Пасха. Светлое Христово воскресение

Оглавление:
Свт. Инокентий Херсонский
   Поучение в первый день Пасхи.
Свт.Илия Минятий
   Слово в неделю Пасхи
Преп. авва Дорофей
   Изъяснение некоторых изречений святого Григория, которые даются с тропарями на святую Пасху.
Преп.Симеон Новый Богослов
   Что есть таинство Воскресения Христова? Как в нас бывает Воскресение Христово, и как вместе с этим бывает воскресение души?
Свт.Иоанн Златоуст
   Слово огласительное на святую Пасху
   Слово на Пасху 1-е.
   Слово на Пасху 2-е.
   Слово на Пасху 3-е.
   Слово на Пасху 4-е.
   Слово на Пасху 5-е.
   Слово на Пасху 6-е.
   Слово на Пасху 7-е.


Свт. Инокентий Херсонский

Поучение в первый день Пасхи.

Христос воскрес!

То есть, братия, кто воскрес? Тот, в лице Которого на Голгофе попраны были все права невинности и человечества. Который разве тем оскорбил врагов истины, что не сотворил никакого греха, «и не было лжи в устах Его» (Ис. 53:9). Который пришел для спасения самых ожесточенных грешников, возлюбил нас всех любовью вечной, беспримерной и умер за всех нас на кресте.

Для чего воскрес? – Дабы засвидетельствовать, что учение, преподанное Им для нашего спасения, совершенно истинно, что жертва, принесенная Им за грехи всего мира, принята, что права на царство вечное, от Него пред смертью нам уступленные, утверждены, что воля Его, дабы и мы все были там, где теперь Он (Ин. 12:26), и видели славу Его, будет исполнена.

Что должно произойти вследствие воскресения нашего Господа? – То, что ни один мертвый не останется во гробе, что для всех нас открыт вход в блаженство вечное.

Как же нам после сего не радоваться, не торжествовать и не приветствовать друг друга с этим воскресением? – Мы радуемся и веселимся, когда какой-либо ближний или друг наш восстанет с одра тяжкой болезни; а ныне единственный Друг и Спаситель наш, Вождь и Глава, Наставник и Искупитель наш, восстал из гроба! – Мы торжествуем, когда сделаем какое-либо земное приобретение, получим особенное достоинство или почесть; а ныне, в лице воскресшего Спасителя, нам возвращено все, потерянное во Адаме, величие чад Божиих, вручены все права на Царство Небесное! – Мы приветствуем друг друга с окончанием великих опасностей: язвы, плена, осады от врагов, – а ныне мы все освободились от адовых, нерешимых уз! – О, воистину. Вот день, который сотворил Господь, возрадуемся и возвеселимся! Без всякого преувеличения, можно сказать, что слава воскресения Его, Спасителя нашего, более значительна для нас, нежели для Него. Он и без воскресения остался бы возлюбленным Сыном Отца, и наслаждался бы у Него славой, которую имел прежде бытия мира (Ин. 17:5): а из нас многие, без воскресения Его, не знали бы, может быть, наверно даже и того, что Он не был обманщик тот (Мф. 27:63), за которого хотела выдать Его злоба иудеев. Как же нам после сего не торжествовать и не петь в честь и славу воскресшего Господа?

Но чего наиболее, братия, требует от нас эта святая слава? – Господь и до воскресения, в состоянии уничижения Своего, не всякую принимал славу. Так, Он запрещал духам нечистым, когда они хотели перед народом исповедать Его Сыном Божиим (Мк. 1:25); так, Он уклонился от тех, которые, в ревности не по разуму, хотели взять его и сделать царем (Ин. 6:15); так, Он не принял даже наименования благого из уст одного книжника, говоря, что никто не благ, как только один Бог (Лк. 18:19). Тем более, братия, по воскресении, седя во славе одесную Отца, Господь и Спаситель наш не всякую принимает славу. – В чем же, Господи, дерзнем вопросить Тебя, подобно пророку, и мы в чем встретим Тебя, выходящего из гроба? Встретим ли во всесожжениях и жертвах? (Мих. 6:6). Но Ты еще пророку изрек, что хочешь милости, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжений (Ос. 6:6). И что значат все наши жертвы после той, которая принесена Тобой за нас на Кресте? – Встретим ли в дарах и приношениях? Но и дары Мироносиц остались без употребления у гроба Твоего; сама плащаница Иосифова и смирна и алой Никодимовы оставлены Тобой на земле (Ин. 20:7). – Встретим ли одними поклонениями и лобызаниями? Но повелительное: не прикасайся ко Мне (Ин. 20:17), остановило поклонение самой Магдалины, не растворенное еще духом живой веры в Божество Твое. С чем же, Господи, с чем встретим Тебя? Чем засвидетельствуем свою благодарность и любовь к Тебе? Чем покажем, что мы точно Твои, и Ты наш?

«Если любите Меня, – ответствует нам Сам Господь, – соблюдите Мои заповеди. Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня» (Ин. 14:15,21). Итак, вот, братия, знак истинной благодарности Воскресшему: исполнение заповедей Его! Знак самый верный; ибо все прочие знаки могут быть обманчивы, а сей – никогда. Вот дар любви, благоприятный для Победителя ада и смерти: постоянное творение воли Отца Его, который на небесах! – Дар не принимаемый только, но и требуемый от всех, для принятия которого распростерты и руки Господа на Кресте. Вот истинное прославление имени Распятого Спасителя: хождение по стопам Его в чистоте и правде, – каковым прославлением наиболее может прославиться не только Он, но и мы с Ним.

В самом деле, братия, если мы в мыслях, чувствах и деяниях своих будем постоянно выражать образ жизни нашего Господа, то этим самым без споров, без труда заградим уста всем врагам Его. Иудей, смотря на нас, скажет тогда: “верно в самом деле восстал Христос из гроба, а не украден учениками, как клевещут предки наши; ибо, смотри, Он жив в христианах! Его дух (и какой Божественный дух!) дышит в их нравах, в поступках, во всей жизни”. – “Верно Христос есть Учитель истины, а не пророк наш”, скажет, смотря на нас, магометанин: “ибо наш пророк (так величают магометане основателя своего лжеверия) не производит того в своих последователях; у нас нет такой чистоты, мира и любви, такого смирения и самоотвержения. Все это может происходить у христиан только от Самого Бога, и, верно, Спаситель их – есть Бог”. Сам князь тьмы со слугами своими испытает новое поражение во славу нашего Спасителя, если мы, дерзая о имени Воскресшего, будем ходить в чистоте и истине, презирая все козни врага, отражая все его искушения, попирая всю злобу и гордыню его. Так, говорю, прославится воскресший Господь нашей благой жизнью, а вместе с Ним прославимся и мы; ибо таковое прославление составит наше спасение. Напротив, братия, если мы будем словами величать Господа, а делами помрачать Его имя и веру в Него, – устами лобызать крест и священный хлеб, а руками совершать дела непотребные; то все наше нынешнее прославление Воскресшего обратится в оскорбление для Него и в посрамление для нас: мы будем подобны воинам Пилатовым, которые на словах говорили: «радуйся, царь Иудейский!» (Мк. 15; 18), а на деле ударяли Его по щеке и били тростью по голове. Да не будет же, братия, сего, да не будет! Аминь.

(Свт.Иннокентий Херсонский. “Светлая седмица”, Поучение в первый день Пасхи).

Свт.Илия Минятий

Слово в неделю Пасхи

«Ученики обрадовались, увидев Господа» (Ин.20:20).

Сорадуюсь и я с вами, божественные ученики воскресшего Владыки. Сорадуются с вами все христоносные народы, узревшие наконец немерцающий свет светоносного дня Воскресения. Радуются на Небесах треблаженные лики и, окружив престол Царя Сил, ангелы мира поют Ему победную песнь. Радуется внизу сам ад и весь сияет от светлого явления восшедшего Солнца славы, приносящего невечерний день жизни горестным прародителям. Радуется светло одеянная невеста Христова, Церковь, и с весельем приветствует Жениха, исшедшего из гроба, как из чертога. Сама Голгофа изменила свой вид: она была ужасным местом плачевного события, а стала славным зрелищем всемирного веселья. Крест, копье, венец терновый, жестокие орудия ужасных страданий, боголепно украшают торжество Божественного Победителя. Гроб, горестное обиталище прежнего тления, теперь явился живоносным чертогом нетления; раны, виновницы смерти, стали источниками бессмертной жизни. «Ученики обрадовались, увидев Господа». Возрадуемся же и мы, торжествующие слушатели, и восхвалим богоданную благодать славного Христова Воскресения.

Когда заключились врата рая, из которого был изгнан человек, отверзлись врата ада, которыми вошла в мир смерть, вошла вместе с проклятием и тлением. Она, как тиран, воцарилась над несчастным человеческим родом, который с трудом и страданием нес тяжелое иго и неизменно расплачивался собственной жизнью за тягчайший долг. Но как Адам первый из всех людей согрешил, так он должен был первым и умереть. И все-таки раньше всех и самого Адама умер праведный и невинный Авель, убитый завистливым братом Каином. Разве не было справедливо, чтобы как от Адама начался грех, так от него же началась и смерть, а не от Авеля? Братья, каждое царство только тогда и устойчиво, когда оно основано на справедливости. Если царит справедливость, и начало царства твердо, и пребывание его вечно. Наоборот, царство непрочно, если оно несправедливо, и очень кратковременно, если оно живет насилием. Если оно начинается несправедливостью, его начало шатко, и если держится насилием – близок конец его. Конечно, несправедливое непрочно и насильственное неустойчиво. Теперь посмотрите на высокое дело человеколюбного промышления Божия. Бог попустил – и первым умер не Адам, который первым согрешил, что было бы справедливо, а невинный Авель. Вот, царство смерти началось несправедливостью и потому начало его шатко. Авель не только первым умер, но вдобавок неестественной, насильственной смертью, убитый братом. Так царство смерти, начавшее с несправедливости, привлекло к себе на помощь насилие и потому стало близко к концу. Итак, в мире воцарилась смерть, но царство ее было несправедливо и насильственно, а потому нетвердо и кратковременно. Вот мысль Афанасия Великого в его 61-м вопросо-ответе. «Если бы Адам умер первым, смерть имела бы твердое основание, ибо первым унесла согрешившего. Но так как она первым приняла несправедливо убитого, царство ее шатко и слабо». С самого начала обнаружилось, что смерть, хотя и тиран, все же не имеет свободной царской власти над человеческим родом. Из рук ее ускользнул Енох, взятый в рай живым; избежал ее Илия, на огненной колеснице взошедший на небо. Илия же избавил от власти смерти сына вдовы сарептской, а ученик его Елисей – сына сонамитянки. В последок дней пришел воплотившийся Сын Божий, Господь живых и мертвых, страшный истребитель смерти и открыл ей всю ее слабость. Он одним словом отнял у нее дочь Иаира, уже умершую, и как от сна воскресил ее к жизни; отнял сына вдовы, которого уже несли на одре к гробу, и возбудил его одним прикосновением руки; отнял у смерти Лазаря, которого ад уже четыре дня держал в узах, и одним возгласом исторгнул его из тления; отнял столько телес усопших святых, изведенных от гробов к жизни, которых ад содержал уже столько времени. Наконец, Господь низложил тирана, умертвил смерть, разрушил ее царство, когда тридневен славно воскрес от мертвых. Потомки Адама, мы все, как птицы, были в той роковой несчастной сети, которую смерть держала повсюду протянутой. В эту же сеть предал Себя и Богочеловек Иисус, восприняв добровольную смерть. Но Он предал Себя с Божественной Своей силой, разорвал сеть и по славном Своем Воскресении первый воспарил на небо и спас и нас от власти смерти. «Сеть расторгнута, и мы избавились. Помощь наша – в имени Господа»  (Пс.123:7-8). Мы спасены и больше уж не пленники смерти. Мы смотрим на нее и уже не боимся ее свирепого вида. До Воскресения Христа смерть была страшна для человека. По Воскресении Христовом человек стал страшен для смерти. С тех пор как воскресший Иисус победил смерть, ее смело презирают ученики Христовы. Из среды мучеников даже малые дети и юные девы смеются над ней. Вот дар воскресшего Владыки, преимущество славного Воскресения. Воскрес Христос, и умерщвлена смерть. Воскрес Христос, и разрешилось тление. Воскрес Христос, и воссияло бессмертие. Воскрес Христос, и опять открылся рай. «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» (1Кор. 15:55). Как смертные, мы падаем, но как бессмертные воскресаем. Мы заключаемся в темницу мрачной могилы, но и туда проникает блаженный свет Владычного восстания, и он оживотворяет нас. Мы ждем смерти, но предвидим бессмертную жизнь, залог чего нам дало Воскресение Спасителя. Христос воскрес!

Вышний победитель смерти, вечный Жених душ наших, Божественнейший Иисус, к Тебе обращается язык мой, к Тебе утренюет дух мой, к Тебе обращаю души этих желанных моих слушателей. Туда, где я посеял семя Евангельской Твоей истины, ниспошли изобильный дождь Твоей Божественной благодати, чтобы произрос плод спасения. Прими, божественное Слово, мои слова, как мысленную жертву, приносимую во славу святого Твоего имени и во спасение моей грешной души и всего этого собрания. Явись мысленно и возвесели нас светом славного Твоего Воскресения. И если даже найдешь заключенными двери сердца нашего, пройди все-таки туда внутрь, как Ты прошел сквозь заключенные двери к Твоим ученикам, вдохни благодать Святого Твоего Духа и Божественного Твоего мира. Скажи нам еще раз: «Примите Духа Святого… мир вам»  (Ин. 20:22 и 19).

(Свт.Илия Минятий, «Проповеди», Период 1, “Слово в неделю Пасхи”).

 

Преп. авва Дорофей

Изъяснение некоторых изречений святого Григория, которые даются с тропарями на святую Пасху

Приятно мне говорить вам, хотя несколько, о песнопениях, которые мы поем, чтобы вы наслаждались не (одними) звуками, но и сам ум ваш равномерно воспламенялся силою слов. И так что мы пели ныне? “Воскресения день! да принесем самих себя (в жертву)”. Древле сыны Израилевы в праздники или торжества приносили Богу дары по Закону; т.е. жертвы всесожжения, начатки и т.п. Потому святый Григорий учит и нас подобно им праздновать Господу и возбуждает нас, говоря: “Воскресения день” [Слово св. Григория Богослова на Пасху], вместо: день святого праздника! день Божественного торжества! день Пасхи Христовой! Что же значит “Пасха Христова”? Пасху совершили сыны Израилевы, когда выходили из Египта; ныне же Пасху, к празднованию которой побуждает нас святой Григорий, совершает душа, исходящая из мысленного Египта, т.е. греха. Ибо когда душа переходит от греха к добродетели, тогда совершает она Фасех Господу, как сказал Евагрий: Пасха Господня есть переход от зла к добру. И так ныне Пасха Господня, день светлого праздника, День Воскресения Христа, распявшего грех, за нас умершего и воскресшего. Принесем же и мы Господу дары, жертвы, всесожжения, не бессловесных животных, которых Христос не хочет, ибо «жертвы и приношения бессловесных Ты не восхотел», и о «всесожжении» тельцов и овнов «не благоволил» (Псал. 39:7), и Исаия говорит: «что Мне множество жертв ваших, говорит Господь», и проч. (Ис. 1:11). Но так как Агнец Божий заклан был за нас, по словам Апостола, сказавшего: «Пасха наша, Христос, заклан за нас» (1Кор, 5:7), «Который берет на Себя грех мира» (Иоан.1:29), «сделавшись за нас клятвою» (Гал. 3:13), как написано «проклят пред Богом всякий повешенный на дереве» (Второз. 21:23), да искупит «нас от клятвы закона, дабы нам получить усыновление» (Гал. 3:13; 4:5); то и мы должны принести Ему некий благоугодный дар.

Какой же дар или какую жертву должны мы принести Христу в день Воскресения, чтобы это было Ему благоугодно, поскольку он не хочет жертвы бессловесных животных? Тот же Святой научает нас опять и сему, ибо сказав: “Воскресения день”, он прибавляет: “да принесем самих себя.” Так и Апостол говорит: «представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего» (Рим. 12:1).

А как должны мы принести тела свои Богу в жертву живую и святую? Не исполняя более воли плоти и помыслов (наших) (Ефес. 2:3), но поступая по духу, и похотей плотских не исполняя (Гал. 5:16); ибо сие значит: «умерщвлять земные члены нашы» (Кол. 3:5). Это и называется жертвою живою, святою и угодною Богу. Почему же это называется жертвою живою? Потому что бессловесное (животное), приводимое на жертву, когда закалается, умирает; а Святые, принося себя в жертву Богу, живые закалаются ежедневно, как говорит Давид: «за Тебя умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание» (Псал. 43:23). Вот что значат слова Святого Григория: “принесем самих себя”, т.е. принесем в жертву самих себя; будем умерщвлять себя «всякий день», как и все Святые (умерщвляли себя), ради Христа Бога нашего, умершего за нас.

Как же они умерщвляли себя? – «Не любя мира, ни того, что в мире» (1Иоан. 2:15), как сказано в соборных посланиях, но отвергшись похоти плотской и похоти очей и гордости житейской (16 с.), т.е. сластолюбия, сребролюбия и тщеславия, и взяв крест, последовали Христу и распяли мир себе и себя миру (Гал. 6:14). О сем-то говорит Апостол: «Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:24). Вот как умерщвляли себя Святые.

Как же они приносили себя в жертву? Живя не для себя, но поработив себя заповедям Божиим и оставив свои пожелания, ради заповеди и любви к Богу и ближнему, как сказал святой Петр: «вот, мы оставили все и последовали за Тобою» (Матф. 19:27). Что Он оставил? Разве у него были деньги или имения, золото или серебро? У него была сеть, да и та ветхая, как сказал святой Иоанн Златоуст; но он оставил, как упомянуто все, то есть: все свои пожелания, всякое пристрастие к миру сему, так что если бы он имел имения или богатство, то он очевидно презрел бы и их и взяв крест, последовал бы Христу, по сказанному: «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20). Вот как Святые приносили себя в жертву! Они умерщвляли в себе, как мы сказали, всякое пристрастие и собственную волю, и жили для одного Христа и Его заповедей. Так и мы принесем в жертву самих себя, как учит святой Григорий; ибо нас хочет (Бог), мы – “стяжание самое драгоценное пред Богом”.

Поистине, человек драгоценнее всех видимых тварей, ибо Создатель привел их в бытие словом Своим, сказав: – «да будет» сие, «и стало так»; и опять: «да произрастит земля» то и то, «и стало так; да произведет вода» и т. п. (Быт. 1:3,11,20), Человека же Бог создал своими руками и украсил его, а все другое устроил для служения ему и успокоения его, поставленного царем над всем этим; и даровал ему в наслаждение сладость рая, а что еще удивительнее, – когда человек лишился всего этого через грех свой, Бог опять призвал его кровью Единородного Сына Своего. Человек есть стяжание самое драгоценное, как сказал Святой, и не только самое драгоценное но и самое свойственное Богу, ибо Он сказал: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему». И еще: «сотворил Бог человека, по образу Божию сотворил его; и вдунул в лицо его дыхание жизни» (Быт. 1:26,27; 2:7).

И Сам Господь наш, пришедши к нам, воспринял образ человека, тело и душу человеческие, и одним словом, по всему кроме греха, сделался человеком, так сказать, усвоив Себе этим человека и сделав его Своим. И так хорошо и прилично сказал Святой, что “человек есть стяжание самое драгоценное”. Потом, говоря еще яснее, прибавляет “воздадим образу сотворенное по образу”. Как же это? – Научимся сему от Апостола, который говорит: «Очистим себя от всякой скверны плоти и духа» (2Кор. 7:1). Соделаем образ наш чистым, каким мы и приняли его, омоем его от скверны греха, чтобы обнаружилась красота его, происходящая от добродетелей. О сей-то красоте молился и Давид, говоря: «Господи, по благоволению Твоему подай красоте моей силу» (Псал, 29:8).

И так очистим в себе образ Божий, ибо Бог требует его от нас таким, каким даровал его, – не имеющим ни пятна, ни порока, ни чего-либо такого (Ефес. 5:27). Воздадим Образу сотворенное по образу, познаем свое достоинство; познаем, каких великих благ мы сподобились; вспомним, по чьему образу мы сотворены, не забудем великих благ, дарованных нам от Бога, единственно по благости Его, а не по нашему достоинству; уразумеем, что мы сотворены по образу создавшего нас Бога. “Почтим Первообраз”. Не будем оскорблять образа Божия, по которому мы созданы. Кто, желая написать изображение царя, осмелится употребить на это дурную краску? Не обесчестит ли он этим царя и не подвергнется ли наказанию? Напротив, он употребляет для сего дорогие и блестящие краски, достойные царского изображения; иногда же прилагает и само золото к изображению царя и старается все одежды царские, если возможно, представить на изображении так, чтобы, видя изображение, объемлющее все отличительные черты царя, думали, что смотрят на самого царя, на сам подлинник, ибо изображение величественно и изящно. Так и мы, созданные по образу Божию, не будем бесчестить своего Первообраза, но сделаем образ свой чистым и славным, достойным Первообраза. Ибо если обесчестивший изображение царя видимого и подобострастного нам, бывает наказан, то что должны потерять мы, пренебрегающие в себе Божественный образ и возвращающие, как сказал Святой, образ нечистым.

“Итак почтим Первообраз, уразумеем силу таинства и то, за кого Христос умер”. Сила таинства смерти Христовой такова: поскольку мы грехом утратили в себе образ Божий, и потому через падение и грехи соделались мертвыми, как говорит Апостол (Ефес. 2:1), то и Бог, сотворивший нас по образу Своему, умилосердившись над Своим созданием и Своим образом, ради нас сделался человеком и подъял смерть за всех, чтобы нас умерщвленных возвести к жизни, которую мы потеряли за свое преслушание; ибо Он восшел на святой крест и распял грех, за который мы изгнаны были из рая, и «пленил плен», как сказано в Писании (Псал. 67:19, Ефес. 4:8,). Что значит: «пленил плен»? – То, что по преступлении Адамовом враг пленил нас и держал в своей власти, так что души человеческие, исходившие тогда из тела, отходили в ад, ибо рай был заключен. Когда же Христос восшел на высоту святого и животворящего креста; то Он Своею кровью избавил нас из плена, которым пленил нас враг за преступление, т.е. опять избавил нас из рук врага и, так сказать, обратно пленил нас, победив и низложив пленившего нас, потому и говорится (в Писании), что Он «пленил плен». Такова сила таинства; для того умер за нас Христос, чтобы, как сказал Святой, нас умерщвленных возвести к жизни.

Итак мы избавились от ада человеколюбием Христовым, и от нас зависит идти в рай, ибо враг уже не насилует нас, как прежде, и не содержит нас в рабстве; только позаботимся о себе, братия и сохраним себя от действительного греха. Ибо я и прежде много раз говорил вам, что всякий грех, исполненный на деле, опять порабощает нас врагу, поскольку мы сами добровольно низлагаем себя и порабощаем ему. Не стыд ли это, и не великое ли бедствие, если мы после того, как Христос избавил нас от ада Своею кровью, и после того, как мы все это слышим, опять пойдем и ввергнем себя в ад? Не достойны ли мы в таком случае еще сильнейшего и жесточайшего мучения? Человеколюбец Бог да помилует нас и подаст нам внимание, чтобы мы могли разуметь все это и помогать самим себе, дабы обрести нам хотя малую милость.

(Преп. авва Дорофей. Поучение 20).

 

Преп.Симеон Новый Богослов

Что есть таинство Воскресения Христова? Как в нас бывает Воскресение Христово, и как вместе с этим бывает воскресение души?

Братия мои возлюбленные! Пришла Пасха, радостный день Воскресения Христова, вина всякого радования, посещающая нас однажды в год, а для тех, которые понимают таинство Воскресения, бывающая каждодневно и даже непрерывно…

 Но, если считаете то благословным, пообдумаем и поисследуем точнее, в чем таинство Воскресения Христа, Бога нашего, какое таинственно бывает и в нас, если захочем, и как погребается Христос внутрь нас, как во гробе, как соединяется с душами нашими, воскресает в нас и вместе с Собою воскрешает и нас. Христос, Бог наш, после того, как повешен был на Кресте и пригвоздил на нем грех всего мира, умер, сошел в преисподняя ада; потом, поднявшись из ада, опять вошел в пренепорочное тело Свое, и тотчас воскрес из мертвых; и затем наконец вознесся на небеса с силою и славою многою. Таким же образом и теперь, когда мы, оставляя мир сей и мирские суетности, при исповедании страстей Христа Господа, входим во гроб покаяния и смирения, Он Сам сходит с небес, входит в тело наше, как во гроб, соединяется с душами нашими и воскрешает их, мертвых сущих по грехам, и, воскресив, дает благодать видеть славу сего таинственного Воскресения.

 Так Воскресение Христово бывает воскрешением и нас, падших в грех и мертвых. Воскресение и слава Христова есть, как сказали мы, собственное наше воскресение, которое бывает, проявляется и видится в нас посредством Воскресения Его, в нас Им совершаемого. Воскресение же души есть единение ее с жизнию (вкушение жизни). Ибо как тело мертвое, если не примет внутрь себя живой души и не сольется с нею неслиянно, не может жить одно, само собою, так и душа не может жить истинною и вечною жизнию одна, сама собою, если неизреченным образом не соединится неслиянно с Богом. Душа, несмотря на то, что невещественна и бессмертна по естеству, бывает мертва и бесчувственна, прежде чем соединится со Христом, прежде чем увидит, что соединилась с Ним и воскресла, прежде чем познает то и восчувствует: так как ни познания не бывает без вИдения, ни вИдения без чувства, то есть прежде видит кто какую вещь и, видя ее, познает, а потом и чувствует. Это говорю в отношении к духовному, а в отношении к телесному бывает чувство и без вИдения, как, например, слепой, споткнувшись ногою о камень, чувствует боль. В духовном же, если ум не придет в состояние созерцания, чтобы созерцать то, что выше понимания, то не может чувствовать таинственного от того воздействия. Итак, тот, кто говорит, что он чувствует духовное, прежде чем придет в состояние созерцать то, что выше ума, слова и помышления, тот подобен слепому, который чувствует добро и зло, какие испытывает, но не знает, что у него под руками и ногами, и что может живить его или мертвить, потому что не имеет очей, чтобы видеть и знать то. Поэтому сколько раз бывает, что он поднимает палку, чтобы ударить врага, а ударяет друга, при всем том, что и враг стоит перед ним и осмеивает его!

 Воскресению Христову верят многие-премногие, но мало таких, которые бы чисто зрели его. Те же, которые не зрят так Воскресения Христова, не могут поклоняться Иисусу Христу, как Господу. Почему священная песнь, которую часто имеем мы в устах своих, гласит: “Воскресение Христово”, не веровавше, а что? “Воскресение Христово видевши, поклонимся Святому Господу Иисусу, единому безгрешному”. Как же это Святой Дух подвигает нас петь: “Воскресение Христово видевши”, то есть что мы видели Воскресение Христово, – когда мы не видали его, так как Христос воскрес больше тысячи лет прежде, да и тогда никто не видал, как Он воскрес? Уж не хочет ли песнь церковная научить нас говорить ложь?! Да не будет! Перестань злословить! Напротив, она завещала нам возглашать этими словами совершенную истину, напоминая о том Воскресении Христовом, которое бывает в каждом из нас, верных, и бывает не просто, но светоносно, блистая сияниями Божества Его и нетления. Светоносное присутствие Духа показывает на совершившееся в нас Воскресение Господне, и еще более – дает нам благодать видеть Самого воскресшего Христа Господа. Почему и поем: “Бог Господь и явился нам”; и, желая показать второе его пришествие, прибавляем вслед за тем: “благословен грядущий во имя Господне”. Итак, в тех, в которых явился Христос воскресший, всеконечно Он и виден бывает духовно, и видится духовными очами. Ибо когда приходит в нас Христос благодатию Святого Духа, то воскрешает нас из мертвых, какими бываем дотоле, и животворит, и делает, что мы видим в себе живым Его Самого, бессмертного и нетленного. И не только это, но Он дает нам благодать и такую, что мы ясно познаем, как Он воскрешает нас и прославляет вместе с Собою, как удостоверяет все Божественное Писание.

 Таковы-то божественные таинства христиан! Такова сокровенная сила веры нашей, которой не видят, и не могут видеть неверы, маловеры или, лучше сказать, полуверы, которые имеют половинную веру. Неверы, маловеры и полуверы суть которые не показывают веры своей делами. Без дел и бесы веруют и исповедают Христа, что Бог есть. Знаем, нередко вопили бесы, что «Ты Сын Божий» (Мк.3:11). В иной раз и об Апостолах кричали: «сии человеки – рабы Бога Всевышнего» (Деян.16:17). А они были рабы Христовы. Но такая вера не может помочь ни бесам, ни людям. И никакой нет пользы от такой веры, потому что она, как говорит Апостол, мертва. «Вера без дел мертва» (Иак.2:20), как, наоборот, делам споспешествует вера (Иак.2:22). Почему же мертва такая вера? Потому что не имеет в себе Бога животворящего, – что не стяжевает в себя Христа, сказавшего: «кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое… и Я и Отец придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин.14:23), чтобы присутствием своим воскресить из мертвых того, кто стяжевает такую деятельную веру, оживотворить его и дать ему видеть Самого Христа, воскресшего в нем и его воскресившего. Вот почему вера без дел мертва или, лучше сказать, мертвы те, которые имеют веру без дел. Истинная же вера в Бога всегда жива и живуща, и животворит тех, которые приступают к ней и принимают ее с благим произволением. Она и прежде действительного исполнения заповедей Христовых многих привела от смерти в жизнь и показала им Христа и Бога. И если бы они после того пребыли в заповедях Его и соблюдали их даже до смерти, то были бы сохранены этими заповедями такими же, какими в начале стали одною верою. Но как они изменились в своих расположениях и впали опять в прежние грехи, то и веру потеряли, и праведно лишились истинного духовного богатства, которое есть Христос. От чего да не пострадаем и мы, будем, прошу вас, соблюдать, сколько сил есть, заповеди Христовы, чтобы сподобиться и настоящих, и будущих благ, то есть зрения Самого Христа Господа. Каковое да сподобимся получить все мы благодатию Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава во веки. Аминь.

(Преп.Симеон Новый Богослов. “Слова”, Слово 42).

Свт.Иоанн Златоуст

Слово огласительное на святую Пасху

Если кто благочестив и любит Бога, пусть насладится этим светлым торжеством. Если кто раб благоразумный, пусть исполнится радости Господа своего. Если кто утомился от поста, пусть примет ныне награду. Если кто с первого часа работал, пусть получит ныне должное вознаграждение. Если кто после шестого часа явился, пусть не сомневается, потому что ничего не теряет. Если кто замедлил до девятого часа, пусть является без всякого опасения. Если кто пришел только в одиннадцатый час, пусть не страшится замедления, так как щедрый Владыка и последнего принимает наравне с первым; дает отдых в одиннадцатый час пришедшему, равно как и работавшему с первого часа; и последнего милует, и о первом заботится; и тому платит, и этому дарит; и дело ценит, и расположение хвалит.

Поэтому войдите все в радость Господа нашего: и первые и вторые награду получите, богатые и бедные друг с другом ликуйте, воздержанные и нерадивые день почтите! Постившиеся и не постившиеся – возвеселитесь сегодня! Трапеза полна пищи: наслаждайтесь все! Телец огромный: пусть никто не уйдет голодным! Все пользуйтесь богатством благости!

Никто пусть не плачет от бедности, потому что явилось общее царство. Никто пусть не оплакивает согрешений: прощение воссияло из гроба! Никто пусть не страшится смерти, потому что освободила нас смерть Спасителя!

Схваченный ею попрал ее, сошедший во ад пленил ад, огорчил его, вкусившего от плоти Его. Это и Исаия предвидел, когда взывал: “ад”, говорит, “огорчился” (Ис.14:9). Встретив Тебя в преисподней, он огорчился, потому что потерпел поражение, огорчился, потому что потерпел посмеяние. Взял тело, а нашел Бога, взял землю, а встретил небо, взял то, что видел, а напал на то, чего не видел.

Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа” (1Кор.15:55)?

Воскрес Христос, и ты низвержена! Воскрес Христос, и пали демоны! Воскрес Христос, и радуются ангелы! Воскрес Христос, и нет ни одного мертвого во гробе!

Христос, воскресший из мертвых, стал начатком умерших. Ему слава и держава во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «Слово огласительное на святую Пасху»).

Слово на Пасху 1-е.

Иудеи празднуют пасху земную, отвергнув небесную, мы же, празднуя пасху небесную, оставили земную. Как совершалась она у тех, она была напоминанием о спасении первенцев иудейских, когда первенцы иудейские не погибли вместе с египетскими, будучи сохранены таинственно кровью жертвы пасхальной; совершающаяся же у нас пасха есть причина спасения всех людей, начиная с первозданного (человека), который во всех (нас) сохраняется и остается живым. Совершившееся и временное, будучи образом и подобием вечного, было приуготовлено для того, чтобы оттенить ныне воссиявшую истину; когда же явилась истина, образ сделался неуместным, – все равно как, при появлении царя в своем народе, никто не захочет, оставив самого живого царя, падать ниц перед его изображением. Ясно отсюда, насколько образ бледнеет перед истиной: именно, образ празднуется [по поводу сохранения] кратковременной жизни иудейских первенцев, истина (по поводу дарования) вечной жизни всем людям. Ведь избавиться ненадолго от смерти – еще немного значит для того, кто несколько времени спустя все равно умрет, но много значит избежать смерти совсем. Это и случилось с нами, за которых заклан был Пасха – Христос. И даже само имя праздника, истолкованное согласно с истиной, имеет большее преимущество.

Пасха по переводу значит прохождение, – когда губитель, избивая первенцев, проходил (мимо) дома евреев. Мимо нас губитель действительно прошел, так как он совершенно навсегда оставил нас, воздвигаемых Христом к вечной жизни. Таким образом, установление ветхозаветной пасхи следует рассматривать духовно и созерцать верою сообразно с апостольскими толкованиями. Но верному естественно, конечно, стремиться к тому, чтобы понять этот образ во всем его объеме и притом именно со стороны соответствия его действительности, чтобы, таким путем, иметь возможность как бы телесными очами созерцать то, что само по себе духовно. Ему хочется, чтобы все относящееся к закону имело близкое отношение к Христу, чтобы через духовное телесное стало явственнее, и невидимое  оказалось видимым как на живописной картине.

Итак, когда Бог вознамерился навести десятую казнь на египтян (а заключалась она в положении первенцев), то Он сказал Моисею: “месяц сей да будет у вас началом месяцев” (Исх. 12:2); первый месяц у вас из месяцев года. И установил сряду пасхальную жертву и помазание кровью на дверях, и от помазания ею обещал спасение первенцев. Если обратиться прямо к действительности, то какое значение должно придавать тому обстоятельству, что начало года приурочивается ко времени, когда совершилась спасительная пасха? Очевидно то, что и для нас истинная пасхальная жертва является началом вечной жизни. В самом деле, год есть символ вечности, потому что, делая круг, он всегда вращается в самом себе и не останавливается ни на каком конце. И Отец будущего века, Христос, жертва за нас принесенная, делая всю нашу прежнюю жизнь стоящею вне времени, дает через купель возрождения начало другой жизни, по подобию своей смерти и воскресения. Поэтому всякий, зная принесенную за него в жертву Пасху, должен считать началом своей жизни то время, с которого Христос сделался жертвой за грех. А жертвой становится Он за него тогда, когда он познает благодать и поймет начавшуюся через ту жертву жизнь. И познав это, должен стремиться получить начало новой жизни и более не возвращаться к прежней, конца которой достиг. “Мы умерли”, сказано, “для греха: как же нам жить в нем” (Римл. 6:2)? Таково символическое значение начала года.

Далее, в десятый день месяца повелевает Господь взять по агнцу каждому дому и притом так, чтобы в каждом доме собралось столько человек, сколько нужно для того, чтобы съесть агнца всего без остатка; закалать же агнца нужно было в четырнадцатый день к вечеру. Итак, пять дней жертва находится вместе с теми, кому она должна доставить спасение, на исходе же пятого дня жертвенное животное закалывается, смерть проходит мимо, спасенный наслаждается непрестанным светом и луны, светящей всю ночь, и солнца, сменяющего луну; это именно бывает в пятнадцатый и притом полнолунный день. Пять этих промежутков указывают, что все время мира делится на пять периодов: от Адама до Ноя, от Ноя до Авраама, от Авраама до Моисея, от Моисея до пришествия Христа и пятый – период самого пришествия. В это время спасение через блаженную жертву уготовлялось для всякого человека, но еще не совершалось. В пятом же периоде времени приносилась истинная жертва, и спасаемый ею первозданный человек достигал непрестанного света. И то, что пасха совершалась не в самый вечер, а к вечеру, показывало, что не в самом конце настоящего времени, но к концу пострадает Христос. Такое деление времени подтверждается и притчей, в которой день разбивается на пять частей, так как рассказывается, что в виноградник, т.е. на делание правды, одни званы были с первого часа, другие с третьего, иные с шестого, иные с девятого, а иные с одиннадцатого. И как различно было это призвание, так различно и оправдание: одно при Адаме, другое при Ное, иное при Аврааме, и иное при Моисее; последнее же и самое совершенное – во время пришествия Христа, когда по притче Спасителя последние получают награду первыми. Именно мы, за которых Христос сделался жертвой, первыми получаем возрождение в крещении, после того как Христос воскрес и Святого Духа послал для нашего обновления. Таково именно таинственно созерцаемое символическое значение жертвы, приносимой в четырнадцатый день, и следующей затем светоносной ночи и дня.

То же, что жертвенное животное в каждом доме съедалось сполна и мясо не выносилось вон, показывает, что спасение во Христе получает один только дом: этот дом – церковь, сущая по всей вселенной, прежде чуждая Богу, а теперь одна только вступившая с Ним в родство, через принятие посланных Господом Иисусом, все равно как жилище Раави, бывшей блудницы, приняв к себе соглядатаев, посланных Иисусом, одно только и сохранилось при разрушении Иерихона. И как множество еврейских домов имеет значение одного, так и находящиеся по городам и странам церкви, будучи по счету многочисленными, составляют одну только церковь: один в них Христов повсюду, совершенный и неделимый. Потому что жертвенное животное в каждом доме должно было быть совершенным и не делилось на отдельные части. Ведь и Павел говорит, что все мы потому и составляем едино во Христе, что “один Господь, одна вера” (Ефес. 4:5). Итак, необходимо признать, что неделимым единством жертвенного животного закон прообразовал Христа, предъизображая им же вместе с тем и единство Церкви. Во Христе, в жертве Его, мы имеем спасение, и все, что было до Его пришествия, мы познаем как предуготовление к этому пришествию, и дело спасения всего человечества с самого начала поставлено было так, как будто перед глазами всех все время была совершаема жертва Христова, за всех приносимая. Но принадлежит это спасение, как нам известно, одной лишь Церкви, и никто не может вне Церкви и веры ни быть сообщником Христу, ни спасаться. Зная это, мы понимаем, что спасение всего мира совершается не от дел закона, но во Христе, и безбожным ересям не оставляем никакого основания для надежды, но полагаем их вне всякой надежды, так как они не имеют ни малейшего общения со Христом, но тщетно прикрываются спасительным именем ко вреду и обману тех, кто больше обращает внимания на название и внешность, чем на истину. Итак, пусть никто не отрывает от Христа того, что было издревле, пусть никто не думает, чтобы кто-либо из живших прежде мог спастись без Христа; а тех, кто в наше время переиначивает и извращает истину, кто устраивает лишь суетное и ложное подобие Церкви, чуждое Христу и истине, тех пусть никто не именует и христианами и не поддерживает общения с ними: да это и невозможно, потому что не выносится из священного дома жертва и не предлагается для общения находящимся вне его.

Посмотрим теперь на прообразовавшего славу Господа агнца. Требовалось, чтобы Он был непорочен, мужского пола, и однолетен. Прежде всего он обладал непорочностью и совершенством,  потому что один Христос исполнен всякого совершенства и всецело беспорочен, и ни с какой стороны, от начала и до конца не нуждается ни в каком оправдании, как и сам говорит: “так надлежит нам исполнить всякую правду” (Мф. 3:15). Потому-то для всех жертв и употреблялись всегда животные совершенные и беспорочные, что они служили прообразом Христа. И жрецам Бог повелел быть вполне совершенными и неповрежденными телом, потому что они были прообразом истинного Жреца. Затем, пасхальный агнец должен быть мужского пола, потому что этому полу по природе принадлежит главенство и преимущество, как и у людей мужчина имеет телесное преимущество перед женщиной. И Христос по природе и в действительности есть Глава и Царь, так как, будучи небесным человеком, соединился с нами, как брат, по телесной природе, но стоит выше нас, как Господь, по духовной стороне, по Своей божественности. Поэтому и женихом является только Он один, если считать невестой все человечество; даже Иоанн, величайший из пророков, не был женихом, как видно и из его слов о Христе и о себе: о Христе он говорил: “имеющий невесту есть жених”, а о себе: “а друг жениха, стоящий и внимающий ему, радостью радуется, слыша голос жениха. Сия-то радость моя исполнилась” (Иоан. 3:29). И апостолы все – не женихи Церкви, хотя без сомнения они и приняли по благодати подобие Христу, сделавшись сынами Христа через Христова Духа. Но что говорит блаженный Павел? “Я обручил вас единому мужу, чтобы представить Христу чистою девою” (2Кор. 11:2). Итак, Господь – поистине Глава, Владыка и Царь, не только потому, что был Богом среди людей, но и по предвечному божеству, потому что по природе Он – Царь всякого создания, не по благодати получивший царство, но имеющий его поистине и по рождению от Отца. Агнец, заметь, был однолетним; это означало, что Господь будет новым на земле и совершенно непричастным той ветхости, какая возобладала в людях. Поэтому, если кто называет Господа простым человеком и полагает, что Христос был нашей природы, для того Он уже не будет агнцем совершенным и непорочным, потому что никто из людей не беспорочен, не будет агнцем мужского пола, потому что никто из людей не имеет прирожденного и всецелого телесного превосходства в сравнении с одинаковыми по природе людьми. И кто причисляет Господа к твари и утверждает, что Он имел не истинное божество, а полученное по благодати, у того и агнец, приносившийся за него в жертву, не мужского пола, – тот не узнал Царя по природе, а обращает его в иного, различного и по природе и по существу. Точно также если кто-нибудь припишет Христу что-либо из свойственного ветхому человеку, например, осмелится утверждать, что Он причастен греху, или подлежит рабству закона, или подлежит по необходимости смерти, для такого однолетний агнец не может уже служить прообразом Христа, – для того незаметным прошло обновление, принесенное Христом.

Остается уразуметь символическое значение агнца и козла. Именно, агнец, сообразно с Исаией, есть символ кротости Христа: “как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен” (Ис. 53:7); козел же по закону есть жертва за грех: “козу”, сказано, “за грех” (Левит 5:6). Итак, кроткий, как агнец, Он дал привести Себя и, затем, был принесен в жертву за грех, как козел, отдав самого себя по смирению на спасение людей, – какового спасения и мы да достигнем по вере и любви к пострадавшему за нас Господу Иисусу Христу, через Которого и с Которым Отцу со Святым Духом слава во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 1»).

Слово на Пасху 2-е.

Предполагаемое значение прообразов в законе подтверждается самой истиной. Так, например, агнец беспорочен, как и предсказал закон о пасхальной жертве, мужского пола, однолетний, взятый в десятый день месяца, приносится в жертву в четырнадцатый к вечеру, причем счет месяцев начинается с того времени, когда совершалась пасха. Именно, все это относится ко Христу и страданию Его, и в Нем получает оправдание своей истинности и необходимости; взятое же само по себе оно не может иметь никакого смысла. Те, которые не знают Христа, не нашли бы оправдания этим требованиям закона и не могли бы объяснить, зачем Бог дал такие повеления о ветхозаветной пасхе. И в самом деле, нет какого-либо иного основания для установления жертвы за спасение первенцев и для совершения помазания кровью при входах. Что, в самом деле, за сила в заклании жертвенных животных для спасения первородных? Что за необходимость в помазании кровью знака на домах? Без сомнения, Бог и без знаков знал дома евреев, так что и выражению: увижу кровь и пройду мимо вас” (Исх. 12:13) оставалось бы только удивляться. Но возводя и эти повеления к истине, ты узнаешь присущий им смысл, как и было уже показано выше на нескольких примерах.

Когда, именно, беспорочная Жертва пострадала за нас, смерть, начавшаяся от первозданного человека, уничтожается, и первозданный человек, живущий во всех нас, спасается, оживотворяемый воскресением Христа. И, по справедливости, для всех причастников той жертвы жизнь, разрешающая узы греха и смерти, делается спасительным знаком. На нее-то взирая, Бог спасает спомазавшихся Ему верою, которые не иначе и могут избежать справедливо карающего ангела, как только ради пролитой за нас по человеколюбию крови. Видишь, какой смысл имеет прообраз, рассматриваемый согласно с истиной? Таким образом, если кто-нибудь из иудеев вздумает говорить: для чего Христос пострадал, чтобы спасти мир, как будто бы он не мог быть спасен и без этого? – На это должно ответить ему: зачем приносилась пасха для спасения иудейских первенцев, как будто бы они не могли бы быть спасены и без этого? И он не в силах будет ответить что-нибудь (потому что Бог, конечно, не нуждался ни в жертве, ни в знаке, чтобы узнать дома). В нашу пользу говорит это дело и лишний раз подтверждает истинность святой веры, показывая, как неправедность наша уничтожается праведностью Христа, – других средств к разрешению ее и не было (так точно тьма рассеивается только светом), – и как наша смерть уничтожается жизнью Христа, точно тьма светом. Потому-то и священна та жертва, что она была прообразом истинной. А эта истинная, – преданная по неведению нечестивых смерти и погребению, советом же Божиим принятая в качестве священной жертвы и сделавшаяся по собственной воле приношением для Отца, – священна по существу, как истинная жертва.

Предал, говорит, Отец Сына за нас, и Христос “предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное” (Ефес. 5:2). И для одних, искавших смерти Христа, совет этот принес пагубу, для других же, которые искали спасения, ради смерти Христовой, вера их послужила ко спасению. Мимо них проходят месть и смерть, потому что смерть теряет над ними свою пагубную власть, согласно со словами Спасителя: “кто соблюдет слово Мое, тот не увидит смерти вовек” (Иоан. 8:51). Ради пролитой за нас крови мы получаем Духа Святого. Если же соединяются вместе и кровь и Дух, то для того, чтобы мы могли принять через однородную с нашею кровь неоднородного с нами Духа Святого и через это преградить доступ к нам смерти. Доступ же смерти двоякий, почему и знак крови делается тоже двоякий. “На обоих”, сказано, “косяках и на перекладине дверей” (Исх. 12:7). Входит смерть через грех, как говорит апостол. Грех же в нас бывает то следствием страсти (а она двоякая: или состоит в чувственном расположении души к изнеженности, или в жестокой грубости), то плодом мысли, когда она принимает направление неправильное и ненормальное. Рассудок, все равно как притолока или верхняя перекладина в дверях, лежит выше обоих столбов страсти, будучи главным и высшим по природе. Страсть может быть уподоблена столбам, находится ниже рассудка, как точно и столбы стоят под притолокою. Какие же страсти ведут к изнеженности? Объядение, пьянство и страсть к плотскому общению. Какие грубые страсти дущи? Гнев и разные виды себялюбия, перечисляя которые Павел говорил: “будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастию и распутству, ни ссорам и зависти;  но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа” (Римл. 13:13,14). Древнее помазание и подобно этому самому облечению, когда мы, принимая образ страдания Христа, облекаемся святостью Христа, – не предаваясь удовольствиям, и не ожесточаясь гневом. А если говорить как следует и с рассуждением, то помазание есть именно сама одежда, в которую мы облекаемся, – мудрость не плотская, но Христова, так что по плотскому уму мы умерщвляемся, становимся как бы мертвыми, а умом украшаемся духовным. Когда мы таким образом облекаемся, тогда уже ни через неразумные страсти, ни через несмысленные помыслы грех не может подступить к нам и смерть не может возобладать над нами. Таков без сомнения тайный смысл помазания.

Вслед за помазанием наступает ядение, вселяющее в нас божественное тело и приводящее к единению с ним. “Съедят” говорится, “мясо его в сию самую ночь, испеченное на огне” (Исх. 12:8). Ночь – это настоящий век. “Ночь прошла” (Римл. 13:12), говорит Павел. Вкушение святого тела при посредстве огня указывает на горячую и кипящую ревность. “Духом”, говорится, “пламенейте” (Римл. 12:11), и: “огонь пришел Я низвести на землю”, говорит, “и как желал бы, чтобы он уже возгорелся” (Лк. 12:49). Как огонь, когда говорится об употреблении мяса, указывает на горячую поспешность, так опресноки обозначают простоту, а горькие травы последующие мучения. “С пресным хлебом”, сказано, “с горькими травами пусть съедят его” (Исх. 12:8). Простым и незлобивым становится нрав человека, освободившись как бы от закваски, от всего ветхого и лукавого и восприняв новое и нехитростное, чтобы оно квасило. “Пасха наша”, говорится, “Христос, заклан за нас. Посему станем праздновать не со старою закваскою, не с закваскою порока и лукавства, но с опресноками чистоты и истины” (1Кор.5:7,8). А горькое – это скорби: “но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда, а надежда не постыжает” (Римл. 5:3-5). “Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие” (Деян. 14:22). Таким образом мы принимаем скорбь в качестве приправы, в надежде получить через это царство.

Запрещено было есть мясо сырым. При буквальном, плотском понимании остается совершенно непонятным, почему это Бог запрещает то, чего никогда не бывает, потому что никто не станет есть сырого; по отношению же к нам – это запрещение имеет величайшее значение: не приступать к принятию божественного тела без подготовки, потому что невоспринятым оно остается у тех, которые нерадиво принимают его, не подготовляясь к такому общению добрыми делами. “Вера”, говорится, “без дел мертва” (Иак. 2:20). И вследствие этого на нерадивых насылаются скорби для их пользы, – чтобы они были, как говорит Павел, участниками святости его. Любовь к плотским удовольствиям рождает бездеятельность относительно духовных дел. Поэтому, обозначая это другим символом, законодатель запрещает есть мясо вареным в воде, потому что варится мясо для того, чтобы оно было приятнее на вкус, при вкушении же божественной пищи нельзя думать об удовольствии: духовная сила не соединяется с плотским расположением. Поэтому, говорит, не вари священного мяса, с разными приправами, но ешь его просто печеным на огне, с напряженным старанием, чуждым удовольствия. Любовь к удовольствию несовместима с любовью к Богу, как говорит Павел: и для тех, “их бог – чрево” (Фил. 3:19), Бог не есть Бог. И тех, которые превращают евхаристию в пышные пиры, обращая освящающее приобщение в повод к обильному питанию и разнообразному питью, апостол не одобряет. К ним Павел говорит: “вы собираетесь, так, что это не значит вкушать вечерю Господню; ибо всякий поспешает прежде других есть свою пищу, так что иной бывает голоден, а иной упивается. Разве у вас нет домов на то, чтобы есть и пить? Или пренебрегаете церковь Божию и унижаете неимущих? Что сказать вам? похвалить ли вас за это? Не похвалю” (1Кор.11:20-23). Таким небрежным отношением к святой пище апостол и объясняет постигавшие их искушения, потому что в нечистоте приступали они к святыне.  “От того многие из вас немощны и больны и немало умирает. Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы” (1Кор.11:30,31). Повинны мы в нечестии против Господа, когда без достаточной готовности тела приступаем к соединению с Его телом, которое Он дал нам для того, чтобы мы, соединившись с ним, могли бы соединиться с Духом Святым. Для того Слово Божие всецело и отдало самого себя телу и сделалось плотью, по евангельскому голосу, чтобы мы, не будучи в состоянии иметь общения с Ним, как Словом, приобщились бы Ему, принявшему плоть, сделав, по возможности, сродной свою плоть с духовной плотью и дух со Св.Духом, чтобы стать подобными Христу, сделавшись храмом Духа, как говорит апостол: “вы храм Божий”, и еще: “не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога” (1Кор.3:16 и 6:19)? И через соединение с Духом касаемся и тела Христа, и, пребывая в святости, становимся членами Христа. “Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет” (1Кор.11:15). Вот какими подробностями обставил закон приготовление священной пищи, вот какими символами, к нашей пользе направляя тогдашние прообразы.

“Голову”, сказано, “с ногами и внутренностями” (Исх. 12:9): голова указывает на начало явления к людям, на первое пришествие, а ноги указывают на конец, на второе пришествие, без которого первому нельзя верить, так как на нем не все, предсказанное пророками, исполнилось. Вот почему иудеи и не верят (пришествию Христову), думая, что пришедший так не есть Христос, потому что не исполнилось то, что относится к славному пришествию. Поэтому, вместе соединив, сказал: “голову с ногами”, т.е. первое пришествие со вторым, чтобы и с позором приведенного на заклание Агнца ты принял, как Господа, и в нем мог увидеть Царя, являющегося со славою. И то, и другое предсказал пророк Исаия; и не требуй поэтому избавления Иерусалима теперь же, но ожидай его впоследствии: “и придет Искупитель Сиона и сынов Иакова, обратившихся от нечестия” (Ис. 59:20), когда Он сам спасет остаток народа, который должен обратиться к Нему. При первом же пришествии Его исполнилось, как можешь видеть, противоположное: оставил дом мой, расточил наследство мое, и еще: “Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого” (Ис. 53:9). Итак, “с ногами и внутренностями” – это предостерегало иудеев, чтобы не отделяли бесславного пришествия Господа от славного и чтобы по неверию не были отделены от общения с ним. Но “с и внутренностями”, – сказано. Что это значит? То, чтобы вы не соблазнились тем, что будет видимо, но и замечали сокровенное; не человеком считайте Его наравне с собою, потому что Он человек по телу, но познавайте Его духовно и вы узнаете в Нем Отца. Пока ты не видишь того, что находится внутри, и не имеешь с ним внутреннего общения, ты еще не увидел Христа, думая, что Он человек, а не Бог. А Он сам говорит: “видевший Меня видел Отца” (Иоан. 14:9). Нужно рассмотреть и это выражение: “не оставляйте от него до утра” (Исх. 12:10). И его объясняет нам Павел, говоря, что воспоминание о страдании Господа будет совершаться, пока Он не придет (1Кор.11:26). Оно совершается столько времени и спасает совершающих, пока не пройдет настоящая ночь и не настанет утро, и Христос живой воссияет нам с неба, спасая жизнью Своею, как ныне спасает смертью: “ибо если”, говорится, “будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его” (Рим.5:10). Итак, уже смертью Христа мы спасаемся, а тогда будем спасаться и жизнью Его. Таково символическое значение запрещения оставлять что-либо из жертвенного мяса до утра. И мы также будем тогда живыми, и наша теперешняя смерть проходит; между тем как теперь мы спасаемся не иначе, как через смерть, тогда будем иметь спасение жизненное. “О горнем помышляйте, а не о земном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе” (Колос. 2:2-4). Поэтому, если остается что-либо из жертвенного мяса, оно сжигается огнем, чтобы мы знали, что в настоящем веке Христос умер за грех однажды, и смерть над Ним более не господствует, но уничтожена силою Духа, как будто огнем, когда жизнь овладела знамением смерти.

“Костей ее не сокрушайте” (Исх.12:46). Блаженный Иоанн относит это к телу Христа, которое было сохранено, потому что голени Его не были переломлены; но это имеет также и духовное значение, – потому что твердость Его оставалась непобедимою, и поэтому тление не коснулось тела Его, так как оно имело самое прочное и несокрушимое основание, будучи устроено не телесным, но божественным способом, имея божественное происхождение, не подверженное человеческому тлению. “Плоть Его не видела тления” (Деян. 2:31). После такого исследования о спасительном употреблении священной пищи, мы теперь прекратим слово, остановив прочее до другого раза, и попросим у Господа того, чего просил Давид: “открой очи мои, и увижу чудеса закона Твоего” (Пс. 118:18), – чтобы у нас чтение закона не было таким неразумным, как у иудеев, остановившихся на одних образах, но чтобы, мысля о божественных символах божественно, мы достигли самой святой истины во Христе Иисусе Господе нашем, через Которого и с Которым слава Отцу со Святым Духом во веки.  Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 2»).

Слово на Пасху 3-е.

Святость Христа предуказывалась пасхальной жертвой с беспорочным агнцем, спасение людей в страдании Христовом – спасением первенцев, данным через пасхальную жертву, на освящение же указывало ядение (жертвы). И об этом нами уже было раньше сказано. Теперь из остального, указанного в законе, следует рассмотреть то, как должно приготовлять себя тому, кто будет принимать освящение, как приступать к приобщению святыни, какую жизнь проводить после того, как сделаешься причастником и сообщником святого.

И вот, каким образом должно приготовляться тому, кто намеревается быть сообщником Христу, законодатель образно указал нам в обрезании, говоря: “вот устав Пасхи: никакой иноплеменник не должен есть ее; а всякий раб, купленный за серебро, когда обрежешь его, может есть ее” (Исх. 12:43,44). Обрезание же тогда было только частичным, не будучи полезным само по себе, потому что нисколько не лучше казался человек от обрезания сравнительно с необрезанным. Напротив, израильтяне даже порицались по этому поводу от Бога: “ибо все эти народы необрезаны, а весь дом Израилев с необрезанным сердцем” (Иер. 9:26). Истинное обрезание есть обрезание всей плоти, делающее приятным и угодным Богу того, кто обрезан сердцем, у кого снято плотское покрывало, которое мы имеем по наследованию от родителей и которое должно быть снято у нас; закон, повелевая обрезывать детородные члены, наперед указал в этом символ рождения и покрова, сопровождающего нас от рождения. Итак, тот, кто не оставляет плотского образа жизни, тот не достигнет общения со Христом. “Обрезание – мы, служащие Богу духом, и не на плоть надеющиеся” (Фил. 3:3). Только сердце, свободное от всего плотского, истинно может служить Богу и духом соединяться со Христом. Началом этого обрезания служит страдание за нас Господа, пренебрегшего Своею плотью и принявшего ради нас само обрезание; на нас же это таинство отпечатывается в крещении, а исполняется в жизни сообразно Христу. “В Нем вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым; быв погребены с Ним в крещении” (Колос. 2:11,12). Итак, пока ты не оставил плотских привычек, ты, как инородный и чужестранец, и не будешь участником и сообщником со святым, пришедшим с неба, Христом: тот сам должен быть небесным, кто хочет подойти к небесному, небесным же никто не может сделаться, не оставив земного. Таким образом, наперед умертвив в себе ветхого человека благодатью крещения, через усердие в духовных делах ты подойдешь ко Христу и приобщишься к Нему.

Во-вторых, нужно видеть, каковыми были по закону все участвовавшие (в ядении) пасхи, для того чтобы узнать, какими должны быть и мы для участия со Христом.  “Ешьте же его так: пусть будут чресла ваши препоясаны, обувь ваша на ногах ваших и посохи ваши в руках ваших” (Исх. 12:11). Дорожная одежда, надетая и хорошо подпоясанная, указывает на скорую готовность идти навстречу обетованию Божию, как и Израиль тогда, готовый в путь, отправлялся в землю обетования. Обрати же внимание на духовного путешественника, какое он имеет перед тем преимущество. Он спешит не на эту дальнюю землю обетования, не временные блага преследует, не землю меняет на землю, не Иудею вместо Египта; но что говорит такой путешественник о своем путешествии? “Забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания” (Фил. 3:13,14). Вот чресла, препоясанные истиною, по апостолу (Ефес. 6:14)! Так именно ты будешь проворным в добром течении, если  оставишь все теперешнее – пустое и ложное, по Давиду (Пс. 38:8), станешь искать будущей истины и по ней томиться. Ноги – обутые, говорит, готовностью благовестия мира, способные для всякого доброго бега, каким упрочивается для нас мир с Богом, как говорит апостол: “мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа” (Римл. 5:1), и еще: “с терпением”, говорит, “будем проходить предлежащее нам поприще” (Евр. 12:1), и еще: “бегу, чтобы получить” (1Кор.9:24, 26). Посохи у них в руках – это надежда или утверждение души в Боге, чтобы не поколебаться в скорбях, как и сказал Павел (1Фес.3:3), но быть твердым. “Ешьте его с поспешностью: это – Пасха Господня” (Исх. 12:11). Не для беспечных эта еда, не для удовольствия, не для тех, кто небрежен и склонен к бездеятельности, но для тех, кто имеет дух бодрый и напряженный, почему она и доставляет нам минование губительного мщения, когда посылает его Господь. Поэтому говорит: “это – Пасха Господня”, что один переводчик прямо истолковал: “перехождение Господу”.

В-третьих, после такого принятия божественной пищи, мы посмотрим, какова должна быть и жизнь того, кто принял это святое питание. На это именно указывают опресноки и дни опресноков. Иудеи вот заботятся об опресноках и думают, что семь опресночных дней доставляют им что-то особенное, не едят квасного хлеба и не держат его у себя, не будучи в состоянии указать какую бы то ни было пользу от этого дела, потому что они образ выполняют, а не истину. Ты же понимай опреснок согласно слову апостола и как мы показали, именно, чтобы душа была чиста и не запятнана никаким злодеянием, чтобы был новый образ жизни без всяких прежних пороков. Очевидно, так нужно понимать эти слова: даже и следа чего-нибудь подобного “не должно быть закваски в домах ваших, ибо кто будет есть квасное, душа та истреблена будет из общества Израилевых” (Исх. 12:19). Возвращение к прежней порочности есть гибель для того, кто был переведен в новую жизнь. “Если живете по плоти”, сказано, “то умрете” (Рим.8:13). Какое символическое значение имеют семь дней (опресночных)? Семь дней, говорит, ешьте опресноки. Семь дней, как это и есть на самом деле, обозначают все время, потому что после седьмого дня, который есть покой, начинается возвращение первого, и этот круг времени идет вперед, обращаясь через семь дней в самого себя.  Во все, конечно, время следует тебе жить в простоте и чистоте, и это поистине спасительно. “Если”, сказано, “духом умерщвляете дела плотские, то живы будете” (Рим. 8:13). Характер того, кто не ищет плотского, прост, незлобив, не лукав, чужд всего худого и ненавистного. Почему же первый день и седьмой называет святыми, говоря: “и в первый день да будет у вас священное собрание, и в седьмой день священное собрание” (Исх. 12:16)? Потому что как первый день показывает начало, в которое мы освящаемся через принятие Святого Духа, так седьмой день обозначает конец, когда именно мы, освободившись от тела, бываем со Христом и приходя к Господу, оставив странствование земное, всецело переносимся к святости. “Водворяясь в теле, мы устранены от Господа” (2Кор. 5:6). Закон требует, чтобы эти дни были свободны от работ. “Никакой работы”, говорит, “не должно делать в них” (Исх.12:16). Это показывает, что душа не должна уклоняться в сторону земных попечений и оставаться в рабстве, несоответствующем служению Богу, но что только то одно с ревностью должно исполнять, только на то употреблять усилие, в чем для нее есть польза. На это же самое указывает и следующее выражение: “только что есть каждому, одно то можно делать вам” (Исх. 12:16). Поэтому Господь, приводя к объяснению покоя по закону, так как покой искали в отдыхе от суетных дел, а не в том, что относится к пользе души, предложил фарисеям: “должно ли в субботу добро делать, или зло делать? душу спасти, или погубить” (Мк. 3:4)? Если правильно и сообразно Христу хочешь соблюдать субботу и праздничный покой, воздерживайся от мирских забот и занятий, а заботься о том и делай то, что относится к Богу и пользе души. И тогда будешь истинно и правильно проводить субботу и праздновать святой праздник, образ того, что у Христа, Которому слава во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 3»).

Слово на Пасху 4-е.

Пасху празднуют иудеи в воспоминание освобождения из Египта и избавления первенцев от смерти. Само название – “пасха” – означает прохождение смерти; такое значение оно имеет на языке еврейском. Пасху празднуем и мы, но не как избавление от временной смерти, подобно тем, и не как освобождение от временного рабства, но как совершенное избавление от смерти, как совершенное освобождение от рабства дьяволу. Смерть первенцев миновала тех, которые принесли в жертву прообразовательного агнца и помазали кровью части дверей, нас же смерть, начавшаяся от первозданного (человека), минует, не будучи в силах удержать тех, которые вкусили жертвы божественного Агнца и запечатлены верою в спасительную кровь. У тех земной агнец, у нас же с неба, – как у Авраама, когда он имел посланного Богом агнца для принесения вместо сына, – поистине посланный от Бога с неба Агнец, принесенный за нас, чтобы более мы не оставались во власти смерти через неодержимого ею Христа.

Послал, сказано, Бог Сына Спасителем мира (Иоан.3:17), и: “сошел”, говорит “с небес” (Иоан. 6:42). И Креститель свидетельствует о Нем, говоря: “вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира” (1:29). Бессловесный агнец не уничтожает греха, а  вследствие этого и происходящей от греха смерти; разумнейший же Агнец освободил от греха, уничтожив вместе с ним и смерть. Выводит нас не из земли египетской в землю иудейскую, но в вечное владение от мира тленного. Он – Агнец и вместе Пастырь, ведущий овец. Впереди, говорит, пойду, ведя их к вечной жизни. Начало месяцев у иудеев – заклание в жертву агнца и выход из Египта; у нас же начало жизни – страдание Христа и удаление со Христом от мира, – потому что мы тогда живем, когда умираем для мира, тогда возрождаемся для Бога, когда оставляем земное рождение.

Агнец неделимый, съедаемый в одном доме, в духовной Церкви, иначе же нигде не получаемый, как и плотским иудеям заповедано не выносит мяса агнца из дома. Хлеб пресный был у тех, кто ел пасху; у нас же общение со Христом при новом, юном и простейшем духе, как ново и просто тесто опреснока. Горькие травы, с которыми ели тогда пасху, указывали на наши скорби, через которые мы принимаем участие в страданиях Христа, потому что горько мучение, хотя бы плод от него был и сладок. Костей агнца не ломали, и это закон повелевал, предъизображая Христа, потому что, как повествует евангелие, никто не перебил святых голеней Господа: “да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится” (Иоан. 19:33,36). Мясо ели ночью, на день не оставляли, потому что и смерть Христова воспоминается в настоящем веке, в будущем же является жизнь. Внешний вид евших пасху – одежда подпоясанная на бедрах, сапоги на ногах, в руках палки: вся обстановка путешественников, приготовившихся к поспешному совершению пути; для нас же здесь указано приготовление души к переходу из (этого) мира.

Поэтому хорошо приготовленные и сосредоточенные души избегают житейских забот, будучи готовы к божественному шествию на небо. “Наше же жительство”, говорит апостол, “на небесах” (Фил.3:20). В качестве посоха, чтобы опираться, мы взяли веру и надежду на Христа. Зажжен и для наших душ светильник, как для тех зажжен был вещественный светильник. Светильник для душ наших закон Христов: “Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей” (Пс. 118:105). И сам Господь говорит об этом: “да будут чресла ваши препоясаны и светильники горящие. И вы будьте подобны людям, ожидающим возвращения господина своего” (Лк. 12:35,36).

Остается посмотреть, кто ел пасху. Никто из необрезанных не допускался к вкушению пасхи; а если были иностранцы или рабы, они должны были обрезываться. Так и никто не может сделаться участником Христа, не обрезывая у себя человеческих излишеств и не очистившись от плотских осквернений, которые мы принимаем от отцов по рождению. Образом такого обрезания было плотское обрезание. Поэтому и пророком Иеремиею было сказано, что должно быть обрезано жестокосердие ваше (4:4) Итак, поспешим к блаженному общению со Христом, сделаемся через это чистыми от мирских зол, чтобы освятиться духовными добродетелями; никто пусть не обращается назад в мир, но поспешим, чтобы не остаться под рабством начальника века этого, но перейти в свободу Христа, Которому слава во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 4»).

Слово на Пасху 5-е.

1. У иудеев образы, у нас же истина, потому что сказано: “закон, имея тень будущих благ” (Евр. 10:1), и: “закон дан чрез Моисея; благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа” (Иоан. 1:17). И то, что было у иудеев, не чуждо было Христу, но относилось к Нему, как прообраз и тень; исполнение же и ясное созерцание вещей сохранялось до личного пришествия Его, когда непосредственно увидели Его Царем. Все равно как кто-нибудь пишущий картину сначала очерчивает тени, а затем расписывает картину красками; при этом теневое изображение на вид будто иное, а на самом деле оно – тоже самое очертание, которое лежит под красками. Рассмотри же со мной с помощью теней то, что истинно, и обрати внимание на то, что показывают образы, и от малого восходи к великому, и не тяготей исключительно к земле, когда вспоминаешь об освобождении одного народа от мучителя, о временном спасении отроков и о переселении из одной земли в другую. Ведь и празднества эллинов не многим отличались, если держаться подобных воспоминаний. Празднуют и они избавление от болезней, освобождение от тираний, переселения и основания городов, военные победы и тому подобное, посвящая  празднества свои земному и временному. В настоящее же время должно вспомнить о великом, о божественных дарах, поистине дарах Бога, – вспомнить тем, кто празднует великий вечный праздник, освобождение от противодействующих демонов, воюющих против добра, отвлекающих от царства Божия, не на короткое какое-либо время, но на вечное, переселение от земли на небо в настоящей жизни и в вечное наследие после будущего воскресения.

Египет угнетал иудеев, бывших свободными на самом деле по происхождению от предков, возложив на них ярмо рабства и принуждая делать кирпичи и строить города. Это символ мирового мучения, которое одолевает род человеческий, отпавший от божественного блаженства и свободы, с усердием трудящийся над земными делами и приготовляющий тленные жилища, потому что нет ничего у людей твердого и постоянного, все дела рук человеческих тленны, уничтожаясь от времени. Бог хочет освободить от этого рабства, жалея изнуряющееся от труда свое создание, как некогда, видя бедствие сынов Израилевых, освобождает их через переселение. Добровольно должны обратиться к Богу те, которые добровольно и отпали от Него. Посылаются рабы, имеющие закон, чтобы призывать через закон к справедливости, а справедливостью показывать дорогу к Богу, и чтобы противным силам наносить пока еще незначительные наказания, не приводя их к полной гибели, но только по частям, и пока еще не совсем уничтожая нечестивых из своей среды. Так именно было до пришествия Господа, явившегося уже после Своих рабов. Они были образами и символами Его.

Моисей был послан к иудеям с братом Аароном, призывая к  служению Богу, бичуя египтян по очереди насылавшимися казнями за порабощаемый и угнетаемый народ. Но когда это происходило, Израиль был еще в Египте, царь египтян мог еще противиться Богу. Девять казней было, но конца дела еще не было. Нужно было наслать последнюю казнь, смерть первенцев, и Израиль вместе с ней выходит. Тогда-то приносится в жертву агнец, входы у домов еврейских мажутся кровью и первенцы избегают казни от смерти через кровяной знак. Едят агнца иудеи с опресноками и горькими травами. Выходят из Египта; их преследует фараон с прочими египтянами; подходят к Красному морю. Оно принимает полчища евреев, разделившись божественным чудом от жезла Моисея, но потопляет вошедшую в него египетскую силу. Агнец для тебя есть Христос при исходе от мира, Он тебя переселяет, возводя на небо, оживляет для вечной жизни. Переселяя человека, происшедшего от Давида, Он вместе переселяет и тех, которые следуют за ним послушно и покорно, не боятся более фараона и не остаются в рабстве у земных мирских страданий, через то незначительное и острое удовольствие, образ которого имел Израиль при ядении мяса с луком и чесноком в Египте. Таково мирское удовольствие, состоящее из очень остроумно сплетенной игры забот и плотского, животного пресыщения. А когда ты выходишь из мирской жизни, тогда бывает начало истинной жизни, подобно тому как у тех пасха образовала начало месяцев. Теперь начало жизни, когда ты расстаешься с мирской земной жизнью; теперь ты находишь некоторую истинную жизнь, жизнь духовную.

Христос приносится в жертву, так что ты знаешь, что жертвоприношение Его совершилось за тебя. Тогда для тебя сбывается то, что “как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен” (Ис. 53:7). И кротость в нем сохраняет первообраз агнца, а стремление к высоте и нежелание оставаться в долинах дает возможность козленку взбираться на высоты; козы прыгают и поднимаются на места трудно проходимые и очень возвышенные. Высоким же для человека и недоступным местом было небо, с того дня, когда человек пал, нарушив заповедь божественную, ставши рабом плоти и лишившись Святого Духа. Туда теперь возводит, возвышает тебя божественная жертва, принесенная за тебя. С тобою Он умер, чтобы ты жил в Нем.

Кровь Агнца спасительна для тебя, если ты приступаешь к ней с верою, если чувства свои и помышления, через которые входит смерть вслед за грехом, помажешь верой, как бы кровью, все равно как Израиль мазал входы кровью. Ведь, если страсть не войдет в тебя через глаза, слух, обоняние, вкус и осязание, а затем и через рассудок, тогда и смерть не овладевает тобою, но ты, нося в теле умерщвление Иисуса, будешь иметь и являющуюся в теле твоем жизнь, и смерть, ведущая свое начало от первозданного Адама, пройдет мимо тебя, как погибель первенцев миновала дома евреев. Поэтому и название этого праздника пасхою означает прохождение мимо.  “Агнец у вас должен быть без порока” (Исх. 12:5), потому что непорочен Иисус. “Он  не сделал греха, и не было лжи в устах Его” (Ис. 53:9). “Мужского пола, однолетний”. Исполнение правды есть у одного только истинного Царя. Однолетний агнец есть образ вечного Христа, – потому что год есть символ вечности; совершая один и тот же круг в каждом веке и имея в себе самом все повороты, он есть образ нового человека, в котором ветхая наша человеческая природа заменена новой, потому что “облечься”, сказано, “в нового человека” (Еф. 4:24). Облекшись совершенством и непорочностью Агнца, ты будешь агнцем Бога; и сам представив свое тело в жертву живую, святую, благоугодную Богу, будешь напутствован к вечной жизни.

2. Видишь ли, что твою пасху никаким образом нельзя сравнить с иудейскою, которая имела только некоторое подобие ее, была лишь тенью ее? Младенчествовал, конечно, Израиль, совершая такие жертвы и полагая, что ими он угождает Богу, и воображая, что через них получает спасение, но совсем забывая о том, что это лишь образ единой действительно спасающей жертвы. Поэтому Бог говорит им через Иеремию: и не давал им заповеди в тот день… о всесожжении и жертве” (Иер. 7:22). Конечно, “нет лжи у Бога”, и дав заповедь, Он не может сказать, что не давал ее. Но дело в том, что совершение жертвы заключало в себе пророческий смысл и предвозвещало о Христе. Бог, заповедав приносить в жертву агнца, указывал на Христа, имеющего быть принесенным в жертву, и все, что относилось к агнцу, прообразовывало Христа. Из этого иное ты уже видел, а иное по возможности рассмотри по порядку.

В каждом еврейском доме (приносится) один самый лучший агнец, и никакая часть мяса не выносится из того дома, где был заколот. Во всякой церкви и во всякой душе повсюду Христос находится весь, и нигде нет только части Его. Поэтому, как там много было агнцев во всех домах поодиночке, так здесь в каждой душе один и тот же самый Христос. Пять дней держится агнец в доме, с десятого и по четырнадцатый, затем приносится в жертву иудейской синагогой в четырнадцатый день к вечеру. Пять промежутков времени обозначаются этими пятью днями, от Адама до конца: один до Ноя, другой вплоть до Авраама, третий до Моисея, четвертый от Моисея до пришествия Христа и пятый – настоящее время после Его пришествия. К вечеру приносится жертва, – потому что в конце века Израиль всею синагогой согласился против Христа. С самого начала жертва Христова всегда понималась в страданиях праведных, начиная от праведного Авеля, и Христос был во всех страдающим; совершилась же она тогда, когда пострадал сам по себе пришедший божественный Агнец. И даже в четырнадцатый день того же самого месяца Он пострадал, и дух предал к вечеру; отделение же агнца для жертвы с десятого дня, между тем как заклание его совершилось в четырнадцатый день к вечеру было образом того, что сначала было упражнение в страдании, а под конец само страдание. Затем, рассмотри со мною новую и странную заповедь Божию о вкушении агнца: не есть мяса агнца сырым. Кто же ест сырое мясо? Пусть бы сказано было не есть вареного, чтобы не тратить времени, потому что время было к спеху. Что это значит –  не есть сырого, но “испеченное на огне”? Ведь никто не запрещает того, чего никогда не бывает. Но образами, как я сказал, обозначаются вещи. Имеющий суетную веру употребляет сырую священную пищу; преданный удовольствиям – вареную, расслабляя, как вывариванием в воде, твердую веру беспечною жизнью; а печеную на огне ест тот, кто имеет горячий и кипучий дух. Далее, приказано есть голову с ногами и с внутренностями. Упоминание о голове должно напоминать тебе о Христе, – что Он, как Бог, предвечно существующий, есть глава невидимой и духовной церкви; ноги должны напомнить тебе, что в последние времена Он сошел на землю, как человек; а употребление внутренностей агнца в приложении ко Христу имело тот смысл, что Он, имея сокрытую в плоти силу и праведность, не внешними только и видимыми качествами приносит вкушающим Его пользу и спасение, но внутренними и сокрытыми. Мясо агнца съедается ночью, а на день не оставляется, во воспоминание страдания Христа во время мировой тьмы, после которой засветит день и явится жизнь Христова, – как (сказано): “день приблизился” (Рим.13:12). Кости агнца не сокрушаются; и у Христа воины не перебили голеней, как сделали это у распятых с Ним, по свидетельству евангелиста (Иоан. 19:33). Горькие травы, съедаемые с агнцем, указывали на горечь скорбей; опресноки – на простоту и чистоту, как говорит апостол, т.е., на новую добродетель, чистую от прежней порочности. Остается теперь раскрыть духовное значение внешнего вида вкушавших пасху – для того, чтобы и вы могли подражать ему, потому что духовный вид находится в тесном соответствии с телесным. Не простым поясом, но спасительным делом должен ты препоясать бедра твои, не телесные бедра – ремнем, но духовные – приготовлением души. Обуть ноги – означает, по апостолу, готовность благовествовать мир (Ефес. 6:15). Посох держи в руках не деревянный, но утверждающий твою веру. Всему внешнему виду их, собравшихся в путь, – так как они торопились выйти из Египта, – старайся побольше подражать, как бы спеша уйти от мира и тления. Будь усерден, но отнюдь не беспечен в духовном вкушении пасхи. Усердие в этом случае – прекрасно, потому что оно свидетельствует не о чревоугодии тех, кто поспешно ест мясо, но о любви к Богу тех, кто спешит от мира к Богу.

Употребление опресноков в продолжении семи дней – это есть чистота в течение всей жизни. У кого остается квасный хлеб, тот подвергается гибели, потому что порочность ветхого человека пагубна и никаким образом не может совмещаться с праведностью и святостью нового человека. И ты видишь, что при наличности такой закваски гибель человека вполне справедлива; при понимании же закваски в смысле обыкновенной хлебной закваски, показаться, что Бог несправедливо обременяет людей (запрещая квасный хлеб).

Правда в образах открывается, но светит и познается в истине, подобно тому как и само помазание кровью, кажущееся недостойным Бога, перестает быть таким, когда образ рассматривается сообразно истине. Неприлично, кажется, Богу пользоваться знаком из крови для распознавания домов еврейских, но вполне согласно с Ним узнавать нас и спасать по вере в кровь Христову. А разве не столь же неприлично понимать и обрезание в том простом смысле, что будто бы Бог повелел обрезываться всякому намеревающемуся есть пасху, если он не был обрезан, и затем приступать к еде? Если же ты будешь понимать обрезание в духовном смысле, тогда его таинственность для тебя объяснится и ты прославишь Бога. Обрезание относилось к детородным членам. От рождения ты, человек, имел покрывало; его то именно ты должен отбросить, чтобы с открытым лицом видеть истину, а не рассматривать ее из-под земного телесного покрова. А когда ты сделаешься свободным от плотского тела, тогда, как дух, придешь ко Христу, и, прилепляясь к Господу, будешь один дух, участвуя во святом и спасительном общении, на которое указывало вкушение мяса. Обрежься же и совлеки тело вместе со Христом, согласно словам Павла, что вы “обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым” (Колос. 2:11). Таким образом, обрезывая у себя всякое корыстолюбие, честолюбие, любовь к удовольствиям, питайся божественной пищей, ведущей на небо, освобождающей от лукавых властей, избавляющей от тяжких трудов, дарующей тебе славный и блаженный путь к Богу, во Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 5»).

Слово на Пасху 6-е.

1. Священные лучи света Христова уже засияли, и ясные звезды чистого Духа взошли, небесные же царские власти открыли сокровищницы Божества. Ночь долгая и темная поглощена, мрачная смерть сокрыта, жизнь всем открыта, все полно неиссякаемого света, восток Востоков господствует над всем, и рожденный прежде денницы, бессмертный, великий Христос является перед всеми светлее солнца. Теперь наступает долгий, вечный и неугасающий для нас, верующих, светлый день, – пасха таинственная, образно совершавшаяся во времена господства закона, пасха – достойное удивления дело божественного совершенства и силы. Поистине праздник и вечно живой памятник! Из страсти бесстрастие, из смерти бессмертие, из умерщвления жизнь, из поражения исцеление, из падения восстание, из нисхождения восхождение! Так Бог производит великое! Так из невозможного творит неожиданное, для того, чтобы можно было узнать, что для Его одной воли все возможно!

Итак, пусть закон устанавливает эти образы, пусть ангел изъясняет, возвещая великое пришествие великого Царя, пусть предуказывает истину теми событиями, при которых множество египетских первенцев умерло, а Израиль был спасен таинственной кровью. Это все – тень будущего; а у нас – исполнение уподоблений и осуществление образов, вместо тени – сама истина во всей своей точности и твердости. Там агнец из стада, здесь Агнец с небес; там знак крови, на время отклонявший опасность, здесь Слово – сосуд полный божественной крови и Духа; там овца из стада, здесь вместо овцы сам Пастырь “как овца, веден был на заклание” (Ис.53:7). Вот, каким образом те события предвозвестили всецелое спасение! Одни лишь образы – и те оказались спасительными.

Да возрадуются же небеса небес, как вопиет божественный Дух, возвещая славу Божию; да празднуют небесные ангелы и архангелы; да торжествуют и все небесные силы, видя верховного Вождя вышних воинств, телесно приходящего в образе ходатая; да празднуют хоры звезд, показывая Восшедшего прежде денницы; да празднует и воздух, неизмеримо простирающийся в глубину и широту; да празднует морская вода, удостоившаяся священных следов и хождения; да празднует и земля, омытая божественной кровью; да празднует и всякая человеческая душа, возрожденная воскресением! Это – пасха, общее торжество всех вследствие исполнения отеческой воли в мире, посольство Христа, божественный восток над землею, ангелов и архангелов вечный праздник, жизнь бессмертная для всего мира, смертоносная для смерти, нетленное небесное блаженство для людей, священное торжество, предвозвещение древних и новых таинств, видимых на земле и на небесах, созерцаемых теми, кто принял их новыми и со священным познанием. Вот что можем мы вкратце сказать об этом предмете. Таков всенародный праздник пасхи.

Для того, чтобы и нам принять некоторое участие  в слове, как бы в пиршестве (не земным, но небесным питаясь, пусть вкусим и мы этой мысленной пасхи с духовным желанием, как и Иисус возжелал есть с нами пасху), – вот мы вкратце  скажем  сначала о том,  что  гласил  закон [о пасхе] и как он осуществлялся, и почему закон  был дан после оставления Египта; затем покажем и то, какова цель установления пасхи и какое это таинство – пасха, – все и во всех отношениях превосходящее.

Приведем прежде всего сами слова Св. Писания, чтобы затем легче и удобнее было рассмотреть с возможною обстоятельностью. “И сказал Господь Моисею и Аарону в земле Египетской, говоря: месяц сей да будет у вас началом месяцев, первым да будет он у вас между месяцами года. Скажите всему обществу Израилевых: в десятый день сего месяца пусть возьмут себе каждый одного агнца по семействам, по агнцу на семейство; а если семейство так мало, что не съест агнца, то пусть возьмет с соседом своим, ближайшим к дому своему, по числу душ: по той мере, сколько каждый съест, расчислитесь на агнца. Агнец у вас должен быть без порока, мужского пола, однолетний; возьмите его от овец, или от коз, и пусть он хранится у вас до четырнадцатого дня сего месяца: тогда пусть заколет его все собрание общества Израильского вечером, и пусть возьмут от крови его и помажут на обоих косяках и на перекладине дверей в домах, где будут есть его; пусть съедят мясо его в сию самую ночь, испеченное на огне; с пресным хлебом и с горькими травами пусть съедят его; не ешьте от него недопеченного, или сваренного в воде, но ешьте испеченное на огне, голову с ногами и внутренностями; не оставляйте от него до утра; но оставшееся от него до утра сожгите на огне. Ешьте же его так: пусть будут чресла ваши препоясаны, обувь ваша на ногах ваших и посохи ваши в руках ваших, и ешьте его с поспешностью: это – Пасха Господня. А Я в сию самую ночь пройду по земле Египетской и поражу всякого первенца в земле Египетской, от человека до скота, и над всеми богами Египетскими произведу суд. Я Господь. И будет у вас кровь знамением на домах, где вы находитесь, и увижу кровь и пройду мимо вас, и не будет между вами язвы губительной, когда буду поражать землю Египетскую. И да будет вам день сей памятен, и празднуйте в оный праздник Господу во все роды ваши; как установление вечное празднуйте его. Семь дней ешьте пресный хлеб” (Исх. 12:1-15). “И сказал Господь Моисею и Аарону: вот устав Пасхи: никакой иноплеменник не должен есть ее; а всякий раб, купленный за серебро, когда обрежешь его, может есть ее. В одном доме должно есть ее, не выносите мяса вон из дома и костей ее не сокрушайте. Все общество Израиля должно совершать ее.  А никакой необрезанный не должен есть ее;  один закон да будет и для природного жителя и для пришельца, поселившегося между вами” (ст.43-44; ст.46-49). Такими чертами божественное Писание предизобразило таинственно наш священный праздник. Исследуем же тщательно и с возможною обстоятельностью прочитанное сейчас, изъясняя с помощью ваших молитв глубокие тайны Писания, не искажая истины написанного, но проникая в действительный смысл того, что облечено в предложенные здесь образы. Ведь и скинию божественный Дух повелел устроить Моисею: “как покажу Я тебе, – сказал Он, – так устрой ее”. То, что усматривается нами через посредство прообразов, таинственно мыслится, как первообраз, как подлинник совершающегося на наших глазах.

2. Скажем, во-первых, о том, какой это месяц – начало месяцев, почему этот пасхальный месяц делается первым между месяцами года, во-вторых, что это за агнец, отделяемый в десятый день месяца, – агнец совершенный, мужского пола, однолетний; кто это – сосед и кто ближний, принимаемый в дом для вкушения пасхи; почему агнец сохраняется до четырнадцатого дня и закалывается к вечеру; почему закалывает его все множество собрания сынов израилевых к вечеру; что означает кровь на двух столбах и на притолоке; почему едят мясо ночью и притом печеным на огне, а не сырым, и не вареным в воде; почему едят голову с ногами и внутренностями; почему не ломаются кости; что такое опресноки и горькие травы; для чего это – “ешьте его с поспешностью”; какие это чресла должны быть подпоясаны, что это за сапоги на ногах, и что такое посохи в руках; и вообще, что означает эта пасха Господня, и почему кровь для тех домов, на которых она будет, будет иметь такую силу, что “увижу” – говорит Господь – “кровь и пройду мимо вас, и не будет между вами язвы губительной, когда буду поражать землю Египетскую”; для чего повелено семь дней есть опресноки; почему иноплеменник не должен есть пасху; что это значит – “в одном доме должно есть ее”, и не выносите мяса вон из дому, и костей не ломайте от него; “все общество Израиля должно совершать ее.  А никакой необрезанный не должен есть ее”. “Один закон да будет и для природного жителя и для пришельца, поселившегося между вами”, – один и тот же закон для обоих.

Вот образы, символы и тайны, у израильтян зримо бывавшие, у нас же духовно совершающиеся. Немного побеседовав об этом, мы таким образом дойдем до тайн истины: как понимать пришествие Иисуса Христа после закона; почему Он пришел и притом с телом; что за пасха, которую Он желал есть с нами; почему Он, словом воскрешавший мертвых, не посрамил смерть совсем, оставшись в живых; почему претерпел крест даже до смерти; что означает терновый венец, которым Он был украшен, или – уксус и желчь, которые Он пил; что означает пронзенное ребро, из которого вытекла кровь и вода; почему молился Он о том, чтобы миновала Его чаша, которую Он должен был выпить до конца; кто эти разбойники, распятые вместе с Ним, и который из них в раю; почему дух предается в руки Отца, а тело полагается в новом гробе; что означают слова: “ныне же будешь со Мною в раю” (Лк. 23:43), в применении к нынешним обстоятельствам; что означают три дня, которые Он пробыл под землею; почему  первыми видят Его женщины, и объявляющий радостную весть говорит: женщины, “радуйтесь” (Мф. 28:9)? Вот наши яства во время священного праздника! Вот трапеза духовная! Вот бессмертная пища и наслаждение! Вкусив хлеба с небес, испив чашу радости, кипящую и огненную, потому что кровь согрета свыше горячим дыханием, возвратившись к слову, покажем сначала, каков был закон и каково домостроительство закона. Таким-то образом из сравнения мы узнаем, что такое – слово и что – свобода слова.

Закон, данный через Моисея, есть совокупность разнообразных и необходимых учений, общеполезное собрание всего хорошего в жизни, таинственное подражание порядкам небесной жизни, светильники и подсвечники, огонь и свет, отблеск горняго света. Закон, данный через Моисея, есть прообраз благочестия, пособие в добром порядке жизни, задержка для первого греха, намек на будущую истину. Закон, данный через Моисея, есть наказание египетского заблуждения, написанное перстом Божиим, потому что иначе бы высокая рука сохранялась. Закон, данный через Моисея, наставник благочестия, путеводитель к справедливости, просвещение слепых, воспитатель неразумных младенцев, оковы для дурно поступающих, узда для жестоковыйных, принудительное иго для зложелательствующих. Закон, данный через Моисея, воспитание мудрых, упражнение в делах необходимых, училище для познания мира, предводительное наставление, преходящая тайна. Закон, данный через Моисея, есть символическое, состоящее из намеков, сокращение будущей благодати, возвещающее образами исполнение будущей истины, жертвами – (святую) жертву, кровью – кровь, агнцем – Агнца, голубем – голубя с небес, жертвенниками – Первосвященника, храмом – дом Божества, огнем жертвенным – весь вообще свет, свыше озаряющий мир. Раскроем же здесь таинственный смысл закона.

Прежде всего необходимо было явиться закону именно после выхода из Египта, чтобы искоренить зло в душе, всецело отдавшейся вещественному, в сердце, настроившемся по-египетски, срезать, наподобие плуга, внутреннее густо разросшееся терние помыслов, провести борозды в глубине души, обновить душу для восприятия божественного небесного слова. Поэтому справедливо божественный Дух вопиет: “распашите себе новые нивы и не сейте между тернами” (Иереем. 4:3). Поэтому и пасха таинственно начинается прежде всего из Египта, пасха – этот первый удар мрачному идолослужению, таинственное отсечение безбожного идольского безумия, справедливое ночное поражение первородных семян заблуждения. Известно, что Египет испытывал избиение первенцев, и умирало целое поколение, которое было рождено, – с тою целью, чтобы жестоковыйный фараон, не вразумившись первыми казнями, хотя и поздно вразумился, а Израиль так необычайно был спасен, Бог же прославился во всем. Множество египтян казнится, а у Израиля празднуется пасха, которая и называется поэтому пасхой в празднестве Господнем и в которой сокрыты многие священные тайны человеколюбия Божия. А смысл всего этого следующий.

Египет – это большой и мрачный образ темного и глубокого заблуждения. Здесь именно возникли первые зачатки того обмана, в силу которого тельцы и рыбы, звери и птицы и все подобного рода живые существа были боготворимы и почитаемы за богов. Вот почему, когда открылся с небес справедливый гнев и большой ужас объял всю землю, тогда прежде всего уничтожается суеверное и безумное идольское заблуждение, потому что “над всеми богами Египетскими”, говорит, “произведу суд. Я Господь” (Исх. 12:12). Казнь обрушивается на всех первенцев, так как, усвояя себе самую отдаленную древность, (египтяне) содержали самое древнее служение идолам. Казнь совершается среди ночного мрака, потому что мрачны, печальны, неприятны и беззвучны были требища темных дел и демонов. “И покажу”, – говорит, – “чудеса на небе вверху и знамения на земле внизу, кровь и огонь и курение дыма. Солнце превратится во тьму, и луна – в кровь, прежде нежели наступит день Господень, великий и славный” (Деян. 2:19-20). “Для чего вам этот день Господень? он тьма, а не свет, то же, как если бы кто убежал от льва, и попался бы ему навстречу медведь, или если бы пришел домой и оперся рукою о стену, и змея ужалила бы его.  Разве день Господень не мрак, а свет? он тьма, и нет в нем сияния” (Ам. 5:18-20). Кровь же знак печати Христовой, это мое таинство; знак не означал сам по себе истину, а только указывал на будущую истину. Всех тех, которые имеют знак крови на душах своих, подобно помазанному на домах, как изображено в законе, всех их пагубная казнь минует. И на которых, говорит, домах “увижу кровь и пройду мимо вас, и не будет между вами язвы губительной, когда буду поражать землю Египетскую” (Исх. 12:13). Итак, кровь является здесь знаком предохранительным, как для домов, так и для душ (ведь и душа божественным Духом и верою уготовляется в священно-приличное жилище). Этот-то знак и предохраняет верующих. Таково таинственное значение пасхи для всего мира.

3. Послушай, какое значение имеют частности, которые мы и попытаемся объяснить, насколько это нам по силам. Что именно здесь истинно, это известно Богу-Слову, устроившему священную пасху в виду Себя самого и ради Себя самого, а нам, как людям, пусть будет дано снисхождение, если мы в чем-нибудь и ошибемся.

Обратившись к прежнему, объясним прежде всего это выражение: месяц начало месяцев. Почему месяц пасхи есть первый между месяцами года? Тайное еврейское предание говорит, что это – именно то время, в которое Господь времен и Творец Бог некогда все создал. И это есть первый цвет создания, красота мира, когда сам Творец мысленно видел всю красивую картину, стройно двигающуюся, украшенную благоустройством небес, благоприятным сочетанием времен (года), правильным движением солнца, восходом еще не ослабевшего света, и уже украшенную рождением плодов, быстрым ростом растений, цветистыми побегами деревьев, уже нарождающимися поколениями стад, когда вся земля уже зазеленела, а цветущие плодовые деревья готовятся принести плод, когда земледелец, отвязав ярмо от плуга, дает отдых скрипучей телеге и, бросив в землю божественные плоды, ожидает сверху небесных дождей, когда пастух уже доит белое молоко, когда пчела делает сладкие соты, лепя из воску, когда корабельщик, радуясь блестящему морю, смело пускается с корыстолюбивыми замыслами в синие волны. Этот момент всеобщего согласия и полного благоустройства, это, так сказать, благодатное время, весна по всей своей прелести – и есть первый начаток времени. Для меня это несомненно, я так думаю и даже уверен, что началом, главою и первым вождем всякого времени должен быть считаем именно месяц пасхи, во время которого совершается и священнодействуется это великое таинство, чтобы как Господь от начала есть первородный первенец всего мыслимого и невидимого, так и этот месяц, вследствие значения священного торжества, сделался первым месяцем года и началом всякого времени. Это тот самый год (лето), о котором Св. Писание гласит: “проповедывать лето Господне благоприятное” (Лк.4:19). Овца есть священная жертва. Сам “как овца”, говорится, “веден был Он на заклание, и, как агнец пред стригущим его безгласен” (Деян. 8:32). И Иоанн:  “вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира” (Иоан. 1:29). Совершенный агнец и однолетний; совершенный, как считается на земле. Год, считаясь мерою времени на земле, делая круг и обращаясь в самого себя, этим круговым движением и обращением в самого себя уподобляется неизмеримой вечности. То, что агнец берется в десятый день месяца, имеет большое символическое значение. Промежуток времени до евангелия был заполнен законом; самым же главным учением в законе служит десятисловие; и вот именно после десяти заповедей закона приходит таинственный Агнец с небес. Сохраняется (агнец) в продолжение нескольких промежуточных дней, чем в Писании обозначается время пребывания (Христа) во плоти до страдания и содержания Его под стражею в доме первосвященника. Допускаемый к вкушению агнца ближний, сосед – это я, потому что ты, Израиль, не вместил в себе Агнца.

Затем, агнец закалывается к вечеру, потому что также и священный Агнец умерщвляется на закате солнца. Закалывает агнца все многочисленное собрание сынов Израилевых. И действительно, весь Израиль в своем неверии принял на себя вину за ту драгоценную кровь, – весь Израиль, в то время убивавший и до ныне не верующий. Поэтому против них свидетельствует Божественный Дух и гласит, говоря: “ваши руки полны крови” (Ис. 1:15).

Притолока, помазанная кровью, это Церковь, а два столба – это два народа, потому что Спаситель не довольствуется тем, что сначала послал к тебе, Израиль. “Я послан только к погибшим овцам дома Израилева” (Мф. 15:24). Я, как собачонка, сидел у чужого стола, не имея еще возможности есть хлеба, но собирая падающие крошки и питаясь от чужой пищи. Но после того, как ты не узнал манны с небес, хлеб был перенесен через веру ко мне, и я, вместо собаки сделавшись уже сыном, ем мясо. Померк свет мира перед великим (сиянием) тела Христова.  “Приимите, ядите: сие есть Тело Мое” (Мф. 26:26). “Мясо, испеченное на огне”: огненно ведь мысленное тело Христа. “Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся” (Лк. 12:49)? Не сырое мясо, чтобы слово было не трудное, полезное и приятное; и не сваренное в воде, чтобы слово не было слабым, водянистым, и растворенным. “Голову с ногами и внутренностями”. Начало и середина, как невидимый совет; ноги, как человек. Голова с ногами и внутренностями. Начало, середина и конец: все содержит, заключает и соединяет в Себе самом неразрешимыми связями, сделавшись действительно посредником между Богом и человеком. “Голову с ногами и внутренностями”. Высота, глубина и широта суть утверждения земли. “Голову с ногами и внутренностями”. Закон и слово, как совет. “Как прекрасны на горах ноги благовестника” (Ис. 52:7). “Костей ее не сокрушайте” (Исх. 12:46), – чтобы удостоверить воскресение с телом. “Подай”, говорит, “перст твой в раны от гвоздей” (Иоан. 20:27,25), чтобы знать, “ибо дух плоти и костей не имеет” (Лк. 24:39).

Опресноки ешьте с горькими травами, – потому что горьки они для тебя и знаменуют горькие дела. “Земля ваша опустошена; города ваши сожжены огнем; поля ваши в ваших глазах съедают чужие; все опустело, как после разорения чужими” (Ис.1:7). “Ешьте пасху с поспешностью” (Исх. 12:11).

И конечно, всякому намеревающемуся приступить к такому телу  должно быть добрым и трезвым. “Препоясав чресла ваши”. Должны быть оставлены природные путы – плотские стремления и грязные удовольствия. “Обув ноги”, – чтобы пути были правильные, опоры – не кривые для утверждения истины. Сандалии ваши, которые Моисей развязал, а Христос подвязал, на ногах ваших. “Сними”, говорится, “обувь твою с ног твоих” (Исх. 3:5), – чтобы видно было временное значение закона.  “Я недостоин развязать ремень обуви Его” (Лк. 3:16), – чтобы показать всеобщее значение заключенного договора. “И взяли каждый свой жезл”. Знак божественной силы, опора мыслительной твердости. Жезл (для) Моисея,  жезл (для) Аарона, жезл ореховый, жезл, разделяющий бездны морские, жезл, подслащающий горечь источников, жезл, на котором покоятся семь святых даров Духа Божественного: “дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия; и страхом Господним исполнится” (Ис. 11:2).

Это – пасха, пасха Господня! возгласил Дух, потому что она не образ, не вымысел, не тень, но пасха истинно Господня. Кровь – знамение, знамение будущей истины, прообраз истинного Духа, подражание великому помазанию. “И увижу кровь и пройду мимо вас”. Поистине Ты укрыл нас, Иисус, от великой гибели, протянул отеческие руки, скрыл нас под Своими отеческими крыльями, пролил божественную кровь на земле и совершил примирение, запечатленное кровью Твоею по человеколюбию Твоему, удалил от нас грозный гнев и  восстановил для нас тот древний мир.

Итак, пусть те едят опресноки семь дней, наблюдая седмеричное время в мире и вкушая определенную законом на земле земную пищу; наша же пасха – жертва  Христова, у нас новое тесто для Его священного смешения, для того, чтобы, всецело заквасившись лучшею силою, нам соединиться с Духом Его. И само царство небесное  я заквасил смешанной закваской соответственно трем мерам пшеничной муки. Отсюда и пасха. “Никакой иноплеменник не должен есть ее”. Я не бросаю жемчуга перед свиньями, не даю святого собакам. Служащий прежде греху пусть обрежет сердце и, освободившись от горького рабства, приступит затем с достоинством к таинству; тогда, имея независимость, будет свободно есть пасху, потому что “Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою” (Галл. 3:13).

4. “В одном доме должно есть ее, не выносите мяса вон из дома” (Исх. 12:46). Одно есть собрание и один есть дом; это – Церковь, в которой вкушается священное тело Христово; поэтому из единого дома Церкви тело не выносится вон. Вкушающий же в другом месте, как нечестивец и вор, будет наказан. “Один закон да будет и для природного жителя и для пришельца”. Где Христос, там свобода всем, равенство, один закон: все приобретены драгоценной кровью. Поэтому ты более уже не раб, более не иудей, но свободный: все мы свободны во Христе. Слушай же, слушай после прообразов и ветхозаветного домостроительства, каково домостроительство по пришествии Христа на землю. Что такое – пришествие Христа? Избавление от рабства, освобождение от прежней нужды, честь усыновления (Богу), источник отпущения грехов, поистине бессмертная жизнь во всех.

Видя свыше нас, мучимых смертью, связанных узами тления, направляющихся по одному неизбежному и бесповоротному пути, пришедши и приняв первоначальный по совету отеческому образ, Слово не ангелам, не архангелам поручило служение за нас, но само приняло борьбу за нас, повинуясь отеческим заповедям. Так как чистый божественный Дух для всех был недоступен и не все могли чувствовать непосредственное влияние Его, Он сам, добровольно собравшись, пришел таким, каким пожелал, не сделавшись сам по себе ни меньше, ни хуже и не утратив славы, и вследствие избытка отеческого могущества не лишившись того, что имел, но прибавив еще и то, чего не имел. Пришел Он таким, каким могли Его принять. А так как нужно было какое-либо вместилище для божественного Духа, чтобы первые стали участниками человеческой природы и существа, то, очистив и сопричислив, отделив и отбросив то, что было грязно и ненужно, чистое же, ясное и светлое озарив, осветив блеском, окружив сиянием, воспламенив, сделав небольшим храмом, воспитав в целомудрии и, так сказать, возведя до степени ангела, Он телесно принял на себя человеческий образ, происхождение имея духовное (восток), вид же получив человеческий. Вот почему Св. Писание весьма таинственно и обрисовало Его, говоря так: “вот Муж, – имя Ему ОТРАСЛЬ” (Зах. 6:12), отрасль именно как бы по духу, а муж по телу, потому что “Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим” (Лк.1:35). Так как происхождение Его было необычайно и божественно, то естественно и Дух удивился, говоря: “род Его кто изъяснит” (Ис. 53:8)?

Четыре существуют отличительные наименования божественности, которые более других уместны, когда речь идет о Духе: это – господство, божественность, сыновство и царство вечное; смотри же, не удостоился ли Он получить эти добродетели и славу. Сначала смотри – Он Господь. “Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня” (Пс.109:1). Видишь ли, что Он Господь от Господа? Смотри – Он и Сын Его. “Он будет звать Меня: Ты отец мой. И Я сделаю его первенцем” (Пс. 88:27,28), и: “Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя; проси у Меня, и дам народы в наследие Тебе” (Пс.2:7,8). Видишь ли, что Он Сын первородный и единородный? Смотри – Он и Бог. “Люди рослые, к тебе перейдут и будут твоими; они последуют за тобою, в цепях придут и повергнутся пред тобою, и будут умолять тебя, говоря: у тебя только Бог, и нет иного Бога. Истинно Ты Бог сокровенный” (Ис.45:14,15).  Видел, что Он Бог? Смотри –  Он и вечный Царь. “Престол Твой, Боже, вовек; жезл правоты – жезл царства Твоего. Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих” (Пс. 44:7,8). Видел, что Он Царь? Смотри – Он, будучи Царем, и Господь сил. “Поднимите, врата, верхи ваши, и поднимитесь, двери вечные, и войдет Царь славы! Кто сей Царь славы? – Господь крепкий и сильный, Господь, сильный в брани. Кто сей Царь славы? – Господь сил, Он – царь славы” (Пс. 23:7,8,10).  Видишь ли, что Он, будучи царем, есть и Господь сил? А из дальнейшего ты усмотришь, что Он был и вечным Первосвященником. “Клялся Господь и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека” (Пс. 109:4). Поэтому, если Он и Господь, и Бог, и Сын, и Царь, и Господь сил, и вечный Первосвященник, то, когда хочет, Он есть и человек. Кто познает Его? Без сомнения, по виду Он человек, а предвечно Бог. А чтобы Он не показался, по мнению людей, случайным и не имеющим происхождения призраком или – духом, явившимся на земле, – слушай, что Он был и младенцем. “Слушайте же, дом Давидов! разве мало для вас затруднять людей, что вы хотите затруднять и Бога моего? Итак Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил” (Ис. 7:13,14). “Ибо младенец родился нам – Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира” (Ис.9:5,6). Без сомнения, этот великий Иисус пришел к нам, как Бог и человек: никто не должен сомневаться. Господственное вместилось в человеческом теле. Также и Адам первое таинственное дыхание Отца получил на земле, будучи перстью, потому что божественный Дух не терпит вреда, по воле Божией соединяясь с телом. И если первая персть вмещает священного Духа, – одушевленное тело вмещает бессмертную жизнь Христову. Поэтому, когда бы Дух только пришел в того, кто был порабощен греху и смерти, то великое явление тела было бы излишне, если бы ни грех, ни смерть не были побеждены. Но надлежало и греху быть уничтоженным. Потому-то Он “не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его”. Поэтому-то Он облекся сначала в это бедное и смертное тело, как говорит о Нем Дух: “нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми” (Ис. 53:2,3). “В подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти” (Рим. 8:3), показав, что не больные нуждаются во враче, но болящие. Он лечил наши немощные тела, а особенно исцелял болезни могущественною силою, чтобы исполнилось сказанное: “Я, Господь, призвал Тебя в правду, и буду держать Тебя за руку и хранить Тебя, и поставлю Тебя в завет для народа, во свет для язычников, чтобы открыть глаза слепых, чтобы узников вывести из заключения и сидящих во тьме – из темницы. Я Господь, это – Мое имя” (Ис.42:6-8). “Слушайте, глухие, и смотрите, слепые, чтобы видеть. Сидящим в стране и тени смертной воссиял свет. Тогда хромой вскочит, как олень, и язык немого будет петь” (Ис.42:18; 29:18; 35:5,6). После того, как зло по частям было уничтожено, последним врагом ниспровергается смерть. “Смерть! где твое жало” (Ос. 13:14)?

5. Такова была пасха, которую Иисус восхотел принести за нас. Страданием Он освободил нас от страданий и смертью победил смерть и через видимую пищу даровал Свою бессмертную жизнь. Вот, спасительное желание Иисуса! Вот высочайшая духовная любовь: представить образы, как образы, а священное тело дать ученикам Своим. “Приимите, ядите: сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов” (Мф. 26:26-28). Поэтому Он не столько желает вместе есть, сколько страдать, чтобы через вкушение освободить нас от страдания, поэтому, водрузив вместо того древа древо крестное, пригвоздив на нем руку, послужившую некогда праотцу для греха, Он показал, что вся жизнь поистине висит в Нем. Ты, Израиль, не мог есть, мы же с твердым знанием духовно вкусили и, вкусив, не умираем. Это дерево служит для меня к вечному спасению; в нем моя пища и угощение; в корнях его я имею опору, вместе с ветвями его распространяюсь, его духом, как воздухом, живу. Под тенью его я устроил шатер и, укрываясь от сильного зноя, имею здесь прохладное убежище, цвету с его цветами, вполне наслаждаюсь его плодами и беспрепятственно вкушаю плоды, сбереженные для меня от начала. Это пища для утоления моего голода, источник для утоления моей жажды, покров для моего обнаженного тела; тут и листья – дух жизни, а не листья смоковницы. Когда я страшусь Бога, оно для меня защита, когда колеблюсь, опора, когда веду борьбу, награда, когда победил, знак победы; оно для меня маленькая тропинка, узкая дорога; оно – лестница Иакова, по которой восходят и нисходят ангелы, а на верху утверждается Господь. Это дерево весьма высокое, простирающееся от земли до неба, бессмертное насаждение, утвердившееся в середине между небом и землей, опора и утверждение для всего, подпора всей вселенной, оно есть мировая связь, содержащая в себе сущность разнообразного и человеческого бытия, оно скреплено невидимыми духовными связями, чтобы, соединившись с Божеством, более уже не отрешаться, оно вершинами касается небес, а ногами упирается в землю, неизмеримыми же руками обнимает со всех сторон все, кто находится в середине.

Весь всецело был Он везде и во всем, и единственно по Своей воле обнаженным выступил против воздушных властей. В этой борьбе, как бы под влиянием минутной слабости, Он умоляет, чтобы миновала Его чаша, показывая тем действительность Своей человеческой природы, но затем, помня ради чего Он послан, и желая выполнить домостроительство, Он снова возглашает: “не Моя воля, но Твоя да будет; дух бодр, плоть же немощна”. В борьбе за душу, подобно победителю, Он сначала принимает на священную главу венок из терния, сняв с земли все прежнее проклятие, очистив божественной главою землю от терния, умножившегося под влиянием греха; пьет горько-кислую желчь дракона тот, кто все источники сам сделал для нас приятными. Желая разрешить дело жены и сохранить ее, сначала явившуюся из ребра и принесшую смерть, Он сам отдал на пронзение Свое священное ребро, из которого вытекла священная кровь и вода, совершенные и священные знаки духовного таинственного бракосочетания, усыновления и возрождения. “Он будет крестить вас Духом Святым и огнем” (Лк. 3:16), – водою, как Духом, а кровью, как огнем.

Тогда же с Ним вместе распинаются два разбойника, знаменующие собою два народа. Один из них после раскаяния становится благомыслящим, выражает после примирения исповедание и делается благочестивым по отношению к Господу; другой же, будучи жестоковыйным, волнуется, остается неразумным по отношению к Господу и нечестивым и охотно остается при прежних заблуждениях. Так и в душе борются два течения мыслей: одно из них, отстраняясь от прежних заблуждений, направляется к Господу, почему после покаяния и удостаивается человеколюбия и чести, другое же не может заслужить оправдания, потому что не поддается перемене и до конца остается разбойником. Когда мировая борьба приходила к концу, когда Победитель был уже близок к победе, и, не превозносясь, как Бог, но и не будучи побежден, как человек, перед лицом всей вселенной воздвигал уже Свое победное знамя и сам в Себе торжествовал над посрамлением врага, тогда-то все изумилось перед силою терпения, тогда-то небеса поколебались, силы небесные, престолы и законы пришли в смятение, видя висящим на древе верховного Вождя великой силы: немного не доставало, чтобы звезды попадали с неба, видя закатившуюся денницу; на некоторое время померк даже огонь солнца, видя великий Свет мира помрачившимся. Тогда камни на земле раскололись, обличая неразумие Израиля, не узнавшего того духовного Камня, из которого пил, пока был послушен. Разодралась церковная завеса, сострадая (Христу) и показывая поистине небесного Первосвященника. Едва ли не разрушился бы и не уничтожился от страха страдания весь мир, если бы великий Иисус не испустил божественного Духа, сказав: “Отче! в руки Твои предаю дух Мой” (Лк. 23:46). Когда все было поколеблено и потрясено, когда все от страха пришло в волнение, затем, при восхождении назад божественного духа, все стало снова одушевленным, оживотворенным и твердым, как будто божественное напряжение почувствовалось во всем и везде и как будто распятие на кресте коснулось всего.

О, единое в едином и все во всем! Пусть небеса имеют дух твой, а рай – душу: сегодня, говорит, буду с тобою в раю; а кровь пусть остается на земле. Неделимый разделяется на части, чтобы все спаслось, чтобы самое низкое место не оставалось закрытым для божественного пришествия. Лица Его мы не видели, но голос Его слышали. Так, еще при жизни, пользуясь царской властью, Он разрешил оковы смерти, когда сказал: “Лазарь! иди вон” (Иоан. 11:43), и: “девица, тебе говорю, встань” (Мк. 5:41), – чтобы обнаружилась Его могущественная власть. А теперь и всего Себя Он отдал смерти, чтобы умертвить ненасытного зверя, уничтожить оковы, которые нельзя было заполнить. Для бессмертного тела Он повсюду искал свойственной ему пищи, которая не связывалась бы как-нибудь ни с удовольствием, ни со злобою, ни с непослушанием, ни вообще с древним грехом, первой пищей смерти, потому что, говорится, жало смерти грех (1 Кор. 15:56). И так как в нем не нашлось ничего, что могло быть пищей для смерти, то она, оставшись сама по себе и лишившись пищи, сама для себя сделалась смертью, как пророчески и объявляли многие из праведных о воскресении первородного из мертвых. Он для того и перенес трехдневное пребывание в земле, чтобы вместо закона самому спасти весь сполна род человеческий. Может быть для того Он и сделался тридневным, чтобы в человеке восстановить во всей целости – душу, дух и тело.

По воскресении, Его прежде всех видят женщины; как женщина ввела в мир первый грех, так первая возвещает и жизнь миру. Потому-то и слышат женщины священный голос: “радуйтесь” (Мф. 28:9), – чтобы первая печаль (изгладилась) радостью воскресения, и чтобы для неверующих удостоверено было Его воскресение из мертвых вместе с телом. А как Он всецело облекся внешним видом ветхого человека и, облекшись им, преобразил его в небесный, то этот вид, соединившись с Ним, вместе с Ним восшел и на небеса. Силы же небесные, видя великое таинство, – человека уже в Боге восходящего, – получив повеление, возопили с радостью вышним воинствам: “поднимите, врата, верхи ваши, и поднимитесь, двери вечные, и войдет Царь славы”. Эти, видя новое чудо, – человека соединенного с Богом, – в свою очередь восклицают: “кто сей Царь славы”? А те на вопрос ответили: “Господь сил, Он – царь славы. Господь крепкий и сильный, Господь, сильный в брани” (Пс. 23:7-10).

О, таинственная помощь! О, духовное торжество! О, божественная пасха, нисходящая с неба до земли, и восходящая обратно от земли на небо! О, новое празднество всего мира! О, радость всего, и честь, и пища, и наслаждение, от которых мрачная смерть уничтожилась, а жизнь распространилась на всех, небесные врата открылись, и Бог явился человеком, и человек восшел Богом, сокрушив врата адовы и расторгнув адамантовы узы! И находившиеся внизу в земле люди воскресли из мертвых, возвещая об этом тем, которые находились вверху; из земли появился хор. О, пасха божественная, соединяющая теперь нас духовно с Богом, в полноте сходящим с небес, через которого великий брачный чертог наполнился свадебными пирами, и все несут свадебную одежду, и никто не выгоняется, как не имеющий ее! О, пасха, просвещение новым светом, украшение светлого свадебного шествия! Теперь не гаснут уже светочи в душах; духовно и боговдохновенно во всех возжигается в теле и в духе огонь благодати, поддерживаемый елеем Христа. Тебя поэтому и призываем, Боже Владыко, духовно вечный Царю-Христе, простри великие Твои руки на св. Церковь Твою и на народ всегда для Тебя святой, защищая, сохраняя, соблюдая, наперед обороняя и предостерегая, низлагая всех врагов, побеждая и действующих невидимою силою противников, как Ты низложил уже наших врагов. Воздвигни теперь сам вместо нас памятник победы и даруй нам вместе с Моисеем воспеть победную песнь, потому что Твоя есть слава и держава во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 6»).

Слово на Пасху 7-е.

1. Вчера, братья, мы сказали кое-что относительно предопределенного дня святой пасхи, и так как показалось, что есть какое-то затруднение, то мы объявили именем Господа нашего Иисуса Христа, что и затруднение это, и предназначенное время нам были известны гораздо раньше. Говорилось об этом уже достаточно, если, конечно, вы удерживаете в памяти то, что говорится; сегодня же мы пришли сказать о причине отсрочки. А так как подобное исследование требует рассмотрения всего в целости места касательно пасхи, то мы хотим при помощи Божией взять этот предмет и сообразно со своими силами изложить учение об этой тайне.

Вследствие того, что здесь со стороны противников, далеких от понимания существа истины, предъявляются большие притязания, причем и отпадшие от нас еретики, и иудеи выставляют на вид, что у них совершается пасха, между тем как это таинство есть у одних только христиан, и только у нас празднование его покоится на незыблемых основаниях, – я хочу, вкратце упомянув о всех подобных притязаниях, рассеять то, что примешивается к нашему таинству и таким образом выяснить, какая мысль соединяется с тем или другим временем празднования пасхи, насколько поможет единородный Сын Божий.

Нередко приходилось нам слышать высказывавшиеся некоторыми недоумения: почему это праздник Рождества Спасителя совершается в определенный день, – он бывает, как все мы знаем, именно за восемь дней до январских календ по счислению римлян; праздник Богоявления – тоже, потому что он празднуется в определенный день, в тринадцатый четвертого месяца, по азийскому счету; память мучеников празднуется также применительно к определенному дню; а с праздником пасхи дело обстоит иначе? Это потому, что это таинство относится не к одному и притом какому-нибудь случайному дню, но его празднование падает на то именно время, которое удовлетворяет многим заранее определенным сроком. Так, берется прежде всего первый месяц, первый месяц действительно первого времени, которое определяется весенним равноденствием. Притом, принимая первый месяц, мы должны обращать внимание и на первое время, которое самому месяцу сообщает название первого. И далее, кто берет первое время, должен обращать внимание на начало первого времени; начало же его не иное какое-либо, как весеннее равноденствие, как это я далее покажу. И вот, так как мы принимаем во внимание и первое время, и равноденствие, и вместе с тем четырнадцатый день луны, и кроме того три дня – пятницу, субботу и день Господень, причем нельзя бывает праздновать пасху, если хотя одного из этих времен недостает, – то мы и не можем поэтому назначить один определенный день для таинства пасхи, но, взяв вместе все эти определенные времена, отдельно определяем время спасительного страдания.

Итак, прежде чем излагать учение о равноденствии, которое таинственно, о четырнадцатом дне луны, совпадающем с самим таинством, и затем о трех днях относящихся к концу таинства, я хочу сказать об обычае чуждых нам иудеев, как неразумно они поступают, – благодаря чему тем с большим блеском обнаружится чистота церковного таинства. Даже и еретики, хотя тоже ложно поступают, все-таки стоят выше их. Иудеи не наблюдают одного определенного срока для празднования пасхи, месяц же держат солнечный, как они полагают, и луну четырнадцатую. И вот, когда у них случится четырнадцатый день луны, но первый месяц еще не приходил, они отсрочивают этот четырнадцатый день и берут первый солнечный месяц, чтобы этим получающимся стечением первого времени и четырнадцатого дня луны достигнуть, по видимому, того, чего хотят. Итак, брат, ты видишь, что и иудеи стараются об этом и имеют согласие с нами в том, что назначают для празднования не один определенный день, а разные времена. Есть еретики четыренадесятники, которые празднуют пасху с иудеями и поступают так же, как и они. Новациане, кажется, иначе как-то подражают нам, хотя они сами подчиняются иудейскому обычаю в определении времени и наблюдают первый месяц, как у тех, равно как и четырнадцатый день луны; но не останавливаются на этом, а, дойдя до этого, переходят на три дня, не имея на это никакого права и все-таки без согласия с церковью, как это будет показано. Есть затем еще ересь монтанистов, которая очевидно не хочет делать так, как иудеи, но на беду себе разногласит и с церковью. Именно, они наблюдают четырнадцатый день первого месяца, т.е. седьмого месяца по азийскому счету, а не четырнадцатый день луны; не знаю, откуда взялось это постановление. Ведь единородный Сын Божий пострадал во время пасхи иудеев, в четырнадцатый день луны, в первом месяце, в этот именно четырнадцатый день, совпадавший с иудейской пасхой. Итак, откуда же эта несчастная ересь взяла четырнадцатый день солнечного месяца, а не лунного? Ясно, конечно, что от демона-обольстителя. Впрочем, хотя она и отпала от церковного счисления, все-таки потом вернулась к трем дням. Однако пусть погибнет она. После же того, как я сказал, что всякая ересь стремится очевидно более или менее держаться определенного времени, я хочу прежде изобличить в остальном иудеев, а затем таким образом изъяснить основания, имеющиеся у христиан (для определения праздника пасхи).

Церковь содержит определенное время страдания Христа, весеннее равноденствие, четырнадцатый день луны, трехдневье: пятницу, субботу и Господень день. Ими мы пользуемся в данном случае и вполне законно, не новшеству какому следуя, но соблюдая по преданию от самого Моисея именно четырнадцатый день луны после равноденствия. Я имею мудрых еврейских свидетелей. Не следует внимать неразумию теперешних иудеев, потому что они извратили все, что было справедливого в законе; но следует выслушать мудрых еврейских исследователей и руководиться их мнением. Отвергнув тех, как отступников, составим наше учение со взглядами этих последних: получив подтверждение с этой стороны, оно станет вполне достоверным. Иудеи лишились теперь всех благ. Так, отвергли они и Писания семидесяти двух мудрых толковников. Таково ведь было число иудеев, посвятивших себя в древности, до пришествия Спасителя, подобным исследованиям, и избранных из самых лучших по достоинству для перевода Св. Писаний, пользовавшихся большой известностью еще и тогда на еврейском языке. И тогда же перевод этот был одобрен, и все евреи посылали проклятия на того, кто вздумал бы изменять его. Поэтому и мы с полным правом можем следовать этому переводу. Если по словам Моисея: “при словах двух свидетелей, или при словах трех свидетелей состоится дело” (Второз. 19:15), то тем спокойнее можно принимать перевод не двух, а семидесяти двух свидетелей. Но пока эти мудрые мужи пользовались влиянием среди иудеев, иудеи признавали значение сделанного ими перевода; когда же совершили иудеи беззаконие над Спасителем, все доброе у них погасло. Пророком ведь был тот, кто возвестил: “Вот, Господь, Господь Саваоф, отнимет у Иерусалима и у Иуды посох и трость, всякое подкрепление хлебом и всякое подкрепление водою, храброго вождя и воина, судью и пророка, и прозорливца и старца, пятидесятника и вельможу и советника, и мудрого художника и искусного в слове. И дам им отроков в начальники, и дети будут господствовать над ними” (Ис. 3:1-4). Это пророческое слово сбылось на большей части иудеев; лишенные понимания, не имея никакого пророка, который наставил бы их на путь спасения, они оставили и предания своих ученых мужей, и даже самые основы закона подвергались у них опасности искажения. И вот, тогда-то они произвели перемены в Священном Писании и отвергли перевод тех мудрых мужей, доверившись толкованию одного какого-то прозелита и позабыв о трудах стольких мужей и о своих собственных проклятиях; тогда же исказили они и определение времени пасхи.

2. Мы имеем мудрых свидетелей еврейских, например, Филона и Иосифа, и некоторых других, которые в своих сочинениях свидетельствуют, что невозможно с точностью праздновать пасху иначе, как после весеннего равноденствия. Вместе с тем они утверждают, что такой порядок относительно четырнадцатого дня луны соблюдается издавна, как и было уже несколько раз сказано. А эти мужи, как знают иудеи, жили спустя много времени после страдания Спасителя, так что ясно, что и Спаситель пострадал во время иудейской пасхи, следовавшей за равноденствием. Итак, уже из свидетельства ученых ты видишь, что иудеи, ныне отверженные, с самого начала праздновали пасху агнца после равноденствия в четырнадцатый день луны. Пусть это положение стоит твердо, и на нем-то я попытаюсь обосновать высказанное мною ранее. Впрочем, нужно оговориться, что иудеи безразлично совершают пасху и до равноденствия, исключая вставочного месяца, когда они непременно относят ее на время после равноденствия. Однако делается это не намеренно, а является делом простой случайности. Теперь же, в настоящее время, они совершают пасху прежде равноденствия, в чем и обличаются теми мудрыми иудеями, как преступники помазания. А у нас сила таинства сохраняется в неприкосновенности, потому что время, в которое пострадал Спаситель, не упускается из внимания.

В исторических свидетельствах, сохранившихся от времени Пилата, дается указание на определенный день пасхи; там именно рассказывается, что Спаситель пострадал за восемь дней до календ апрельских. А этот день приходится после равноденствия, как хорошо знают это сведущие. Руководясь этим указанием, ты можешь убедиться, что Христос пострадал именно в это определенное время, и зная это, всегда будем соблюдать празднование пасхи после равноденствия, подражая Христу; а если ты и без того не разделял нечестия еретиков, то теперь будешь знать и те основания, которыми определяется такое именно, а не иное время. Вот и я пытаюсь сделать исчисление этого времени, чтобы показать согласие таинства с древним установлением. Пострадал Христос после равноденствия и именно в пятницу, как мы знаем и как известно из Св. Писания; пятница же тогда приходилась в четырнадцатый день луны; затем, пострадал Он во время иудейской пасхи; а пасха иудейская тогда свела во едино ко времени страданий Христовых все сроки: она предварена была равноденствием, падала на четырнадцатый день луны, и дни тогда были соответствующие нашим пятнице, субботе и дню Господню. Почему и зачем это так было, об этом я теперь должен сказать, рассматривая предложенное в отдельности; конечно, при этом в моей беседе отразятся недостатки моего языка, но за то соблюден будет верный смысл самих вещей.

Конечно, все вообще течение времени должно вести свое начало от равноденствия, – это подтверждается и данным миротворения. Первый по счету месяц должен совпадать с той порой, откуда начинается счет времени вообще, а счет времени должно начинать, конечно, с того первого дня и той первой ночи, которые равны между собою по количеству. И не другое какое-нибудь начало соответствует первому времени, как именно равенство этих данных величин. Само время было тогда еще в будущем, но когда только что явились день и ночь, величина их была определена в равной мере, и только потом уже, вследствие движения, явилась неравномерность между ними. Если же неравномерность произошла от движения, то при творении должна была быть соблюдена равномерность. И это может быть подтверждено и из Св. Писания. “В начале”, – говорит бытописатель, – “сотворил Бог небо и землю”. Затем прибавляет, что была тьма и света еще не было. “И сказал Бог, да будет свет. И стал свет. И отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью” (Быт. 1:1-5). Так явились первый день и первая ночь. Что же? Как “отделил Бог свет от тьмы”, которую назначил быть ночью? Это самое «между» (по середине) – указывает на две (равные) половины. Так как все, что творил Бог, Он творил в определенной природе, то естественно, что и первые день и ночь Он заключил в определенные и равномерные границы и, при наличности таких границ, увидел, что это весьма хорошо. Неравномерность же между днем и ночью должна была явиться впоследствии уже, как следствие движения. И вот, если первые день и ночь были равными, то равноденствие есть начало первого времени, как и было показано. Затем, после равноденствия (обрати внимание на то, что я говорю) в четвертый день является солнце и луна. Равенству равноденствия соответствует (положение) светил. В шестой день создает Бог человека и затем в седьмой почивает от всех дел. Со следующего дня, который является опять и первым, Он предоставил всему сотворенному идти своим порядком. Это ты сохрани и удержи в памяти своей, чтобы иметь возможность изъяснить  сказанное.

Бог сотворил человека, и, будучи благим, и человека сотворил таким же. Ты не смотри на теперешнего человека, но имей в виду его первое состояние: ведь его Бог сотворил по образу Своему. И чтобы показать, что человек по природе своей не уступает звездам, Писание указывает, что Бог поместил его в раю нагим, не нуждающимся в одежде: его взорам тогда еще чужда была распущенность и ни в каком прикрытии он не нуждался. Итак, Писание свидетельствует, что Бог сотворил человека и первых людей поместил в раю, и что они были наги и не стыдились. Но как солнце и луна красуются во всем блеске своей наготы, так и они имели возможность любоваться своей природной красотой.

Явив человеку такое благодеяние, поместив его среди райских наслаждений, и оказывая к нему в изобилии Свое расположение, Бог, как это и справедливо было, искал чувства со стороны его и научил его, чтобы он выражал благодарность Ему своим послушанием. Но так как Бог увидел, что невозможно человеку соблюсти этот дар, если он не будет в общении с Богом, наградившим его, и не будет воздавать Ему честь, то Он предписал ему закон в качестве стража природы, чтобы воспоминанием о Законодателе и с помощью его поддерживать себя, как какими-нибудь хорошими лекарствами; и в случае соблюдения закона обещал ему бессмертие, а при нарушении его смерть. Что произошло затем – это всем известно: именно, человек, будучи склонен завистью дьявола к нарушению закона, становится тленным и изгоняется из рая; затем, размножившись, он стал вести скотскую жизнь и сделался вместилищем нечестия и невоздержности. Поэтому и пророки возглашали о первоначальном его достоинстве и последующем бесчестии: “но человек в чести не пребудет; он уподобится животным, которые погибают” (Пс.48:13).

При таком положении дела, при таком падении человеческой природы, единородный Сын Божий, согласно с отеческим намерением, желая восстановить человека и освободить его от грозившего ему суда, придумал время и способ помощи, – время для того, чтобы благовременно приступить к врачеванию, а способ такой, который был бы удобен для очищения и восстановления. Сделавшись человеком, но оставаясь в то же время и Богом, Он пострадал за весь мир. Я часто говорил об этой жертве. Недавно много я говорил, приводя доказательства против иудеев от них же самих и против эллинов от самих же эллинов и показывая действительно спасительное значение этой жертвы, уничтожившей демонов, опасности, врагов и все постыдное; теперь, конечно, я не стану вооружаться против них, чтобы не отвлекаться от последовательности предлагаемого слова. И вот, когда единородный Сын Божий восхотел даровать воскресение падшему человеку, обновить его, и Своим страданием воссоздал по первообразу, – смотри, как Он поступает. Так как Он сам был Творцом первого человека, то вознамерился и после падения его быть слугой в деле исправления всей природы; именно, приводить самого Себя к страданию, и для восстановления избирает тоже самое время, какое употребил и на создание, чтобы  конец оказался согласным с началом и способ у Творца был один и тот же. Именно, восхотел, и точно также, как и для создания первого человека употребил Он самое чистое время, – ведь уже потом это первое время было осквернено вследствие преступления, испортившись вместе с самим преступником, и сделало то, что непосредственно следовавшие за ним века тоже были осквернены, –  так точно и для восстановления человека избрал Он самое первое время, чтобы вместе с ним, очищением через страдание, и последующее время очистить с начального момента и во всем дальнейшем течении, – чтобы сразу показать все вместе в одном и том же – и обновление человека, и чистоту времени, и Обновителя и Создателя природы, – показать с ясностью при помощи признаков времени.

3. Итак, какое время первое? Где начало первого времени? Равноденствие, брат, – как мы показали, – требующее равенства дня и ночи, и притом равноденствие именно весеннее, что подтверждается и последовательностью событий. Ведь Моисей рассказывает, что в третий день повелел Бог явиться цветам, деревьям и растениям; а это –  признак весны, соответственно искусству, способу и порядку создающего все Бога. Так как первое создание человека совершилось после равноденствия, именно, в шестой день равноденствия (ведь человек был создан в пятницу), полная же луна была сотворена после равноденствия в четвертый день, а потом уже произошло падение человека через грех, – то поэтому исправление его и обновление Бог возводит к тому сроку, который соответствует времени его создания, сводя вместе и равноденствие, и четырнадцатый день после равноденствия, и шестой день, чтобы стечением этих моментов времени наглядно показать единый источник и воскресения Пострадавшего, и обновления природы, и ее возглавления. Поэтому апостол, указывая на это, совершенное Богом, возглавление, говорил: “по богатству благодати Его, каковую Он в преизбытке даровал нам во всякой премудрости и разумении, открыв нам тайну Своей воли по Своему благоволению, которое Он прежде положил в Нем, в устроении полноты времен, дабы все небесное и земное соединить под главою Христом” (Ефес. 1:7-10). Видишь, как он говорит о возглавлении того, что на земле, небесным?

После того, как произошло падение человека и отделение от благочестия небесных ангелов, Он, желая возвратить нас через страдание к этому единению, что иное предпринимает, как не завершение добра? Поэтому и время творения Он избирает временем обновления, и дает тебе возможность слышать о величайшем таинстве. Так как эти времена с трудом могут совпадать, как это случилось в первые дни творения, в одну и ту же седмицу (обрати внимание на то, что первая та седмица, – седмица творения, говорю, – имела в себе равноденствие в начале, затем полную луну, появившуюся в четвертый день, и немного спустя шестой день, в который создан был человек: далеко не всегда может это случиться на одной и той же седмице), так вот, как трудно было, чтобы эти определенные времена сошлись в течение одной седмицы, как во время первого творения, то Спаситель именно и воспользовался стечением их для домостроительства страдания, чтобы показать предстоящее завершение.

Поэтому, будучи нередко разыскиваем иудеями с целью умерщвления, Он уклонялся однако из их рук, пока не последовало совпадение времен. И ты сам читаешь в евангелиях, что иудеи хотели схватить Его, а Он удалился; те, кто не знал тайны, видели в этом трусость; но здесь был не страх, а ожидание наступления предопределенного времени. Когда же Сын Божий собрал вместе признаки времен, когда нашел, что данная седмица согласуется с той первой седмицей творения, что и равноденствие, и полнолуние, и пятница, в которую должно было Ему пострадать и должно было совершиться обновление, сошлись вместе, то Он тогда же предает себя на страдание. Подняв очи к небу, Он сказал: “Отче! пришел час, прославь Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тебя” (Иоан. 17:1), и ученикам сказал: “пришел час прославиться Сыну Человеческому” (12:23). Так единородный Сын Божий все те первые времена, в которые пал сотворенный человек, старался свести в одно для исправления его и устроить возобновление природы, для чего необходимо было соединение определенных времен. Поэтому во время страдания и наблюдается равноденствие, как бы глава времени. Прежде же этого равноденствия, прежде чем явился день, была тьма, и не достойно было в это время мрака совершиться страданию и исправлению падения, потому что и первый человек появляется не во тьме, но после света; после же равноденствия день берет верх над ночью. Так надлежало и страданию, совершившемуся для исправления, обнаружиться при таком положении, когда свет благочестия должен был увеличиваться, а мрак нечестия уменьшался. Но как равноденствие во время страдания наблюдается в силу возглавления (завершения) времени, так в силу того же самого и днем страдания является пятница, потому что в этот день был сотворен человек; и необходимо было, чтобы в какой день пал созданный человек, в тот же он был и восстановлен.

Далее, субботу Писание посвящает покою, выражаясь именно так: “и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал, и освятил его” (Быт. 2:2,3). Так вот и Господь, совершив теперь обновление, пострадав в пятницу и исполнив дело восстановления падшего человека, в седьмой день покоится и пребывает в сердце земли, даруя находившимся во аде своими страданиями свободу. Как некогда Бог, так и Господь покоится теперь от всех дел. Так как падение человека произошло вследствие преступления, то опять явилось дело для Бога, именно дело восстановления его. Совершив это в страдании и восстановив погибшего человека, которого Он спас, в день пасхальной субботы, Он успокоился от всех дел, так как не оставалось более никакого дела для совершения нашего спасения. Таким образом, соблюдши во время страдания и равноденствие, и пятницу, и субботу по соответствию с первоначальными, в единую от суббот Он являет свет воскресения; и это по связи времени. Именно, этот день был опять первым из всего времени, потому что и тогда в этот день было начало воспринимаемого чувством света, и ныне – начало духовного воскресения. Соблюдши все это в соответствии с обстоятельствами первого творения, и полнолуние, как мы сказали,  Он удержал, – как и тогда, – после равноденствия. И тут является новое чудо, ради которого это и было устроено. Так как во время страдания Спасителя должна была быть тьма, а эллины затмение солнца объясняют прохождением между солнцем и землею луны, то, чтобы кто-либо не вздумал от благочестия прикрываться греческой наукой, взят был четырнадцатый день луны; так что, во время страдания было цельное полнолуние и луна находилась прямо против солнца, вследствие чего никакой решительно тени уже нельзя было набросить на чудо, и оно являлось исключительно прещением за тяжкий грех, неподдающимся научным объяснениям. Вот почему Христос и приноровил Свое необычное страдание к этим срокам, запечатленным древностью; потому-то и мы соблюдаем все определенные времена, чтобы показать подражание тому таинственному смыслу. Но Спаситель, совершая истинную пасху, чтобы освободить всех от неизбежного суда, как это естественно по отношению к истинной и в собственном смысле пасхе, свел к одной седмице с точностью – согласно с древностью – все раньше указанные сроки, чтобы в точности воспроизвести все обстоятельства творения. А мы, вследствие того, что определенные времена не могут всегда с такою точностью сходиться вместе, совершая лишь подражание истинной пасхе, сводим к одному месту определенные времена только настолько, чтобы достигнуть сходства в пределах возможности, оставляя точное установление их первообразу – пасху Спасителя. Так именно, если Единородный однажды был принесен в жертву и этим было исчерпано домостроительство, то более уже никакой человек не приносится в жертву, но сам Спаситель, претерпевший страдание, для подражания собственной жертве, дает хлеб и чашу, обозначая их неизреченными названиями – одно собственным телом, другое – кровью, и повелевая совершать пасху в этих образах.

4. Согласно с этим подражанием, мы и времена соединяем подражательно, насколько можем, приурочивая и равноденствие, и четырнадцатый день луны и трехдневье к одному месту, – четырнадцатый день по необходимости, как учит древний обычай, включая в одну седмицу с теми тремя днями, а равноденствие полагая около времени пасхи, когда случится.

Спаситель, совершив пасху в собственном смысле, отвратил от нас одолевавшее нас зло, демонов, идолослужение и всякую скверну, и сделал нашу природу свободной для нового восприятия блаженства. Так как в это именно время, перед самым страданием, Он заповедал, чтобы мы, в воспоминание о Нем, употребляли данные Им символы, сказав: “сие творите в Мое воспоминание” (Лк. 22:19), то, естественно, мы каждый год и совершаем пасху, вспоминая все эти события, следовавшие за равноденствием; при всеобщей радости и в подражание Спасителю, мы совершаем пасху во спасение всех нас, для отвращения належащих зол и получения небесных щедрот. По этой причине мы и устраняем от себя ошибки еретиков  и иудеев, принимая всегда для празднования пасхи равноденствие, отыскивая четырнадцатый день после него и отсюда отсчитывая пятницу, субботу и день Господень, названный по имени Господа, как не раз было сказано, – точно так, как и сам Господь соблюл все эти сроки, когда хотел раскрыть загадку, какою являлся ветхозаветный агнец, закалавшийся в установленное законом время. Смотри, брат, как необходимо было дело это для обнаружения истины. Моисей повелел в первый месяц, в четырнадцатый день луны, закалывать агнца, в котором пророки видели образ Спасителя, почему даже сравнивали его с самим Спасителем и говорили: “как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих. Ранами Его мы исцелились” (Ис.53:7 и 5); и Предтеча Иоанн поэтому, увидев Его, возгласил: “вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира” (Иоан. 1:29).

И вот, так как было естественно, что образ потерял свою силу, когда пришла сама очевидная Истина, то Христос не другого какого-нибудь срока искал, как времени заклания агнца, чтобы показать замену его другим. Поэтому Он соединяет все времена, и четырнадцатый день совпадает с пятницей; и  как закон повелевал закалывать агнца к вечеру среди сумерек, так и Спаситель наблюдает день и время заклания: день – пятницу, в которую создан был человек, а час – девятый: около самого девятого часа Он испустил дух на кресте. Начало вечера полагается обыкновенно после шести в седьмом часу; время же «среди сумерек» (середина вечера), если считать от начала седьмого часа, приходится как раз на половину девятого, когда по указаниям еврейских ученых закалывался в жертву агнец. И вот в этот самый час заклания агнца в пятницу Спаситель, испустив дух, раскрыл смысл загадки и по соответствию времени сделал несомненным возглавление. И эта замена загадки (действительностью) была столь неизбежной, что даже ввиду близости праздника пасхи и при всем своем уважении к нему, иудеи не могли отсрочить своего преступного дела, что другие, конечно, сделали бы; но раз добровольно решившись на убийство, они добились и приговора, согласного с их желанием, даже и не подозревая, что тем яснее откроется эта замена (агнца).

 Открывается, далее, для тебя, и причина полнолуния во время страдания в том, что, так как солнце, во время совершения такого тяжкого греха против Спасителя, должно было померкнуть с шестого часа до девятого и поворотить назад лучи свои, как будто глаза, чтобы не видеть столь великого преступления, – то страданию и назначено было совершиться при полнолунии, чтобы затмение солнца не показалось эллинам происшедшим вследствие прохождения луны, но чтобы необходимо было признать причину его в Пострадавшем, так как сама луна разошлась с солнцем в противоположные стороны. Случилась же тьма по свидетельству евангелий с шестого часа во время страдания Спасителя. Предвидя это, Амос восклицал: “и будет в тот день, говорит Господь Бог: произведу закат солнца в полдень и омрачу землю среди светлого дня” (Амос. 8:9). И так как день тот должен был разделиться на свет и тьму, то другой пророк, Захария, говорит: “и будет в тот день: не станет света, светила удалятся. День этот будет единственный, ведомый только Господу: ни день, ни ночь; лишь в вечернее время явится свет” (Захар. 14:6,7).  Чередованием тьмы и света (Бог) делает весь этот день двусмысленным. И как пророк восклицал, что солнце помрачится в полдень, а некоторые склонны между тем к недоверию, действительно ли это произошло ради страданий Спасителя, или же нет, – ты уже своими глазами только что созерцал великое знамение для того, чтобы, видя восстановление после знамения прежнего порядка, разрешить себе искомый вопрос. Итак, оправдались ли эти слова Господа через пророка последующими событиями? Обличающий иудеев Амос, указывая на страдание возлюбленного божественного Спасителя и противополагая ему беззаконие их, говорит: “произведу закат солнца в полдень и омрачу землю среди светлого дня. И обращу праздники ваши в сетование и все песни ваши в плач, и возложу на все чресла вретище и плешь на всякую голову; и произведу в стране плач, как о единственном сыне, и конец ее будет – как горький день” (Амос 8:9,10). Он указал знамение, что солнце зайдет в полдень, дела превратятся в страдание, песни в плач; и все это, сказал, Бог сделает ради Возлюбленного Своего. Такова будет, говорит, печаль, такова необходимость наказания, какая именно потребуется соответствием с достоинством уничиженного Возлюбленного.

Смотри теперь, разве не оттого, что пострадал Спаситель, преследуют их бедствия, разве не оттого праздники их превращаются в печаль, песни их в плач, солнце не заходит в полдень? Если ты признаешь великое чудо в том, что Христос был распят на кресте во время именно праздника пасхи, то вместе с тем увидишь, что по возмездию за это праздники их превратились в плач, когда напали римляне, и все иудеи сбежались в Иерусалим, как бы в какую общую для всех западню, и когда во время самих празднований, как свидетельствует история, они были истреблены огнем и мечом при беспомощных воплях, так что, когда столь великия бедствия поразили их самих, ясно последовало превращение празднований в печаль и песней в плач, столь же ясно, как ясно то, – бывшее на глазах, – что солнце зашло в полдень. Это именно показывает все сказанное. На протяжении двух лет война держала иудеев в печали и довела бедствие всей Иудеи даже до нынешнего времени. В самом деле, где храм? Где священство? Где царская власть? Где их седалище? Где город закона? Все прошло, все угасло, все уничтожено до основания: когда зашло солнце, все превратилось в печаль.

И вот, так как это произошло ради великих таинств во время страдания Спасителя, поэтому и мы в каждый праздник пасхи, стараясь возобновить значение таинства, соединяем, насколько можем, определенные времена и берем четырнадцатый день не только по некоторым основаниям, как указанным, так и не указанным, но еще и потому, что солнце зашло в полдень; пусть ясно будет, что тьма была не естественным явлением, согласно с греческой наукой, но делом возмездия, как не раз было сказано, потому что она случилась не во время прохождения луны, но когда луна взошла на стороне прямо противоположной той, где находилось солнце, и когда, как кто-нибудь сказал бы, она двигалась так, чтобы четырнадцатый день сделался для всех вечным знаком случившегося чуда.

5. По вышеуказанным причинам мы берем также пятницу, субботу и день Господень и, завершая все рассмотрение таинства по соединению определенных времен, устраняемся и от неразумия иудеев, и от безумия несогласных с ними в этом еретиков и представляем в полном и нетронутом виде всю особенность восстановления (возглавления) всего в священный праздник пасхи. И как Христос пострадал при полном сочетании всех этих признаков времен, так и мы должны совершать пасху при таких же самых, несколько возможно, условиях; а если чего-нибудь из них не доставало бы, то и подражание оказалось бы хромающим. Так как о всем этом ты уже достаточно слышал, то необходимо напоследок сказать и о том, каким образом теперь делается определение времени пасхи, как я и обещал в начале. Мы сказали, брат, что для времени страдания следует вместе брать и весеннее равноденствие, и четырнадцатый день луны, но не раньше равноденствия, и (пятницу) и субботу и день Господень. И вот, если когда-нибудь случится четырнадцатый день луны прежде равноденствия, мы оставляем его, а ищем другой, который должен быть после равноденствия, и тогда случается вставочный месяц до появления четырнадцатого дня после равноденствия. Как раз ныне, брат, в эту предстоящую пред нами пасху четырнадцатый день падает на время дня за два до равноденствия и становится недействительным; поэтому мы ждем окончания лунного месяца и берем следующий четырнадцатый день, чтобы в нем совершить месяц Спасителя. Итак, ныне мы пользуемся вставочным месяцем. И как мы видели, что, если четырнадцатый день луны случается прежде равноденствия, то мы пользуемся не этим днем, а соответствующим ему после равноденствия, так в свою очередь, если четырнадцатый день луны встречается с днем Господним, то мы не празднуем этот день Господень, как день воскресения, а берем следующий день Господень, потому что четырнадцатый день есть день страдания, – в этот день, совпавший с пятницей, пострадал Христос. И как пятница у нас не может быть днем воскресения, так все равно и совпадающий с нею четырнадцатый день. Воскресению должен соответствовать день Господень и не относиться ко дню страдания. Поэтому, если с этим днем совпадает четырнадцатое число, относящееся ко дню страдания, то, оставив его, мы останавливаемся на следующем дне свободном от (воспоминания) страдания. И когда нам предстоит воспоминание страдания и воскресения Господа, мы, как сделал и Владыка, всегда соблюдаем Господень день, как соответствующий дню воскресения и свободный от (воспоминания) страдания, относя воспоминание страдания к дням предшествующим этому.

Так как ты это понял, обрати внимание далее на то, что я говорю. За два дня до равноденствия, как я сказал, падает ныне четырнадцатый день луны; по необходимости мы должны этот день оставить, и остановиться на следующем после равноденствия. Но этот четырнадцатый день опять сходится с двадцать шестым днем седьмого месяца и совпадает притом с днем Господним. Так как, следовательно, четырнадцатый день опять сходится с днем Господним, то мы переносим празднование воскресения на следующий день Господень, свободный от числа (воспоминания) страдания, и, прибавляя неделю к двадцать шестому числу седьмого месяца, празднуем воскресный день во второе число восьмого месяца. Таково основание для определения времени пасхи. Если кто захотел бы возражать относительно двадцать шестого дня этого седьмого месяца и сказать, что теперь день Господень совпадает с четырнадцатым днем лунного месяца, тот пусть отправится, если желает, рассмотреть противоположное, взяв эллинских ученых во свидетели того, что четырнадцатый день обнимает и весь день Господень и эту и следующую ночь почти вплоть до следующего второго дня. И пусть никто не говорит, что никогда не определялась таким образом пасха. Мы имеем много свидетелей, помнящих это. Затем, то, что неверно, никогда не может соответствовать знанию, а ум всегда ищет знания; часто дело совершается быстро, иногда еще быстрее, и опять медленнее, однако ж ни один разумный человек не будет долго останавливаться на этой неравномерности времени, но будет искать соответствия в значении. Сколько раз, ты думаешь, в прежние времена повторялось это “никогда этого не бывает”, и все-таки наука не потеряла силы? В чем же тут разница? Противники признают, что пасха случается часто в двадцать девятый день седьмого месяца. Значит, тут дело идет о трех или четырех днях, которые не решаются предоставить этому знанию. Итак, где наконец это неожиданное затруднение определения? Они удивляются тому, что пасха празднуется слишком несогласно по соответствию со временем; но для понимающих в этом нет ничего удивительного. Ты видел, брат, стихи поэтические или трагические? Одни кратки, другие еще короче, а иные, напротив, растянуты. Несведущие в этом положительно удивляются, что они так просто расположены; но конечно художник, знающий закон соразмерности, искусно достигает правильности, хотя бы по внешности произведение и казалось неравномерным. Теперь без сомнения, брат, день воскресный будет во второе число восьмого месяца, в следующем году в семнадцатый день седьмого месяца, и еще в следующий в девятый день седьмого месяца, и затем в третий год в двадцать девятый день этого месяца приходится воскресный день; и никто не терпит от этого ни вреда, ни печали, но все ценят соответствие искусства и радуются успеху науки. Одно именно только должно наблюдать, чтобы четырнадцатый день луны не брать раньше весеннего равноденствия и чтобы день Господень, назначаемый для воспоминания воскресения, не соединять с четырнадцатым днем луны, вследствие чего и являются затруднения для тех, кто не может произвести основательное суждение. Необходимо, чтобы четырнадцатый день приходился на неделе ранее определенного воскресного дня. Если он упадет среди недели, тогда определить удобно; если же он совпадет с днем Господним, в этом случае нужна тщательная предусмотрительность, потому что те, которые не производят точного исследования, могут пятнадцатый день лунного месяца принять за четырнадцатый; это самое и ныне случилось. Итак, на этом мы должны сильно настаивать и объяснять, что и теперь определение времени делается правильно. Это мы должны знать; и перед следующей неделей пусть у каждого будет твердое мнение об этом предмете, и все должны знать, что это из семи недель первая, в которую требуется поститься. Мы же при этом исполнили обещание, если только удержится в памяти смысл всего сказанного. Дай же Бог, чтобы сохранились в сердцах ваших все тайны, и вы сами – во Христе, с Которым возносится слава Богу и Отцу со Святым Духом ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

(Свт.Иоанн Златоуст, т.8, «На Пасху 7»).


Составил и адаптировал: о.Серафим Медведев.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *