Воскресенье, неделя о Страшном Суде

Приготовительные недели к Великому посту.

Оглавление:
Свт.Игнатий Брянчанинов
   В Неделю о Страшном Суде. О втором пришествии Христовом.
Свт.Феофан Затворник
   В неделю о Страшном Суде.
   Нарисуем в уме нашем картину Суда Страшного и будем носить ее непрестанно.
   Тайна подготовления оправдательного решения на Страшном Суде.
   О Втором и страшном пришествии Господа нашего Иисуса Христа (сокращенно из слов святого отца нашего Ефрема Сирина на Второе пришествие).
Свт.Тихон Задонский
   О втором Христовом пришествии, или о Страшном суде.
   Масленица. О праздновании христианских праздников. 
Изречения Святых Отцов.


Свт.Игнатий Брянчанинов

Поучение в неделю мясопустную. О втором пришествии Христовом.

«Когда же придет Сын Человеческий во славе Своей» (Матф.25:31).

Возлюбленные братия! Недавно мы созерцали Господа нашего Иисуса Христа родившимся в вертепе, обвитым пеленами, положенным в яслях, принявшим на Себя вместе с человечеством все немощи человеческие, кроме греха; недавно мы созерцали Его, гонимого Иродом, бежащего от меча убийц в Египет, возвращающегося в Иудею, недерзающего остановиться в ней, помещающегося на жительство в Назарет, бедном и малозначащем городе неславной Галилеи, приемлющего крещение наравне с нуждающимися в крещении, проповедующего покаяние и наступление Царства Небесного. Созерцали мы это недавно и готовимся к новому созерцанию, к новому, самому поразительному зрелищу. Чтобы соделаться по возможности человеческой достойными этого зрелища, мы намереваемся заняться предочищением своих духовных очей – ума и сердца – подвигом поста. Мы намереваемся утончить при посредстве постного подвига самую плоть нашу, чтобы эта завеса, которою занавешено духовное естество наше, не была излишне густа и непроницаема, не воспрепятствовала нам воззреть с должною чистотою, верою и умилением на распятого за нас Спасителя нашего, разоряющего на кресте преграду между нами и Богом (Еф.2:14). И еще ожидает нас страшное зрелище, событие самое грозное: второе пришествие на землю Господа нашего Иисуса Христа. Первое пришествие мы можем созерцать в благочестивом воспоминании, второе представлено нашему воображению Словом Божиим в чертах самых живописных и сильных. Эта живопись может спасительно потрясти наши души страхом Божиим, возбудить нас от глубокого нерадения о нашей вечной участи, как бы от сна непробудного, которым усыпила нас плотская жизнь наша. «Придет Сын Человеческий во славе Своей».

Преисполнено глубокого постоянного смирения первое пришествие Господа нашего на землю и пребывание Его на ней. Все, уважаемое и высокоценимое миром, было оставлено Господом без внимания. Не благоволил Он явиться в блеске и громе земной славы; не благоволил Он явиться окруженным пышностию и великолепием; не благоволил явиться среди шума празднеств и ликований. Он пришел на землю, как в страну, в которую изгнаны преступники Божией заповеди; Он пребывал и действовал на ней, как в стране горестей, куда низвергнуты из высокого рая преступившие в раю Божию заповедь; Он пребывал и действовал на ней, как Искупитель погибших, делаясь участником всех бедствий, постигших преступное человечество. И был Он как бы одним из нищих, попираемых человеками. И был Он странником, не имевшим где главу преклонить. И был Он гоним, осыпаем бесчестиями; и постоянно воздавал Он добром за зло: «Сын Человеческий пришел не губить души человеческие, а спасать» (Лук.9:56). И окончил Он земное странствование Свое смертию мучительною и позорною, смертию уголовных преступников, смертию рабов, для которых и в самом образе смерти не было общего права с гражданами мира. Таково было первое пришествие па землю Сына Божия. Будет в свое время и второе пришествие Его к нам: «придет Сын человеческий», который вместе и Сын Божий, «во славе Своей». Первое пришествие Его было пришествием Искупителя, подчинившегося всем немощам человеческим, подъявшего их на Себя для уничтожения их Собою; второе пришествие будет пришествием Судии для принятия отчета от человечества в поведении человечества относительно дарованного ему Богом божественного искупления. «Придет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним… и соберутся пред Ним все народы» (Матф.25:31,32), чтобы представить Ему на суд дела свои и принять от Него награды или казни, сообразно делам своим.

При получении известия о предстоящем пришествии какого-либо земного начальника и судии, мы принимаем все меры, чтобы привести дела наши в должный порядок и заслужить одобрение: тем более должен нас озабочивать суд Христов, на котором решится вечная участь каждого из нас. Судия – страшен, страшен невыразимо. Страшен Он по величию, страшен Он по всемогуществу, страшен потому, что прозирает в глубины духа человеческого, и никакая тайная человеческая мысль, никакое тончайшее ощущение не сокрыты от Него. Оправдания не имеют места на суде Его: «не оправдается» пред Ним не только умерщвленный грехом, но и «ни один из живущих» жизнию праведности (Пс.142:2). Ты «победишь», вопиет уже навстречу грядущему Судии вдохновенный Свыше Пророк, «когда Ты будешь судить» (Пс.50)! Обымет трепет всех человеков, когда они встанут пред лицо Судии, обымет трепет не только грешников, но и праведников. Вострепещут грешники от отчаяния, от ожидания предстоящих им мук, от того необыкновенного страха, который произведет в них переворот, имеющий тогда изменить вселенную. Они воскликнут горам и утесам: «падите на нас и сокройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца; ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?» (Откр.6:16-17). Они вострепещут и восславословят, хотя и поздно. Когда Творец прикрыл неприступную и невыносимую славу Свою покровом смирения: тогда только тварь могла свободно владеть мыслями и чувствованиями, свободно произносить слово и свободно располагать действиями. Когда же Творец явится в славе Своей – свобода твари иссякнет пред величием славы Его, подобно тому, как эта свобода при каких-либо особенных обстоятельствах, оставаясь принадлежностию нашею, как бы уничтожается насилием обстоятельств. Самые ожесточенные враги Господа, сам Синедрион, распявший Его и поклявшийся в ненависти к нему, воскликнет при встрече Судии славословием, что и Господь предрек ему: «Узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных» (Матф.26:64). «Ибо сказываю вам: не увидите Меня отныне, доколе не воскликнете: благословен Грядущий во имя Господне!» (Матф.23:39). Вострепещут праведники от безмерной славы явившегося Судии, они воззрят на свои правды, и эти правды представятся им при свете Высшей Правды ветхими рубищами нищих: в правдах своих они не увидят залога к помилованию своему, – будут ожидать помилования от одной бесконечной Божией милости. Сами Ангелы Божии придут в смятение и страх от открывшегося в величии Своем Бога (Лук.21:27), Который «суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца» (Иоан.5:22,23). Бесчувственная вещественная природа не выдержит взора Сына Божия: «небо скрылось, свившись как свиток; и всякая гора и остров двинулись с мест своих» (Откр.6:14).

На суде Христовом потребуется в оправдание милость, как деятельное выражение любви, и заслужит помилование одна милость, как опытное доказательство любви. «Милости хочу, а не жертвы» (Матф.9:13), возвестил грядущий страшный и нелицеприятный Судия. Милость доставит оправдание возлюбившим ее, а отвергших ее предаст осуждению. Она с дерзновением предстанет пред Господом, и приведет пред Него всех питомцев своих. Она приведет тех, которые совершали ее вещественно, которые насыщали алчущую братию, принимали в дома странников, одевали нагих, посещали болящих и заключенных в темнице. Приведет милость пред Христа тех, которые творили ее сокровенно в душах своих и миловали ближнего, охраняясь осуждать ближнего при его преткновениях, прощая ему оскорбления и обиды, воздавая ему за проклятие благословением и за злодеяние благотворением. Приведет милость пред Христа пастырей церковных, которые преподавали братии своей нетленную пищу – Слово Божие, которые обнаженных грехом одевали в ризы добродетелей, доставляли духовное врачевство болящим душами, и долготерпеливо посещали назиданиями своими заключенных в темницах неверия или мрачного заблуждения. Приведет милость пред Христа смиренных иноков, которые стяжали таинственное и существенное познание живущего в себе Христа, взалкались блаженною алчбою евангельской правды, потщились облечь себя в преподобие и святыню, очистились от самых утонченных недугов человечества – житейских пристрастий, и тем достигли евангельской свободы. Приведет милость пред Христа и тех, которые возмогли оказать милость лишь самим себе, посетив себя рассматриванием себя и освободив себя от нищеты, от болезни, от темницы греховной покаянием. Покаяние для ожесточенного сердца – невозможно: надо, чтобы сердце смягчилось, исполнилось соболезнования и милости к своему бедственному состоянию греховности. Когда обымется и преисполнится сердце милостию: тогда только оно делается способным к покаянию; тогда только, покинув осуждение ближних, оно может обратиться к самовоззрению, а, спасительно осудив себя, приложить к язвам своим врачевство покаяния. Христос искупил всех человеков и каждого человека Собою. Человек, который окажется способным только для милости к самому себе, и сотворит эту милость, напитав Словом Божиим голодную душу свою, напоив ее ощущениями, исходящими из Святого Духа, отвлекши от гибельного странствования по различным видам греха, введши в дом благочестия и добродетели, одеяв ее добрыми делами, исцелив прежние согрешения исповеданием их и противоположною им деятельностию, изведши себя из темницы плотского мудрования и состояния в разум и состояние духовные – признан будет соделавшим все это Самому Господу Иисусу Христу. Всех делателей своих милость приведет пред Христа и исходатайствует им у Христа помилование и вечное блаженство. «Приидите, скажет Он им, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне… Истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Матф.25:34-36,40).

Неизвестны день и час, в которые Сын Божий прекратит жизнь мира пришествием на суд; неизвестен день и час, в которые по повелению Сына Божия прекратится земная жизнь каждого из нас, и мы будем призваны к разлучению с телом, к отданию отчета в земной жизни, к тому частному суду, прежде общего суда, который ожидает человека после его смерти. Возлюбленные братия! Будем бодрствовать и приготовляться к страшному суду, ожидающему нас на гранях вечности для невозвратного решения нашей участи навеки. Будем приготовляться, запасаясь всеми добродетелями, особенно милостию, которая заключает в себе и увенчивает собою все добродетели, так как любовь – побудительная причина милости – есть «совокупность» христианского «совершенства» (Кол.3:14). Милость соделывает человеков, преисполненных ею, богоподобными (Матф. 5:44,48; Лук.6:32,36)! «Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут; суд без милости не оказавшему милости» (Матф.5:7; Иак.2:13). Аминь.

(Свт.Игнатий Брянчанинов, т.4, гл. «Поучение в неделю мясопустную»).

Свт.Феофан Затворник

В неделю о Страшном Суде.

В позапрошлое воскресенье говорила нам мать наша, Святая Церковь: «Всячески ревнуйте о добродетельном житии, но не гордитесь добрыми делами своими; потому что вы не можете их наделать столько, чтобы на них можно было окончательно основать надежду своего спасения. Потому, не ослабевая в доброделании, не полагайтесь на свою праведность». В прошедшее воскресенье Святая Церковь говорила нам: «Чистые только и святые войдут в Царствие Божие… Как вы не представляете себя Господу чистыми в неуклонном исполнении Его заповедей, то поревнуйте очистить себя от всякого греха слезами покаяния. Плачьте о грехах своих: как плачут о мертвом, чтобы выплакать у Бога помилование».

Ныне же что она говорит? Ныне она живописует нам Страшный Суд Божий и тем хочет послушных чад своих воодушевить на большие и большие труды, а нерадивых и беспечных пробудить от усыпления. Первым она говорит: «Трудитесь и не ослабевайте в трудах своих; ибо, когда придет Господь и все святые Ангелы с Ним, тогда поставит Он вас одесную Себя и скажет вам: «приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира» (Матф.25:34). И с той минуты вы начнете вкушать блаженство, для выражения которого нет слов на языке человеческом. Тогда забудете все труды свои и скорби». А вторым, то есть нерадивым, говорит ныне Святая Церковь: «Непрестанно внушаю вам – живите, дети мои, как жить следует истинным христианам, а вы не слушаете. Приглашаю вас к покаянию, а вы уши свои затыкаете от зова моего; говорю вам – плачьте о грехах, а вы не только не плачете, но издеваетесь над плачущими, издеваетесь даже над самим уставом покаянным, как и над всем порядком жизни христианской. Убойтесь! Пройдет образ мира сего, явится строгий Судия и поразит вас гневным отвержением Своим: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Матф.25:41).

Вот нынешний урок! Ясен он и полон при всей простоте своей и краткости. И мне ничего не остается прибавлять к тому, кроме одного: напечатлейте образ Суда Божия в уме и сердце вашем и всегда носите его в себе, не отрывая от него внимания вашего. Сами увидите, каким воодушевлением и какою готовностию на всякого рода труды исполнится дух ваш, если вы хотя малое попечение имеете о спасении души своей! С другой стороны, какой страх и какое сокрушение изольются в сердца тех, которые не совсем исправны, страстям поблажают и вольности предаются. Можно сказать, что если бы каким-нибудь образом можно было глубоко запечатлеть в душе людей сей образ Суда Божия, то все в непродолжительном времени сделались бы исправными ревнителями добрых дел. Ибо положите, что верная пришла бы весть с Неба, что вот завтра или послезавтра придет Господь! Стал ли бы кто предаваться тогда утехам и забавам? Стал ли бы поблажать страстям своим и творить грехи?.. Стал ли бы еще отлагать покаяние и исправление свое?.. Разве безумный какой стал бы так делать, а все, не потерявшие смысла, бросились бы поспешнее делать всё, что еще можно сделать в это короткое время. Как ученики, для которых настает экзамен, о том только и думают, как бы приготовиться к экзамену: иной не спит почти и не ест, а не то чтобы позволил себе еще и об играх и шалостях подумать, – так было бы и с нами, если бы память Суда Божия никогда не выходила из головы нашей… Только и заботы было бы у нас, как бы неопустительно исполнить все требуемое Господом и тем угодными явиться Ему в Час Суда. Но то беда наша, что мы привыкли отдалять от себя сей Час Суда, привыкли или дали себе на то право. Думает всякий: «Сколько уж времени я живу, все слышу: «Вот Суд! Вот Суд!..» – и нет доселе Суда. Может быть, еще не скоро. Отцы наши, деды и прадеды тоже ждали Суда, но вот еще и мы не видим его, спустя столько времени после них». Все это так. Можно прибавить и еще более того: что вот уж восемнадцать веков, как сказал Господь о Суде и как ждут Суда, и все нет его. Но что же из этого? Не было его доселе, но, может быть, не успеем мы выйти из храма сего, как придет Господь. Ибо то несомненно, что Он придет и что никто не может сказать определительно, когда Он придет. И вздоха не проведем, как Он явится. Ной говорил своим согражданам: «Перестаньте грешить, иначе – потопом потопит вас Господь». Может быть, в начале проповеди иной и остепенялся, но потом, как прошло десять, двадцать, сто и более лет, всякий давал себе право не верить так долго не сбывавшейся угрозе. Но неверие сие ведь не отдалило же события. Пришел же потоп и взял все… Может быть, за минуту до этого повторял проповедь свою Ной, и над ним смеялись, но все же исполнилось то, что положено Господом; иного, может быть, за смехом сим и потоп застал. Так и у нас есть немало людей, которые отдаляют Час Суда; иные, может быть, и не верят тому; но все это не отстранит Суда, и будет минута, когда исполнится положенное Господом, – исполнится, когда не ожидаем, захватив нас внезапно. «Во дни Ноя, – говорит Господь, – ели, пили, женились и выходили замуж», строились и торговали… Никто и не думал о потопе. Но потоп пришел внезапно и «истребил всех» (Мф.24,37-39). Вот и мы едим, пьем, веселимся и хлопочем о разных делах, – о Суде Божием и думать не думаем; но, может быть, он сейчас же придет и застанет нас в чем есть. Ибо как молния, показавшись на одном краю неба, в одно мгновение пробегает до другого и охватывает все небо, так будет внезапно и мгновенно явление Сына Человеческого.

А мы отдаляем от себя сие решительное время, и отдаляем на неопределенную даль, так что и конца будто не видать, когда это будет. Но вот что: отдаляйте Суд Божий – на сколько хотите. Может быть, и в самом деле не скоро еще придет Господь судить живых и мертвых; но какая же от этого нам льгота или поблажка?.. Все же Он придет и будет судить именно нас и судить без лицеприятия, по закону Евангелия, нами воспринятому. Все же наш долг быть истинными христианами оттого нисколько не уменьшается. Хоть сейчас, хоть через тысячу лет придется нам стать на Суд, все же придется, и на Суде том мы будем давать отчет в употреблении настоящих часов, дней и лет, действительных, а не будущих, воображаемых. Так не лучше ли нам всякий час держать себя так, как бы Господь сейчас имел явиться, или, лучше, так, как бы мы стояли уже на Суде. О, если бы Господь дал нам в такое настроение привести ум свой! Какая ревность о святости начала бы тогда снедать (уязвлять) нас? Враг знает силу сего помышления и всячески выбивает его из головы нашей разными благовидными предположениями! Но, братия, умудримся противопоставить всем его козням одно простое рассуждение. Скажем ему: «Пусть не скоро Суд, но ведь если можно отсюда извлекать какую-либо поблажку, то это тем только, которые могут быть уверены, что час смерти их совпадает с Часом Суда отдаленного; нам же что из того? Вот, ныне или завтра придет смерть и покончит все наше и запечатлеет собою участь нашу навсегда, ибо после смерти нет покаяния. В чем застанет нас смерть, в том предстанем мы и на Суд. Застанет нас смерть нераскаянными грешниками, грешниками нераскаянными узрит нас и Судия Праведный и осудит. Застанет нас смерть кающимися о грехах и ревнующими о добре, такими признает нас и Судящий Господь и помилует. Но когда придет смерть наша, никто того сказать нам не может. Может быть, еще минута, и всему конец… и пойдем мы к Престолу Божию, и услышим от Него приговор, которого уже никто переменить не может». Такое рассуждение противопоставим лукавому врагу, который мыслию об отдаленности Суда Божия покушается затмить в уме нашем картину сего Суда и тем расслабить ревность нашу. И в самом деле, что пользы за горы отдалять время Страшного Суда, когда смерть, не меньше его грозная и решительная, стоит у нас за плечами? Покоримся же, как дети послушные, спасительному внушению матери нашей, Церкви! Наполним память свою картиною Суда Божия и не будем отрывать от него своего внимания! От Суда веет не одним страхом и ужасом… Он может подать и обильное утешение. Ибо там будет сказано не одно: «идите… проклятые…», но и другое: «придите, благословенные…» и последнее прежде первого. Надобно только, помышляя о Суде Божием, так устроить жизнь свою, чтобы не попасть по левую сторону, к козлам, а одесную, к овцам. А для сего что нужно? Заповеди Божии исполнять со всею ревностию, а если в грехи какие впадем, каяться о том и плакать, постоянно уговаривая душу свою такими песнями церковными: «Живущи на земле, душа моя, покайся: прах во гробе не поет, от прегрешений не избавляет. Возопий Христу Богу: “Сердцеведец, согрешил, прежде нежели осудишь меня, помилуй меня”. Доколе, душа моя, пребываешь в прегрешениях? Доколе отлагаешь покаяние? Прими во уме Суд грядущий и возопий Господу: “Сердцеведец, согрешил, прежде нежели осудишь меня, помилуй меня”» (Тропарь, глас 3, по 3-й кафисме Псалтири).

«Душа, покайся прежде исхода твоего, Суд беспристрастен грешным и нестерпимый. Возопий к Господу во умилении сердца: “Согрешил пред Тобою в ведении и в не ведении, Щедрый, молитвами Богородицы ущедри и спаси меня”» (Тропарь, глас 7, по 4-й кафисме Псалтири). Аминь.

(Свт.Феофан Затворник, «Семь слов в недели, приготовительные к Великому посту», гл.3).

 (Выдержки из бесед)
Нарисуем в уме нашем картину Суда Страшного и будем носить ее непрестанно.

Ныне Святая Церковь напоминает нам о Страшном Суде. Уже посылала она нас учиться у мытаря смиренному вопиянию: «Боже, милостив буди мне грешному!» Уже внушала она нам не предаваться падению, а вслед блудного сына, восстав, идти к милосердому Отцу и умолять Его – нас, недостойных именоваться сынами Его, принять хоть как наемников. Но еще боится она, как бы кто по невниманию не пропустил тех уроков и по ожесточению сердца не остался коснеть в грехах. Потому ныне, живописуя картину Страшного Суда, она еще громче говорит: «Покайтесь». Если не покаетесь, все погибнете. Вот, Бог установил день, имеющий прийти, как тать в ночи, когда выведет Он во свет тайны тьмы, откроет советы сердечные и воздаст каждому по делам его. Грешникам тогда не будет никакой пощады. Войдут в радость Господа только одни праведные и те, которые, подвергшись несчастию впасть в грехи, принесли потом искреннее покаяние и исправили жизнь свою. Итак, помышляя о Дне том страшном, перестаньте грешить, покайтесь и воспримите твердое намерение ходить неуклонно в заповедях Божиих.

И действительно, ни одна истина не сильна так умягчить нераскаянное сердце, как истина о Страшном Суде Божием. Знает сие враг и всячески ухищряется поставлять нас в такое состояние, что мы или совсем не помышляем о сем Суде, или, если помышляем когда, помышляем поверхностно, не проводя сего помышления до сердца и не давая ему произвести там полного своего действия. Если бы и память Суда не отходила от нас и сила его принимаема была всем сердцем нашим, – не было бы грешников или были бы грешники только случайные, нечаянные, минутные, тотчас по нечаянном падении восстающие. Но вот, не входим мы в намерения Божии, потому и грешим, и коснеем во грехах нераскаянностью.

Придите же, братия, перехитрим омрачающего нас врага и отныне положим: и помнить непрестанно о Суде, и сердцем воспринимать всю силу его и весь страх его.

Нарисуем в уме нашем картину Суда Страшного и будем носить ее непрестанно. Как в обычной нашей жизни видим мы, небо над собою с Солнцем и другими светилами и разные твари вокруг себя, подобно сему устроимся и в духе. На Небе будем созерцать Господа Судию со тьмами Ангелов, а вокруг себя всех сынов человеческих, oт начала мира до конца, предстоящих Ему в страхе и трепете. Тут же река огненная и книги разогнутые. Суд готов! Таким помышлением наполним ум свой и не будем отступать от него вниманием. Восстав с одра, будем внушать душе своей: «О дне том страшном помышляющи, душа моя не спи!» – и, отходя ко сну, будем говорить себе: «Вот, мне гроб предлежит, вот, мне смерть предстоит! Суда Твоего, Господи, боюся и муки бесконечной!» И во все часы дня почасту будем повторять: «Господи, избави меня от вечных мук, от червя же злого и тартара!» Ведь, помним ли мы или не помним о Суде, Суда сего не миновать. Но, если будем помнить, можем миновать грозных его определений. Сие помышление научит нас удаляться того, что делает страшным Суд; и страх Суда избавит нас от страшного осуждения.

Только да не будет в нас праздным сие помышление; углубим его и воспримем сердцем – и Суд, и осуждение, и решение Суда.

Ныне есть ли кто? Кто бы верно судил о себе и был верно судим другими? Самолюбие скрывает нас от себя и своего суда совестного; тело и пристойная внешность укрывают нас от проницательности лиц, окружающих нас. По богозабвению и не говоря как бы говорим мы в себе: «Не видит Бог!» Не то будет там: и себе будем мы все открыты, и другие будут видеть нас, каковы мы в словах, делах и помышлениях. Каждый, видя себя, будет сознавать, что он видим всеми и проницается светлейшими ярче солнца очами Божиими. Это сознание всеобщности видения грехов своею тяжестью подавит грешника и соделает то, что ему легче было бы, если бы горы пали и покрыли его, нежели как стоять так, составляя открытую цель для взоров и Небесных, и земных.

Ныне мы изобретательны на снисхождения и разными способами извиняем себя и перед собою, и перед другими, и перед Богом. Тогда не будет места никаким оправданиям. И наша совесть будет говорить нам: «Зачем ты так делал?» И в глазах других будем мы читать; «Что ты это наделал?» И от Господа будет печатлеться в сердце укор: «Так ли тебе следовало делать?» Эти осуждения и укоры со всех сторон, будут тесниться в душу, проницать и поражать ее, а оправдаться нечем и укрыться некуда. Эта новая тяжесть – тяжесть всеобщего осуждения безоправдательного – еще нестерпимее будет тяготить грешника безотрадного.

Ныне нередко проволочка следственных дел облегчает участь преступника и манит надеждою оправдаться. Там этого не будет. Все свершится во мгновение ока: и Суд без следствий, и осуждение без справок с законами, и возражений не будет. По мановению Божию отделятся праведники от грешников, как овцы от козлищ, и все смолкнут, ничего не имея сказать против этого Суда и осуждения. Ждется последнее поражение грешнику – решение; и вот, слышится: «придите, благословенные!… отойдите, проклятые, в огонь!» (Мф.25,34.41). Решение невозвратное и неизменяемое, запечатлевающее участь каждого на вечные веки. Вечные веки будет звучать в ушах грешника осужденного: «Отойди, проклятый!» Как вечные веки будет ублажать праведника сладкое слово: «Приди, благословенный!» Эта тяжесть отвержения есть самая нестерпимая тяжесть, имеющая тяготеть над нераскаянными грешниками.

Вот что будет! И вот что ныне хочет впечатлеть в сердце наше Святая Церковь! Воспримем же чувством эту безотрадность состояния грешника в последний день, – безотрадность, в которую поставят его тогдашний Суд, осуждение и решение; воспримем и позаботимся избежать ее. Никому не миновать Суда. Все будет так, как написано. Небо и земля пройдут, а слово Божие о том, что они пройдут и потом будет Суд, не пройдет. Враги разве мы себе? Не враги. Так поспешим избежать беды, туги и отчаяния, какими грозит нам Последний День. Как избежать? Или праведностью, или милостивым оправданием. Если не имеешь праведности, за которую мог бы ты стать с теми, кои одесную Судии, то поревнуй заранее оправдать себя пред Богом, омывшись в слезах покаяния и очистившись подвигами самоотвержения,— и будешь принят в число их по оправдывающей милости, если не по правде.

Тайна подготовления оправдательного решения на Страшном Суде.

Итак, придет Судия. Все явимся пред Судилищем Его, да воспримет каждый, что в теле соделал, или благо, или зло. Что будет тогда, братия, с нами? Что именно с каждым из нас будет тогда?! Теперь же перенесемся туда мысленно и предложим совести нашей заранее определить то.

Зрите! Вот, перед нами, лицом к лицу, Судия праведный и нелицеприятный. Вокруг вся тварь разумная – и небесная, и земная. В нас самих все дела наши, ясно видные: на челе нашем; на очах и устах, на каждом члене и чувстве, служившем орудием для них; и мы сами в себе все будем видеть, и другие в нас все будут видеть, и око Божие будет проницать нас. Укрыться некуда. Общий всех суд оправдает или осудит нас. Сему суду будет вторить и наш собственный суд; а тот и другой запечатлеются Судом Божиим, который и останется вечно неизменным и решит участь нашу навсегда.

Так как же думаете? Что услышит ухо наше в тот Час – утешительное ли: «приди, благословенный» – или безотрадное: «отойди, проклятый»?

Ах, братия! Воспримем в чувство сию решительную минуту и заранее подумаем о том, как нам быть. Минуты той не миновать и решения того не отменить! Войдемте же в совесть свою и спросим ее, что именно ожидает она услышать: «отойди» или «приди»? Совесть не станет льстить, если искренно захотим услышать прямой голос ее и не будем сбивать ее пустым самооправданием. Вот и око Божие определительно видит, что мы такое в Час сей и чего стоим, осуждения или оправдания, и свое свидетельство влагает в ухо внутреннему свидетелю дел наших, в их отношении к Богу и вечному Закону Его! Какое же предрешение дает нам о нас сей внутренний свидетель дел наших?

Всяко скажете: «Кто чист?» Но ведь о том и дело, чтобы мы сознали себя нечистыми и поревновали очиститься. Ибо, если бы в минуту сию, когда совесть признает нас нечистыми, мы стояли на Суде и из себя, и от других, и от Господа слышали такой приговор о себе, что было бы с нами? Вот приходят исполнители судорешений, связывают и ввергают в тьму кромешную, где плач и скрежет зубов! Так точно это и будет, если отселе не озаботимся изменить готовящееся нам грозное определение на определение благоволительное.

Не спрашивайте, как это сделать. Ибо кто того не знает? «Покайся, и впредь не греши» – вот и вся тайна подготовления оправдательного решения на Страшном Суде!

«Покайся!» Велико ли и трудно ли это? Все дело покаяния в двух словах: «согрешил, не буду!» Какой труд сказать это? А между тем какая великая сила сокрыта в кратком слове сем! Хотя бы молча кто, в сердце только своем, чувством своим внутренним изрек: «согрешил, не буду!» Внутреннее слово сие пронесется по всему Небу и там произведет всеобщую радость. Об «одном грешнике кающемся радуются все Ангелы» (Лк.15,7), – говорит Господь. Радуются; но чего ради? Это они радуются за ту неизреченную радость, какою обрадован будет грешник, покаявшийся в День Суда. Ту тесноту, то горе, ту беду, кои ожидают грешника на Суде, совершенно отстраняет это небольшое покаянное слово: «согрешил, не буду!»

Грех печатлеется в естестве нашем, отпечатлевается во всем окружающем нас и записывается в Книге жизни. Во всех сих местах он будет виден в День Суда и, отражаясь на нас, будет привлекать осуждение нам. Но покаянный и сокрушенный вздох: «согрешил, не буду!» – изглаживает его отовсюду, так что нигде ни единого следа его не останется в обличение нас. Как черное платье моют, колотят, полощут и тем убеляют его так, что никакой черты прежней черноты не остается в нем, так слезы покаянного сокрушения и исповедь убеляют естество наше, повсюду стирают следы греха, изглаживают из самой книги Суда, так что на Суде самый большой грешник, ради покаяния, явится безгрешным и никакого нигде не найдется основания к осуждению его, потому что покаяние все их истребляет.

Грехи, оставаясь в нас не очищенными через покаяние, отселе еще готовят нам карательное определение на Суде. Покаяние же, изглаживая грехи, отселе еще отменяет сие определение. Такова сила покаяния. Бог посылал Пророка к ниневитянам с угрозою, что еще три дня – и Ниневия превратится, но ниневитяне покаялись, и определение Божие отменено. Царю Езекии другой Пророк принес определение Божие о часе смертном, но царь, вздохнув, со слезами помолился, и еще дано было ему время на покаяние. Видите, как покаяние и слезное обращение к Богу изменили состоявшееся уже определение Божие. Так и то определение, которое готовят нам на Страшном Суде грехи наши и которое уже предрешено по тому состоянию, в котором мы теперь находимся, совершенно отменит слезное покаяние и исповедание грехов наших. Точно, отменит определение, но ведь, если мы не изменим себя, оно останется неизменным, хотя не пришло время быть ему таковым. Наше закоснение во грехе утверждает определение Божие, а покаяние испаряет его и уничтожает. Поспешим же к сему спасительному покаянию, пока еще есть время!

Пока время есть; время сие кончится с концом жизни нашей. А кто скажет, когда сей конец? Вот и надобно сейчас же приступить к покаянию. Затем и открыл нам Господь тайну Суда, чтобы, слыша об осуждаемых на нем, всякий на себя посмотрел, себя пожалел и покаянием поспешил спасти себя от вечной погибели, Желательно разве Господу осудить нас? Если бы было желательно, не пришел бы Он на землю и не стал нашего ради спасения терпеть страдания и смерть. Но как нельзя не быть Суду, то вот Он и возвестил о нем наперед, говоря как бы нам: «Смотрите, вот что будет! И вот что надо вам сделать, чтоб избежать предстоящей там беды!» Говорит Господь о Суде, чтобы никто не подпадал на нем осуждению. Как добрый судия наперед извещает жителей, что идет к ним разбирать дела, чтобы они приготовились к ответам и не запутались, так и нас известил Господь о Суде, чтоб мы наперед знали, что там будет, и так приготовились, чтоб устоять в ответах. А как устоять? Тогда и вопросов никаких не будет, если здесь, на исповеди, на все вопросы, которые касаются действительных грехов наших, мы изъявим чистосердечное признание и раскаяние, от души говоря: «согрешил, не буду!»

Войдемте же, братия, в сии благие намерения Божии о нас. Напишем картину Суда в памяти нашей и будем под нею ходить, как под какою сению. Она научит нас, как избежать осуждения на сем Суде. Святые отцы, ревновавшие о христианском совершенстве, так глубоко внедряли в ум свой память о Суде, что неотлучно пребывали с нею, что бы ни делали. И на молитву не иначе становились они, как мысленно установив себя на Страшном Суде, пред лицом Господа Судии, готового произнести окончательный о них приговор; и, сознавая себя в сем положении, немолчно вопияли: «Господи, помилуй! Господи, помилуй!» Пробудясь от сна, они пели: «Се, Жених грядет!» Отходя ко сну, взывали: «Суда твоего, Господи, боюся и муки бесконечной!» И во всякий час дня, при всяком даже деле, поминутно встречаясь с картиною Суда, в уме носимою, они усугубляли свой вопль ко Господу: «Господи, помилуй! Господи, помилуй!» Чрез это стяжали они сердце сокрушенное и смиренное, которое не уничижится. Непрестанные слезы умиления измыли душу их от всякой нечистоты и явили их чистыми и совершенными пред милосердным, спасения желающим Господом.

Пойдемте и мы тем же путем памятования о Страшном Суде! Оно породит сокрушение, умиление и слезы, которые угасят огнь, уготованный нам грехами нашими, если останутся неоплаканными. Аминь.

О Втором и страшном пришествии Господа нашего Иисуса Христа (сокращенно из слов святого отца нашего Ефрема Сирина на Второе пришествие).

Христолюбивые братия мои! Послушайте о Втором и страшном пришествии Владыки нашего Иисуса Христа. Вспомнил я об этом часе и вострепетал от великого страха, помышляя о том, что тогда откроется. Кто опишет это? Какой язык выразит? Какой слух вместит в себе слышимое? Тогда Царь царствующих, восстав с Престола славы Своей, сойдет посетить всех обитателей Вселенной, сделать с ними расчет и, как следует Судии, достойным воздать добрую награду, а заслуживших наказание подвергнуть казням. Когда помышляю о сем, страхом объемлются члены мои и весь изнемогаю, глаза мои источают слезы, голос исчезает, уста смыкаются, язык цепенеет и помыслы научаются молчанию.

Таких великих и страшных чудес не было от начала твари и не будет во все роды! Исполнится время, пробьет последний час бытию мира; огненная река потечет с яростью, подобна свирепому морю; поглотит горы и дебри и пожжет всю землю и дела, которые на ней. Тогда от огня сего реки оскудеют и источники иссякнут; между тем как там, в небе, «звезды спадут», солнце померкнет, луна не даст света и «небеса свернутся, как свиток книжный» (Ис.34,4). Кто найдет в себе столько крепости, чтобы снести без сокрушительного потрясения помышление об этом страшном изменении лица всей твари?

Затем услышится глас трубы, превосходящий всякий гром, – глас, вызывающий и пробуждающий всех от века уснувших, и праведных, и неправедных. И во мгновение ока всякое дыхание человеческое восстанет с места своего, и все люди от четырех, концов земли будут собраны на Суд. Ибо повелит великий Царь, имеющий власть над всякой плотью, – и тотчас с трепетом и тщанием дадут: земля – своих мертвецов, а море – своих. Что растерзали звери, что раздробили рыбы, что расхитили птицы, – все это явится во мгновение ока, и ни в одном волосе не окажется недостатка. 

Вот, собрались все – и в трепетном молчании ждут «явления Славы великого Бога» Судии (Тит.2,13), нисшествие Которого откроется «явлением знамения» Сына Человеческого (Мф.24,30), явлением Креста, сего скипетра великого Царя, узрев который все уразумеют, что вслед за ним явится и Сам Царь. И точно, вскоре затем услышится с высот небесных: «се, Жених грядет» (Мф.25,6); се, приближается Судия; се, является Царь; се, Бог всяческих грядёт судить живых и мертвых! Тогда, братия мои, от гласа сего содрогнутся основания земли – от пределов и до пределов; тогда на всякого человека придут теснота, и страх, и исступление, от ожидания того, что грядет на Вселенную. Тогда потекут Ангелы, соберутся лики Архангелов, Херувимов и Серафимов; и все многоочитые с крепостию и силою воскликнут: «свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, Который был, есть и грядет» (Апок.4,8). Тогда всякая тварь на небе и на земле и под землею с трепетом возопиет: «благословен Грядущий во имя Господне!» (Мф.21,9). Тогда разверзутся небеса, и откроется Царь царствующих, предивный и преславный Бог наш, подобно страшной молнии, с силою многою и несравнимою славою, как проповедал и Иоанн Богослов, говоря: «Се, грядет с облаками, и узрит Его всякое око и те, которые пронзили Его; и возрыдают пред Ним все племена земные» (Апок.1,7).

Какой страх и трепет и исступление будет в Час тот! Кто перенесет видение сие? И кто стерпит вида Того, от лица Которого «убежит небо и земля» (Апок.20,11). Небо и земля побегут! Кто же, после сего, в состояния устоять? И куда побежим мы, грешные, когда увидим престолы поставленные и сидящего Владыку всех веков; когда увидим бесчисленные воинства, со страхом стоящие вокруг Престола? Ибо тогда исполнится пророчество Даниила: «Видел я, наконец, что поставлены были престолы, и воссел Ветхий днями… тысячи тысяч служили Ему и тьмы тем предстояли пред Ним; судьи сели, и раскрылись книги» (Дан.7,9-10).

О, теснота; о, туга и томление духа! Нелицеприятное Судилище открывается, и отверзаются сии страшные Книги, где написаны наши и слова, и дела, и все, что мы сказали и сделали в сей жизни и что думали скрыть от Бога, «испытующего сердца и утробы» (Апок.2,23). О, сколько слез нужно нам ради Часа того! Тогда своими очами узрим мы с одной стороны – неизреченное Небесное Царство, а с другой – открывающиеся страшные мучения; посреди же всякое колено и всякое дыхание человеческое, от прародителя Адама до рожденного после всех. Там Все человечество будет поставлено среди Царства и осуждения, среди Жизни и смерти, среди Рая и ада. Все будут в ожидании страшного Судного Часа, и никто никому не в состоянии будет помочь.

Тогда потребуется от каждого исповедание веры, обязательство Крещения, вера, чистая от всякой ереси. Велик ли кто или мал, – все равно исповедали мы веру и приняли святую печать; все одинаково отреклись от диавола, дунув на него, и все одинаково дали обещание Христу, поклонившись Ему. Отречение, которое даем мы при Святом Крещении, выражается немногими словами, но по заключающейся в нем мысли – многообъятно. Ибо в немногих словах отрекаемся мы от всего, отрекаемся не одного, не двух, не десяти худых, дел, – но всего, именуемого худым, всего, что ненавистно Богу; отрекаемся от сатаны и всех, дел его. Каких дел? Выслушай: блуда, прелюбодеяния, нечистоты, лжи, воровства, зависти, отравления, гнева, хулы, вражды, ссоры, ревности, пьянства, празднословия, гордыни, празднолюбия, глумления, бесовских песен, деторастления, гадания, вызывания духов. Всего этого, и подобного сему; всего, о чем все знают, что это дела и учения диавольские, отрекаемся чрез отречение при Святом Крещении. Сего-то отречения и доброго исповедания потребуют от каждого из нас в тот Час и День, ибо написано: «от слов своих оправдаешься» (Мф.12:37); и еще Господь говорит: «твоими устами буду судить тебя, лукавый раб!» (Лук.19:22).

Сии-то слова наши или осудят, или оправдают нас в Час тот. По ним будут допрашивать каждого, и каждого – в чине своем. Епископы будут вопрошены и о собственном их житии, и о пастве их: у каждого потребуют словесных овец, которых принял он от Пастыреначальника Христа. Подобным образом и пресвитеры дадут ответ за Церковь свою, а вместе и диаконы. И всякий верующий даст ответ за себя и за дом свой, за жену, за детей, за рабов и рабынь: воспитывал ли он «их в учении и наставлении Господнем» (Еф.6:4), – как заповедал Апостол? Тогда вопрошены будут цари и князья, богатые и бедные, великие и малые о всех делах, какие сделали; ибо написано, что «Все мы предстанем на суд Христов» (Рим.14:10), «чтобы каждому получить [соответственно тому], что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2Кор.5:10).

Что же будет после того, как исследованы и объявлены будут дела всех пред Ангелами и человеками, того без слез и стенаний и рассказать невозможно, потому что это будет уже последнее. Тогда отлучит нас Судия друг от друга, как пастырь отлучает овец от козлищ. У кого есть добрые дела и добрые плоды, те отделятся от бесплодных и грешных и просветятся, как солнце. Это те, которые любили заповеди Господни, были милосердны, нищелюбивы, сиротолюбивы, одевали нагих, посещали заключенных в темницах, заступались за угнетенных, смотрели за больными, которые плакали, как сказал Господь (Мф.5,4), обнищали ради богатства, соблюдаемого на Небесах, прощали прегрешения братиям, соблюли печать веры несокрушимою и чистою от всякой ереси. Сих «поставит» Господь «по правую Свою сторону, а козлов – по левую» (Мф.25,33), именно тех, которые бесплодны, прогневали Доброго Пастыря, не внимали словам Пастыреначальника, были высокомерны, своекорыстны, сластолюбивы, которые в настоящее время покаяния, как козлища, играют и нежатся и все время жизни своей проводят в объядении, пьянстве и всяких утехах и увеселениях, а к нуждающимся немилосердны, подобно богачу, не оказавшему жалости к бедному Лазарю.

Так разделив всех, стоящим по правую сторону скажет Господь: «приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира»! (Мф.25,34). Стоящие же по левую сторону услышат сей горький и строгий приговор: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его!.. И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную» (Мф.25,41,46).

О сем-то бедственном разлучении вспомнил я и не могу перенести его. У кого есть слезы и сокрушение, плачьте, потому что в страшный оный Час бедственною разлукою разлучены будут все друг с другом и каждый пойдет в переселение, из которого нет возврата. Тогда разлучены будут родители с детьми, друзья с друзьями, супруги с супругами, и те даже, кои клялись не разлучаться друг от друга вовеки. Тогда грешные будут наконец выгнаны из Судилища и поведутся на место мук немилостивыми ангелами, принимая от них толчки, побои, скрежеща зубами, все чаще и чаще обращаясь, чтобы увидеть праведников и ту радость, от которой сами отлучены. И увидят неизреченный оный свет, увидят красоты райские, увидят великие дары, какие приемлют от Царя Славы подвизавшиеся в добре. Потом, постепенно отдаляясь от всех праведников, и друзей, и знакомых, сокроются, наконец, и от Самого Бога, потеряв уже возможность зреть радость и истинный оный свет. Наконец приблизятся к местам неописанных мучений и там будут рассеяны и расточены.

Тогда-то увидят они, что совершенно оставлены, что всякая надежда для них погибла и никто не может помочь им или ходатайствовать за них. Тогда-то наконец, в горьких слезах, рыдая скажут: «О, сколько времени погубили мы в нерадении и как обмануло нас наше ослепление! Там Бог говорил через Писание, и мы не внимали; здесь вопием, и Он отвращает от нас лицо Свое! Что пользы доставили нам концы мира? Где отец, родивший нас? Где мать, произведшая нас на свет? Где братья? Где друзья? Где богатство? Где людская молва? Где пиры? Где многолюдные гульбища?» Ниоткуда нет помощи; всеми оставлены: и Богом, и святыми. И для покаяния нет уже времени; и от слез нет пользы. Вопиять бы: «Спасите нас, праведные! Спасите, Апостолы, Пророки, мученики! Спаси, лик Патриархов! Спаси, чин подвизавшихся! Спаси, Честный и Животворящий Крест! Спаси и Ты, Владычица Богородица, Матерь Человеколюбца Бога!» Вопиять бы так, но уже не услышат! А если и услышат, что пользы? Ибо конец уже всякому ходатайству. В таких терзаниях безотрадного отчаяния каждый, наконец и нехотя, отведен будет на место мучения, какое уготовал себе злыми делами своими, «где червь их не умирает и огонь не угасает» (Мк.9,48).

Вот, узнали вы, что уготовим мы себе? Вот, слышали вы, что приобретают нерадивые, ленивые, некающиеся? Слышали, как будут осмеяны посмевающиеся заповедям Господним? Слышали, как обманывает и обольщает многих эта растлевающая душу жизнь? Позаботимся же о том, как бы неосужденно предстать нам пред Страшным Судилищем в тот трепетный и страшный Час. О сем страшном Дне и Часе предрекали святые Пророки и Апостолы; о сем страшном Дне и Часе Божественное Писание от концов и до концов Вселенной, в церквах и на всяком месте, вопиет и свидетельствует. Чего ради? Того ради, чтобы всех умолить; смотрите, бдите, внимайте, трезвитесь, молитесь, милосердствуйте, кайтесь и будьте готовы, «потому что не знаете ни дня, ни часа, в который придет Сын Человеческий» (Мф.25,13). «Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими, и чтобы день тот не постиг вас внезапно» (Лк.21,34). Оставьте «широки врата и пространен путь, ведущие в погибель»; и вступите на «узок путь, ведущий в жизнь» (Мф.7,13-14). Скорбно шествие по сему пути, но блаженно упокоение; жестоко шествие, но воздаяние – радость; стеснительно шествие, но место отдохновения – пространно. Шествие по оному: покаяние, пост, молитва, трезвение, смиренномудрие, забота о душе, милостыня, плач, воздыхание, труды и всякое терпение напастей. Шествие по оному пути: быть укоряему и терпеть, быть ненавидиму и не питать ненависти, злострадать и воздавать за сие добром, прощать, полагать душу за друзей, а наконец, и кровь свою пролить за Христа, если потребуют того обстоятельства. Если кто пойдет сим тесным путем, то примет он блаженное воздаяние, которому никогда не будет конца. А широкий путь и пространные врата ведут в пагубу. Шествие по оному в настоящем радостно, а там скорбно. Здесь легко, а там тяжело и болезненно. Здесь сладко, а там горче желчи. Это хождение по пространному пути есть: блуд, прелюбодеяние, нечистота, ревность, зависть, ярость, распри; а также смехотворство, крики, забавы, пляски, пышные одежды, многоценные вечери, беззаконные пения, объядение, братоненавидение и, что всего хуже, – нераскаянность и непамятование об исшествии из этой жизни. Многие идут путем сим, и все найдут достойное того пристанище: вместо наслаждения – голод, вместо покоя – болезнь, вместо смеха – рыдание, вместо веселых пиров – пребывание с демонами, вместо светлых и роскошных жилищ – тьму кромешную и геенну огненную. О сем-то конце широкого пути помышляя, братия, уклонимся от него и послушаем Господа, Который говорит: «подвизайтесь войти сквозь тесные врата» (Лк.13,24).

Сему да научит нас память о Страшном Суде. Сей День содержа в уме, святые мученики не жалели тела своего; иные же в пустынях и горах подвизались и ныне подвизаются в посте и девстве. Сей День имея в уме, блаженный Давид каждую ночь омочал ложе свое слезами и умолял Бога, говоря: Господи… «не входи в суд с рабом Твоим»! Ибо если восхочешь сие сделать, то «не оправдается пред Тобой ни один из живущих» (Пс.142,1-2). Приступим, братия, и мы к сему подвигу, пока не настал еще День оный. Предварим лицо Бога нашего исповеданием, покаянием, молитвами, постом, слезами, странноприимством. Предварим, пока не пришел Он видимо и не застал нас неготовыми. Не перестанем приносить покаяние, неотступно умолять и готовиться на встречу Господу – все вместе: мужи и жены, богатые и бедные, рабы и свободные, старцы и юноши.

Смотри, никто не говори: «Много согрешил я, нет мне прощения!» Кто говорит сие, тот не знает, что Бог есть Бог кающихся и на землю пришел призвать не праведных, но «грешников к покаянию» (Лк.5,32). Но смотрите, никто также да не дерзнет сказать: «Я не согрешил!» Кто говорит это, тот слеп. Никто не безгрешен, никто не чист от скверны, никто из человеков не свободен от вины, кроме Того единого, Кто нас ради обнищал, будучи богат. Так не будем недуговать самоправедностию; но не будем и отчаиваться во спасении, сознавая за собою грехи. Согрешили мы? Покаемся. Тысячекратно согрешили? Тысячекратно принесем покаяние. Бог радуется о Всяком добром деле, преимущественно же о душе кающейся; ибо весь приклоняется к ней, принимает ее собственными руками и призывает, говоря: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф.11,28).

Слыша сии благие обетования и сей сладчайший глас Спасителя душ наших, приидите, поклонимся и припадём Ему, исповедуя грехи свои. Не поленимся и не перестанем, взывать день и ночь со слезами, ибо Он милостив и нелжив; и несомненно сотворит отмщение за вопиющих к Нему, день и ночь. Он – Бог кающихся, Отец, Сын и Святой Дух. Ему слава вовеки. Аминь.

(Свт.Феофан Затворник, «Слова Великим постом и приготовительные к нему недели», гл.7, 8, 9).

Свт.Тихон Задонский

О втором Христовом пришествии, или о Страшном суде.

«Господь вовек пребывает; приготовил Он для суда Престол Свой, и Он будет судить вселенную по правде» (Пс.9:8-9).

«Мужи галилейские! Что вы стоите и смотрите на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо», – говорят Ангелы апостолам при Вознесении Христовом (Деян.1:11).

«Всем нам должно явиться пред Судилищем Христовым, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2Кор.5:10).

§ 165. Как вера святая и святое Божие Слово учат нас, что Иисус, Сын Божий, на земле явился ради нашего спасения и с людьми пожил, и спасение вечное дал верующим в Него, умер и воскрес, вознесся на небо и сел одесную Бога, так та же вера утверждает нас, что опять придет на землю. Первое пришествие Его было смиренное, второе – славное. В первом пришел взыскать и спасти погибшего (Мф.18:11), во втором придет судить и воздать каждому по делам его. В первом пришел «призвать грешных к покаянию» (Мф.9:13), во втором придет судить грешных непокаявшихся. В первом милость Свою и человеколюбие показал нам, во втором объявит правду Свою.

§ 166. Образ или производство Суда Христова изображается у евангелиста Матфея в главе 25-й. Соберутся на Суд тот все народы, и отделятся одни от других, как пастырь отделяет овец от козлов. И будут поставлены овцы по правую руку Праведного Судии, козлы же – по левую. Те, кто по правую сторону, услышат вожделенный голос Царя славы: «Придите, благословенные Отца Моего, наследуйте царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне». Те, кто по левую, услышат страшное определение: «Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня; был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня. И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную» (Мф.25:31–46).

§ 167. На Суде том не только за злые дела, но и за оставление добрых дел судимы будем. Ибо говорит тем, кто по левую сторону: «Алкал Я, и вы не дали Мне есть», и прочее. Бог повелевает как от зла уклоняться, так и благо творить (см. Пс.33:15) – потому как творением зла, так и оставлением добра заповедь Божия преступается. От преступления же заповеди Божией бывает непослушание Богу, в чем человек перед Богом виноват.

§ 168. Доносители и свидетели, как на суде человеческом бывает, на Суде том не потребуются. Ибо Судия, как Сердцеведец, знает все – не только слово и дело, но и помышление, и умышление, и намерение всякого. Тогда и раскроются книги совести, в которых каждый увидит дела, слова, помышления, начинания и намерения свои. «Как за телом тень, – говорит свт. Василий Великий, – так за душами грехи последуют на последний Суд, явно деяния показывающие» (В слове к богатым). Горе нам тогда от этих наших соперников будет, если от них слезами и покаянием здесь не освободимся. И не только сами увидим их, но и весь свет, Ангелы и все люди увидят дела наши явные и сокровенные. «Благое и злое, – говорит тот же святой отец, – явное и тайное, дела, слова и помышления – все это явно во всеуслышание Ангелам и людям откроется» (В послании к падшей деве).

§ 169. На Суде том не будет различия между князем и подданным его, между господином и рабом, между благородным и худородным, как на суде человеческом бывает. Ибо Судия Нелицеприятный, и судит по делам, а не по лицам: более же «сильные сильно истязаны будут; ибо не щадит лица Владыка всех и не устрашится вельможи» (Прем.6:6-7). «От всякого, кому дано много, много и потребуется» (Лк.12:48). От пастыря взыщутся овцы словесные, Кровью Христовою купленные и ему на хранение порученные. От судьи взыщется хранение правды и клятвы, перед Свидетелем Богом данные. От богатого взыщется, как и на что Богом данное богатство употребил. От разумного и ученого взыщется, на что дар разума, Богом данный, употребил. Так и каждый «за свой талант данный ответ даст» (Мф.25:14-30).

§ 170. Там и мнимые праведники, и почитаемые грешники объявятся. «Тогда праведник с великим дерзновением станет пред лицом оскорбивших его и презирающих труды его. И тот, который у мира был в посмеянии и притчей поношения, и чье житие мир считал сумасшествием и кончину бесчестной, тот оказался в сынах Божиих и во святых жребий» его увидит (Прем.5:1, 3-5).

§ 171. Обычно, вызываемые на суд мира сего заранее готовятся, что и как отвечать на суде, чтобы не быть осужденными. Но приготовление к Суду Христову противоположно этому. Здесь много помогает хитрость и красноречие – там ничего. Здесь золото и серебро защищает и правды уста заграждает – а там ничего. Здесь предстатели многим помогают, как-то: сильные сильным, благородные благородным, богатые богатым, – там ничего. И поэтому желающие на суд мира этого явиться этих и подобных пособий ищут, чтобы на суде не посрамиться. А к тому Суду какое приготовление? Совсем другое!.. Какое же? Ныне заранее обнажить всего себя должно перед Судией тем, и то самовольно. Прежде Суда того самого себя осудить, самого себя виноватым объявить, чистосердечно признать себя достойным всякой казни. А притом со смирением и надеждой молить Его, чтобы не судил по делам; «не входи в суд с рабом Твоим» (Пс.142:2). И так от правды Его к милости Его, от гнева Его праведного к милосердию Его прибегать, и часто смиренный глас мытаря повторять: «Боже! Милостив буди мне, грешному» (Лк.18:13). И делать то ныне, в этом веке, пока милость Божия всем ищущим ее открыта. А там всякое смирение и моление бесполезно, ибо правда тогда вступит в свое действие.

§ 172. «Господь вовек пребывает: приготовил для Суда Престол Свой». Готов Архангел «вострубить и разбудить» от начала мира «спящих» (Пс.9:8-9; 1Фес.4:16; 1Кор.15:32); готовы Ангелы «собрать избранных Его от четырех ветров, от края земли до края неба» (Мк.13:27) – готовы, но одного повеления Судии ожидают. Готова геенна мучить грешных; готово царство небесное упокоить и увеселять праведных. «Уготовил для Суда Престол Свой» Судия Праведный «воздать каждому по делам его» (Мф.16:27). А когда будет день тот Судный, когда придет Судия на Суд Свой, когда поставлены будут престолы на Суд, когда вострубит Архангел и возбудит мертвых – скрыл от нас Промысел Божий, чтобы всегда Его ожидали. Пророки вопиют, апостолы проповедуют, отцы и пастыри учат, что «Он приготовил для суда престол Свой, и Он будет судить вселенную по правде», но ожидает, чтобы и мы готовились. Готовься и ты, грешник! Судия «приготовил уже для суда престол Свой. Вот, Судия стоит у дверей» (Иак.5:9), «придет и не замедлит» (Евр.10:37). Готовься и ты, чтобы неготового не застал тебя; очищай совесть твою теплым покаянием; смирись, моли умильно Судию, пока не зовет тебя на суд Свой. Ныне моли Его, пока время дает тебе; ныне исправляйся, пока «время благоприятное и день спасения» (2Кор.6:2); ныне плачь, пока полезны слезы; ныне кайся, пока Он принимает кающихся. Тогда не будет места покаянию, ни слезам, ни плачу; но одно строгое испытание дел будет.

§ 173. Особенно достойны замечания те слова Христовы, которые на Суде Своем тем, кто по левую сторону, говорит: «Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его: ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть», и прочее. Если тех, которые от своих имений не уделяли и прочих дел милости к ближнему не показывали, отсылает Христос в вечный огонь, что уже будет тем, которые не только своего не давали, но и чужое грабили? Что будет ворам, хищникам, мздоимцам, лихоимцам? Что будет тем, которые по должности своей не только не отирали слез плачущих, но ради лакомства своего и умножали? Что будет тем, которые наемников своих без надлежащего вознаграждения отсылали? Что будет тем, которые беззаконной питались лихвой? Что будет тем, которые с подчиненных своих последнюю копейку сдирали и тем себе чести искали, или роскоши служили, или сыновьям богатое наследство заготавливали, или дочерей своих, как бы храм, украшали и им знатное приданое давали? Строгости гнева Божия и тяжести будущей вечной казни, им следующей, изобразить невозможно! Самим им оставляю на рассуждение. А истинное покаяние, о котором выше сказано, все заглаживает.

 (Свт.Тихон Задонский, “Об истинном христианстве”, кн.1, ч.2, ст.2, гл.3).

Масленица. О праздновании христианских праздников.

О сырной седмице, которую простые люди называют масленицей, любви вашей умыслил я предложить краткое слово, хотя казалось, и не нужно было бы этого предлагать. Ибо святая Церковь в своих песнях, всю ту седмицу поющихся, ясно всем показывает, что она есть и как ее должно проводить. Но так как многие, или не внимая песням тем, или слепотой и застарелой привычкой влекомые, не так, как христианская должность требует, проводят ее, потому словом этим яснее о ней вознамерился рассказать. Понуждает меня к тому должность моя, которая в таких случаях не велит молчать, но настоять вовремя и не вовремя (2Тим. 4:2).

Знаю я и то, что слово мое многим не понравится, ибо хочу бесчинное празднование масленицы опровергать и искоренять, поскольку праздновать масленицу – обычай, хотя и порочный, но застарелый и с любовью хранимый. Но притом объявляю, что хотя и неприятно предложение, однако, надеюсь, что полезно. Лекари говорят, что горькая пища неприятна, да для желудка полезна. Соль горька, но червей выгоняет и гнилости не допускает. Лекарство, хотя и горькое, да принимаем для сохранения здоровья нашего. Так и обличительное слово страстной плоти нашей не любо, да душе полезно. Послушайте же, да со вниманием послушайте.

Слово это не касается тех, кто памятуя, что они – христиане, по своему долгу поступают. Ибо они, как благодатью Христовой здравые, не требуют врачевства. Но их молю щедротами Божиими, чтобы немощнейшей братии советом и молитвами помогали, по примеру того, как делают люди, когда хотят общий погасить пожар. Ибо какой больший может быть пожар, как не тот, на котором души человеческие беззаконием, как пламенем поедаются?

Хорошо знаете, слушатели, вы сами, и бесспорно признаете, что масленицы почти все ожидают так, как какого знатного праздника, почему к празднованию ее заранее готовятся, а как приблизится, варят пиво, мед, покупают вино. В самое ее празднование люди обоего пола одеваются в лучшее платье, жены, кроме того, украшают, или, лучше сказать, портят лица свои различными красками на прельщение юных сердец, и уже из естественной красоты делают притворную личину. Приготовляют и всякое, какое кто может, богатое кушанье, пироги, конфеты и всякие закуски, которыми украшают столы. Так приготовившись, друг друга в гости зовут, друг друга посещают.

Чего тут примечать? Собралась компания, последует опустошение бутылок, стаканы и бокалы никогда не иссыхают. Бывает здесь поздравление: «Здравствуй, братец, или сестрица, с масленицей!» От такого поздравления следует бесчувствие. А далее чем еще веселье сему праздничку делают? Не держится зло между стенами, не скрывается в домах, выходит на публику, является на улицах, площадях, на дорогах, и бывает зло сугубейшее, зло соблазнами. Тогда бывают непрестанные скачки на лошадях. Тогда одни за другими, словно привязанные следуют, протягивается долгий обоз, как веревка соблазнов.

К этим забавам присоединяются и другие, не меньшие. Тут возносятся крики, песни, а в другом месте кулачные бои производятся, где-то драки, брани, сквернословие слышится. И так кажется, что сам воздух соблазнами человеческими преисполнен, шумит. А что в ночи, что в тайных и сокровенных местах делается, о том и не говорю. Ибо о том, что они делают тайно, стыдно и говорить (Еф. 5:12).

Вот как масленица празднуется, слушатели! Стыд лицо мое покрывает, когда я о таком праздновании говорю. А притом думаю, что так празднуют те христиане, возрожденные водой и Духом, ожидающие воскресения мертвых и жизни будущего века. Болезнь и жалость сердце сокрушает, что таким празднованием вера святая и благочестивая порочится. Страх и трепет содрогает члены мои, когда я пред умными глазами моими представляю праведный и страшный Божий суд.

Я уповаю, что и вы, слушатели, то же чувствуете. Но когда еще увидите, что есть масленица, или седмица сырная, то уповаю, что праздник такой омерзеет вам. О, дал бы то Преблагой Бог! А что она есть? О том мать наша святая Церковь припевает нам, как младенцам своим, в песнях своих, на той седмице певаемых. Ибо в одном месте она так нам по-матерински поет: «Отверзлись божественнаго покаяния преддверия; приступим, усердно очистивше телеса, брашен и страстей отложение творяще, как послушники Христа», и прочее. А в другом месте так: «Светлые предпразднества воздержания, светлые предпутия поста днесь». В другом месте: «Се время покаяния, предпразднественный сей постов вход». И еще: «Постов входы и преддверия все да не оскверним здесь невоздержанием и пьянством».

Вот и слышим же мы из песней святой Церкви, и знаем, что такое масленица, а именно – начало, или преддверие святого Великого поста. Ибо и пищу некоторую, как-то мясо, употреблять, и браки венчать запретила. В среду и пятницу Литургии быть не дозволила ради поста, и пищи и пития повелела воздержанее касаться, чтобы понемногу привыкать к постному подвигу. И потому христианам, как истинным сынам Церкви, должно в ту седмицу намного воздержанее во всем поступать, нежели в предшествовавшие дни, хотя такое воздержание и всегда похвально.

Что ж, так ли делается? Слышали вы, да и сами знаете, не для чего того более повторять. Слушают ли христиане сладкие и любезные песни матери своей Церкви? Ах, жалко! Ах, стыд нам! Сыновей родила, – простирает она Божий и жалобный глас, – сыновей родила и возвысила, они же отверглись Меня. Сыновей родила купелью пакибытия, напоила молоком Божия слова, воспитала Таинствами веры, одела одеждой нетления, утвердила надеждою вечной жизни. Слушай, небо, и внимай, земля: сыновей родила и возвысила, они же отверглись Меня (Ис. 1:2). А как отверглись сыны эти матери своей, слышите. Она приказывает в эти дни более благоговеть, а они более бесчинствуют. Она приказывает воздерживаться, а они более страстям предаются. Она определяет пост, а они более объедаются и пьянствуют. Она приказывает очищать телеса и души, а они более оскверняют. Она приказывает страсти отлагать, а они более прибавляют. Она предлагает покаяние, а они более свирепеют. Она велит сетовать о содеянных грехах, а они более прибавляют. Она повелевает плакать, а они более утешаются. Она велит умилостивлять Бога, а они более прогневляют.

Ах, справедливая жалоба! Сожаления и плача достойный глас! Сыновей родила и возвысила, они же отверглись меня. Слушай, небо, и внимай, земля! Сыны, мать свою отвергнувшие, христиане, Церкви Христовой не слушают, христиане, отвергшиеся сатаны и всех дел его, снова к делам его обращаются. Жалостное дело, слушатели, да и страшное! Поскольку кто Церкви не слушает, тот, по слову Христову, как язычник и мытарь (Мф. 18:17). И опять повторяю: кто Церкви не слушает, тот не сын Церкви. Кто не сын Церкви, тому Христос не Пастырь. Кому Христос не Пастырь, тот не Христова овца. Кто не Христова овца, тот напрасно ожидает вечной жизни. Потому что Христос-Пастырь только Своим овцам обещает жизнь вечную: Овцы Мои, – говорит, – слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною. И Я даю им жизнь вечную (Ин. 10:27-28).

Вот, слушатели, к чему приводит бесчинное празднование масленицы! Да и само празднование масленицы выше описанным образом есть дело языческое. Был у язычников ложный бог, изобретатель всякого пьяного питья, по-гречески называемый Вакх, или Дионисий, по-римски Ливер, по-египетски Осирис. Этому скверному божку язычники учредили особенные ежегодные праздники, которые и доныне по их наименованию называются вакханалиями. Они эти праздники во всяких бесчиниях, играх, пьянствах и скверностях проводили. Смотрите, не так ли и христиане масленицу проводят, да и прочие празднуют праздники?

Не для чего в полдень свет показывать, сами видите. А я еще подтверждаю, что тот, кто масленицу в вышеописанных бесчиниях проводит, тот явным преступником Церкви бывает, и как бы упорно против нее стоит, и показывает себя недостойным и имени христианского.

Знаете вы, слушатели, какими масленица или сырная седмица ограждена днями? Какое ее начало и какой конец? Начинается она в первый день после недели мясопустной, в которую Церковь святая творит воспоминание Страшного Суда Христова, чтобы в страх и чувство нас привести. Тогда Евангелие святое проповедует, что придет Сын Человеческий во славе Своей, и все святые Ангелы с Ним. Придет Тот Судья Страшный, Который сердца и что внутри испытывает, от гнева и ярости Которого вся тварь вострепещет, небо потрясется, солнце во тьму перейдет, и луна не даст света своего, звезды небесные спадут, горы растают, и самый ад поколеблется. Тогда скажут горам: Падите на нас, и холмам: покройте нас от лица Сидящего на Престоле, и от гнева Агнца (Лк. 23:30; Откр. 6:16).

Возвещается, что тогда, перед этим Страшным Судьей соберутся все народы, и отделятся друг от друга, как пастырь отделяет овец от козлов (Мф. 25:32). Представляется, что тогда овцы, то есть праведники, по правую сторону от Страшного того Судии, а козлы, то есть, грешники по левую сторону будут поставлены.

Тогда слышится находящимся по правую сторону голос вожделенный Судии Праведного: Придите, благословенные Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира (Мф. 25:34). Тогда как гром возгремит и всех в трепет приведет страшное прогневанного Судии изречение к сущим по левую сторону от Него: Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его (Мф. 25:41).

Тогда всем воображается, что на небе отверзаются обители Отца Небесного, являются чертоги Царя славы украшенные, представляется великая вечеря, увеселяющая бесконечно, открывается преславный брак Агнца, а внизу протекает река огненная, разверзает ад уста свои, отворяются темницы вечные, показываются места плача, и видится, что идут сии, то есть грешники, в муку вечную, праведники же в жизнь вечную (Мф 25:46).

Идут, но не равно: одни с плачем и рыданием неутешным, другие – с несказанной радостью. Тогда показывается, что один берется, а другой оставляется (Мф. 24:40). Сын берется, а отец оставляется; жена берется, а муж оставляется; дочь берется, а мать оставляется: раб берется, а господин оставляется. Сын с отцом, жена с мужем, дочь с матерью, брат с братом, друг с другом разлучаются, на веки бесконечные разлучаются, но в различные места: одного небо, а другого ад, одного обитель Отца Небесного, а другого геенна огненная, одного чертог Царя славы, а другого темница преисподняя воспримет.

Один входит в жизнь вечную, а другой вечной предается смерти. Один идет в радость Господа своего (Мф. 25:21, 23), а другой в неутешный плач. Один – в пресладкое сожитие патриархов, пророков, апостолов, мучеников и всех святых, а другой с мрачными демонами и им подобными грешниками вселяется. Одного любезно встречают и принимают Ангелы, а другого немилостиво влекут злобные духи.

Тогда праведники, – по Христову слову, – воссияют, как солнце, в царстве Отца их (Мф. 13:43). Тогда царствие благолепия примут, и венец красоты от руки Господней, – как Премудрость объявляет (Прем. 5:16). Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной: ибо Агнец, Который среди Престола, будет пасти их и водить их на живые источники вод; и отрет Бог всякую слезу с очей их, – по откровению святого Иоанна Богослова (Откр. 7:16-17).

Тогда будут люди Господни жить в жилище покоя, и в храминах безопасных, в покоищах премирных, по пророчеству Исаии (Ис 32:18). Тогда Сам Бог обещает утешить их: Как мать утешает дитя свое, так Я утешу вас (Ис 66:13). И далее: Слуги Мои будут есть и пить, и от радости сердца восклицать (Ис. 65:13-14). Тогда возвратятся искупленные от Господа, придут в Сион с восклицанием. Вечная радость будет на главах их, постигнет радость и веселие, отбежит болезнь, печаль и воздыхание (Ис 35:10). Тогда праведник станет в дерзновении многом, и от радости возопиет: Да возрадуется душа моя о Господе, ибо Он облек меня в ризу спасения и одеждой веселия одел меня, как жениху возложил венец и как невесту украсил меня красотою (Ис. 63:10).

Тогда наконец начнется пресладкая праведных в небесном чертоге музыка, и во веки веков восхвалят Божию благость. О радость неизреченная! О утеха бесконечная!

Тогда и отчаянные грешники начнут свою плачевную вечность, начнут, и всегда, без конца начинать будут: Взыщут смерти, и убежит от них. Обымет их, во-первых, печаль и воздыхание, что небесных лишились благ, лицезрения Божия удалились, и что все эти блага ради маловременной сласти потеряли. К печали той неизреченное чувств мучение присоединится: огонь окружающий и нестерпимо опаляющий вне и внутри, страшные для глаз демонские лица, страшные для ушей вопли, стенания и скрежет зубов мучимых, нестерпимый для ноздрей дым и смрад, для уст и языка – неизреченная жажда.

Так, мучаемые грешники еще сильнее почувствуют мучение, оттого, что никакого утешения или ослабления своих болезней не будут иметь, и во веки веков непрестанно в таковом злополучии будут страдать: огонь их не угасает, и червь не усыпает, – говорит Христос (Мк. 9:44). Увы, беда, увы, страх!

Вот что представляет нам тот день, который седмицу сырную предваряет! Ах, какой страшный приходит день! Можно, кажется, очувствоваться всякому, и осторожнее поступать в следующие дни тем, кто хотя бы немного попечения о душе своей имеет, и верует, что будет тот день страшный.

А чем кончится сырная седмица? Знаете вы сами, что неделя сыропустная заключает, в которую вспоминает нам Церковь святая падение и изгнание из рая праотца нашего Адама, а с ним и нас самих. Поэтому в этот день оплакиваем крайнее наше несчастье. Оплакиваем мы тогда тот час и день, в который наш род стал преступником заповеди Божией, и Бога Преблагого начал прогневлять. Оплакиваем тот день, в который Божиим правосудием проклятию преданы мы, на смерть осуждены, преданы тлению, изгнаны из рая, лишились прекраснейшей той красоты, удалились от богозданного селения, посланы в юдоль эту плачевную, в поте лица нашего (Быт. 3:19) искать себе хлеб.

С крайним нашим сожалением вспоминаем то время, в которое мы подпадали всяким несчастьям, бедам, болезням, немощам, печали, воздыханию. Плачем еще, вспоминая тот час, в который образ Божий, неизреченную ту красоту потеряли мы, и сравнялись со скотами несмысленными, и уподобились им (Пс. 48:13), в который, наконец, смерть начала над нами царствовать. Ах, какое плачевное воспоминание! Какая жалостная память! Каким печальным днем оканчивается масленица! Начало всех бед и зол воспоминаем мы в тот день.

Видите, вы слушатели, какими днями ограждается масленица. Один день нам предлагает плач, а другой страх; один начало грехопадения, а другой муку вечную за грех представляет; один воспоминает, что грехом прогневали мы Бога, а другой предсказывает, что прогневанный Бог за тот грех будет судить, и воздаст каждому по делам его (Мф. 16:27).

Вот видите, слушатели, что такое сырная седмица и какие ее обстоятельства, и сколь неприличное христианству делают те, кто в пьянстве и прочих бесчиниях проводят ее. Поэтому, чтобы по христианской должности проводить ее, должно так в ней поступать, как требуют вышесказанные обстоятельства, и приказывает святая Церковь, а именно: отложить все вкрадшиеся непристойные забавы, о каковых выше немного сказано, и отменить злой обычай, памятуя Страшный Суд Христов и вспоминая праотеческое падение, и за это все беды последовавшие. Надобно отстать, снова повторяю, надобно отстать заранее от того, что при исходе души от тела будет совесть нашу терзать и мучить.

Если ныне от злых обычаев отстанем, то по своей воле их оставим. А если не оставим их теперь, то при смерти они уже нас самих, и когда уже не будем хотеть, оставят, когда их уже не сможем исполнять. Но тогда уже вооружится совесть, которая будет обличать, мучить, терзать, что не слушали полезного увещания. Тогда будет истязание Страшного Суда Божия. Тогда будет скорбь, печаль, болезнь, тоска, воздыхание, отчаяние вечной жизни. Тогда будет трепет и ужас геенны. Тогда будет раскаяние истинное, но поздно.

Внимай этому, грешник, и снова говорю: внимай, да не постигнет это тебя. Пожалей себя, ибо Бог о тебе печется, когда эти и подобные им случаи посылает тебе. Впрочем, если кто по застарелому обычаю не захочет исправиться, то пусть он знает, да и перед вами, слушатели, засвидетельствую, что по должности своей, как мог, объявил и объявляю: худо и грешно в вышесказанных непорядках, хотя и все дни, однако же особенно Сырную седмицу, как преддверие поста святого, проводить, и прочие праздники в таких бесчиниях праздновать. А притом заключаю словом великого учителя вселенной апостола Христова Павла, что всем нам должно явиться пред Судилищем Христовым, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое. Итак, зная страх Господень, мы вразумляем людей (2Кор. 5:10—11). Аминь.

(Свт. Тихон Задонский, «Слова», гл.«Слово о сырной седмице»).

 

Изречения Святых Отцов.

«На суде Христовом потребуется в оправдание милость, как деятельное выражение любви, и заслужит помилование одна милость, как опытное доказательство любви. «Милости хочу, а не жертвы» (Матф.9:13), возвестил грядущий страшный и нелицеприятный Судия. Милость доставит оправдание возлюбившим ее, а отвергших ее предаст осуждению. Она с дерзновением предстанет пред Господом, и приведет пред Него всех питомцев своих. Она приведет тех, которые совершали ее вещественно, которые насыщали алчущую братию, принимали в дома странников, одевали нагих, посещали болящих и заключенных в темнице. Приведет милость пред Христа тех, которые творили ее сокровенно в душах своих и миловали ближнего, охраняясь осуждать ближнего при его преткновениях, прощая ему оскорбления и обиды, воздавая ему за проклятие благословением и за злодеяние благотворением» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.4, гл. «Поучение в неделю мясопустную»).

«Покаяние для ожесточенного сердца – невозможно: надо, чтобы сердце смягчилось, исполнилось соболезнования и милости к своему бедственному состоянию греховности. Когда обымется и преисполнится сердце милостию: тогда только оно делается способным к покаянию; тогда только, покинув осуждение ближних, оно может обратиться к самовоззрению, а, спасительно осудив себя, приложить к язвам своим врачевство покаяния» (свт.Игнатий Брянчанинов, т.4, гл. «Поучение в неделю мясопустную»).

«Грехи, оставаясь в нас не очищенными через покаяние, отселе еще готовят нам карательное определение на Суде. Покаяние же, изглаживая грехи, отселе еще отменяет сие определение. Такова сила покаяния. Бог посылал Пророка к ниневитянам с угрозою, что еще три дня – и Ниневия превратится, но ниневитяне покаялись, и определение Божие отменено. Царю Езекии другой Пророк принес определение Божие о часе смертном, но царь, вздохнув, со слезами помолился, и еще дано было ему время на покаяние. Видите, как покаяние и слезное обращение к Богу изменили состоявшееся уже определение Божие. Так и то определение, которое готовят нам на Страшном Суде грехи наши и которое уже предрешено по тому состоянию, в котором мы теперь находимся, совершенно отменит слезное покаяние и исповедание грехов наших. Точно, отменит определение, но ведь, если мы не изменим себя, оно останется неизменным, хотя не пришло время быть ему таковым. Наше закоснение во грехе утверждает определение Божие, а покаяние испаряет его и уничтожает. Поспешим же к сему спасительному покаянию, пока еще есть время!» (свт.Феофан Затворник, «Слова Великим постом и приготовительные к нему недели», гл.8).

«Шествие по оному пути: быть укоряему и терпеть, быть ненавидиму и не питать ненависти, злострадать и воздавать за сие добром, прощать, полагать душу за друзей, а наконец, и кровь свою пролить за Христа, если потребуют того обстоятельства. Если кто пойдет сим тесным путем, то примет он блаженное воздаяние, которому никогда не будет конца» (свт.Феофан Затворник, «Слова Великим постом и приготовительные к нему недели», гл.8).

«Первое пришествие Христа было смиренное, второе – славное. В первом пришел взыскать и спасти погибшего (Мф.18:11), во втором придет судить и воздать каждому по делам его. В первом пришел «призвать грешных к покаянию» (Мф.9:13), во втором придет судить грешных непокаявшихся. В первом милость Свою и человеколюбие показал нам, во втором объявит правду Свою» (свт.Тихон Задонский, “Об истинном христианстве”, кн.1, ч.2, ст.2, гл.3).

«Доносители и свидетели, как на суде человеческом бывает, на Суде том не потребуются. Ибо Судия, как Сердцеведец, знает все – не только слово и дело, но и помышление, и умышление, и намерение всякого. Тогда и раскроются книги совести, в которых каждый увидит дела, слова, помышления, начинания и намерения свои… От пастыря взыщутся овцы словесные, Кровью Христовою купленные и ему на хранение порученные. От судьи взыщется хранение правды и клятвы, перед Свидетелем Богом данные. От богатого взыщется, как и на что Богом данное богатство употребил. От разумного и ученого взыщется, на что дар разума, Богом данный, употребил. Так и каждый «за свой талант данный ответ даст» (Мф.25:14-30)» (свт.Тихон Задонский, “Об истинном христианстве”, кн.1, ч.2, ст.2, гл.3).

«Вот, слушатели, к чему приводит бесчинное празднование масленицы! Да и само празднование масленицы выше описанным образом есть дело языческое. Был у язычников ложный бог, изобретатель всякого пьяного питья, по-гречески называемый Вакх, или Дионисий, по-римски Ливер, по-египетски Осирис. Этому скверному божку язычники учредили особенные ежегодные праздники, которые и доныне по их наименованию называются вакханалиями. Они эти праздники во всяких бесчиниях, играх, пьянствах и скверностях проводили. Смотрите, не так ли и христиане масленицу проводят, да и прочие празднуют праздники?.. Тот, кто масленицу в вышеописанных бесчиниях проводит, тот явным преступником Церкви бывает, и как бы упорно против нее стоит, и показывает себя недостойным и имени христианского» (свт.Тихон Задонский, «Слова», гл.«Слово о сырной седмице»).

«Надобно отстать заранее от того, что при исходе души от тела будет совесть нашу терзать и мучить» (свт.Тихон Задонский, «Слова», гл.«Слово о сырной седмице»).


Составил и адаптировал: о.Серафим Медведев.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *