познанию Христова учения, содержит в себе разрешение множества недоумений, рожденных неверием и суеверием» (свт. Игнатий Брянчанинов, Избранные письма, «Письма к сестре Елизавете Александровне», п.402).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *