О смирении ложном и истинном

Оглавление:
  О смирении ложном и истинном.
  О смирении, когда хотят поругаться.
  О разрывании сочувствия к страсти, смирении и несогласии с ближним.
  Нет в ощущении чувства смирения.
  О смирении перед Богом и скорби от действия неудовлетворяемой страсти.
  О смирении и Истине.


О смирении ложном и истинном

Аноним: Батюшка, правильно ли будет все время поступать по смирению?


О.Серафим: «Сатана принимает образ светлого Ангела; его апостолы принимают образ Апостолов Христовых (2Кор.11:13-15); его учение принимает вид учения Христова; состояния, производимые его обольщениями, принимают вид состояний духовных, благодатных: гордость его и тщеславие, производимые ими самообольщение и прелесть принимают вид смирения Христова» (свт. Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.54).

Чувство смирения без рассудительности может переходить в ложное смирение, человекоугодие. Смирение – это добродетель, которая должна совершаться перед Богом и в каждом отдельном случае следовать только воле Божией, в зависимости от обстоятельств. Смирение, в первую очередь – это внутреннее чувство, которое приносит истинный душевный мир и покой. Внешнее же проявление смирения – это необязательно всегда во всем уступать всем. – В каждом конкретном случае нужно постигать волю Божию, —  какова она. И если в согласии с волей Божией, в конкретном случае, — уступать, не противоречить, — то тогда надо делать так. А если в согласии с волей Божией, — не уступать, противоречить, не идти на поводу, проявлять непокорность, — то тогда надо делать так. То есть, в каждом случае нужно видеть какова воля Божия и ей последовать. А для этого и необходима чистота душевного ока и рассудительность. Только тот, кто последует воле Божией, — в каждом конкретном случае, в зависимости от обстоятельств, — и имеет смирение перед Богом.

Понятие о том, что смирение всегда и во всем должно покоряться и уступать – не христианское. Это понятие скорее всего заимствовано из восточных языческих учений, буддизма, индуизма и т.п. Такое понятие о смирении приведет христиан, православных, последующих ему, к принятию антихриста. Это ложное понятие уже в современное время привело множество христиан, православных, в полное подчинение власти, которая пришла в духе антихристовом. Но добродетель смирения находится посреди гордости и человекоугодия. То есть в каких-то случаях смирение уступает, а в каких-то нет.

«Кто не внимает себе и не подвизается, тот легко уклоняется от добродетели: потому что добродетели суть середина, тот царский путь… середина между излишеством и недостатком. И святой Василий говорит: “прав сердцем тот, чей помысел не уклоняется ни в излишество, ни в недостаток, но направляется только к середине добродетели”… Потому мы и сказали, что добродетели суть середина: так мужество находится посреди страха и наглости; смиренномудрие посреди гордости и человекоугодия; также и благоговение – посреди стыда и бесстыдства, подобно сему и прочие добродетели… А кто не внимает себе и не охраняет себя, тот легко уклоняется от сего пути, или направо, или налево, т. е. или в излишество, или в недостаток, и производит в себе недуг, который составляет зло» (преп.авва Дорофей, Поуч.10).

Ложное смирение – это внешнее смирение, при отсутствии внутреннего чувства смирения перед Богом. Внешнее смирение не имеет рассудительности, не постигает воли Божией в каждом конкретном случае, а поступает исходя из своего самомнения и духа самоуверенности. И проявляя внешнюю уступчивость и покорность думает, что проявляет смирение, поступает по смирению, приобретает его. Но на самом деле –это человекоугодие, смирение перед волей человеческой, а не перед Богом. Через посредство ложного смирения развивается душевное сладострастие и ищется ложный покой, в глубине души сидящий на ощущении своей правильности и праведности, которые воспринимаются за смирение.

 «Тщеславие и чада его — ложные наслаждения духовные, действующие в душе, не проникнутой покаянием созидают призрак смирения. Этим призраком заменяется для души истинное смирение. Призрак истины, заняв собою храмину души, заграждает для самой Истины все входы в душевную храмину.
Увы, душа моя, Богозданный храм истины! — приняв в себя призрак истины, поклонившись лжи вместо Истины, ты соделываешься капищем! В капище водружен идол: мнение смирения. Мнение смирения — ужаснейший вид гордости. С трудом изгоняется гордость, когда человек и признает ее гордостью; но как он изгонит ее, когда она кажется ему его смирением? В этом капище горестная мерзость запустения!»
 (свт. Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.54).

«Произвольное, собственного сочинения смиренномудрие состоит из бесчисленных разнообразных ухищрений, которыми человеческая гордость старается уловить славу смиренномудрия от слепотствующего мира, от мира, любящего свое, от мира, превозносящего порок, когда порок облечен в личину добродетели, от мира, ненавидящего добродетель, когда добродетель предстоит взорам его в святой простоте своей, в святой и твердой покорности Евангелию.
Ничто так не враждебно смирению Христову, как смиренномудрие своевольное, отвергшее иго послушания Христу, и под покровом лицемерного служения Богу святотатственно служащее сатане»
 (свт. Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.54).


Аноним: Что делать, если посторонние люди на работе стараются спихнуть не тебя свою работу. Я помочь могу, если есть время, но люди понимают то, что пользоваться тобой просто, поскольку ты находишься в процессе духовного ведения, но об этом они не знают и никогда видимо не узнают. И порой кто получил раз эту помощь, потом уже вменяют тебе, как обязанность, причём постоянно. Вот это меня терзает, бессовестно навешивать свои обязанности, а мне переносить очень тяжело. Так как быть? терпеть? Ну не всегда получается.


О.Серафим:  У вас ложное понятие о смирении. Поэтому у вас возникает смущение, и вы так поступаете.

В вашем случае, — можно помочь человеку реально нуждающемуся, по какой-то очень уважительной причине. А когда люди просто по прихоти не хотят делать свою работу и используют вас потому, что вы не отказываете. То они совершают грех, а вы идете у них на поводу, думая при этом, что вы совершаете добродетель смирения. Но на самом деле — это иллюзия. Так как в реальности: вы не добродетель смирения совершаете, а воспитываете в себе страсть человекоугодия. И делаете это или из-за неверных понятий на уровне умовом, рассудочном. Или потому, что одержимы ложным покоем, душевным сладострастием, и ради них готовы совершать человекоугодие.

А при ваших обстоятельствах, — надо поискать смирения как внутреннее чувство перед Богом, чтобы не отдаться страстному чувству.  А внешне, — отказаться и сказать: извините, но делайте свою работу сами. Но если человек действительно, реально нуждается, то в таком случае надо ему помочь.

***

Кто воспринимает смирение так, что надо всегда во всем уступать, не противоречить, не отказываться, соглашаться, делать так, как тебя просят или говорят, — тот не имеет понятия о добродетели смирения. И свое ложное понятие о смирении воспринимает за добродетель смирения. На самом же деле, — он воспитывает в себе ложное смирение и человекоугодие. А отсюда уже попадает в душевное сладострастие и ложный покой. И это состояние духовной прелести и самообольщения воспринимает за смирение.

По святоотеческому учению, это и есть прелесть — мнение смирения. То есть, свою одержимость ложным покоем и душевным сладострастием человек воспринимает за добродетель смирения. — Свою одержимость страстями, он воспринимает за состояние добродетели.

Таково свойство духовной прелести и самообольщения, — оно тьму страстей воспринимает за свет добродетели; погибая, — думает, что спасается.


Аноним: Скажите как быть если душа идет на поводу зла, отдается всяким страстным мыслям. Когда вижу грехи то отдаюсь им, а если нет, то от этого на душе тяжело?


О.Серафим:  Нужно чувство сокрушения и плач о своих грехах и страстях. Надо не отдавать внимание своего ума всем этим страстным мыслям, и нести скорбь, которая будет от этого, смиряясь по настрою духа с ней. Страсти владеют человеком только потому, что он не хочет смириться и понести скорбь, которая возникает от действия неудовлетворяемых страстей.

Человек отдается страстям, пытаясь таким путем уйти от скорби и страдания. Но это иллюзия. Путь ухода от скорби, страдания и душевной тяжести один — не идти на поводу у этих страстей, не отдавать внимания своего ума им, и возникающую от этого тяжесть-скорбь нести, смиряясь по настрою духа с ней.


Аноним:  Батюшка, все же в какую сторону  не посмотришь  чего не сделаешь,   за что бы не взялся  ВЕЗДЕ НУЖНО СМИРЕНИЕ.  И ВРОДЕ ЧИТАЕШЬ  И  В НУТРИ ГОЛОС ГОВОРИТ  И ВСЕ РАВНО  ЧТО ТАКОЕ СМИРЕНИЕ НЕ ПОНЯТНО   ….ЕСТЬ ПОНИМАНИЕ ОСНОВ СМИРЕНИЯ НО ИХ НЕ ДОСТАТОЧНО ..ПОНЯТНО ЧТО ОПЫТНЫМ ПУТЕМ  И ТД. НО ХОЧИТСЯ ЗНАТЬ БОЛЬШЕ. Алексе́й Ильи́ч О́сипов  — русский православный богослов, педагог и публицист, доктор богословия      утверждает ссылаясь на святых отцов что смирение  это видение своих грехов …..


О.Серафим:  Он в прелести находится, и последующих ему туда же заводит.

Он не имеет правильного понятия о внутреннем делании. А смирение, которому он учит, — это ложное смирение, человекоугодническое. И если кто будет воспитывать смирение по учению Осипова, то он воспитает в себе ложный покой или же чувство смирения, растворенное душевным сладострастием. И это страстное состояние он будет воспринимать за состояние добродетели, за истинное смирение. А это и есть самообольщение, духовная прелесть.

Таково свойство «добродетелей», воспитываемых в Московской Патриархии. — Это страсти, которые воспринимаются за добродетели, и прикрываются названиями возвышенных добродетелей. Это и есть дух антихристов, воспринимаемый духовно слепыми за дух Христов. Об этом есть здесьздесь и здесь.

«Грех содержит человека в порабощении единственно посредством неправильных и ложных понятий. Равным образом очевидно, что пагубная неправильность этих понятий и состоит именно в признании добром того, что в сущности не есть добро, и в непризнании злом того, что в сущности есть убийственное зло» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.4, гл.26).

«Путем подмены понятий Истина до крайности омрачается, особенно под благовидными предлогами. И сие есть, в сущности, «сатана, являющийся под образом ангела света» (2Кор.11:14). Таким образом, ко времени антихриста Истина вполне будет уничтожена на земле в жизни и в понятиях, – и то незаметно для людей. Среди спасающихся смогут избегнуть эту сеть только те, которые непрерывно следят за собою, не попали ли они в некоторое смешение понятий. Самонадеянность легко бывает окрадываема и запутывается в сетях смешения» (свт.Филарет /Дроздов/, митр.Московский, Комментарий к творениям св.Григория Синаита).

***

ВИдение своих грехов — это вИдение. Оно бывает естественным, благодатным, а бывает демоническим. Многие демоническое вИдение, как бы своих грехов, воспринимают за благодатное.

А смирение — это ЧУВСТВО, ощущение. Смирение — это естественное чувство смирения, растворенное Божественной благодатью. А бывает это тогда, когда естественное чувство смирения очистится от примеси духа самости, душевного сладострастия и ложного покоя.

Добродетель смирения рождается от рассудительности, как и любая другая добродетель, и находится между двумя крайностями, — между гордостью и человекоугодием.

«Добродетели суть середина… между излишеством и недостатком… смиренномудрие (находится) посреди гордости и человекоугодия… кто не внимает себе и не охраняет себя, тот легко уклоняется… или в излишество, или в недостаток, и производит в себе недуг, который составляет зло» (преп.авва Дорофей, Поуч.10).

***

Все рациональные объяснения о смирении на уровне умовом, рассудочном, — приблизительны, дают наводку для ума. А рождается оно только от правильного внутреннего делания, по дару Благодати. Отсюда и верное понятие приходит о нем.

«Божественное таинство смирения открывает Господь Иисус верному ученику Своему, непрестанно приседящему у ног Его и внимающему Его животворящим словесам. И открытое, оно пребывает сокровенным: оно неизъяснимо словом и языком земным. Оно для плотского разума непостижимо; непостижимо постигается разумом духовным, и, постиженное, пребывает непостижимым» (свт. Игнатий Брянчанинов, т.1, гл.54).

«Смиренномудрие есть безымянная благодать души, имя которой тем только известно, которые познали ее собственным опытом; оно есть несказанное богатство; Божие именование; ибо Господь говорит: «научитесь» не от Ангела, не от человека, не от книги, но «от Меня», т.е. от Моего в вас вселения и осияния и действия, «ибо Я кроток и смирен сердцем» и помыслами, и образом мыслей, «и найдете покой душам вашим» от браней, и облегчение от искусительных помыслов (Матф. 11, 29)» (преп. Иоанн Лествичник, Степень 25, гл. 4).

О смирении, когда хотят поругаться

Аноним: Могу ли сказать СМИРЕНИЕ ..Некто хочет поругаться .Я стараюсь утихомирить его даже признать свою вину (даже если прав ) успокоить .Думая о БОГЕ БОЖЕ ПОМОГИ .справится с духом злобы?


О.Серафим: Все зависит от обстоятельств дела, случая.

В вашем случае, если вы смирите свои чувства, — недовольства, обиды, возмущения, раздражения…, — и поимеете чувства смирения, сострадательной любви и добродушия, то это будет смирением, в данном случае и моменте.

Но если после того, как у вас все получилось, вы поимеете дух самодовольства или сядете на ощущение своей правильности и праведности, то в следующем моменте вы уже измените смиренное чувство. И это уже будет дух самоутверждения, самостно-гордостный дух. Это уже будет являться следующим искушением с которым надо будет правильно побороться.

О разрывании сочувствия к страсти, смирении и несогласии с ближним

Аноним:  Трудно в жизни построить отношения так, чтобы доброжелательное отношение не воспринималось, как согласие с нечестивыми делами.


О.Серафим: Причина этой трудности в нас самих. В том, что нам не хватает опытного познания своей немощи, смирения, незлобия, сострадательной любви, а отсюда и душевной простоты. Страстный дух, в других, нас увлекает, и мы влечемся. Причина, – в сочувствии к этому страстному духу, которое внутри нас. Надо разрывать это сочувствие, а это возможно только во искушениях. Ибо необходимо, чтобы искушение вытащило страстное чувство, которое внутри нас, а мы должны вступить в борьбу за противоположное чувство, призывая Господа на помощь.

А чтобы наше призывание было растворено смиренным настроем духа, для этого Господь оставляет нас потомиться в борьбе, чтобы мы пришли к опытному ощущению своей немощи и, таким образом, смирились бы не на уровне лишь рассудочном, а в настрое духа. И из этого бы настроя вопили к Богу о помощи. Как израильтяне, при переходе через Красное море, когда увидели, что их настигает фараон (страсть, демон), тогда ощутили свою беспомощность, немощь и, в этом настрое духа, возопили к Господу о спасении. – Чтобы Он защитил и избавил от фараона (от страсти, демона), и тогда Господь пришел на помощь и потопил фараона в водах моря. Воды обозначают слезы, сокрушение духа, ощущение немощи. Вот в чем потопляется страсть, и Господь приходит на помощь, избавляя от действия ее.

Необходимо научиться, не соглашаться с неправостями, в духе кротости и незлобия, в духе душевной простоты. И в дальнейшем, после этого несогласия, встречаться с человеком, как ни в чем не бывало, в душевной простоте. Ибо цель не та, чтобы показать свое несогласие, сохранением духа недовольста, обиды и неприязни, а та, чтобы помочь ближнему. А помочь можно только духом незлобия, добродушия и душевной простоты. Только этот дух располагает человека, ибо важно не на уровне умовом ему помочь, а на уровне воспитания правильного настроя души, верных чувств. А для этого необходимо, чтобы он сам этого захотел, добровольно, по своему свободному произволению это избрал.

Спасение совершается только добровольно, по свободному произволению, которым человек выбирает добродетель и в дальнейшем борется, с проявлениями первородного греха внутри себя, за нее. А насильно, помимо внутреннего произволения человека, его невозможно спасти. Можно внешне заставить человека, но произволение его с этим будет несогласно. И перед Богом он будет таков, каков он в сердце, в своем свободном произволении. – Это иллюзия спасения, самообман.

Обычно же, по жизни, когда кто-то с кем-то несогласен, тогда у него возникают чувства: недовольства, обиды, раздражения, неприязни. А противник это ощущает, и у него на это возникают такие же чувства. И в итоге, никто ничего не достигает. Все остаются в страстном настрое духа. А этого-то демонам и надо, – боритесь за что угодно, но только воспитывайте в себе страстный настрой духа, и ваша душа будет погибать. То есть, страсти увлекают всех, и цель не достигается, – это самая что ни на есть глупость. Вот так страсти делают людей глупыми и безумными.

Стремясь достичь цели, человек не замечает того, как его увлекают страстные чувства и тогда целью становится – удовлетворение их. А человек этого не замечает, так как у него перед глазами, в памяти, прежняя цель. Но эта цель становится для него только лишь самооправданием, – для оправдания страсти. Ибо страсть омрачает ум и выводит из реальности. И эту реальность он перестает видеть и ощущать правильно. – Это, как говорит свт.Тихон Задонский, пьянство без вина, – опьянение действием страсти. По мере того, насколько человек освобождается от опьяняющего действия страстей на его ум, сознание, настолько разум его протрезвляется, и он реальнее начинает видеть все происходящее вокруг, а так же сохранять трезвенность и рассудительность, в той или иной ситуации.

Нет в ощущении чувства смирения

Аноним: Не сразу выходит. Вначале захватывает, а потом только вижу. Начинаю понуждать себя к чувству смирения, а оно не ощущается?


О.Серафим: В какой момент увидели, что не получается, то в тот момент и начинайте себя понуждать к верным душевным чувствам, с обращением к Богу за помощью. Если так будете делать всякий раз, как только увидели, то вИдение начнет приходить раньше. Главное, понуждать себя к возгреванию чувства смирения, — делать то, что зависит от нас по естеству (проходя через скорбь в делании). А обильное ощущение чувства предать в руки воли Божией, — когда Ему угодно будет, тогда Он и подаст. Наше дело трудиться и делать все то, что требуется от нас. Надо пройти через скорбь в борьбе, смиряясь с ней по настрою духа, тогда Бог и подаст.

Чувство смирения – это непрекращающееся ощущение внутреннего душевного мира и спокойствия, соединенное с удовлетворенной совестью. Вначале оно – по временам. Но если себя к нему понуждать во искушениях, то начнет приходить чаще. И затем водворится как всегдашнее душевное состояние.

О смирении перед Богом и скорби от действия неудовлетворяемой страсти

О.Серафим:  Истинное смирение воспитывается в процессе борьбы со своими главенствующими страстями. По мере разрывания сочувствия к ним и образуется смирение перед Богом.

Когда человек отвергается страсти, не идет на поводу у нее, то от этого возникает скорбь. Это та скорбь, которая возникает от действия неудовлятворяемой страсти. Надо примириться по настрою своего духа с этой скорбью, так как через нее разрывается сочувствие, привязанность к страсти, самостно-гордостному духу. И если таким образом в духе смиренном проходить такую скорбь, то привязанность к страстному чувству будет разрываться и, мало-помалу, будет наступать свобода от страсти.

Когда страсть неудовлетворяется, то по причине своего неудовлетворения она и производит скорбь. Мы же должны, в этот момент, благодарить Бога за скорбь, с радостью ее принимать, как врачевство, очищающее душу от страстного состояния. В этом и будет состоять смирение души перед Промыслом Божиим и вхождение ее в русло воли Божией, по настрою духа, в данный момент, в конкретных обстоятельствах. Ибо только смиренным, Бог подает избавляющую Благодать.

«Всякая скорбь по Богу есть существенное дело благочестия» (преп. Марк Подвижник, «О духовном законе», гл.65).

«Существенное дело благочестия» — «скорбь по Богу».

«Скорбь по Богу» — это и есть то, когда человек смиряется по настрою своего духа со скорбью, которая возникает от действия неудовлетворяемой страсти. И наиболее это касается борьбы с главенствующими страстями. И без этой скорби по Богу «дело благочестия» не получится.

Так как, «Кто без скорби пребывает в добродетели своей, тому отверста дверь гордости» (преп. Исаак Сирин, сл. 34). То есть, кто без этой скорби по Богу приобретает добродетель, то она не законная, — в ней нет смирения перед Богом, она на самостно-гордостном духе.

О смирении и Истине

Но другой вопрос о том, что такое истинное смирение? – Мне могут приводить какие-то конкретные случаи указывая на то, что, мол, смирение же проявляют, но при этом там будет топтание и сжигание совести. Это говорит только о том, что люди не понимают, о чем идет речь.

Истинное смирение оно никогда не пойдет на топтание и сжигание своей совести, оно всегда будет стремиться к приобретению чистоты чувств, по настрою духа. Это делание не внешнее, а внутреннее, в настрое духа, в воспитании правильных чувств и ощущений. Преп.Иоанн Лествичник об этом чувстве говорит, что смирение знает только тот, кто его имеет. Здесь речь не о смирении естественном человеку, а о смирении, которое приобретает человек, когда это естественное чувство смирения очистит от примеси тонкого духа самости и гордыни (вменения себе, в ощущении).

«Смиренномудрие есть безымянная благодать души, имя которой тем только известно, которые познали ее собственным опытом; оно есть несказанное богатство; Божие именование; ибо Господь говорит: «научитесь» не от Ангела, не от человека, не от книги, но от Меня, т.е. от Моего в вас вселения и осияния и действия, «ибо Я кроток и смирен сердцем» и помыслами, и образом мыслей, «и найдете покой душам вашим» от браней, и облегчение от искусительных помыслов (Матф.11:29)» (Лествица, Слово 25, гл.4).

Преп.Маким Исповедник ощущал Истину в себе, и потому Она ему свидетельствовала об удовлетворении совести. Поэтому, внешнее исповедание на тот момент времени, для него было связано с правильным внутренним настроем души и чувством веры, с удовлетворением совести и хранением Истины не просто на уровне умовом, а в настрое духа, в чувствах и ощущениях. Для него это было исполнение воли Бога.

Об этом преп.Исаак Сирин говорит:
«Истина есть ощущение по Богу, какое только вкушает в себе человек ощущением чувств духовного ума» (сл.43). То есть, Истина – это не умовое понятие, а внутреннее ощущение, являющееся от чистоты чувств и удовлетворяемой совести. А умовое рассудочное понятие – это облечение Ее в словесную форму. То же самое и внешнее Ее выражение словами, на бумаге или еще какими-либо внешними средствами, – это все внешнее выражение Истины, но не сама Истина.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *