Ропотом своим они всё испортили

Просмотров: 21

Преп. Амвросий Оптинский

В прежних письмах ты не это говорила, что боишься болезни вообще, а в последнем письме прямо сказала, что боишься болезни рака в груди. И всякая болезнь тяжела, тем более болезнь рака, но делать нечего, покориться этому следует. Бог лучше нас знает, кому какая пригодна болезнь для очищения страстей и согрешений. Не напрасно святой Ефрем пишет: “Боли болезнь болезненнее, да пройдешь мимо суетных болезней болезни”.

В последнем письме пишешь, что к прежним скорбям прибавилось у тебя новое горе. Неизвестно как пропала безымянная акция. Чтобы избежать греха, вернее и лучше ни на кого не думать, а полагать, что это испытание и искушение послано тебе за какой-нибудь грех.

Подобные искушения посылаются за непристойные мысли о ближних. В утешение свое помышляй, что пропавшая сумма вменится тебе выше милостыни и благотворения.

Когда человек делает какое-либо благотворение или милость, то невольно, незаметно окрадается тщеславием; при пропаже же какой-либо суммы тщеславию места нисколько нет, отстраняется оно скорбным, неприятным чувством.

В начале сороковых годов в одной из южных губерний России, Харьковской или Воронежской, не помню, случилось следующее замечательное событие, о котором тогда же одно достоверное лицо письменно сообщило покойному старцу Оптиной пустыни батюшке о. Макарию. Жила там вдова, по происхождению своему принадлежавшая к высшему сословию, но вследствие разных обстоятельств доведенная до самого бедственного и стесненного положения, так что она с двумя молодыми дочерями своими терпела великую нужду и горе и, не видя ниоткуда помощи в своем безвыходном положении, стала роптать сперва на людей, потом и на Бога. В таком душевном настроении она заболела и умерла.

По смерти матери положение двух сирот стало еще невыносимее. Старшая из них также не удержалась от ропота и также заболела и умерла. Оставшаяся младшая дочь до чрезмерности скорбела как о кончине матери и сестры и о своем одиночестве, так и о своем крайне беспомощном положении и наконец также тяжко заболела. Знакомые ее, принимавшие в ней участие, видя, что приближается ее кончина, предложили ей исповедаться и причаститься Святых Таин, что она и исполнила, а потом завещала и просила всех, чтобы, если она умрет, ее не хоронили до возвращения любимого ею духовника, который в то время по случаю был в отсутствии.

Вскоре после сего она и скончалась, но ради исполнения ее просьбы не торопились с ее похоронами, ожидая приезда означенного священника. Проходит день за днем; духовник умершей, задержанный какими-то делами, не возвращался, а между тем, к общему удивлению всех, тело умершей нисколько не подвергалось тлению, и она, хотя охладевшая и бездыханная, более походила на уснувшую, чем на мертвую. Наконец только на восьмой день после ее кончины приехал ее духовник и, приготовившись к служению, хотел похоронить ее на другой день, по кончине ее уже девятый. Во время отпевания неожиданно приехал, кажется из Петербурга, какой-то родственник ее и, внимательно всмотревшись в лицо лежавшей в гробе, решительно сказал: “Если хотите, отпевайте ее, как вам угодно, хоронить же я ее ни за что не позволю, потому что в ней незаметно никаких признаков смерти”. Действительно, в этот же день лежавшая во гробе очнулась, и, когда ее стали спрашивать, что с ней было, она отвечала, что она действительно умирала и видела исполненные неизреченной красоты и радости райские селения. Потом видела страшные места мучения и здесь в числе мучимых видела свою мать и сестру. Потом слышала голос:

“Я посылал им скорби в земной их жизни для спасения их; если бы они все переносили с терпением, смирением и благодарением, то за претерпение кратковременной тесноты и нужды сподобились бы вечной отрады в виденных тобою блаженных селениях. Но ропотом своим они все испортили, за то теперь и мучаются. Если хочешь быть с ними, иди и ты и ропщи”.

С этими словами умершая возвратилась к жизни.

Теперь же слышу, что Вы скорбите чрезмерно, видя страдания болящей дочери. Действительно, по-человечески нельзя не скорбеть матери, видя дочь свою малютку в таких страданиях и страждущую день и ночь. Несмотря на это, Вы должны помнить, что Вы христианка, верующая в будущую жизнь и будущее блаженное воздаяние не только за труды, но и за страдания произвольные и невольные, и потому не должны безрассудно малодушествовать и скорбеть чрезмерно, подобно язычникам или людям неверующим, которые не признают ни будущего вечного блаженства, ни будущего вечного мучения. Как ни велики невольные страдания дочери Вашей малютки С., но все-таки они не могут сравниться с произвольными страданиями мучеников; если же равняются, то она и равное с ними получит блаженное состояние в райских селениях.

Впрочем, не должно забывать и мудреного настоящего времени, в которое и малые дети получают душевное повреждение от того, что видят, и от того, что слышат, и потому требуется очищение, которое без страданий не бывает; очищение же душевное по большей части бывает через страдания телесные.

Положим, что и не было никакого душевного повреждения. Но все-таки должно знать, что райское блаженство никому не даруется без страданий. Посмотрите: и самые грудные младенцы без болезни ли и страданий переходят в будущую жизнь? Впрочем, пишу так не потому, что желал бы я смерти страждущей малютке С., но пишу все это, собственно, для утешения Вас и для правильного вразумления и действительного убеждения, чтобы Вы безрассудно и чрезмерно не скорбели. Как ни любите Вы дочь свою, но знайте, что более Вас любит ее Всеблагий Господь наш, всяким образом промышляющий о спасении нашем.

О любви Своей к каждому из верующих Сам Он свидетельствует в Писании, говоря: “Если бы и забыла женщина грудное дитя свое, Я не забуду тебя”. Поэтому постарайтесь умерить скорбь Вашу о болящей дочери, возлагая печаль сию на Господа: ибо как хочет и благоизволит, так и сотворит с нами по благости Своей.

/”Письма к мирянам”, письмо 92/.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *