Стихи 7–9
7 Я упал на землю и услышал голос, говоривший мне: Савл, Савл! что ты гонишь Меня?
8 Я отвечал: кто Ты, Господи? Он сказал мне: Я Иисус Назорей, Которого ты гонишь.
9 Бывшие же со мною свет видели, и пришли в страх; но голоса Говорившего мне не слыхали.
7 Я упал на землю и услышал голос, говоривший мне: Савл, Савл! что ты гонишь Меня?
8 Я отвечал: кто Ты, Господи? Он сказал мне: Я Иисус Назорей, Которого ты гонишь.
9 Бывшие же со мною свет видели, и пришли в страх; но голоса Говорившего мне не слыхали.
«Бывшие со мною свет видели, .. но голоса… не слыхали» . В рассказе Дееписателя (IX, 7) здесь, по-видимому, разница: «слыша голос, а никого не видя….» Но эта разница не существенная и лишь кажущаяся. Спутники Павла могли действительно слышать какие-то звуки, но не слыхать их смысла , не понимать ничего, что изрекалось только для Павла ( «мне» ), так сказать — слыша, не слышать (ср. Ин. XII, 28-29). Могло быть и то, что они и свет видели , и никого не видали при этом. Все предназначалось и совершалось для Павла, спутники же его видели и слышали, так сказать, только отблеск и отголосок этого откровения, быть может, постольку, поскольку это могло послужить большим уверением в действительности события, а не его обманчивости, мечтательности, в случае, если бы кто стал толковать это событие, как субъективную галлюцинацию Павла.
Святой Златоуст (ср. Феофил.) находит и другое примирение этих кажущихся разногласий Дееписателя и Апостола Павла. Он полагает, что выражение Дееписателя — » слыша голос » — относится к голосу самого Павла, отвечавшего Тому, Кого они не видели. Выражение же самого апостола — » голоса, говорившего мне, не слыхали » — относится к голосу Самого Господа.
Дальнейший рассказ Апостола о встрече с Ананиею, в общем совершенно согласный с рассказом Дееписателя (IX, 10-18), отличается от него, между прочим, тем, что более подробно приводит слова Анании, известное и уважаемое имя которого в глазах народа придавало этим словам особую важность и значение. Вообще, в обоих рассказах различие имеет характер не разногласия и противоречия, а лишь взаимного восполнения и уяснения, и достаточно оправдывается особыми обстоятельствами, применительно к коим апостол хотел сделать более убедительною свою речь.
Стих 1
Речь Павла к народу (1-21). Новое возбуждение народа, допрос Павла тысяченачальником, собрание Синедриона (22-30)
1 Мужи братия и отцы! выслушайте теперь мое оправдание перед вами.
«Мужи, братья и отцы!.. » Почтительное обращение ко всем присутствующим (ср. VII, 2).
«Мое оправдание…» — против обвинений, взведенных малоазийскими иудеями (XX, 27-28).
Стих 2
2 Услышав же, что он заговорил с ними на еврейском языке, они еще более утихли. Он сказал:
См. XXI, 40, прим.
Стих 3
3 я Иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском, воспитанный в сем городе при ногах Гамалиила, тщательно наставленный в отеческом законе, ревнитель по Боге, как и все вы ныне.
Довольно подробное изображение Павлом своего происхождения, воспитания и первоначального направления имеет целью показать, что, вопреки взведенным обвинениям, он по самому рождению принадлежит к народу иудейскому, по воспитанию своему связан тесными духовными узами с Иерусалимом и отличался направлением самым строгим, фарисейским, преданным закону и враждебным христианству. «Иудеянин, родившийся в Тарсе…» (ср. IX, 11 и паралл.), — хотя и родился не в Иерусалиме и не в Палестине, а в городе языческом, однако же — от иудеев: этим опровергается обвинение, что он учил всюду против народа сего (XXI, 28).
«Воспитанный в сем городе…» — т. е. Иерусалиме , центре иудейской народности; этим подчеркивается, что если бы даже по своему рождению вдали от Иерусалима Павел мог быть недостаточно привязан к родному народу, то воспитание в Иерусалиме с детства ( ανατεθραμμένος ) во всяком случае должно было завязать в нем узы неразрушимой связи с общеиудейской столицей и родным народом.
«При ногах Гамалиила» — этого знаменитейшего фарисейского учителя (V, 34 и дал.). Это еще более сильное ручательство за иудейство Павла — не только по происхождению, но и по настроению. Выражение означает также почтительное отношение ученика к уважаемому учителю, «постоянство, рачение, усердие к слушанию и великое уважение к этому мужу» со стороны Павла (Златоуст, ср. Феофил.).
«Тщательно наставленный в отеческом законе…» , за что ручается самое имя Гамалиила. Тщательность здесь разумеется и в смысле усердия изучения закона, и в смысле строго иудейского его изучения и понимания.
«Ревнитель по Богу, как и все вы ныне…» Это, конечно, принято ими за похвалу, хотя в этой похвале скрыто достаточно горечи. Но прежде всего слова эти имеют целью показать, что Павел не мог быть таковым, каковым выставляют его обвинители.
Стих 4
4 Я даже до смерти гнал последователей сего учения, связывая и предавая в темницу и мужчин и женщин,
«Гнал последователей сего учения…» , — точнее: гнал сей путь (ср. IX, 2; XVIII, 25; XIX, 9, 23).
«Даже до смерти» — выражение для обозначения особенной страстности чувства или действия, в данном случае — гонения.
«Связывая и предавая…» — ср. VIII, 3.
Стих 5
5 как засвидетельствует о мне первосвященник и все старейшины, от которых и письма взяв к братиям, живущим в Дамаске, я шел, чтобы тамошних привести в оковах в Иерусалим на истязание.
Очевидно, лица, на которых ссылается апостол, были еще живы, хотя первосвященник был уже смещен с должности (см. к IX, 2).
6 Когда же я был в пути и приближался к Дамаску, около полудня вдруг осиял меня великий свет с неба.
Рассказ об обращении совершенно сходен с повествованием о сем Дееписателя (IX, 3-8 и далее), за исключением лишь очень немногих различий. Так, апостол говорит, что свет осиял его около полудня, что указывает на его особую чрезъестественную силу, затмившую наиболее яркий свет солнца. В ответе Господа к имени Его добавляется «Назорей» .
Стихи 7–9
7 Я упал на землю и услышал голос, говоривший мне: Савл, Савл! что ты гонишь Меня?
8 Я отвечал: кто Ты, Господи? Он сказал мне: Я Иисус Назорей, Которого ты гонишь.
9 Бывшие же со мною свет видели, и пришли в страх; но голоса Говорившего мне не слыхали.
«Бывшие со мною свет видели, .. но голоса… не слыхали» . В рассказе Дееписателя (IX, 7) здесь, по-видимому, разница: «слыша голос, а никого не видя….» Но эта разница не существенная и лишь кажущаяся. Спутники Павла могли действительно слышать какие-то звуки, но не слыхать их смысла , не понимать ничего, что изрекалось только для Павла ( «мне» ), так сказать — слыша, не слышать (ср. Ин. XII, 28-29). Могло быть и то, что они и свет видели , и никого не видали при этом. Все предназначалось и совершалось для Павла, спутники же его видели и слышали, так сказать, только отблеск и отголосок этого откровения, быть может, постольку, поскольку это могло послужить большим уверением в действительности события, а не его обманчивости, мечтательности, в случае, если бы кто стал толковать это событие, как субъективную галлюцинацию Павла.
Святой Златоуст (ср. Феофил.) находит и другое примирение этих кажущихся разногласий Дееписателя и Апостола Павла. Он полагает, что выражение Дееписателя — » слыша голос » — относится к голосу самого Павла, отвечавшего Тому, Кого они не видели. Выражение же самого апостола — » голоса, говорившего мне, не слыхали » — относится к голосу Самого Господа.
Дальнейший рассказ Апостола о встрече с Ананиею, в общем совершенно согласный с рассказом Дееписателя (IX, 10-18), отличается от него, между прочим, тем, что более подробно приводит слова Анании, известное и уважаемое имя которого в глазах народа придавало этим словам особую важность и значение. Вообще, в обоих рассказах различие имеет характер не разногласия и противоречия, а лишь взаимного восполнения и уяснения, и достаточно оправдывается особыми обстоятельствами, применительно к коим апостол хотел сделать более убедительною свою речь.
Стих 10
10 Тогда я сказал: Господи! что мне делать? Господь же сказал мне: встань и иди в Дамаск, и там тебе сказано будет всё, что назначено тебе делать.
11 А как я от славы света того лишился зрения, то бывшие со мною за руку привели меня в Дамаск.
Стих 12
12 Некто Анания, муж благочестивый по закону, одобряемый всеми Иудеями, живущими в Дамаске,
Характеризуя Ананию, апостол выражается сильнее, чем Дееписатель: «муж, благочестивый по закону» , который, следовательно, не мог научить Павла быть врагом закона. «Одобряемый всеми иудеями» дамасскими, следовательно — признанный в своем благочестии всеми, не только христианами, но именно иудеями самими .