Толкование Евангелия от Иоанна. Евфимий Зигабен

Составленное по древним святоотеческим толкованиям Византийским, ученым монахом 12-го века, Евфимием Зигабеном

Перевод с греческого, Киев, 1887 г.

Толкования Евфимия Зигабена на Евангелие от Иоанна, равно как и на три первые Евангелия, составлено им преимущественно на основании толкований святого Иоанна Златоуста, а отчасти и многих других Отцов и учителей Церкви. Этот труд Зигабена, в котором «собрано и изложено лучшее из древних толковников», никогда не потеряет своего значения. Не всякий, кому необходимо пользоваться руководством и пособием святоотеческих толкований, имеет возможность приобрести все эти толкования и не всегда имеет время выбрать из обширных толкований то, что ему нужно. Отсюда понятна польза перевода на русский язык краткого, простого и удобопонятного толкования Зигабена, составленного на основании древних святоотеческих толкований. Так как у Зигабена толкование Евангелия от Матфея написано с особой обстоятельностью и полнотой, с приведением параллельных мест из других евангелистов, сличением и объяснением их повествований об одном и том же событии, то потому в толковании Евангелия от Иоанна Зигабен часто делает только ссылки на параллельное место в Евангелии от Матфея, предоставляя читателю найти там нужное объяснение. Потому пользующиеся вторым томом Толкования должны иметь под руками и первый.

Зигабен толкует не от себя, а по разумению Отцов и учителей Церкви. «Если будет исследуемо слово Писания,– говорит 19-е правило vI Вселенского Собора,– то не инако да изъясняют (предстоятели Церквей), разве как положили светила и учители Церкви в своих писаниях: и ими более да удовлетворяются, нежели составлением собственных слов». Толкования Зигабена тем и дороги, что удовлетворяют этому соборному правилу.

1887 г. 

Оглавление:

Евангелие от Иоанна. 2

Глава 1. 2

Глава 2. 14

Глава 3. 18

Глава 4. 25

Глава 5. 33

Глава 6. 42

Глава 7. 52

Глава 8. 59

Глава 9. 68

Глава 10. 74

Глава 11. 81

Глава 12. 87

Глава 13. 95

Глава 14. 101

Глава 15. 106

Глава 16. 111

Глава 17. 117

Глава 18. 123

Глава 19. 126

Глава 20. 132

Глава 21


. 137

 

Евангелие от Иоанна

Кто такой был Иоанн это мы узнали у предыдущих евангелистов, именно: он был брат Иакова, сын Заведея, из селения Вифсаиды, страны Галилейской, по занятию рыбак. Ни прежде, ни после он ни у кого не учился и был совершенно не книжен (Деян. 4, 13); но мы знаем, каким он стал, когда был научен Иисусом Христом. Возлежа во время Тайной Вечери на груди у самой Мудрости, он почерпнул такое знание, какого не получил никто другой. И поистине он гремел с неба и возглашал из сокровищниц Духа Святого, но не потому, что он громко говорил, а потому, что говорил о возвышенном, и что языком его управлял Дух Святой.

Когда Иоанн получил от некоторых верующих Евангелия других евангелистов и увидел, что все они говорили по преимуществу о вочеловечении Спасителя и пропускали учение об Его Божестве, то он одобрил и позволил эти Евангелия и засвидетельствовал их истину и достоверность. Затем, по внушению Самого Иисуса Христа, он приступил к своему Евангелию; в нем он рассказывает нечто из того, что уже было рассказано другими, чтобы не подумали, что его Евангелие не имеет связи с Евангелиями других, но особенное внимание он обращает на то, что пропущено ими и больше всего на богословское учение о Спасителе, как наиболее необходимое в виду появления ересей.

Другие евангелисты пропустили это вследствие несовершенства слушателей, так как еще не утвердилась проповедь, а Иоанн приводит и это учение, так как вера уже возрастала и верующие становились понятливее, присоединив и другие главы, опущенные предыдущими евангелистами. Настоящее Евангелие написано было спустя много лет после разрушения Иерусалима.

 

Глава 1

Стих 1. В начале бе Слово…[1] Выражение в начале имеет много значений, но здесь оно собственно значит всегда. Присоединенное к этому выражению слово бе (ην) сделало его не совсем понятным. Куда бы ты ни направил свой ум, его будет предварять это бе и, везде ему предшествуя, оно не позволяет твоей мысли найти для себя какой-нибудь предел. По отношению к тварям слово бе означает прошедшее время, а по отношению к несотворенной Троице это обозначается словом – всегда (αει). По отношению к чувственной и разумной твари совершенно не употребительно выражение – в начале бе, потому что все стало существовать потом, а оно приложимо только к блаженной Троице, потому что только Она не рождена, или не сотворена. Равным образом имеет много значений и слово Λογος (Слово), но здесь оно означает собственно Сына Божия. Сын, как говорит Григорий Богослов, называется Словом потому, что Он так относится к Отцу, как слово к уму, не только по бесстрастному рождению, но и по соединению с Отцом и потому что являет Его. Вся, говорит, яже слышах от Отца Моего, сказах вам (Ин. 15, 15)[2]. Может кто-нибудь сказать также, что это есть как бы определение в отношении к определяемому, потому что и такое значение имеет слово Λογος. Узнавший (это значит слово видевший) Сына, сказано, узнал и Отца (Ин. 14, 9). Сын есть выразительное и удобное свидетельство о природе Отца, так как всякое рождение есть безмолвное слово родившего. Сказав: в начале бе Слово, евангелист показал, что Сын был всегда и что не было какого-либо времени или века, когда Его не было, потому что Сам Он есть Творец всех времен и веков. Но почему он не сказал: в начале был Сын? Чтобы не пришло кому-нибудь в голову предположение о временном и страстном рождении. Поэтому-то назвав Его Словом, показав, что сверхъестественное рождение Его было предвечно и бесстрастно, и наперед уничтожив таким образом непристойные представления об этом рождении, далее евангелист прямо называет Его также Сыном. А чтобы показать, что это Слово не только всегда было, т.е. вечно, но также, что Оно неотделимо и совечно Отцу, евангелист говорит:

Стих 1… И Слово бе к Богу…[3] Не сказал, что Оно было в известном месте, потому что никаким местом не ограничивается Необъятный; не сказал также, что Оно было в Боге, потому что на основании предыдущего могло произойти смешение лиц, но сказал к Богу (ηρος τονΘεον), т.е. у Бога, чтобы были ясны как особность Ипостасей, так и нераздельность Отца и Сына, а равно и Духа Святого, как само собою понятно, потому что в начале была Троица и эта Троица была вместе.

Стих 1… И Бог бе Слово.[4] Воспользовавшись наименованием Слова для того, чтобы показать, что сверхъестественное рождение Его было предвечное и бесстрастное, предупреждает далее вред, могущий произойти от такого наименования, т.е. чтобы кто-нибудь не произнес хулы, думая, что это Слово такое же, какое бывает и наше подуманное или произнесенное; а Оно – не такое, но ипостасное, одного с Отцом естества и достоинства.

Стих 2. Сей бе искони к Богу[5] Сказав, что Слово было всегда, что Оно было неотделимо от Отца, и что Оно было Богом, кратко и чудно довершает все сказанное о Нем, представляя нам очерк богословского учения о Сыне Божием. Тем, которые говорят, что всякий сын бывает после отца, мы ответим: сказав всякий сын, вы уже сами разрешили свое недоумение, потому Сын Божий не таков, каков всякий сын, но сверхъестественный. А против тех, которые упорно доказывают, что все происшедшее из чего-либо необходимо должно быть после того, из чего оно произошло, – так нужно защищаться: сияние солнца, из него происходящее, не бывает после него, и никогда солнце не появляется без сияния. Если же это бывает с чувственными предметами, то что может сказать кто-либо о том, что выше всякого слова? Назвав Слово Богом, приписывает Ему и Божественное свойство, именно творчество, так как бози, иже небесе и земли не сотвориша, да погибнут (Иер. 10, 11)[6]; и делается это для того, чтобы не подумали, что Оно ниже Отца.

Стих 3. Вся тем быша, и без Него ничтоже бысть еже бысть.[7] Сказав вся тем быша, чтобы не подумали, что это сказано только о мире вещественном, присоединил: и без него ничтоже бысть, еже бысть, т. е. ничто из происшедшего и в мире вещественном, и в мире духовном. Отсюда, конечно, исключается Дух Святой, потому что Он не произошел, чтобы Его можно было разуметь вместе со всеми остальными, но ни рожден, ни сотворен, как Сын и Отец: только Троица ни рождена, ни сотворена. Назвав Сына Творцом всей видимой и невидимой твари, не отнял этим у Отца творческой силы, но только показал, что и Сын, подобно Отцу, есть Творец; это общее для всех трех Лиц, потому что это есть свойство Божества, как выше было сказано. Поэтому в Священном Писании творчество иногда приписывается Отцу, иногда Сыну, иногда же Духу Святому, так как Отец благоволит, Сын действует, а Дух Святой содействует. В пятой главе (17 ст.) Иисус Христос говорит: Отец мой доселе делает, и Аз делаю. Некоторые хулители говорили, что выражение тем (δι αυτου) унижает Сына, указывая не на творение, а на услужение. Но они не знали, что то же самое одинаково употребляется и по отношению к Отцу; апостол Павел (1 Кор. 1, 9) сказал: верен Бог, Имже (δι ου) звани бысте во общение Сына Его…[8] А чтобы никто не оставался в недоумении, каким образом Словом создано столько и таких тварей, евангелист говорит:

Стих 4. В Том живот бе…[9] Этой жизнью Слово не только все произвело, но и сохраняет в бытии, так как о Нем можно сказать то же, что сказано об Отце: о Нем бо живем и движемся и есмы (Деян. 17, 28).[10] Слыша, что в Нем была жизнь, не представляй себе Слово состоящим из частей, но самым источником жизни, потому что сейчас же евангелист все Слово называет жизнью, говоря; и живот бе свет человеком. И в другом месте Сам Иисус Христос говорит: Аз есмь… живот (Ин. 14, 6).[11] Духоборцы после слов: без него ничтоже бысть ставят точку; затем все последующее читают вместе: еже бысть, в том живот бе, чтобы показать, что Дух Святый сотворен, так как, говорят они, изречение это относится к Духу Святому. Но их легко опровергнуть. Прежде всего, слова еже бысть указывают на все, что произошло; потом, самая жизнь здесь называется светом, так как сейчас же присоединено: живот бе свет человеком; немного же далее, говоря об Иоанне, евангелист сказал: сей прииде во свидетельство, да свидетельствует о Свете, а между тем известно, что Иоанн свидетельствовал не о Духе Святом, а о Сыне, как мы узнаем это впереди.

Стих 4… И живот бе свет человеком.[12] И сам Сын был светом для людей, просвещая ум их и руководя от заблуждения к истине. Что касается самого названия Сына светом, то Сам Сын в другом месте говорит: Аз есмь свет миру (Ин. 8, 12). Таким образом, Он называется и жизнью, и светом, – жизнью, как оживляющий и сохраняющий все, а светом, как просвещающий и очищающий ум людей, принявших Его. Некоторые же под светом и жизнью разумеют евангельскую проповедь, которую Он принес людям, как основание духовной жизни и свет разума.

Стих 5. И свет во тме светится, и тма его не объят.[13] Светом называет здесь евангельскую проповедь по указанной причине и по причине истины, а тьмою – заблуждение по причине его лжи. Итак, говорит: евангельская проповедь светит среди заблуждения, но заблуждение не одолело ее. Григорий Богослов в своем Слове о святых светах иначе понимал это изречение; но можно принять и то и другое толкование. Доселе евангелист говорил о Божестве Сына Божия, а отселе начинает Евангелие.

Стих 6. Бысть человек послан от Бога, имя ему Иоанн.[14] Лука (3, 2) написал: бысть глагол Божий ко Иоанну Захариину сыну в пустыни.

Стих 7. Сей прииде во свидетельство, да свидетельствует о Свете[15] В этом месте под Светом разумеется Иисус Христос по вышеприведенной причине. Свидетельствовал Иоанн о Божестве Его, как это мы видим далее; но так как Иисус Христос не нуждался в его свидетельстве, то присоединяется и причина этого свидетельства. Евангелист прибавил:

Стих 7… Да вси веру имут ему.[16] Подобно тому как Иисус Христос воспринял плоть для того, чтобы явившись в одном только Божестве не потерять всех, так точно Он пользовался свидетельством для того, чтобы современники Иоанна, слыша родственный голос, легче уверовали в Того, о Котором свидетельствовалось: все это было устроено для спасения людей. Итак, Иоанн свидетельствовал, чтобы все уверовали; а уверовали не все, потому что вера является не по насилию, а по свободной воле.

Стих 8. Не бе той свет, но да свидетельствует о Свете.[17] Еще объясняет причину посольства: он пришел не для того, чтобы светить, так как он не был свет, но для того, чтобы свидетельствовать о Свете. Говорит это евангелист и для того, чтобы кто-нибудь не подумал, что свидетельствующий больше и достовернее Того, о Ком он свидетельствует, как это часто бывает. А так как свидетельство Иоанна было недавнее, то чтобы не возникло подобное же предположение и относительно Того, о Ком он свидетельствовал, евангелист говорит:

Стих 9. Бе Свет истинный, Иже просвещает всякаго человека, грядущаго в мир.[18] Он был всегда, согласно изложенному выше богословскому учению о Нем. Как Бог, Он был всегда, а как человек, Он начал Свое бытие. Если же Он просвещает всякого человека, приходящего в мир, то каким образом осталось столько непросвещенных? Сколько зависит от Него Самого, Он просвещает всех, остаются же некоторые непросвещенными по своей воле. Благодать света, подобно солнцу, излилась на всех, но нежелающие воспользоваться этой благодатью сами виновны в том, что не просвещены. Истинным назвал этот свет, как ни с каким другим не сравнимый и превосходящий всякий другой, как свет по преимуществу. Свет истинный… называется истинным образом и истинной мудростью, и истинной жизнью, и т. п. не для порицания других святых образов или мудрости Божественных Писаний, или настоящей жизни, не говоря уже о будущей, но таким образом выражение указывает всегда на что-либо не сравнимое ни с чем другим по своему превосходству. В мир, или иначе: приходящего в истинный мир добродетелей.

Стих 10. В мире бе…,[19] не как ограниченный известным местом, но как все наполняющий. Сказав: в мире бе, – чтобы кто-либо не предположил, что Он современен миру, как случилось с Павлом Самосадским, евангелист прибавил:

Стих 10… И мир тем бысть…[20] Само собою понятно, что Творец был прежде творения.

Стих 10… И мир Его не позна.[21] Миром называет здесь тех, которые думают только о мирском, прилепились к миру, пристрастились к чувственным делам и не могут понимать ничего высшего; но те, которые не были такими, знали Его даже прежде явления во плоти. Поэтому в тринадцатой главе (17 ст.) Евангелия от Матфея Иисус Христос сказал к апостолам: мнози пророцы и праведницы вожделеша видети, яже видите, и не видеша, и слышати, яже слышите, и не слышаша.[22] Если бы они не знали Его, то не желали бы видеть, как сказано, или слышать. Итак, они знали Его, знали и тайну воплощения Его, но только в мысленном представлении, а они желали и чувствами своими видеть Его чудеса, слышать Его учение и вообще видеть в человеческом образе. Понятно, что евангелист, негодуя на ослепление непознавших Его, сказал: и мир тем бысть, и мир его не позна, т. е. сотворенные не познали своего Творца.

Стих 11. Во своя прииде, и свои Его не прияша.[23] Еще более объясняет это Слово. Своя Его – мир, как Его творение и как созданные по образу Его. Он пришел к ним, как человек, а как Бог, Он был в мире. Объясняется это и иначе: так как Иисус Христос произошел по плоти от иудеев, то своя Его – образ жизни их, а свои – иудеи, как родственные Ему и единоплеменные. Поэтому Он и говорит: несмь послан, токмо ко овцам погибшым дому Израилева (Мф. 15, 24).[24] Во своя прииде не по собственной нужде, так как Бог ни в чем не нуждается, но ради спасения своих; и свои Его не прияша, хотя Он пришел, чтобы облагодетельствовать их; но по своему безумию они отвергли Спасителя, как будто врага.

Стих 12. Елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во имя Его. Елицы прияша Его,[25] принявшие учение Его, даде им область чадом Божиим быти; но не сразу сделал их чадами Божиими, чтобы они через небрежение не потеряли благодати, а дал им только власть быти, чтобы они через свое страдание сделались такими чадами. Но неужели не все имеют власть быть чадами Божиими? Не все, а только те, которым дана эта власть; дана же она только верующим в Него. Поэтому евангелист, поясняя то, кому Слово дало эту власть, присоединил: верующим во имя Его, т. е. в Него. От Него зависит даровать такую власть, а от них – воспользоваться ею. Иное дело быть усыновленным Богу через крещение, а иное – быть чадом Божиим через исполнение евангельских заповедей: то – начало, а это – конец; то – дар Божий, а это – дело усердия.

Стих 13. Иже не от крове, ни от похоти плотския, ни от похоти мужеския, но от Бога родишася.[26] Ставит ниже рождение от людей, как естественное, а возвышает рождение от Бога, как сверхъестественное, чтобы, зная унижение первого и величие второго, и понимая величие благодеяния, мы достойно благодарили и старались не потерять его через небрежность. Сказав не от крове, евангелист для большего пояснения прибавил: ни от похоти плотския; затем он истолковал еще яснее, прибавил: ни от похоти мужеския, так как муж есть плоть и кровь; а под похотью разумеет здесь желание плотского соединения. Божественное семя вошло и укрепило собой плоть одушевленную мыслящей и разумной душой, не как сила плодотворящая, а как творческая, и не так, чтобы образ составлялся мало-помалу от приращений, но будучи в самом начале совершенным, он, однако, возрастал подобно зародышам. И древний Адам сразу был создан в совершенном виде.

Стих 14. И Слово плоть бысть[27] Не мог иначе показать любовь Божию к нам, как только упоминанием о плоти и о том, что Слово сошло к низшему, так как плоть ниже духа. Сказав, что люди родились от Бога, говорит, что Сын Божий стал человеком (такое значение имеет выражение: И Слово плоть бысть), чтобы удивляющийся первому удивлялся и второму, как еще более удивительному, потому что оно служит основанием для первого. Сын Божий стал человеком, чтобы люди стали сынами Божиими. Когда слышишь: Слово плоть бысть, не подумай, что изменилось существо Божие, которое неизменно и невредимо, но что Слово, оставаясь тем, чем было, стало тем, чем не было, или: оставаясь Богом, стало человеком через восприятие плоти, одушевленной, конечно, мыслящей и разумной душой. Все, что происходит, происходит трояким способом: во-первых, так, что природа существовавшего прежде изменяется в природу происшедшего вновь; таким образом из молока происходит сыр, и из глины – черепица; во-вторых, так, что прежняя сущность сохраняется неизменной, но происходит что-либо случайно, – таким образом медь делается статуей, человек справедливым или несправедливым и т.п.; в-третьих, так, что прежняя сущность сохраняется неизменной, но воспринимается другая сущность; таким образом военачальник делается вооруженным. Но Слово стало плотью не по первому способу, потому что природа Его не изменилась, и не по второму, потому что происшедшая плоть не была сущностью; следовательно, изречение это необходимо понимать по третьему способу: облекшись плотью подобно военачальнику, Слово победило врага нашей природы. Сказал: бысть (εγενετο – стало), чтобы уничтожить хулу пустословящих, будто плоть эта была призрачная. Употребив слово εγενετο, евангелист удостоверил, что Слово вочеловечилось действительно, а не призрачно. А чтобы ты не предполагал какого-либо изменения Божественной сущности, говорит:

Стих 14… И вселися в ны…[28] Вселилось в нашей плоти, родственной нам и воспринятой от нас. Так как то, что вселяется, отлично от того, во что оно вселяется, то и Слово по своей сущности и свойствам осталось отличным от тела; однако после вселения и соединения воспринимающее Слово и воспринятая плоть составляют одно, но оба эти естества и после соединения несказанно сохраняются неизменными и неслитными.

Стих 14… И видехом славу Его…,[29] Славу Слова, силу Божества, сияющую через плоть, как через покрывало. Что же это за слава? Бесчисленные и многоразличные чудеса Его: блистательное и преестественное преображение, затем во время распятия – неестественное затмение солнца, страшное раздрание завесы, ужасное землетрясение, распадение камней, открытие гробов, востание мертвых, а главнее всего – превосходящее всякое слово и ум воскресение Господа, и все, что богоприличного после этого видели апостолы.

Стих 14… Славу яко Единороднаго от Отца…,[30] не такую славу, какова прославившихся святых или Ангелов, но славу действительно Единородного. Яко здесь значит то же, что истинно. Единородного от Отца, т. е. по естеству Сына Божия. Название – Единородный от Матери указывает в Нем по естеству сына Девы, а выражение – Единородный от Отца обозначает в Нем по естеству Сына Божия.

Стих 14… Исполнь благодати и истины.[31] Утверждая затем, что Слово, ставшее плотью, через это нисколько не умалилось, евангелист говорит, что Оно было Исполнь благодати Божией и истины, – благодати в совершении чудес, а истины в учении, – благодати во всемогуществе, а истины в том, что Оно не имело ничего призрачного.

Стих 15. Иоанн свидетельствует о Нем, и воззва…[32] Если же, говорит евангелист, может быть, некоторым кажется, что я не заслуживаю полного доверия, то прежде меня свидетельствует о Божестве Слова Иоанн, – тот Иоанн, имя которого у всех иудеев было велико и славно; и не просто свидетельствует, но и воззвал, т. е. смело кричит, проповедует свободно и без всякого страха. Слушай же , что он свидетельствует и проповедует:

Стих 15… Глаголя: Сей бе, Егоже рех, иже по мне Грядый, предо мною бысть…[33] Сказал и другое подобное иудеям о Христе, прежде чем Он явился как пророк, чтобы предупредить их беседой о Христе, а когда Он явится, чтобы легче было принять свидетельство о Нем. И Матфей (3, 11) написал: Грядый же по мне креплий мене есть, Емуже несмь достоин сапоги понести… Что же это значит: по мне Грядый, предо мною бысть? Имеющий скоро прийти к вам, но еще не явившийся вам как человек, превосходит меня славой и величием, потому что Он должен весьма прославиться и возвеличиться. Сказал о будущем, как уже о совершившемся, по законам пророчества. Затем излагает и причину такого превосходства.

Стих 15… Яко первее мене бе,[34] потому что Он был прежде меня, как Бог.

Стих 16. И от исполнения Его мы вси прияхом…[35] Сказав, что Слово было полно благодати и истины, а также показав, что Оно есть вечный и неиссякающий источник всякого блага, евангелист говорит, что и мы все ученики получим из этой полноты Его через участие.

Стих 16… И благодать возблагодать…,[36] Новый Завет вместо Ветхого. Что он говорит об этих Заветах, это ясно из последующего, но теперь он назвал пока и тот и другой благодатью, потому что оба они по благодати дарованы принявшим их, так как Бог даровал их людям по Своей милости, а не воздал им за прежние их добродетели. Подобно тому как говорится завет и завет, закон и закон, и многое другое имеет общее название, – так точно употребляются названия благодать и благодать. Это омонимы, а не синонимы: благодать Ветхого Завета есть только первоначальное наставление, а благодать Нового есть завершение, та прилична младенцам, а людям совершенным, или: та – людям совершенным, а эта даже Ангелам. Далее указывает отличие Заветов из различия их учредителей.

Стих 17. Яко закон Моисеом дан бысть, благодать (же) и истина Иисус Христом бысть.[37] Закон, или Ветхий Завет, был дан евреям через посредство Моисея, а благодать, или Новый Завет, был дан Иисусом Христом без всякого посредника. Моисей был раб и дал то, что сам принял от Бога, а Иисус Христос был Владыка, и Сам установил Новый Завет, как Бог. Итак, какое различие между Моисеем и Иисусом Христом, такое же различие и между Заветами. Выше евангелист сказал: благодать и благодать по указанной там причине, а здесь только Новый Завет назвал благодатию, как истинную благодать, потому что только он дарует отпущение грехов, возрождение, усыновление, Царство Небесное и те блага, ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша (1 Кор. 2, 9).[38] Сказав благодать, евангелист присоединил: и истина, свидетельствуя этим о неложности или совершенстве Нового Завета. Ветхий Завет был благодать несовершенная: ничтоже бо совершил закон[39], говорит апостол (Евр. 7, 19), – а Новый – благодать совершенная, потому что он делает совершенными. Итак, чем большей благодати мы удостоились, тем к большей добродетели мы обязываемся, чтобы, живя недостойно столь великого благодеяния, нам не потерпеть наказания, достойного столь великой лености.

Стих 18. Бога никтоже виде нигдеже: Единородный Сын, сый в лоне Отчи, той исповеда.[40] Смотри, с какой последовательностью евангелист перешел к этому. Показав различие закона и благодати, он присоединяет и разумную причину такого различия: закон принес Моисей, человек не видевший Бога, так как Бога никтоже виде нигдеже, и потому закон ниже, как принесенный человеком; а благодать, или Евангелие, Единородный Сын, живущий в лоне Отца и всегда видящий Бога, как Бог, той исповеда, учредил, научил, и потому благодать выше, как происшедшая от Бога, видящего Бога и знающего все Божие. Но каким образом евангелист сказал: Бога никтоже виде нигдеже? И Исаия (6, 1) видел Господа сидящего на престоле высоком и превознесенном; Иезекииль (10, 18) видел Его сидящим на херувимах; Даниил (7, 8) видел сидящим Ветхого Деньми, и другие также видели. Но все они видели не так, как Он был в Своем существе, а как являлся в том или другом подобии. Если бы они видели самое существо Его, то не видели бы в различных образах, потому что оно есть нечто простое, не имеющее образа, не сидит, не стоит, не ходит, – все, что свойственно телам. Поэтому и говорил Бог: Аз видения умножих, и в руках пророческих уподобихся (Ос. 12, 10)[41], указывая этим на различные видения и подобия. Сын называется Единородным прежде всего потому, что один только рождается у Отца, потому, что рождается из одного только Отца, и Отец Его есть только Отец, а не чей-либо сын, как другие отцы, – далее потому, что рождается только Сын, а не чей-либо отец, как другие сыновья, – и, наконец, потому, что рождается Единственным или особым родом, превосходящим всякий разум и слово, и не так, как тела. Называется Сыном, потому что Он одного и того же существа с Отцом, и не только одного и того же, но и из того же существа. Сказано лоно Отчее, не потому, что Бог имеет лоно, – так как лоно бывает в телах, – но этим выражением: сый в лоне Отчи обозначено сродство, единосущие и нераздельность Сына. Можно и иначе сказать: подтверждением слов Бога никтоже виде нигдеже служит следующее за тем изречение: Единородный Сын, сый в лоне Отчи, той исповеда, т.е. Он научил, что Бога никтоже виде нигдеже; а Иисус Христос различным способом говорил об этом, как это мы после увидим. Итак, никакая тварь, не только телесная, но и бестелесная не видела Бога, так как Он по существу своему невидим даже бесплотным силам, хотя они и видят Его, насколько им возможно.

Стих 19. И сие есть свидетельство Иоанново…,[42] о котором сейчас намерен говорить.

Стих 19… Егда послаша Жидове от Иерусалима иереев и левитов, да вопросят его: ты кто еси?[43] Т.е. свидетельство это было дано, когда иудеи послали и т.д. Первосвященники и священники иудейские, знавшие необычайные события, которые случились при рождении Иисуса Христа, получив затем доказательство Его мудрости, когда будучи двенадцатилетним отроком Он сошелся с учителями, слушал и спрашивал их, как сказал Лука (2, 46), удивлялись и начали завидовать Ему. Услышав потом, что и Иоанн к приходящим креститься говорит многое и великое об Иисусе Христе (а они понимали, что все это Иоанн говорит о Нем), они еще более смутились и послали из Иерусалима священников и левитов, т.е. служителей, спросить его: ты кто еси? Сделали так не потому, что не знали этого, так как всем было известно то, что случилось при его рождении, обрезании и наречении имени, когда все говорили: что убо отроча сие будет (Лк. 1, 66)?[44] Но коварно притворяются незнающими и не говорят: «Кто ты?» – Но: ты кто еси, выражая этим, что если больше тебя Тот, о Котором ты проповедуешь, то ты кто? Ты, к которому мы все устремились, о котором составили высокое себе понятие и пред которым так сильно благоговели. Они безрассудно предполагали, что хотя Иоанн пренебрегал славой во всех других отношениях, однако и он, как человек, испытает то, что свойственно человеку, и из-за славолюбия скажет, что он Христос, и таким образом уменьшится молва об Иисусе Христе, против которой предпринимались все меры. Поэтому-то послали не просто кого-либо, а священников и левитов, и притом из Иерусалима, как более враждебных и коварных, чем из всякого другого города.

Стих 20. И исповеда, и не отвержеся…[45] Исповедал, разумеется, истину, так как был правдив и непреклонен.

Стих 20… И исповеда, яко несмь аз Христос.[46] Евангелист повторяет то же самое, доказывая добродетель Иоанна, так как он не только не обнаружил никакого славолюбия и не присвоил себе славы Господа, но пренебрегал и той, которая воздавалась ему многими. И обрати внимание на его благоразумие: не сказал, кто он, что сделал потом, но, обращаясь к их мысли и зная их желания, сначала прямо уничтожил то, что по их мнению он должен был ответить. Он сказал: несмь аз Христос.

Стих 21. И вопросиша его: что убо; Илиа ли еси ты; и глагола: несмь[47] Обманувшись в этом замысле, они обращаются к другому и, желая скрыть свою цель, говорят: что убо? Илиа ли еси ты, чтобы показалось, что они спрашивают простодушно и без злого умысла, так как ожидали пришествия Илии на основании слов пророка Малахии (4, 5, 6): послю вам Илию Фесвитянина…, иже устроит сердце отца к сыну.[48] Поэтому и опять предлагают вопрос, чтобы остаться вне всякого подозрения.

Стих 21… Пророк ли еси; и отвеща: ни. Не говорят: пророк (προφητης) ли ты? Так как они знали, что Иоанн был пророк; но: пророк (ο προφητης) ли ты? Именно тот, о котором написал Моисей: пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог твой, Того послушайте (Втор. 18, 15);[49] а таким пророком был Иисус Христос.

Стихи 22-23. Реша же ему: кто еси; да ответ дамы пославшым ны: что глаголеши о тебе самом;[50] Рече: аз глас вопиющаго в пустыни: исправите путь Господень, якоже рече Исаия пророк. Ответив великодушно на все их вопросы, теперь говорит и то, кто он: я – тот, о котором написано: глас вопиющаго в пустыни: уготовайте путь Господень и т.д.[51] Изречение это объяснено в третьей главе (3 ст.) Евангелия от Матфея.

Стих 24. И посланнии беху от фарисей.[52] Обозначил секту, к которой они принадлежали, указывая этим на их излишнюю мелочность.

Стих 25. И вопросиша его, и реша ему: что убо крещаеши, аще ты неси Христос, ни Илиа, ни пророк[53] Не достигнув того, чего желали, пытаются обвинить его, чтобы по крайней мере страхом заставить его сказать то, чего на самом деле не было; но он опять обнаруживает полную справедливость.

Стих 26. Отвеща им Иоанн, глаголя: аз крещаю водою: посреде же вас стоит, Егоже вы не весте.[54] Иисус Христос находился в то время среди народа. Он шел креститься как один из многих, и это было известно Иоанну по Божественному Откровению. Слова: Егоже вы не весте относятся к Его Божеству.

Стих 27. Той есть Грядый по мне, иже предо мною бысть…,[55] Тот к Которому я относил эти слова. Выражение объяснено выше.

Стих 27… Ему же несмь аз достоин, да отрешу ремень сапогу его.[56] Этим указывает на несравненное превосходство Иисуса Христа, говоря: я не могу быть даже в числе последних Его рабов, вследствие величия пребывающего в Нем Божества. А такая обязанность действительно поручается обыкновенно низшим рабам. Нужно найти в начале Евангелия от Марка (1, 7) объяснение слов: и проповедаше, глаголя: грядет Креплий мене вслед мене, Емуже несмь достоин преклонься разрешити ремень сапог Его.[57]

Стих 28. Сия в Вифаваре быша обонпол Иордана, идеже бе Иоанн крестя.[58] Более исправные списки имеют в Вифаваре, потому что Вифания была не за Иорданом и не в пустыне, а близ Иерусалима. Обозначает место, указывая этим на то, что Иоанн говорил это о Христе в присутствии многих. Опустив дальнейшие рассказанные другими евангелистами события, именно крещение Иисуса Христа, свидетельство о Нем свыше, сорокодневный пост в пустыне и искушение, евангелист рассказывает о том, что случилось после выхода Его из пустыни и что опущено другими.

Стих 29. Во утрии (же) виде Иоанн Иисуса грядуща к себе[59] – на следующий день после возвращения Иисуса Христа из пустыни, так как Иоанн еще оставался при Иордане. Зачем же Иисус Христос идет к Иоанну? Так как некоторые предполагали, что Он, подобно другим, принял крещение покаяния, как грешник, то теперь идет к Иоанну, чтобы представить ему случай исправить такое подозрение более совершенным свидетельством.

Стих 29… И глагола: се Агнец Божий[60] Назвал Его Агнцем, напоминая прообразы закона и пророчество Исаии, и как бы так говоря: «Вот Агнец, прообразованный в законе и возвещенный Исаией». Затем присоединяет и особенное, преимущественное Его свойство, именно – что Он был послан Богом на заклание для спасения людей. Или: Божий, т.е. Божественный, по причине Своего Божества.

Стих 29… Вземляй грехи мира.[61] Заколаемый агнец законный уничтожал грехи одного народа израильского, как тень, предначертание и прообраз истины, а закланный Агнец Божий уничтожает грехи всего мира и очищает всех живущих в мире, как истина; тот был неразумный, а Этот – разумный и – мало того – даже Божественный. Под грехами разумей не только скверны душевные, от которых Он освобождает соблюдающих заповеди Его, но и немощи телесные, от которых Он освобождает болящих. Сказав: вземляй грехи мира, уничтожил вышеуказанное подозрение. Очевидно, что уничтожающий грехи других людей Сам не имеет грехов; а не имеющий грехов пришел на крещение совершенно по другой причине, которую Креститель и указывает немного после.

Стих 30. Сей есть, о Немже аз рех: по мне грядет Муж, Иже предо мною бысть, яко первее мене бе.[62] Опять говорит: предо мною бысть, яко первее мене бе, открыто унижая себя, как раба, и без сравнения возвышая Его, как Владыку.

Стих 31. И аз не ведех Его[63] Чтобы не подумали, что он, будучи давно уже знаком с Иисусом Христом, приводит такое свидетельство о Нем из благоволения к Нему, как родственнику, говорит: «Я не знал Его прежде, чем Он пришел на Иордан, потому что все время находился в пустыне». Правда, будучи еще во чреве матери, Иоанн узнал Иисуса Христа и взыграл, как написал Лука (1, 41); но тогда он узнал Его не по естественным законам, а преестественно и так, как никто другой из людей. Теперь же он узнал Иисуса Христа трояким способом: зрением, слухом и знанием пророческим; ни одним из этих способов Иоанн не знал Его прежде, чем Он пришел на Иордан, а тогда узнал всеми тремя. Пророчески Иоанну было открыто все, относящееся к Иисусу Христу; поэтому он и сказал: по мне Грядый, предо мною бысть (Ин. 1, 15). Он увидел Иисуса Христа, поэтому и удерживал Его, говоря: аз требую Тобою креститися, и Ты ли грядеши ко мне (Мф. 3, 14)?[64] Наконец, и слышал о Нем: Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих,[65] как засвидетельствовали другие евангелисты (Мф. 3, 17; Мк. 1, 11; Лк. З, 22).

Стих 31… Но да явится Израилеви, сего ради приидох аз водою крестя.[66] Вот высказал и причину, по которой он пришел крестить: она была одна как у того, так и другого, именно – чтобы Иисус Христос был явлен Израилю. Иоанн был послан Богом на Иордан проповедовать крещение покаяния, чтобы стеклось много народу на крещение и чтобы Иисус Христос, стоя среди этого множества, как тоже желающий креститься, принял свидетельство на земле от Иоанна, а с неба от Отца и Святого Духа, и чтобы, таким образом привлекая их к Себе, Он начал учить и творить чудеса. Если бы этого не было, то не сошлись бы так все, и не слышали бы так этого свидетельства.

Стихи 32-33. И свидетельствова Иоанн, глаголя, яко видех Духа сходяща яко голубя с небесе, и пребысть на Нем. И аз не ведех Его: но Пославый мя крестити водою, Той мне рече: над Негоже узриши Духа сходяща и пребывающа на Нем, Той есть крестяй Духом Святым.[67] Опять говорит: не ведех Его, чтобы устранить всякое подозрение от своего свидетельства. Но когда ему сказал Бог: над Негоже узриши Духа сходяща и т. д.? Когда еще не явился Иисус Христос, Бог открыл Иоанну все относительно Его; тогда же открыл и все другое и это; а потом указал и Самого Иисуса Христа, идущего на крещение. Этот евангелист, как сказано уже, опустил события, последовавшие за крещением Спасителя, как записанные другими евангелистами, а Матфей рассказал их более подробно; следует поэтому прочитать их для лучшего разумения.

Стих 34. И аз видех[68]…2 Духа, разумеется, сходящего и пребывающего на Нем.

Стих 34… И свидетелъствовах, яко Сей есть Сын Божий.[69] Но где же он свидетельствовал об этом? Это нигде не записано. Без сомнения свидетельствовал и об этом, но оно пропущено евангелистами, как и многое другое.

Стихи 35-36. Во утрии (же) паки стояше Иоанн, и от ученик его два. И узрев Иисуса грядуща, глагола: се Агнец Божий.[70] Не случайно и не без нужды говорит это Иоанн об Иисусе Христе, но потому, что проповедь его еще не тронула бесчувственных иудеев. Хотя и никто не спрашивал его об Иисусе Христе, однако он вынужден опять говорить то же, и повторением этих слов он будит как бы дремавший ум иудеев. Подобно тому как жених сначала ни о чем не говорит с невестой и не берет ее сам, но все переговоры ведет и передает ему невесту друг жениха, а когда возьмет ее, то так расположит к себе, что она забывает все прежнее, – точно также и теперь Иисус Христос пока сохраняет молчание, а все для Него приготовляет Иоанн, который и назван поэтому другом Его, как присутствующий при браке и устрояющий все за жениха; но получив от него обрученную Ему Церковь, Иисус Христос так расположил ее к Себе, что она тотчас забыла все прежнее. И подобно как на браке не невеста приходит к жениху, а он к ней, хотя бы он был царский сын, а она совершенно простая, – так было и здесь. Сам великий Жених пришел к уничиженнейшей невесте и, соединившись с нею, не позволил ей более оставаться здесь, но взял и отвел ее в отцовский дом, т. е. на небо.

Стих 37. И слышаста его оба ученика глаголющаго, и по Иисусе идоста.[71] Хотя слушали многие, но услышали только эти, разумеется, ушами душевными, а другие услышали телесными. Из учеников Иоанна пошли тогда за Иисусом Христом только двое, а многие другие остались, и пошли, конечно, желая сблизиться с Ним.

Стих 38. Обращься же Иисус и видев я по себе идуща, глагола има: чесо ищета;[72] не потому, что не знал этого проникающий в самые помышления людей, но для того, чтобы вопросом этим приблизить их и внушить им смелость, так как они, вероятно, стыдились и боялись, как незнакомые.

Стих 38. Она же реста Ему: Равви, еже глаголется сказаемо учителю, где живеши,[73] Хотя они ничему еще не научились у Иисуса Христа, однако называют Его учителем, указывая этим причину, вследствие которой они следовали, именно чтобы услышать что-либо полезное, и таким образом включали сами себя в число учеников. Говорят: где живеши, желая побеседовать с Ним в жилище и спокойно.

Стих 39. И глагола има: приидита и видита.[74] Не обозначает Своего жилища, желая, чтобы они шли и чтобы еще больше ободрились.

Стих 39… Приидоста и видеста, где живяше, и у Него пребыста день той. Бе же час яко десятый.[75] Обозначает время, указывая этим на любознательность учеников и человеколюбие Учителя, так как они не были удержаны тем, что солнце было уже близко к закату, и не извинялись временем или чем-либо другим. Если в другом месте Иисус Христос говорит, что Он не имеет, где главу приклонить (8, 20), то говорит это не о жилище вообще, но о собственном; а собственного Он не имел, а пользовалися чужими. Что ученики пробыли у Него тот день, об этом евангелист сказал, а то, что они научились, пропустил, как само собою подразумеваемое; в одну ночь они настолько успели, что на следующий день сами вышли привлекать других. Необходимо поэтому и нам не отговариваться никаким временем от слушания всего Божественного, но все другое оставлять на втором плане. Все житейские дела должны иметь время, а для этого всякое время должно быть прилично.

Стих 40. Бе (же) Андрей, брат Симона Петра, един от обою слышавшею от Иоанна и по нем шедшею.[76] Умолчал об имени другого, или потому что он не был известен и знаменит, или потому что это был сам пишущий, как говорят некоторые.

Стих 41. Обрете сей прежде брата своего Симона и глагола ему: обретохом Мессию, еже есть сказаемо Христос.[77] Это слова сильно радующегося: мы нашли Того, Кого искали, пришествие Которого ожидали, Которого предвозвестили Писания. Просвещенный ими, он узнал, что это Христос. Смотри, как даже рыбаки были внимательны к Писаниям, а мы, даже постоянно обращающиеся с ними, не столько внимательны.

Стих 42. И приведе его к Иисусови[78] Разумеется сказал то, что слышал от Него, потому что братскому родству, искренней дружбе вполне свойственно сделать и брата участником блага; а может быть, он и не сказал того, чему сам научился, но сказал только: обретохом Мессию, привел его к Иисусу Христу, заботясь только об одном, именно – привести его и передать Иисусу Христу, зная, что Сам Он научит его всему.

Стих 42. Воззрев же нань Иисус рече: ты еси Симон сын Ионин: ты наречешься Кифа, еже сказается Петр.[79] Начинает открывать Свое Божество предсказанием, так как пророчество не меньше чудес привлекает людей и, кроме того, не возбуждает зависти. Его чудеса люди неразумные порицали: о Веельзевуле, говорили, изгонит бесы, а о пророчествах ничего не говорили. Таким способом Иисус Христос воспользовался по отношению к Симону и Нафанаилу, а относительно Андрея и Филиппа Он ничего не открывает, так как Андрей был привлечен свидетельством Иоанна, а Филипп руководствовался примерами прежде последовавших за Иисусом Христом. Относительно Петра Иисус Христос открыл чей он был сын и как назовется. Найди в четвертой главе (18 ст.) Евангелия от Матфея объяснение слов: ходя же при мори Галилейстем, виде два брата, Симона, глаголемаго Петра, и Андреа брата его, вметающа мрежи в море,[80] в третьей главе (16 ст.) от Марка: и нарече Симону имя Петр, и пятой главе (2 ст.) от Луки изъяснение слов: рыбарие же отшедше от нею, измываху мрежы[81]. Все это относится сюда. Итак, Симона назвал Петром, а Иакова и Иоанна – сынами грома, показывая, что Он есть Тот Самый, Который и в Ветхом Завете переменил имена, и Аврама назвал Авраамом, Сару – Саррой и Иакова – Израилем. Некоторым Он давал имена при самом рождении, а некоторым после. Чья добродетель должна была заблистать с первого же возраста, тех он называл тотчас же, а чья – после, тем и имена давал после.

Стих. 43-44. Во утрии (же) восхоте изыти в Галилею: и обрете Филиппа и глагола ему: гряди по мне. Бе (же) Филипп от Вифсаиды, от града Андреова и Петрова.[82] На другой день Иисус Христос хотел идти, но не на другой день находит Филиппа, а потом, именно после призвания Петра и Андрея, Иакова и Иоанна, как это можно узнать у других евангелистов. Но почему же этот евангелист не упомянул о том, как Иисус Христос привлек их, ходя при море Галилейском? Потому что это передали Матфей и Марк; а так как они пропустили то, что относилось к Филиппу, то этот евангелист рассказывает. Сказал ему Иисус Христос: гряди по Мне. Зная, что и Филипп сильно желает последовать за Ним, услышав о Нем от последовавших прежде, но боится, Иисус Христос уничтожает его страх. А евангелист говорит, и из какого города он происходил, именно из Вифсаиды, города малого и незнатного, чтобы ты знал, что немощная мира этого избрал Бог.

Стих 45. Обрете Филипп Нафанаила…, конечно, после того, как последовал за Христом.

Стих 45… и глагола ему: Егоже писа Моисей в законе и пророцы, обретохом[83] Познакомившись с Иисусом Христом, он тотчас делается провозвестником Его и, зная, что Нафанаил, сведущ в законе и Писаниях пророческих и что он весьма осторожен в этом отношении, как это и Христос засвидетельствовал, и самое дело показало, – отсылает его к Моисею и пророкам, чтобы этим сделать свое свидетельство об Иисусе Христе более достоверным.

Стих 45… Иисуса сына Иосифова…, так как доселе еще думали, что Он был Сын Иосифа.

Стих 45… иже от Назарета. Говорили: от Назарета, потому что Он там был воспитан.

Стих 46. И глагола ему Нафанаил: от Назарета может ли что добро быти,[84] Зная, что пророк сказал: и ты, Вифлееме, земле Иудова, ни чимже менши еси во владыках Иудовых: из тебе бо изыдет Вождь, Иже упасет люди Моя Израиля (Мих. 5, 2; Мф. 2, 6), Нафанаил ожидал Иисуса Христа из Вифлеема, слыша же теперь, что Он из Назарета, смутился и недоумевал, находя слова Филиппа несогласными с пророчеством. Поэтому, думая, что он ошибся относительно места, Нафанаил кротко отрицает, но не то, что Филипп нашел Иисуса Христа, а то, что Он из Назарета и совершенно спокойно в форме вопроса опровергает это, показывая этим, что он твердо знает Писание и не может ошибиться. Смысл его слов такой: может ли что доброе быть из Назарета, столь презренного и худого? Так как Галилея пользовалась у иудеев худой молвой, а Назарет был город Галилейский, Нафанаил сказал это, потому что был убежден, что ожидаемый Иисус Христос не из Назарета, а из Вифлеема.

Стих 46… Глагола ему Филипп: прииди и виждь. Не зная, почему это Нафанаил так сказал, и предполагая, что он просто порицает Назарет, Филипп ведет его к Иисусу Христу, думая, что он тотчас уверует, когда насладится Его учением и беседой.

Стих 47. Виде (же) Иисус Нафанаила грядуща к Себе и глагола о нем: се, воистинну Израилтянин[85] Похвалил его, как понимающего то, что он читал: это свойственно истинному израильтянину; а первосвященники, книжники и другие их приближенные, не вникая в то, что читали, ложно носили имя израильтян.

Стих 47… в немже льсти несть.[86] Лестью называет отсутствие правды, лукавство.

Стих 48… Глагола Ему Нафанаил: како мя знаеши?[87] Не возгордился от этой похвалы, но спрашивает, почему Он знает его таким, каким называет.

Стих 48… Отвеща Иисус и рече ему: прежде даже не возгласи тебе Филипп, суща под смоковницею видех тя.[88] Нафанаил все еще спрашивал Иисуса Христа, как человека, а Он отвечает, как Бог и говорит, что Он видел то, чего никто не видел: прежде встречи с Филиппом он был под смоковницей, когда никто не был с ним и никто его не видел. Таким образом Иисус Христос представляет непререкаемое доказательство того, что Он знает и видит то, чего не могут знать и видеть люди, поэтому указал на время, на место и на дерево, и тем самым показал, что Он слышал слова его: от Назарета может ли что добро быти. Отсюда Нафанаил еще более убедился, что Он есть Иисус Христос, так как полагал, что в противном случае Он не похвалил бы его, а оттолкнул бы от Себя. Таким образом Нафанаил уверовал в Иисуса Христа за Его пророчество и похвалу, так как пророчество бывает не только по отношению к будущему, но и по отношению к прошедшему, каково пророчество Моисея о творении мира, и по отношению к настоящему, когда, например, Иисус Христос открывал то, что было на сердце у людей.

Стих 49. Отвеща Нафанаил и глагола Ему: Равви, Ты еси Сын Божий, Ты еси Царь Израилев.[89] Видишь душу, торжествующую от сильной радости и желающую обнять Его следующими словами: Ты, говорит, Тот, Которого ожидают. Но почему Петр, после стольких чудес и такого учения, исповедавший Его Сыном Божиим, назван был блаженным, а Нафанаил, сделавший это прежде чудес и учения, не назван таким? Потому что, хотя они сказали одно и то же, но не в одном и том же смысле. Петр исповедал Его Сыном Божиим по естеству, а этот Богом по благодати. Это видно из присоединения слов: Ты еси Царь Израилев, потому что Сын Божий по естеству есть Царь не только израильтян, но и всех .людей, равно как и из ответа Иисуса Христа, Который возводит его к более совершенному исповеданию и научает видеть в Себе не простого человека.

Стих 50. Отвеща Иисус и рече ему: зане рех ти, яко видех тя под смоковницею, веруеши: болша сих узриши…,[90] чтобы больше поверить, а теперь мало услышав, мало и веришь.

Стих 51. И глагола ему: аминь, аминь глаголю вам, отселе узрите небо отверсто и Ангелы Божия восходящыя и нисходящыя на Сына Человеческаго.[91] (Прежде сказал: восходящыя, показывая что и до того времени они находятся при Нем и служат Ему). Без сомнения, как к истинному Сыну Божию, Ангелы Божии восходили, нисходили к Иисусу Христу, служа Ему во время страдания, воскресения и вознесения на небо: Кому Ангелы служат как рабы, Тот не простой Человек, а Бог и Владыка их. Истинно говорю вам – верующим: отныне, после того как искренно уверуете, будете видеть. Это и есть то большее, о котором Иисус Христос сказал: болша сих узриши. Под видением разумей знание, так как все ученики знали это: одни, потому что видели, а другие, потому что слышали от видевших. Что делает Иисус Христос по отношению к другим, то же самое и здесь. Высказав два пророчества, одно определенное: прежде даже не возгласи тебе Филипп, суща под смоковницею видех тя, а другое – неопределенное: узрите небо отверсто и т.д. – определенным подтверждает неопределенное. Поэтому Нафанаил замолчал, а Иисус Христос остановился на этих словах, предоставив ему по-своему обсудить все сказанное. Бросив семя на хорошую почву, Он оставил, чтобы оно в свое время возросло.

 

Глава 2

Стих 1. И в третий день брак бысть в Кане Галилейстей…, на третий день после того, как Иисус Христос вышел из пустыни.

Стих 1… и бе Мати Иисусова ту,[92] Которую пригласили устраивающие брачный пир, как знакомую.

Стих 2. Зван же бысть Иисус и ученицы Его на брак, тоже как знакомые. Спаситель пришел, не взирая на Свое Божественное достоинство, но имея в виду пользу людей. Узаконивший брак пришел, чтобы почтить его и освятить Своим присутствием, и принявший образ раба не возгнушался присутствия на браке рабов, хотя пригласившие и не имели еще должного понятия о Нем. Они пригласили Его просто как знакомого, одного из многих.

Стих 3. И недоставшу вину, глагола Мати Иисусова к Нему: вина не имут.[93] Недоставшу вину, т.е. когда была нужда в вине, когда оно истощилось. До сих пор Иисус Христос не сотворил еще чуда: но так как Матерь Его знала все относительно Его, именно – что ради Него пришел Иоанн, что он свидетельствовал об Его Божестве, что Сам Он получил свидетельство с неба, а также видела, что Он принимал учеников, то из всего этого Она поняла, что Иисус Христос начинал уже открываться людям. Поэтому Она смело просила Его совершить чудо, когда не достало вина, желая и отблагодарить пригласивших, и себя прославить могуществом Сына. Поэтому-то Иисус Христос и упрекает Ее, не оказывая этим непочтение Матери, а исправляя в том, что Она просила неблаговременно. А что Он весьма уважал Свою Мать, это видно как из многого другого, так и из того, что Он исполнил Ее просьбу. Упрекнул Ее, научая еще не требовать чудес, но оставить совершение их до соответственного времени, однако послушался Ее, уважая, как Мать.

Стих 4. Глагола Ей Иисус: что (есть) Мне и Тебе, Жено… Что за нужда Нам в том, о чем Ты просишь? Что Нас заставляет так спешить? Можно и иначе понимать: что общего у Меня и у Тебя? Я, как Бог, знаю время приличное для чудес, а Ты, как человек, не знаешь этого. Не сказал: Мати, но: Жено, как Бог.

Стих 4. Не у прииде час Мой. Еще не настало время для совершения чудес, о чем Ты просишь; оно наступит тогда, когда нуждающиеся в чуде узнают, что Я могу совершить его, и сами попросят об этом. Теперь просьба Матери не только была неблаговременна, но могла возбуждать подозрение и порицание. Выражение: не у прииде час Мой; никтоже возложи Нань руки, яко не у бе пришел час Его (Ин. 7, 30); Отче, прииде час (Ин. 17.1) и другие не показывают, что Он обязательно должен был наблюдать время и часы, – да и каким образом это могло быть, когда Он Творец их, – но слова эти обозначают надлежащее время и указывают, что все должно происходить благовременно и в порядке. Сказав: не у бе пришел час Мой, Иисус Христос, однако, совершил чудо из уважения, как сказано, к Матери, а также для доказательства того, что Он не служит времени, но господствует над ним.

Стих 5. Глагола Мати Его слугам: еже аще глаголет вам, сотворите.[94] Поняв цель и значение слов Иисуса Христа, именно, – что уклончивость Его не свидетельствует о бессилии Его, а о том, что Он не желает, чтобы подумали, что Он Сам стремится к чудесам и хочет показать Себя, и что Он, однако, уважит просьбу Матери, – Она ставит возле Иисуса Христа готовых слуг, тоже некоторым образом вместе с Нею упрашивающих Его.

Стих 6. Беху же ту водоноси каменни шесть, лежаще по очищению Иудейску, вместящии по двема или трием мерам.[95] Водоносы (υδριαι) – это сосуды для воды… Они лежали для очищения иудеев, т.е. служили им для омовения, чтобы не ходить далеко к источникам и ручьям, когда нужно было помыть руки. Под шестью водоносами св. Максим разумеет шесть известных способов милостыни: накормить алчущих, напоить жаждущих, принять странников, одеть нагих, посещать больных и приходить к находящимся в темнице. Эти шесть водоносов, не имеющих соответствующего им действия, вследствие охлаждения любви, из которой они наполняются, как из источника, – Божественное слово евангельских заповедей сначала наполнило водой, т.е. благодеянием чувственным, а затем заменило его, как бы вином, благодеянием духовным, которое согревает душу, благотворно действует на ум и, уврачевав таким образом, выводит его из прежнего состояния. Каждый сосуд вмещает две или три меры, – две, вследствие двоякого рода, как сказано, благодеяния по каждому из шести способов, именно материального и духовного, – три, так как благодеяние совершается согласно с учением о Божестве Святой Троицы. Почерпают указанную воду добрые помышления, которые служат разуму. Отведавший вина распорядитель, т.е. рассудительный ум, говорит: прежде нужно было пить это хорошее вино; заботу о душе предпочитать заботе о теле. Жених – это человеческий разум, соединяющийся с добродетелью, как бы с невестою для сожительства. Оказывая честь браку этому, Сам Бог и Слово является, чтобы еще более скрепить соединение их. Можно предложить и другое объяснение шести водоносов. Под ними можно разуметь способность человека исполнять свои обязанности; она была пуста и недеятельна, но Божественное слово наполнило ее знанием сначала попечения о теле, а потом о душе, или сначала знанием практическим, а потом теоретическим, или сначала естественным, а потом сверхъестественным. Из двух мер одна есть знание всего чувственного, а другая – всего духовного, третья же мера есть откровение о непостижимом Божестве. Под шестью водоносами мы разумели способность человека исполнять свои обязанности, или потому, что Бог сотворил мир в шесть дней, а мир есть также и человек, или потому, что к пяти душевным способностям мы причисляем и самое тело. Как чистая и истинная вера делается матерью Божественного слова, евангельского благовестия.

Стих 7. Глагола им Иисус: наполните водоносы воды. И наполниша их до верха. Прислужников пира делает прислужниками чуда, чтобы они сами были свидетелями этого дела. Приказал наполнить не сосуды от вина, а водоносы, чтобы не могли подозревать, что тут произошло смешение воды с осадками, оставшимися на дне от вина. Но почему Сам Иисус Христос одним словом не наполнил водоносов, но приказал служителям? Чтобы не показалось это призрачным, чтобы черпавшие воду сами заставили молчать порицающих это чудо.

 Стихи 8-10. И глагола им: почерпите ныне и принесите архитриклинови. И принесоша. Якоже вкуси архитриклин вина, бывшаго от воды, и не ведяше, откуду есть: слуги же ведяху почерпшии воду: пригласи жениха архитриклин и глагола ему: всяк человек прежде доброе вино полагает, и егда упиются, тогда хуждшее: ты (же) соблюл еси доброе вино доселе.[96] Архитриклином называет начальника, распорядителя пира, потому что триклиниями назывались ложа для троих, употреблявшияся при пиршествах. Не просто претворил воду в вино, но в вино хорошее, как засвидетельствовал архитриклин, потому что такие чудесные произведения Иисуса Христа были гораздо лучше естественных. Свидетелями претворения воды в вино были служители, а того, что вино было хорошее – архитриклин и жених; таким образом не могло остаться не замеченным чудо, имеющее таких близких свидетелей. Вероятно, и жених сказал еще что-либо об этом, однако евангелист пропустил, как не необходимое. О, если бы и мне, холодному, нетвердому и неустойчивому и в этом отношении ничем не отличающемуся от воды, превратиться в духовную теплоту, густоту добродетелей и утверждение нравов, чтобы можно было радовать и других.

Стих 11. Се сотвори начаток знамением Иисус в Кане Галилейстей[97] Не только записал это чудо, но и прибавил, что оно было началом чудес. Так как не бесполезно было знать об этом чуде, как опущенном другими евангелистами, то Иоанн рассказал о нем, полезном еще и для того, чтобы уничтожить веру в так называемые чудеса детства Иисуса Христа; вот начало чудес, а те есть вымысел человека, заблуждающегося от истины. Если бы Иисус Христос еще в детстве творил чудеса, то Он тотчас сделался бы для всех известным, и Израилю не было бы нужды в том, чтобы Иоанн открыл ему Иисуса Христа; между тем сам же Иоанн сказал: да явится Израилеви, сего ради приидох аз водою крестя (Ин. 1, 31). И вполне естественно было Иисусу Христу ожидать возраста совершеннолетнего человека, чтобы все случившееся не показалось призраком. Если весьма многие предполагали это даже тогда, когда Иисус Христос творил чудеса в совершенно зрелом возрасте, то тем более – в незрелом; мало того, съедаемые завистью они скорее, чем должно было, возвели бы Его на крест и таким образом могли не только не поверить тайне воплощения, но и воспрепятствовать евангельской проповеди. Найди также в третьей главе (1 ст.) Евангелия от Матфея то место, где говорится: во дни оны же прииде Иоанн Креститель, проповедая в пустыни Иудейстей, и там найдешь основательные причины того, почему Иисус Христос пришел креститься тридцати лет.

Стих 11… И яви славу Свою…, силу Свою, величие Своего Божества. Каким же образом это могло быть, когда обратили внимание на случившееся немногие: слуги, архитриклин, жених и ученики Его? Насколько это зависело от Иисуса Христа, то Он явил Свою славу через это чудо, потому что если не многие заметили это тогда, то потом это чудо было разглашено и привлекло многих. А что в тот самый день никто другой не уверовал, это видно из прибавления евангелиста:

Стих 11… И вероваша в Него ученицы Его,[98] которые и прежде этого чуда дивились Ему. Заметь же, что чудеса должны быть тогда, когда зрители будут благорасположены и внимательны.

Стих 12. По сем сниде в Капернаум Сам и Мати Его, и братия Его, и ученицы Его и ту не многи дни пребыша.[99] Пришел в Капернаум, чтобы поместить там Свою святую Мать; а братья Его, конечно, по закону, а не по плоти, это сыновья Иосифа, который был отцом Его по закону, а не по плоти.

Стихи 13-15. И близ бе Пасха Иудейска, и взыде во Иерусалим Иисус. И обрете в церкви продающыя овцы и волы и голуби, пеняжники сидящыя. И сотворив бич от вервий, вся изгна из церкве, овцы и волы: и торжником разсыпа пенязи и дски опроверже.[100] Подобное же рассказал и Матфей в двадцать первой главе (12 ст.) своего Евангелия; прочитай объяснение того места, – весьма полезное и для этого. Пеняжники (χερματισται) – это меновщики, которых Матфей назвал торжниками (χολλυβισται). Как χολλυβος есть мелкая монета, так и χερμα есть кучка мелких монет и разменных лепт. Бич (φραγελλιον) – это род плети. Он был плетеный, потому что как поступок изгоняемых был как бы сплетен из неразумных слов и дел, так и поступок изгоняющего из чудесных слов и дел, из Божеских и человеческих. Иисус Христос совершил это дело с великой властью. Так как Он намерен был исцелять в субботу и делать много такого, что казалось иудеям нарушением закона, то чтобы не подумали, что Он делает это, как противник Божий, теперь же уничтожает такое подозрение. Тот, Кто показал такую ревность о доме Божием, обнаружил такую силу и негодование из-за него, Кто решительно никого не пощадил, но даже Самого Себя подверг опасности, Кто возбудил против Себя продавцов и дозволивших им это дело иудеев, а Сам был готов все претерпеть из-за благочиния в храме, Тот не мог быть противником Владыки этого храма.

Стих 16. И продающим голуби рече: возмите сия отсюду и не творите дому Отца Моего дому купленаго.[101] Домом торговли делают дом Божий и торгуют в нем голубями и те, которые продают священные должности, так как голубь служит образом благодати Святого Духа, явившегося в виде голубя. Они же оказываются богопродажными, продавая из-за постыдной корысти то, что принадлежит Богу. Слова: возмите сия отсюду указывают на отмену и оставление законного служения. Не только делом, но и словами Иисус Христос показывает, что Он не противник Божий. Конечно, Он назвал Бога Отцом по естеству, но иудеи подумали, что Он назвал по усыновлению, и потому не возмутились при этих словах; мало того, они даже не были раздражены и Его поступком, так как сама совесть обличала их и свидетельствовала, что Иисус Христос справедливо так поступил и сказал. Дом купленаго, вместо: дом торговли. В вышеупомянутой главе (13 ст.) Евангелия от Матфея говорится, что Иисус Христос сказал: вертеп разбойником; там же мы заметили, что Свою ревность и смелость против торгующих в храме Иисус Христос показал дважды, в начале евангельской проповеди и в конце: то, что произошло в начале описал Иоанн, а что в конце – Матфей.

Стих 17. Помянуша же ученицы Его, яко писано есть: жалость дому Твоего снесть Мя.[102] Это написано в Книге Псалмов (68,10). Жалостью называет здесь ревность, справедливое негодование; снедает, т.е. сильно овладевает, воспламеняет. Следует заметить, что, сделавши бич, Иисус Христос не бил людей, но только устрашил их и удалил, а овец и волов, конечно, ударял и выгнал.

Стих 17. Отвещаша же Иудее и реша Ему: кое знамение являеши нам, яко сия твориши?[103] Чувствуя себя виновными, они не смели запретить Ему, а только сказали: «Если Ты это делаешь, если имеешь на это власть, то какое знамение Своей власти Ты нам представишь?» О великое безумие! Им следовало облагоразумиться и похвалить Иисуса Христа за то, что Он очистил храм Божий от такого позора, а они для доказательства власти требуют знамения, сгорая от зависти и желая напасть на имеющее совершиться знамение. И в другое время они говорили: коею властию сия твориши (Мф. 21, 23)?

Стих 19. Отвеща Иисус и рече им: разорите церковь сию, и треми денми воздвигну ю.[104] Как знамение Своей власти Иисус Христос представляет Свое трехдневное воскресение, и храмом называет Свое тело, которое было храмом и жилищем не только души, но и Божества. Сказал: разорите, не побуждая их к убиению Себя, но зная, что они так поступят, Он предсказал это в образной речи. Итак, разорите, т.е. предайте земле, разъедините с душой, нарушьте связь с нею.

Стих 20-21. Реша же Иудее: четыредесять и шестию лет создана бысть церковь сия, и Ты ли треми денми воздвигнеши ю? Он же глаголаше о церкви тела Своего.[105] Постройка первого храма окончена была Соломоном через двадцать лет, а постройка второго – через сорок шесть лет Зоровавелем. Когда был разрушен первый храм вавилонянами, то второй начал строиться в первый год царствования Кира; затем, вследствие зависти и клеветы соседних самарян, постройка остановилась, и в таком положении дело оставалось сорок лет, пока посланный, во второй год царствования Дария Гистаспа, Зоровавель не окончил ее в шесть лет. Таким образом, храм этот строился сорок шесть лет, если считать годы от начала постройки до ее окончания.

Стих 22. Егда убо воста от мертвых, помянуша ученицы Его, яко се глаголаше, и вероваша писанию и словеси, еже рече Иисус.[106] Когда Иисус Христос говорил это, они недоумевали, что это Он говорит, и не веровали. Много такого говорит, что сначала для слушателей было не ясно, а потом стало ясно, чтобы показать, что Он наперед знал то, о чем говорил. Но почему же Иисус Христос не разрешил недоумение и не сказал, что храмом называет Свое тело? Потому что тогда не поверили бы этому, так как было для этого два затруднения: одно – дело воскресения, а другое – то, что живущий в таком храме есть Бог.

Стих 23. Егда же бе во Иерусалимех в праздник Пасхи, мнози вероваша во имя Его, видяще знамения Его, яже творяше.[107] Уверовали в Него, но не твердо. Тверже уверовали в Него те, которые уверовали не вследствие одних только чудес, но и вследствие Его учения, потому что знамения увлекали более грубых, а более разумных – учение и пророчества. Поэтому последние были гораздо тверже первых, и к ним вполне приложимы слова: блажени не видевшии и веровавше (Ин. 20, 29).

Стих 24. Сам же Иисус не вдаяше Себе в веру их[108] – не вверял Себя им, не полагался на них, как на Своих учеников; но почему?

Стих 24… зане Сам ведяше вся,[109] всякого человека, тверд ли он, или не тверд; или: все у всех.

Стих 25. и яко не требоваше, да кто свидетельствует о человецех…,[110] о каком бы то ни было человеке.

Стих 25… Сам бо ведяше, что бе в человеце,[111] во всяком человеке, как Бог-Сердцеведец.

 

Глава 3

Стихи 1-2. Бе же человек от фарисей, Никодим имя ему, князь жидовский: сей прииде ко Иисусу нощию…,[112] так как он боялся прийти открыто вследствие надзора со стороны Иудеев, которые презирали всех приходивших к Иисусу Христу.

Стих 2… и рече ему: Равви, вем, яко от Бога пришел еси Учитель[113] Никодим считал Его пророком, который был послан от Бога, чтобы учить их.

Стих 2… никтоже бо может знамений сих творити, яже Ты твориши, аще не будет Бог с ним.[114] Так как он считал Иисуса Христа пророком, то вполне естественно полагал, что Он творит чудеса не Своею силой, но силой Божией, и нуждается в ней.

Стих 3. Отвеща Иисус и рече ему: аминь, аминь глаголю тебе, аще кто не родится свыше, не может видети Царствия Божия.[115] Никодим думал, что он знает Иисуса Христа и имеет правильное понятие о Нем; но Иисус Христос, показывая, что он слишком далек от истины, говорит: кто не возродится возрождением Божественного Крещения, тот не может увидеть, т.е. познать Его достоинство и величие (здесь Он называет Себя Богом, но прикровенно, чтобы избежать подозрения в гордости). Божественная благодать, сообщаемая через Святое Крещение, укрепляет ум и сообщает правильное знание, рассеяв омрачавшую его слабость.

Стих 4. Глагола к Нему Никодим: како может человек родитися стар сый; еда может второе внити во утробу матере своея и родитися.[116] Что же это, Никодим? Сам ты называешь Его – Равви и говоришь, что Он пришел от Бога, а, однако, не веришь Его словам? О, иудейское тупоумие! Он услышал о новом рождении, конечно, духовном, но так как не мог понять его и представлял себе телесным, то вполне естественно его недоумение и вопрос о способе такого рождения.

Стих 5. Отвеща Иисус: аминь, аминь глаголю тебе: аще кто не родится водою и Духом, не может внити во Царствие Божие.[117] Объясняет сам способ, говоря: водою и Духом, т.е. Святым, но пока еще не вполне, чтобы сам спрашивающий был внимательнее, так как некоторая прикровенность часто будит мысль и делает слушателя более любопытным и усердным. Итак, Никодим назвал возрождение невозможным; а Иисус Христос говорит, что оно весьма возможно, и – мало того – даже необходимо, потому что без него никто не может войти в Царствие Божие, т.е. теперь познать его достоинство и величие, или испытать Божественное наслаждение. Речь идет здесь о тех, которые были после крещения Господа, потому что с того времени началось возрождение. Поэтому и апостолы были возрождены водой от Иоанна, а Духом, когда Он почил на них в виде огненных языков. Некоторые из близких к временам апостольским пишут, что Иисус Христос крестил Петра и Пресвятую Богородицу, а Петр всех остальных апостолов.

Стих 6. Рожденное от плоти плоть есть, и рожденное от Духа дух есть.[118] Говорит не о плотском рождении, а о духовном: рожденное от плоти бывает плотским, а рожденное от Духа бывает духовным. Плотское рождение есть чувственное, а духовное рождение – разумное. Но того, что духовно, не должно испытывать чувственно и о Божественном судить по-человечески. Так как первое рождение сделалось бесполезным, то дано было второе рождение, выше и драгоценнее первого; но и первое, и второе рождение – дар Божий, потому что Дух есть Бог. Когда услышишь, что Дух возрождает, то не спрашивай о способе. Если не постижимо образование во чреве, то тем более, конечно, не постижимо рождение водой; но если мы не сомневаемся относительно первого, то, веруя во всемогущую мудрость Божию, тем более не должно делать этого относительно второго… Как в начале была взята стихия земли, хотя все принадлежало Творцу, так и здесь берется стихия воды, хотя все принадлежит Духу. Если ты спросишь меня: зачем здесь вода, то я со своей стороны спрошу: зачем там земля, если и без земли человек мог быть сотворен? Но я утверждаю, что Бог ничего не делает без причины, и твердо верую, что Он один только вполне знает причины всего. Что при плотском рождении – утроба, то при духовном – вода; но там для рождения нужно время, а здесь – не так, потому что все плотское получает совершенство со временем, а духовное – тотчас же является совершенным. Настоящая причина употребления воды известна одному только Богу, а святые Отцы понимали ее так, что этим выражаются символы погребения и воскресения. Когда мы погружаемся с головой в воду, как бы в некотором гробе, то и ветхий человек наш погребается и потопляется; а когда затем мы выныриваем, то новый человек воскресает и показывается. Как для нас легко погрузиться и вынырнуть, так и для Бога нетрудно погребсти ветхого человека и воскресить нового. Совершается это трижды, чтобы ты знал, что все совершает сила Отца, Сына и Святого Духа. У некоторых является недоумение такого рода, что если рожденное от Духа дух есть, то значит и тело Иисуса Христа духовное, потому что, говоря о Пресвятой Деве, Ангел сказал: рождшеебося в Ней от Духа есть Свята (Мф. 1, 20).[119] Таким мы скажем, что слова Ангела показывают только то, что Иисус Христос произошел не от мужа, а не то, что и не от жены; и апостол Павел (Гал. 4, 4) говорит: рождаемаго от жены, т.е. как плоть от плоти. Он родился от Девы, чтобы не быть чуждым человеческому естеству. Если и после того, как это совершилось, некоторые не верят, что Он воплотился, то как же они могли не впасть в нечестие, если бы этого не было? В Деве Он родился от Духа Святого, т.е. сверхъестественно, потому что не от мужа: это и значат слова – от Духа Свята.

Стих 7. Не дивися, яко рех ти: подобает вам родитися свыше.[120] Видя, что Никодим еще не отрешился от грубых представлений и смутился этим, Иисус Христос успокаивает его, и затем с премудрой целью приводит ему следующий пример, который был, с одной стороны

– чувственный, вследствие слабости Никодима, а с другой – стоял уже на средине между телесной грубостью и бестелесной тонкостью, чтобы этим возвысить мысль его. Он говорит:

Стих 8. Дух, идеже хощет, дышет, и глас его слышиши, но не веси, откуду приходит и камо идет: тако есть всяк человек, рожденный от Духа.[121] Духом называет здесь ветер. Мысль здесь такая: как ветер, где хочет, дует, т.е. движется (так как воля ветра обнаруживается в его движении), и голос его, т.е. шум, слышишь, но не знаешь, откуда приходит и куда уходит, так бывает со всяким, рожденным от Духа: он становится неузнаваемым после такого рождения. Если ты не можешь знать движения и путей чувственного ветра, который ощущаешь, когда слышишь его шум, чувствуешь его теплоту или холод, то тем более – духовного. И если ты, не зная действия этого телесного дыхания, однако не высказываешь никакого сомнения относительно его, то почему же, не понимая действия этого бестелесного Духа, сомневаешься в Нем?

Стих 9. Отвеща Никодим и рече Ему: како могут сия быти?[122] Никодим все еще остается при своей иудейской немощи, не будучи в состоянии понять ничего сверхчувственного, хотя ему был представлен такой ясный пример. Он говорит: како могут сия быти, т.е. все сказанное относительно возрождения? Поэтому Иисус Христос говорит ему с упреком.

Стих 10. Отвеща Иисус и рече ему: ты еси учитель Израилев, и сих ли не веси?[123] Обличает его не в лукавстве, но в тупости и непонятливости. Ему, как учителю, следовало бы знать это из Писаний, так как книги иудейские содержат в себе образы духовного возрождения; например, переход через Чермное море, где море служило образом воды, а облако – образом Духа (сказание о Неемане прокаженном: как он омылся в Иордане, и возвратилось к нему тело его, как молодого отрока, и многие другие). В Писаниях этих были и пророчества; Давид, например, сказал: и возвестят правду Его людям рождшымся (родитися имущым), яже сотвори Господь (Пс. 21, 32); блажени, ихже оставишася беззакония, и ихже прикрышася греси (Пс. 31, 1);[124] обновится яко орля юность твоя (Пс. 102, 5).[125] Пророчества других по причине их множества мы теперь пройдем молчанием.

Стих 11. Аминь, аминь глаголю тебе, яко, еже вемы, глаголем…[126] Или о Себе и об Отце говорит это, или об одном только Себе: хотя ты не веришь этому, но мы достоверно знаем то, о чем говорим.

Стих 11… и еже видехом, свидетельствуем[127] Для большего подтверждения опять говорит то же самое: и еже видехом, свидетельствуем, потому что нельзя понимать здесь чувственного зрения, так как это еще не исполнилось.

Стих 11… и свидетельства Нашего не приемлете.[128] Сказал это не негодуя, но кротко высказывая то, что происходило, и спокойно предсказывая то, что еще произойдет, и таким образом научая нас в беседе с другими не сердиться, не кричать и свирепствовать, если мы их не убеждаем (крик есть уже выражение гнева), но терпеливо отвечать им и стараться сделать слова свои более убедительными.

Стих 12. Аще земная рекох вам, и не веруете: како, аще реку вам небесная, уверуете?[129] Часто намереваясь высказать что-либо о Своем величии, Иисус Христос по снисхождению к немощи и грубости слушателей сначала умалчивает об этом и с премудрой целью говорит о предметах не столь возвышенных, что Он сделал и здесь. Говоря о духовном рождении Иисус Христос желал сказать и о Своем – предвечном и превосходящем всякий ум и слово; но видя, что Никодим не может понять даже духовного, Он ничего не говорит о Своем рождении и показывает причину такого молчания, именно – неверие слушателей. Поэтому, если Иисус Христос часто говорит о предметах простых, ничтожных и как бы недостойных Своего Божества, то при этом всегда нужно принимать во внимание неверие и немощь слушателей. Некоторые говорят, что земное здесь нужно относить к словам о ветре. Если Я, говорит Иисус Христос, представил вам земной пример, и вы не верите, то каким образом поверите, если Я скажу о чем-либо небесном, т.е. более возвышенном? А некоторые говорят, что земное здесь относится к словам о возрождении, при этом поясняют, что Иисус Христос назвал возрождение земным, хотя оно небесное и Божественное, или потому, что оно совершается на земле, или же по сравнению с неизреченным Своим рождением. По отношению к высоте последнего, то действительно есть как бы земное и низкое.

Стих 13. И никтоже взыде на небо, токмо сшедый с небесе[130] Так как выше Никодим сказал: «Мы знаем, что Ты Учитель, пришедший от Бога», – то Иисус Христос здесь поправляет это мнение и как бы так говорит: «Не считай Меня таким учителем, как будто бы Я один из пророков; никто из них не восходил на небо, кроме Меня одного, сшедшего с неба. Поэтому Я приношу высокое учение». Или – сказал: сшедый с небесе, потому что в Ветхом Завете по различным мудрым причинам часто говорится, что Бог нисходит и восходит; так, например, сошед убо узрю, аще по воплю их… совершаются (Быт. 18, 21);[131] сконча же (Бог) глаголя к нему, и взыде Бог от Авраама (17, 22)[132] и многое другое.

Стих 13… Сын Человеческий… Так называется по Своему человечеству Сын Божий. Следует знать, что иногда Он называет Себя по Божеству, а иногда по человечеству.

Стих 13… Сый на небеси,[133] находящийся по Своему Божеству на небе, или небесный. Обрати внимание на то, насколько слова эти, хотя они и кажутся возвышенными, не выражают всего величия Иисуса Христа, потому что находясь на небе, Он не оставлял земли, и, сходя на землю, он не отсутствовал на небе, но был везде, так как Божество – беспредельно. Однако Иисус Христос говорит это, снисходя к немощи слушателя и желая мало-помалу возвысить его ум.

Стихи 14-15. И якоже Моисей вознесе змию в пустыни, тако подобает вознестися Сыну Человеческому, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный.[134] Сказав о величайшем благодеянии для людей, даруемом через Крещение, говорит о другом, не меньшем благодеянии, – через Крест. И апостол Павел вместе поставил их, когда писал к Коринфянам: еда Павел распятся по вас; или во имя Павлово крестистеся (1 Кор. 1, 13)?[135] Оба эти благодеяния показывают неизреченную Его любовь, потому что возрождение Он даровал, чтобы очищать нас от наших грехов, и распят был, чтобы мы жили вовеки. Предсказал свое распятие, показывая, что Он наперед знает о нем и что добровольно идет на него ради спасения людей. И не прямо сказал о распятии, но привел в пример воздвигнутое Моисеем изображение змея, показывая, что древнее родственно новому и служит образом последнего. История этого змея такая: некогда в пустыне змеи укушением истребляли израильтян; поэтому Бог повелел Моисею сделать медного змея и выставить его на дереве, чтобы ужаленные взирали на него и оставались живы. (Числ. 21, 8-9). Медный змей служил прообразом твердого и недоступного для греха тела Иисуса Христа; этот змей, не имеющий яда, служил прообразом Иисуса Христа, не имеющего яда греха, поднятый на дерево прообразом Поднятого на дерево Креста, дающий жизнь ужаленным змеями и взирающим на него прообразом Дарующего вечную жизнь ужаленным духовными змеями и взирающим на Него с верою. Вследствие такого сходства евангелист и сказал: Моисей вознесе змию и т.д. Затем указывает и причину такого вознесения. Как Моисей поднял вверх змея, чтобы взирающие на него сохраняли жизнь, так и Иисус Христос был поднят, чтобы взирающие на Него, или верующие, имели вечную жизнь. Там был змей, потому что жалили змеи, а здесь человек, потому что были ужалены люди. Так как там вред являлся от змеев, то через змея же происходило и исцеление, а здесь, так как смерть пришла в мир через человека, то через человека же приходит и жизнь, и через человека умершего, чтобы умертвить то, что умерщвляет. Словами: да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный, ясно показал, что Тот, Чья смерть дает другим вечную жизнь, несомненно, есть Бог, умирающий как человек, а дарующий жизнь как Бог, – и что Тот, Кто не допускает погибели других, Сам никогда не может погибнуть. Итак, Крест есть источник вечной жизни, что, однако, нелегко принимает разум, но зато принимает вера, укрепляющая слабость разума. Отсюда очевидна польза веры.

Стих 16. Тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный.[136] Бог так возлюбил мир, т.е. настолько человеколюбив, что Своего возлюбленного Сына Он отдал на смерть за людей, чтобы всякий верующий в Него вечно жил блаженной жизнью, какая приличествует святым. Этим показал, что распятие на Кресте было согласно и с волей Отца, потому что одна и та же воля у Отца и Сына и Святого Духа. Опять прибавлено: да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный – для большего подтверждения этих слов. Но почему же Бог возлюбил мир? Конечно, ни по чему-либо другому, как по чрезмерной Своей благости. Устыдимся же и мы такой Его любви. Он не пощадил для нас и Единородного Своего Сына, а мы щадим для Него даже свое имение: как первое свидетельствует о чрезмерной благости, так второе – о чрезмерной неблагодарности. Подобное же безрассудство мы обнаруживаем и по отношению к Сыну: человеку, подвергающемуся за нас опасности, мы охотно отдаем все свое имущество, а умершему за нас Иисусу Христу мы не оказываем и такого благоволения, но презираем братьев Его меньших, жаждущих, голодающих, претерпевающих всякие другие бедствия, и этим, конечно, гораздо более презираем Его, Который по Своему состраданию их бедствия считает Своими…

Стих 17. Не посла бо Бог Сына Своего в мир, да судит мирови, но да спасется Им мир.[137] Показывает и другого рода неизреченное человеколюбие Божие и попечение о нас. Он не только дал Своего Единородного Сына, но и отсрочил суд и отложил до Второго Пришествия. Пришествий Христовых – два: одно уже было, а другое еще будет; но цели не одни того и другого. Первое было не для того, чтобы требовать у людей отчета в их делах, но чтобы простить все, а второе будет не для того, чтобы простить все, но чтобы потребовать отчета. Здесь говорится о первом пришествии. Хотя, по всей справедливости сказать, и первое могло бы быть пришествием суда, так как и до него был закон естественный, закон писанный и пророки, учение и явление чудес и многое другое, устрояющее жизнь, и было поэтому вполне справедливо потребовать отчета во всем; но, как бесконечно человеколюбивый, при первом пришествии Своем Он не произвел суда, но все простил; и если бы Он судил, то все без изъятия были бы осуждены, вси бо согрешиша, (Рим. 3, 23).[138] Итак, теперь Он пришел, чтобы простить все прошедшее и уверить относительно будущего; а потом придет судить и наказать не уверовавших. Аще не бых пришел, говорит Он, и глаголал им, греха не быша имели: ныне же вины не имут о гресе своем (Ин. 15, 22).

Стих 18. Веруяй в Онь не будет осужден[139] – верующий искренно, или соблюдающий заповеди Его. Не таковы те, о которых апостол Павел говорит: Бога исповедуют ведети, а делы отмещутся (Тит. 1, 16)[140].

Стих 18… а не веруяй уже осужден есть, яко не верова во имя Единороднаго Сына Божия.[141] Как того вера освободила от осуждения прежде суда, так и этого неверие осудило прежде осуждения, потому что человекоубийца и другой преступник тотчас осуждается самим родом преступления, а потом уже и приговором начальника. Или иначе: так как суда еще не было, но он будет, то сейчас же наступает страх осуждения. Во имя поставлено вместо: в Него. Это особенность еврейских писаний, где говоря о Боге, из благоговения ставят: имя Его, вместо: Его.

Стих 19. Сей же есть суд, яко свет прииде в мир, и возлюбиша человецы паче тму, неже свет[142] Вот в чем состоит осуждение неверующих: они сами себя осуждают тем, что при появлении Света Разума и Истины (это Иисус Христос говорит о Себе) возлюбили больше тьму неразумия и лжи, чем свет. Кто при отсутствии света пребывает во тьме, тот может будет иметь еще оправдание, хотя и ему не следовало оставаться в таком положении, а искать света; но кто пребывает во тьме даже тогда, когда к нему приходит свет, тот не имеет никакого оправдания. Имея совершенно развращенную душу, он закрывает пред светом глаза и добровольно пребывает во тьме, и не только не идет к свету сам, но наоборот – когда свет ближе идет к нему, он убегает и отвращается от своего спасения. Затем Иисус Христос представляет и причину, почему люди возлюбили тьму.

Стих 19… беша бо их дела зла.[143] Они убегали от света, чтобы он не открыл дел их. Но Он пришел не для того, чтобы потребовать отчета в делах, а чтобы все простить; тем более поэтому следовало им прибегнуть к свету

Стих 20. Всяк бо делаяй злая ненавидит света[144] – пока будет делать злое, пока будет пребывать во зле.

Стих 20… и не приходит к свету, боясь, конечно, да не обличатся дела его, яко лукава суть.[145]

Стих 21. Творяй же истину грядет к свету…[146] Делающий доброе, живущий праведно, идет к свету, любит свет.

Стих 21… да явятся дела его… при помощи света, потому что он не стыдится их.

Стих 21… яко о Бозе суть соделана…,[147] потому что они в Боге соделаны, потому что угодны Богу. Сказано да явятся не потому, чтобы сам человек искал этого, но потому, что это составляет естественное следствие самого дела, так как свет обыкновенно делает видимым все приближающееся к нему.

Стих 22. По сих (же) прииде Иисус и ученицы Его в Жидовскую землю: и ту живяше с ними и крещаше.[148] Крестили ученики, а не Он, так как евангелист далее (4, 2) говорит, что Сам Иисус не крещаше, а ученики Его. Чтобы обходя везде, не собирать имеющих уверовать по одному, как сделал Андрей с Симоном и Филипп с Нафанаилом, было установлено крещение, посредством которого можно было приводить многих вместе; проповедав всем вместе об Иисусе Христе, ученики затем представляли их находящемуся рядом Спасителю. Некоторые списки имеют: крещаше, но и это принимается в том смысле, что Иисус Христос крестил не Сам, но через учеников Своих.

Стихи 23-24. Бе же Иоанн крестя во Еноне близ Салима, яко воды многи бяху ту: и прихождаху и крещахуся. Не у бо бе всажден в темницу Иоанн.[149] Еномом и Салимом назывались какие-то места. Иоанн крестил до самого заключения своего в темницу, чтобы беспрерывно учить об Иисусе Христе и присылать к Нему крещеных, затем – чтобы не подумали, что он оставил по гневу или зависти, но чтобы видели, что он содействует ученикам Иисуса Христа и приводит к Нему крещеных, и, наконец, чтобы не возбуждать в своих учениках еще большей ревности… Если Иоанн столько раз проповедовал об Иисусе Христе, всегда отдавал Ему первенство и так унижал себя, все-таки не убедил их в том, что он предтеча Христов, то если бы он перестал даже крестить, ученики его, потеряв всякое уважение под предлогом защиты своего учителя могли еще более разъяриться против Иисуса Христа и апостолов. И Сам Иисус Христос, зная это, тогда только начал более проповедовать, когда Иоанн был взят из среды народа. Златоуст говорит: полагаю, что весьма скорая кончина его была допущена для того, чтобы все расположение народа было перенесено на Иисуса Христа и чтобы потом не разделились в мнениях о том и другом. Если кто-нибудь будет доискиваться, какое преимущество имело крещение учеников над крещением Иоанна, то мы скажем, что никакого: и то и другое одинаково не имело благодати Святого Духа, у того и другого была одна цель – приводить крещеных ко Христу.

Стих 25. Бысть же стязание от ученик Иоанновых со Иудеи (в слав, со Иудеи) о очищении.[150] Произошел спор между учениками Иоанна и каким-то иудеем, который был крещен учениками Иисуса Христа. Спор был об очищении, т.е. о крещении, так как из ревности ученики Иоанна пытались доказать, что их крещение больше крещения учеников Иисуса Христа.

Стих 26. И приидоша ко Иоанну и рекоша ему: равви, Иже бе с тобою обонпол Иордана, ему же ты свидетельствовал еси, се, Сей крещает[151] Когда они не могли убедить иудея, то пришли к своему учителю и сказали: «Тот, о Котором ты высказал столько и таких свидетельств, Которого мы своим свидетельством прославили, теперь противодействует тебе и предвосхищает твою славу». Желая возбудить его, присоединили:

Стих. 6… и вси грядут к Нему…,[152] оставив тебя.

Стих 27. Отвеща Иоанн и рече: не может человек приимати ничесоже, аще не будет дано ему с небесе.[153] Не может человек сам от себя принимать ничего небесного, или Божественного, а только земное, или человеческое, часто многие люди принимают сами от себя. Говоря это, Иоанн тайно указывал на то, что Иисус Христос не просто человек, но и Бог, вместе с тем очень ясно показал, что Он от Бога принял то, что прославился и всех к себе привлек. Затем, так как ученики для унижения Иисуса Христа указывали на свидетельство, и еще яснее показывает, что Иисус Христос гораздо выше его. Он говорит:

Стих 28. Вы сами мне свидетельствуете, яко рех: несмь аз Христос, но яко послан есмь пред Ним.[154] Я послан был пред Ним, как слуга и подчиненный. Если вы приводите мое свидетельство, то оно засвидетельствовало, что Он больше меня.

Стих 29. Имеяй невесту жених есть… Как имеющий невесту, Он есть жених, или господин. Невеста есть народ верующих, Церковь, таинственно соединенная посредством веры, а жених – Иисус Христос, таинственно соединяющий с Собою и присвояющий Себе эту избранницу. Поэтому, в другом месте, Спаситель это дело назвал браком.

Стих 29… а друг женихов, стоя и послушая его, радостию радуется за глас женихов… Выше назвал себя слугой и подчиненным, а здесь называет другом Иисуса Христа, не превознося себя и не хвастаясь, но названием друга показывая свою радость об этом деле. Рабы не так радуются при браке господ своих, как друзья. Слова эти имеют такой смысл: «Он жених и Господь, а я друг и сват, который, стоя уже, как устроивший брак и выполнивший приказание, и слыша Его Самого беседующего с невестой, руководящего и наставляющего ее, радуюсь этому голосу, столь приятному, столь действенному, столь спасительному».

Стих 29… сия убо радость моя исполнися: так как я передал Ему невесту и выполнил, как уже сказано, данное мне поручение. Ученики думали раздражить своего учителя и возбудить в нем ревность, а он словами этими показал, что не только не завидует превзошедшему его славой, но, напротив, сильно радуется, потому что и сам он заботился об этом. Затем предсказывает будущее.

Стих 30. Оному подобает расти, мне же малитися…, умаляться, как утренней звезде при восходе солнца. Смотри, как спокойно и искусно Иоанн ослабил зависть своих учеников и показал, что они задумывают невозможное. Божиим Промыслом устроено было так, что все это случилось, когда Иоанн еще жил и крестил, чтобы ученики имели в нем достоверного свидетеля превосходства Иисуса Христа и чтобы ни в чем не могли они противоречить; тем более, что Иоанн высказал это не по своему желанию, но по их же побуждению.

Стих 31. Грядый свыше над всеми есть[155] Тот, Кто с неба, больше всех; поэтому и я меньше Его. Или иначе: Тот, Кто с неба, не имеет нужды ни в чем чужом; поэтому Он не нуждается и в моем свидетельстве, будучи самодовольным.

Стих 31… Сый от земли от земли есть…[156] Как то он говорил об Иисусе Христе, так это говорит о себе: сущий от земли, он земной, т.е. ниже Его, потому что небо находится выше, а земля ниже.

Стих 31… и от земли глаголет…[157], хотя Иоанн говорил от Бога. Подобно тому, как Иисус Христос выше сказал: аще земная рекох вам, и не веруете (ст. 12), называя земным возрождение от Бога, не потому, чтобы оно было земное, но по сравнению с предвечным Своим рождением, превосходящим всякий ум и слово, – так и здесь Иоанн говорит, что слова его от земли по сравнению с преестественными словами Иисуса Христа, и показывает этим, что слова его скудны и маловажны, если сравнивать их с учением Иисуса Христа. Как небом указывает на превосходство, так землей – на уничижение.

Стих 31… Грядый с небесе над всеми есть.[158] Опять говорит то же самое, чтобы более подтвердить эти слова.

Стих 32. И еже виде и слыша, сие свидетельствует[159] Это метафорическое выражение заимствовано от того, что люди узнают посредством зрения и слуха то, о чем свидетельствуют. Сам Иисус Христос не нуждается в познании посредством зрения или слуха, потому что Он знает все, как самобытный и всесовершенный Бог; но так как у нас совершенное знание приобретается при помощи этих чувств, и мы считаем достоверным свидетелем того, кто видел или слышал то, о чем он свидетельствует, то по отношению к Иисусу Христу должно считаться достоверным то, что считается достоверным у нас. Поэтому Иоанн сказал: еже виде и слыша, сие свидетельствует – ради немощи слушателей, и этим ничего другого не выразил, как только то, что Иисус Христос свидетельствует достоверно. И мы, если желаем подтвердить, что кто-либо говорит правду, обыкновенно говорим, что он свидетельствует о том, что видел и слышал. Итак, когда услышишь, что и Сам Иисус Христос говорит: якоже слышу, сужду (Ин. 5, 30); Мое учение несть Мое, но Пославшаго Мя (Ин. 7, 16); яже слышах от Него, сия глаголю в мире (Ин. 8, 28) и т.п., знай, что Он с премудрой целью сказал так для того, чтобы все знали, что Он говорит правду, так как слушатели не имели еще должного понятия о Нем.

Стих 32. И свидетельства Его никтоже приемлет[160] никто из неверующих. Иоанн сказал это вообще о бесчувственных иудеях, в частности же – о своих учениках, которые из-за честолюбия и ревности хотели и его возбудить.

Стих 33. Приемый Его свидетельство верова, яко Бог истинен есть[161] Верова – εσφραγισε, т.е. запечатлел, утвердил, показал, что Отец истинен. Затем подтверждает сказанное.

Стих 34. Егоже бо посла Бог, глаголы Божия глаголет.[162] …Если Иисус Христос, как посланный от Бога, говорит слова Божии, то, следовательно, принявший Его свидетельство и уверовавший в Него этим самым утвердил, показал, что истинен Бог, Который послал Его и Которому принадлежат те слова, которые Иисус Христос говорит; а не принявший этого свидетельства и не уверовавший в Него, поступает противоположным образом и делает не что-либо другое, как противится Богу. Смотри, как Иоанн устрашил этим своих учеников и поразил, когда они узнали, что не повинующийся Иисусу Христу не повинуется Богу, пославшему Его. Показав, что учение Его достоверно, что оно от Бога, показывает, что оно и от Духа Святого.

Стих 34… не в меру бо Бог дает Духа.[163] Не мерой Отец дает Иисусу Христу силу Духа, как другим святым, но Он владеет ею без всякой меры, всецело. Духом здесь называет силу духовную, потому что Дух не имеет меры, а сила Его имеет меру и разделяется соответственно достоинству принимающих ее. Таким образом Иоанн показал, что учение Иисуса Христа достоверно и что оно от Отца и Святого Духа, не потому, чтобы Он нуждался в таком подвтерждении: будучи одного с Отцом и Святым Духом достоинства и свойства, Он имеет для этого достаточно силы в Себе Самом, – но так как ученики признавали Отца и веровали в бытие Святого Духа, а Сына не узнавали, то на основании понятия об Отце и Духе Иоанн устанавливает понятие и о Сыне, высказывая все это с такою премудрой целью и стараясь их мало-помалу возвышать. Не следует поэтому прямо проходить молчанием того, что заключается в Священном Писании, но нужно исследовать цель говорящего и принять в соображение немощь слушателей. Не все учителя говорят так, как желают, но большей частью так, как требует состояние учащихся. И апостол Павел говорит: не могох вам глаголати яко духовным, но яко плотяным… Млеком вы напоих, а не брашном (1 Кор. 3, 1-2).[164] Он не мог вследствие того, что они не могли.

Стих 35. Отец (бо) любит Сына[165] Так как Иоанн выше сказал: Егоже посла Бог, то чтобы на основании этого не подумали, что Иисус Христос имел другое естество, низшее и подчиненное, теперь поправляет сказанное и объявляет, что Он есть Сын Пославшего. Если Он Сын, то значит единосущен; а если возлюбленный, то значит всякий, противящийся Ему, противится и Отцу Его.

Стих 35… и вся даде в руце Его.[166] Как Бог, Он все имел, потому что вся тем быша (Ин. 1, 3), но Отец дал Ему это и как человеку. Любит и даде – сказано человекообразно, потому что отцы обыкновенно любят сыновей и дают им все свое.

Стих 36. Веруяй в Сына имать живот вечный[167] верующий в учение Сына и повинующийся Ему:

Стих 36… а иже не верует в Сына, не узрит живота..[168] Выше мы сказали, что вечной жизнью называется жизнь блаженная, приличествующая святым.

Стих 36… но гнев Божий пребывает на нем. Не сказал: гнев Сына, хотя и Сын будет судить, но угрожал им гневом Отца, желая более устрашить. Пребывает на нем, вместо: никогда не отстанет от него, всегда будет наказывать его.

 

Глава 4

Стихи 1-3. Егда убо разуме Иисус, яко услышаша фарисее, яко Иисус множайшыя ученики творит и крещает, неже Иоанн: Иисус же сам не крещаше, но ученицы Его: остави Иудею и иде паки в Галилею.[169] Оставил Иудею, чтобы ослабить зависть их.

Стих 4. Подобаше же ему проити сквозе Самарию.[170] Этим евангелист показывает, что Иисус Христос не нарочито приходил для беседы с Самарянкой, а делает это мимоходом вследствие ненависти иудеев к самарянам. Самария – это была страна, имевшая много разных городов и селений. В древности в ней жили израильтяне; но потом царь ассирийский после многих войн опустошил эту страну и пленных жителей перевел в Вавилон, а в ней поселил смешанный народ из вавилонян, мидян и халдеев. Господь Бог, желая показать, что израильтяне преданы вследствие нечестия, а не вследствие бессилия, послал на поселившихся иноплеменников львов. Узнав об этом, царь направил туда священника израильского, который научил бы их Закону Божию, чтобы они спаслись от львов. Оставив наполовину тогда свое нечестие, потом они совершенно отвергли идолов. Однако существовало еще у них некоторое отличие от иудеев: принимая одни только книги Моисея, самаряне не придавали большого значения остальным. (Следует сказать и о том, откуда самаряне получили такое название. Была гора Сомор, как и Исаия (7, 9) говорит: глава же Ефремовы Соморон (…и глава Ефрема-Самария…), но населяющие ее сначала назывались не самарянами, а израильтянами. С течением времени, когда они прогневали Бога, в царствование Факея пришел Феглафелласарь, взял много городов, напал на Илу, убил его и отдал царство Осии. На него потом пришел Салманассар и, взяв остальные города, обложил данью; но он прибег к помощи эфиоплян. Узнав об этом, царь ассирийский отправился войной, убил его и уже не позволил этому народу оставаться там, а перевел его в Вавилон, в Самарии же поселил народ, выведенный из разных мест, чтобы этим укрепить свое владычество в стране, населенной своими же народами. Но Бог, желая показать Свою силу и то, что Он предал иудеев не вследствие бессилия, а вследствие грехов их, наслал на иноплеменников львов. В последствии времени они оставили свое нечестие и идолов.)

Стих 5. Прииде убо во град Самарийский, глаголемый Сихарь, близ веси, юже даде Иаков Иосифу сыну своему.[171] Это был участок, данный Иосифу, преимущественно перед братьями, и называвшийся Сихем.

Стих 6. Бе же ту источник Иаковль…[172] Источником называет колодезь, так как вода в нем вытекала из-под земли. Колодезь называется Иаковлевым, потому что он был выкопан им.

Стих 6… Иисус же утруждся от пути, седяше тако на источнице: бе (же) яко час шестый.[173] Устал, как и свойственно природе человека. Он шел пешком, совершил продолжительное путешествие, так что и устал. Что значит: седяше тако? Просто, как пришлось, на земле; слова эти показывают, что Он был чужд роскоши! Сел, чтобы отдохнуть и освежиться около колодезя, потому что это был как раз полдень, когда солнце особенно сильно ударяет на тело, а также, чтобы вместе с тем подождать учеников, отлучившихся в город купить пищи. Обрати внимание на точность евангелиста; он не сказал: час шестой, но: яко час шестый, научая этим нас не относиться безразлично к самым маловажным обстоятельствам, но наблюдать правдивость во всем, что ни случается. Чтобы, говоря решительно, не ошибиться, он сдержался и сказал предположительно.

Стих 7. Прииде жена от Самарии почерпати воду…, так как жители вышеуказанного города черпали отсюда воду, потому что в окрестности было мало колодцев.

Стих 7… Глагола ей Иисус: даждь Ми пити. Как от смоковницы, которая засохла (Мф. 21, 18; Мк. 11, 12), Иисус Христос требовал смокв не потому, что алкал, а по планам Домостроительства, чтобы благовременно перейти к совершению чуда, так и теперь от источника Он требует воды не потому, что жаждет, а с премудрой целью, чтобы иметь удобный случай побеседовать с женщиной. Он знал заранее, что она уверует и будет причиной того, что уверуют многие; поэтому, начав беседу, он совсем оставил воду.

Стих 8. Ученицы бо Его отшли бяху во град, да брашно купят.[174] Они не носили с собой запасов, так как были научены пренебрегать чревом и не ставить выше всего заботу о нем, но обращаться к ней (к пище) только тогда, когда к этому побуждает сама природа. Но почему и тогда Иисус Христос не совершил чуда с пищей учеников? Потому что если бы Он все творил чудесно, как Бог, то не поверили бы, что Он – человек; точно также и наоборот; если бы он все делал, как человек, то никаким образом не поверили бы, что Он Бог. Поэтому-то иногда Он поступает, как человек, доказывая, что Он – человек, а иногда творит чудеса, как Бог, уверяя, что Он – Бог. Один только сидел около колодезя, показывая и этим, что Ему чужда всякая роскошь.

Стих 9. Глагола Ему жена Самряныня: како ты Жидовин сый отмене пити просиши, жены Самаряныни сущей; не прикасаютбося Жидове Самаряном.[175] Не прикасаютбося, т.е. не имеют общения, гнушаясь их, как полуиудеев. Как она узнала, что Он иудей? По одежде или и по выговору. Но Иисус Христос, как не простой иудей, а вместе и Бог, пренебрег таким обычаем, полагая этим начало снисканию не только самарян, но и всех народов по всей земле. Самарянка же, думая, что Он грешит, говорит Ему откровенно и напоминает об обычае.

Стих 10. Отвеща Иисус и рече ей: аще бы ведала еси дар Божий, и Кто есть глаголяй ти: даждь Ми пити: ты бы просила у Него, и дал бы ти воду живу.[176] Отсюда ясно видно, что Иисус Христос тогда только представился жаждущим, чтобы приблизить к Себе заблуждающуюся и уловить ее в сеть Своей беседы. Он жаждал, но жаждал обращения заблудших, как и дальше (4, 34) это обращение Он назвал пищей, говоря: Мое брашно есть, да сотворю волю Пославшаго Мя. Здесь же Иисус Христос только говорит: аще бы ведала еси дар Божий, т.е. если бы ты знала, что дарует Бог, и говорил это о Себе Самом, мало-помалу открывая ей Себя, как достойной такого учения вследствие способности ее к обращению. Живой водой назвал здесь источники Своего учения, – водой, так как оно, подобно воде, очищает нечистоту грехов, угашает огонь страстей и врачует засуху и бесплодие неверия, – а живой, как вечное и всегда продолжающееся, так как жизнь воды состоит в течении и движении. Златоуст говорит, что под водой живой Иисус Христос разумеет благодать Божественного Духа, Который различно называется вследствие различных Своих действий; здесь называется водой, а в другом месте – огнем. Водой называется потому, что подобно тому, как вода, падающая с неба, все оживляет и поддерживает, и, будучи одного вида, действует различно: согревая, сожигая, освещая и очищая, так точно и Божественный Дух.

Стих 11. Глагола Ему жена: Господи, ни почерпала имаши, и студенец есть глубок: откуду убо имаши воду живу?[177] Не будучи в состоянии понять слов Иисуса Христа, Самарянка предполагала, что живой водой Он называет воду из этого же колодезя, как текущую и бьющую ключом, и думала, что Иисус Христос хочет сказать, что Он скорее может почерпнуть вследствие большей силы и ловкости. Тем не менее она назвала Его Господом, считая Его за великого человека. Она услышала слова Его: аще бы ведала еси дар Божий, и Кто есть глаголяй ти,… тотчас же почтила Его этим именем и продолжает уже беседу с полной покорностью. Почерпалом называет сосуд.

Стих 12. Еда ты болий еси отца нашего Иакова, иже даде нам студенец сей, и той из него пит, и сынове его, и скоти его?[178] Самаряне, считая своим отечеством Самарию, называли Иакова своим отцом, как древнего владетеля и отца этого их отечества, и потому приписывали себе благородное иудейское происхождение. Некоторые же говорят, что эта женщина и многие другие из живущих в Самарии происходили от Иакова. Предки их некогда были взяты в плен и обращены в рабство вавилонянами; затем они смешались и жили с самарянами, и, спустя много времени, вследствие различных обстоятельств усвоили их обычаи. Или: называли Иакова отцом потому, что и он происходил из халдеев. Итак, Самарянка говорит здесь: если Ты говоришь не об этой воде, то еда ты болий еси отца нашего Иакова, иже даде нам студенец этот, столь славный, что можешь дать лучшей воды? Слова: и той из него пит, и сынове его, и скоти его – сказаны для похвалы колодезя: если бы Иаков имел другой колодезь, лучший, то не пил бы из этого сам со всем своим домом. Значит – если бы Ты мог дать лучшей воды, то Ты был бы больше Иакова. Самарянка эта спокойно беседует с Иисусом Христом об Иакове, и стоит возле Него, желая узнать то, чего искала; а иудеи хотели даже побить Его камнями, когда Он вспомнил об Аврааме. Каким же образом можно было отвергнуть эту женщину, столь усердную, любознательную и желающую извлечь для себя пользу.

Стих 13. Отвеща Иисус и рече ей: всяк пияй от воды сея, вжаждется паки[179] – жаждой воды.

Стих 14. А иже пиет от воды, юже Аз дам ему, не вжаждется во веки…,[180] – не будет никогда жаждать жаждой неверия.

Стих 14… но вода, юже (Аз) дам ему, будет в нем источник воды[181] Источником обозначил постоянство и неиссякаемость такой воды.

Стих 14… текущия в живот вечный, текущей в жизнь вечную, так как она доставляет вечную жизнь. Смотри, как Иисус Христос на слова женщины: еда ты болий еси отца нашего Иакова, не сказал прямо: «Да, Я больше»,- так как ей могло бы показаться, что Он хвастается, но вывел это из ее же слов. Различие вод указывает на различие дающих эти воды: природное свойство той воды – истощаться, а этой – всегда пребывать.

Стих 15. Глагола к Нему жена: Господи, даждь ми сию воду, да ни жажду, ни прихожду семо почерпати.[182] Мало-помалу она возводится на высоту учения. Вследствие превосходства воды, которую Иисус Христос дает, она поверила, что Он больше Иакова и думала, что Он дает воду другого, высшего свойства, хотя не знала еще вполне, Кто такой дающий эту воду, и не понимала, что эта за вода; она предполагала только, что вода, которую Он дает, уничтожает эту чувственную жажду Итак, женщина эта не была легкомысленна, так как она не просто поверила словам, а только после долгого рассуждения, но не была недоверчива и спорлива, так как найдя, что Иисус Христос больше Иакова, она не осталась при своем предубеждении. А когда Иисус Христос сказал иудеям: грядый ко Мне не имать взалкатися, и веруяй в Мя не имать вжаждатися никогдаже (Ин. 6, 35), то они не только не поверили, но и соблазнились.

Стих 16. Глагола ей Иисус: иди, пригласи мужа твоего и прииди семо.[183] Когда Самарянка настойчиво просила и желала получить живой воды, то Иисус Христос сказал ей: иди, пригласи мужа твоего и прииди семо, показывая, что и ему нужно сообщить этот дар. Как всеведущий, Он знал, что она не имеет законного мужа, а желал, чтобы она сама сказала, что не имеет, чтобы, воспользовавшись этим случаем, открыть обстоятельства ее жизни и подействовать на ее исправление. Повод к пророчествам и чудесам Иисус Христос благоволил всегда заимствовать от самих же приходящих, чтобы и избежать подозрения в тщеславии, и еще более приблизить их к Себе. Сказать раньше: ты имела много мужей и теперь имеешь незаконного мужа – показалось бы излишним и неблаговременным, но сказать это, когда она сама подала повод, было весьма последовательно и благовременно.

Стих 17. Отвеща жена и рече (Ему): не имам[184] мужа… Думая, что говорит с простым человеком, женщина пыталась обмануть Его и скрыть постыдное дело.

Стихи 17-18… Глагола ей Иисус: добре рекла еси, яко мужа не имам: пять бо мужей имела еси, и ныне, егоже имаши, несть ти муж: се воистинну рекла еси.[185] Дождавшись удобного случая, как сказано, Иисус Христос открывает и изобличает ее, весьма подробно пересчитывая явных и законных ее мужей и открывая теперешнего, тайного и незаконного. Она преемственно имела пять явных мужей, так как это не запрещалось, – а когда умер пятый, то никто уже не хотел явно взять ее себе в жены; и она, не победив страсти, имела такого, который жил с ней тайно. Итак, она имела пять мужей, потому что это были явные мужья, а живший в то время с ней не был ей муж, потому что был тайный (Толкование святого Максима). Самарянка обозначала собой человеческую природу, получившую пять законов, как бы мужей; именно – закон, данный Адаму в раю, и опять данный ему же вне рая, закон, данный Ною во время потопа, данный Аврааму относительно обрезания и опять данный ему же о принесении в жертву Исаака; но все они прошли и как бы умерли: тогда она имела закон Моисеев. Этот закон не был для нее мужем, или потому что она не всецело любила и соблюдала его, или потому, что он дан был человеческой природе иудеев не навсегда, но только до пришествия Спасителя; а с этих пор он не был для нее мужем, так как с нею соединился другой, именно – закон евангелский. Колодезь Иакова – это Священное Писание, вода – познание его, глубина его – глубина мыслей, черпало – изучение Божественного слова через письмена; черпала этого не имел Господь, так как Он Сам есть Слово и Мудрость и так как Он сообщал знание Своим ученикам не через письмена, но как дар духовный.

Стих 19. Глагола Ему жена: Господи, вижу, яко пророк еси Ты.[186] Будучи явно изобличена, женщина не вознегодовала и не сочла этого изобличения за обиду, но пораженная точным Его знанием, она поняла, что Он действительно пророк: вижу, говорит, т.е. понимаю. Затем не спрашивая Его о житейских делах, а тотчас же об учении, она говорит;

Стих 20. Отцы наши в горе сей поклонишася: и вы глаголете, яко во Иерусалимех есть место, идеже кланятися подобает.[187] Отцами назвала Авраама и Исаака, потому что древнее предание говорит, что на этой горе Авраам приносил во всесожжение Богу Исаака; или – отцами назвала Иакова и его сыновей, так как Иаков поставил там жертвенник и поклонился Богу… Женщина предложила этот вопрос, думая, что учение самарян лучше сравнительно с иудейским и что место этой горы более заслуживает почитания, чем гора, на которой построен Иерусалим. Иисус Христос сначала отнимает первенство у того и другого места, так как в скором времени прекратится богослужение на том и другом, затем отдает предпочтение иудеям, а потом открывает учение об истинном Богопочтении.

Стих 21. Глагола ей Иисус: жено, веру Ми ими, яко грядет час, егда ни в горе сей, ни во Иерусалимех поклонитеся Отцу.[188] У Софонии (2, 11) сказано: и поклонятся Ему кийждо от места своего.[189] Этим Иисус Христос предсказывает прекращение вместе самарянского и иудейского богослужения, что было сделано римлянами после крестной смерти Иисуса Христа. Под часом разумей время.

Стих 22. Вы кланяетеся, Егоже не весте: мы кланяемся, Егоже вемы[190] Хоть самаряне и иудеи почитали одного и того же Бога, но самаряне не знали, что Он есть Господь всех народов, и предполагали, что Он владычествует только над самарянами и иудеями; а иудеи знали, что Он есть всемогущий Господь всех народов. Поэтому Иисус Христос сказал ей: вы кланяетеся, Егоже не весте, т.е. власти Которого вы не знаете. И Самого Себя причислил к иудеям, говоря: мы кланяемся, Егоже вемы, потому что Он и произошел от иудеев, и Самарянке казался иудеем. Затем присоединяет и нечто большее:

Стих 22… яко спасение от Иудей есть. Спасение самарян от иудеев, так как от них самаряне научились знать Бога и отвергать идолов. Или иначе: спасение всего мира от иудеев, так как от них вочеловечился Иисус Христос.

Стих 23. Но грядет час, и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною.[191] Отдав иудеям предпочтение перед самарянами, теперь уже иудеям предпочитает христиан, чтобы такое предпочтение не возбуждало подозрения и чтобы не показалось, что Он благоволит к иудеям, как иудей. Сказав грядет час, чтобы женщина не подумала, что он еще не скоро придет, прибавил: и ныне есть, т.е. уже наступил. Истинными поклонниками Иисус Христос называет верующих в Него, принадлежащих к Церкви, как почитающих истинно, а не служащих Ему в сени[192], как иудеи и самаряне, все служение которых было сенью и прообразом истины. Эти истинные поклонники будут служить Отцу не в теле, но в духе, т.е. не телесными жертвами, но духовными, и не в сени и прообразах, но в истине, не ограничивая служение местом, как иудеи и самаряне, но благословляя Господа на всяком месте владычества Его. Об одном только Отце упомянул Иисус Христос ради немощи женщины, так как не следовало предлагать ей всего учения.

Стих 23… Ибо Отец таковых ищет поклоняющихся Ему, т.е. не сеновных, но истинных, приносящих Ему не телесные, но духовные жертвы. Говоря ищет, Иисус Христос показывает, что Отцу не угодно законное служение, и Он некогда установил его и терпел до сего времени только по снисхождению, ради грубости и немощи евреев.

Стих 24. Дух (есть) Бог: и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися.[193] Дух, т.е. бестелесен; поэтому и служащие Ему должны служить духовно, не в сени, но в истине, так как такое служение вполне соответственно и богоприлично. Духовное же служение есть смиренномудрие: жертва Богу дух сокрушен (Пс. 50, 19)[194], и молитва: пожри Богови жертву хвалы (Пс. 49, 14)[195], одним словом, всякая духовная добродетель: тогда благоволиши жертву правды (Пс. 50, 21)[196], где под правдой разумеется вообще всякая добродетель, через которую человек делается праведным.

Стих 25. Глагола Ему жена: вем, яко Мессиа приидет, глаголемый Христос: егда Той приидет, возвестит нам вся.[197] Она удивлялась высоте сказанного, но все-таки оставалась в недоумении относительно того, что слышала. Но откуда у самарян ожидание пришествия Христова? Из писаний Моисеевых. Моисей писал: Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь, Того послушайте (Втор. 18, 15).[198]

Стих 26. Глагола ей Иисус: Аз есмь, глаголяй с тобою.[199] Когда иудеи настаивали и говорили: доколе душы наша вземлеши? аще Ты еси Христос, рцы нам не обинуяся (Ин. 10, 24), Он прямо не ответил им на это, а ей тотчас открыл Себя, так как она была благоразумнее их. Иудеи желали узнать не для того, чтобы уверовать, а чтобы издеваться над Ним, а она, узнав, тотчас уверовала.

Стих 27. И тогда приидоша ученицы Его…,[200] т.е. когда это было сказано.

Стих 27… и чудяхуся, яко с женой глаголаше…,[201] что такой человек разговаривает с простой женщиной.

Стих 27… Обаче никтоже рече: чесо ищеши; или: что глаголеши с нею?[202] Ученики ничего не сказали из уважения к Нему. Они уже научились не исследовать подробно всех действий своего Учителя, а также знали, что Он прикладывает лекарство к душевным ее ранам.

Стихи 28-29. Остави же водонос свой жена, и иде во град, и глагола человеком: приидите (и) видите Человека, Иже рече ми вся, елика сотворих: еда Той есть Христос?[203] Она пришла к чувственному источнику, но, найдя разумный, так возгорелась огнем духовных ключей, что оставила сосуд и нужду, за которой пришла, побежала в город и привлекла к Иисусу Христу весь народ, уча этим и нас – презирать все житейское, когда достигнем духовного. И обрати внимание на мудрость этой женщины. Она, хотя и уверовала, что это Христос, не сказала: «Пойдите, посмотрите Христа», – чтобы не показалось, что она сама судит о таком деле, между тем как узнать всеми ожидаемого Мессию было весьма важным делом, – но зовет других судей и, чтобы еще скорее привлечь их, предлагает им как бы некоторого рода приманку – открытие своих грехов. Она знала, что если только они вкусят речей Его, тотчас же будут уловлены. Еда той есть Христос, вместо – может быть Христос? показывает вид, что сомневается, чтобы они дали свое мнение.

Стихи 30-31. Изыдоша же из града и грядяху к Нему. Между же сим моляху Его ученицы (Его), глаголюще: Равви, яждь.[204] Видя, что Иисус Христос устал от пути и продолжительного солнечного зноя, ученики молили Его, т.е. приглашали есть; это было делом скорее нежной любви, чем дерзости.

Стих 32-33. Он же рече им: Аз брашно имам ясти, егоже вы не весте. Глаголаху убо ученицы к себе: еда кто принесе Ему ясти?[205] Он пищей называл спасение людей, а ученики, понимая это как о пище чувственной, недоумевали между собой, но не решались спросить Его. Тогда Он сам объясняет это слово.

Стих 34. Глагола им Иисус: Мое брашно есть, да сотворю волю Пославшаго Мя и совершу дело Его.[206] Воля пославшего Его Отца и порученное Ему дело это – спасение людей. Называет его пищей, чтобы самим названием показать, что Он сильно желает спасти людей: как вкушающий пишу сильно желает ее, так и Он – спасения людей. Говорит, что Он послан Отцом, или как Человек, или как Слово, происшедшее из родившего Его ума, или же воздавая честь Отцу.

Стих 35. Не вы ли глаголете, яко еще четыри месяцы суть, и жатва приидет; Се, глаголю вам: возведите очи ваши и видите нивы, яко плавы суть к жатве уже.[207] Ученики говорили, конечно, о чувственной жатве, а Иисус Христос говорит теперь о духовной и указывает на ее наступление, называя нивами толпы идущих уже к Нему самарян, и притом – белыми, так как они готовы уже были к вере. И вера есть жатва, пожинаемая от неверия и приносимая ко Христу. Как белые посевы готовы к жатве, так и они к вере.

Стих 36. И жняй мзду приемлет[208] И кто жнет такого рода нивы, получает от Бога награду. В более общем смысле Иисус Христос говорит здесь о всех имеющих уверовать самарянах и иудеях.

Стих 36… и собирает плод в живот вечный… Кто пожинает чувственные нивы, собирает плод для временной жизни, а этот – для жизни вечной.

Стих 36… Да и сеяй вкупе радуется и жняй…,[209] чтобы, собрав так такой плод, радовались и посеявший и пожавший вместе, видя, что этот плод собран там, и получая вместе за него награду, один за то, что сеял, а другой за то, что жал. Сеющие – это Моисей и другие последующие пророки, которые пожинали людей от неверия и переносили их в житницы вечных обителей.

Стих 37. О сем бо слово есть истинное, яко ин есть сеяй, и ин (есть) жняй.[210] Справедливо изречение этой притчи.

Стих 38. Аз послах вы жати, идеже вы не трудистеся…,[211] то, над чем вы не трудились.

Стих 38… Инии трудишася, и вы в труд их внидосте.[212] Говорит это, показывая, что порученное им дело легко и почти готово, и внушая им смелость, так как более трудное уже сделано. Сеяние сопряжено с трудом и совершается медленно, а жатва соединяется с отдыхом и совершается скоро; притом же она есть плод посева. Иисус Христос во многих местах своего Евангелия пользовался образными и метафорическими выражениями, чтобы сделать свое учение более понятным и укрепить в памяти свои слова при помощи знакомых образов и сравнений, так как в таком случае все выслушивается с большей приятностью и глубже напечатлевается в сердце. Выражения были чувственные, но мысли в них духовные.

Стих 39. От града же того мнози вероваша в Онь от Самарян, за слово жены свидетелствующия, яко рече ми вся, елика сотворих.[213] Вся – понимай относительно мужей и того, который не был ей муж. Или, может быть, Иисус Христос сказал ей и много других тайн.

Стихи 40-41. Егда убо приидоша к Нему Самаряне, моляху, т.е. просили, приглашали, Его, дабы пребыл у них: и пребысть ту два дни. И много паче вероваша за слово.[214] т.е. учения, Его.

Стих 42. Жене же глаголаху, яко не ктому за твою беседу веруем: сами бо слышахом и вемы, яко Сей есть воистину Спас миру, Христос.[215] Выслушав Его учение, самаряне узнали, что Он истинно Спаситель мира, Христос, что Он пришел спасти погибшую вселенную. Самаряне были гораздо благоразумнее иудеев. Они вышли к Иисусу Христу, просили Его побыть у них и, не видя никакого знамения, уверовали в Него; а иудеи преследовали, когда Он часто приходил к ним, негодовали, когда Он желал оставаться у них и, видя много знамений, не уверовали. Как же можно было обойти самарян? Какая же справедливость была бы спешить к тем, которые ненавидят, и убегать от тех, которые любят? В другое время самаряне не приняли Иисуса Христа, как друга враждебных им иудеев: об этом написал Лука в девятой главе (52 – 53 ст.). Но это были другие самаряне; они жили в какой-то веси самаринской, а эти – в городе.

Стихи 43-44. По двою же дню изыде оттуду и иде в Галилею. Сам бо Иисус свидетельствова, яко пророк в своем отечествии чести не имать.[216] Евангелист указывает причину, почему Иисус Христос не пошел тогда прямо в Капернаум, считавшийся Его отечеством, именно – потому что жители этого города не обращали на Него внимания и не уважали Его, как и вообще хорошо знакомых. Близкое знакомство легко порождает неуважение. Где это Иисус Христос свидетельствовал, что пророк не имеет чести в отечестве своем, об этом найдешь в конце тринадцатой главы (57 ст.) Евангелия от Матфея. Назарет был отечеством Иисуса Христа, так как был отечеством Матери Его и считавшегося Его отцом, и так как в нем Он был воспитан; а Капернаум считался Его отечеством, потому что в нем Он поселился. Матфей (4, 13) говорит, что Иисус Христос, оставив Назарет, пришел и поселился в Капернауме.

Стих 45. Егда же прииде в Галилею, прияша Его Галилеане, вся видевше, яже сотвори во Иерусалимех в праздник[217] Под Галилеей разумей другие города и селения Галилейские, кроме указанного только отечества Его, а под праздником – праздник Пасхи, о котором сказано во второй главе.

Стих 45… и тии бо приидоша в праздник,[218] потому что, собравшись со всех сторон, евреи все вместе праздновали Пасху в Иерусалиме.

Стих 46. Прииде же паки Иисус в Кану Галилейскую, идеже претвори воду в вино[219] Пришел в Галилею по причине зависти живущих в Иудее и не пошел в так называемый отечественный Свой город, чтобы он не подпал еще большему осуждению за свое невнимание к Нему. Прежде Иисус Христос приходил в Кану на брак по приглашению, а теперь пришел для того, чтобы Своим присутствием укрепить веру, возникшую от предыдущего чуда, и чтобы еще более привлечь к Себе жителей, так как Он пришел Сам, без особой просьбы и предпочел их соотечественникам.

Стих 46… И бе некий царев муж, егоже сын боляше в Капернауме.[220] Царедворцем назывался этот человек или потому, что происходил их царского рода, или потому, что получил какую-нибудь должность, от которой так назывался, или потому, что был царским слугой. Некоторые говорят, что это есть тот сотник, о котором упоминают Матфей (8, 5) и Лука (7, 2), но это неверно. Если опустить даже другие различия между ними, то все-таки тот был сотник, а этот царедворец, у того был болен раб, а у этого – сын, и болезнь там – расслабление, а здесь – горячка.

Стих 47. Сей слышав, яко Иисус прииде от Иудеи в Галилею, иде к Нему и моляше, т.е. просил, приглашал, Его, да снидет и изцелит сына его: имеяше бо умрети.[221]

Стих 48. Рече убо Иисус к нему: аще знамений и чудес не видите, не имате веровати.[222] Это нужно читать не вопросительно, а утвердительно. Иисус Христос сказал это вообще, унижая иудеев перед самарянами, которые уверовали без знамений и чудес, в частности же – порицая царедворца. Хотя делом веры было прийти, умолять и даже понуждать Иисуса Христа, хотя евангелист говорит, что после слов Иисуса Христа: иди, сын твой жив есть (Ин. 4, 50) – царедворец поверил словам Его, но он поверил неискренне. Это видно из его вопроса слугам: «Когда оставила больного горячка?» Он хотел знать, случилось ли это само собою, или по слову Иисуса Христа.

Стихи 49-50. Глагола к Нему царев муж: Господи, сниди, прежде даже не умрет отроча мое. Глагола ему Иисус: иди, сын твой жив есть. И верова человек словеси, еже рече ему Иисус, и идяше.[223] Царедворец думал, что Иисус Христос не мог бы воскресить умершего сына.

Стих 51-52. Абие же входящу ему, (се,) раби его сретоша его и возвестиша (ему), глаголюще, яко сын твой жив есть. Вопрошаше убо от них о часе, в который легчае (χομψοτερον) ему бысть,[224] – слабее, свободнее, легче.

Стих 52… и реша ему, яко вчера в час седмый остави его огнь.[225] Капернаум был далеко от Каны; поэтому слуги не могли известить его в тот же день о выздоровлении сына.

Стих 53. Разуме же отец, яко той бе час, в оньже рече ему Иисус, яко сын твой жив есть…,[226] именно – что в тот же час оставила его горячка.

Стих 53… И верова сам и весь дом его. Теперь, когда выздоровел сын, он уверовал искренно. Справедливо поэтому упрекал его знавший его сердце Иисус Христос, говоря: аще знамений и чудес не видите, не имате веровати (Ин. 4,48). Знамения суть события естественные, как например, выздоравливание больных, а чудеса – сверхъестественные, как например, воскрешение мертвых и прозрение слепых; хотя в несобственном смысле они называются и наоборот.

Стих 54. Сие паки второе знамение сотвори Иисус, пришед от Иудеи в Галилею.[227] И прежде сказав: прииде же паки Иисус в Кану Галилейскую, идеже претвори воду в вино (Ин. 4, 46), евангелист не напрасно упомянул о чуде, но хотел показать, что после его совершения иудеи оказались по вере хуже самарян, и теперь, говоря: сие паки второе знамение сотвори Иисус, – евангелист равным же образом порицает их за то, что они, видя второе чудо, не могли возвыситься до той степени веры, какую имели самаряне, не видевшие ни одного чуда. Вторым это знамение назвал евангелист не потому, что после первого Иисус Христос не сотворил никакого во всей Палестине, а потому, что это было второе, совершенное в Кане.

 

Глава 5

Стих 1. По сих (же) бе праздник Иудейский…,[228] т.е. Пятидесятница.

Стих 1… И взыде Иисус во Иерусалим.[229] Во время праздников Иисус Христос постоянно находился в этом городе, как для того, чтобы вместе с другими проводить праздник по закону, так и для того, чтобы привлекать к Себе толпы неиспорченного народа, стекавшегося сюда во время праздников со всех сторон.

Стих 2. Есть же во Иерусалимех Овчая купель, яже глаголется еврейски Вифесда[230] Есть в Иерусалиме купальня в местности, называемой Овчей. Называли ее так просто по древнему преданию, или, как говорят некоторые, потому что в древности сюда сгоняли овец, предназначенных для жертвоприношений во время праздников, и внутренности их вымывали этой водой.

Стих 2… пять притвор имущи.[231] Притвор это – галерея или крытый ход; купальня имела вокруг себя пять таких ходов. Так как там действовала сила Божия, то была устроена и купальня, и притворы для больных.

Стихи 3-4. В тех слежаше множество болящих, слепых, хромых, сухих, чающих движения воды: Ангел бо Господень на (всяко) лето схождаше в купель и возмущаше воду: (и) иже первее влазяше по возмущении воды, здрав бываше, яцем же недугом одержимь бываше.[232] Перечислением этих болезней указывалось и на другие. Сказав: на всяко лето (κατα καιρον – вовремя, в определенное время) схождаше, евангелист показал, что чудо это совершалось не во всякое время, а только в определенное, неизвестное, впрочем, для людей, но, как кажется, много раз в течение года. Поэтому в этих притворах лежало большое число больных. Но хромые и сухие могли заметить это время, так как видели возмущение воды; а как же слепые? Они узнавали об этом по поднимавшемуся шуму; притом же они имели слуг, наблюдающих за этим. Эта купель была прообразом купели Святого Крещения: как та исцеляла болезни, так и эта исцеляет; но та исцеляла болезни телесные, а эта – душевные, та – в определенное только время, а эта – всегда, та – при схождении Ангела, а эта – при наитии Святого Духа, так как новые священнодействия больше ветхих.

Стих 5. Бе же ту некий человек, тридесять и осмь лет имый в недузе (своем).[233] Болезнь его была расслабление. Это не тот расслабленный, о котором упоминается у Матфея, как это обстоятельно показано при изъяснении девятой главы (2 ст.) его Евангелия.

Стих 6. Сего видев Иисус лежаща, и разумев, яко многа лета уже имяше (в недузе), глагола ему: хощеши ли цел быти?[234] Предпочитает другим лежащего весьма долгое время и самого терпеливого, с одной стороны, как более заслуживающего сострадания, с другой стороны, чтобы показать, что из многих, нуждающихся в исцелении свыше, наиболее терпеливые скорее преклоняют Бога на милость. Иисус Христос не сказал: «Хочешь, чтобы Я исцелил тебя?» – как потому, что был чужд гордости, так и потому, что больной совершенно не знал Его; поэтому Он не требовал от него и веры. И спросил больного не с тем, чтобы узнать, так как было бы совершенно излишне узнавать о вещи известной, но с тем, чтобы из его ответа стало ясным его терпение. Смотри, что он отвечает:

Стих 7. Отвеща Ему недужный: ей, Господи, человека не имам, да, егда возмутится вода, ввержет мя в купель: егда же прихожду аз, ин прежде мене слазит.[235] Больной предполагал, что Иисус Христос спросил его об этом или для того, чтобы изобличить в том, что он по своему нерадению пропускает лечение, или же потому, что желает ему помочь опуститься в купель. Поэтому и отвечает, что он пропускает это потому, что не имеет человека. Сказав: егда же прихожду аз, ин прежде мене слазит, больной показал свое терпение именно тем, что, не имея успеха столько лет, он все-таки оставался и не отчаивался; хотя это случалось не вследствие его небрежности, а вследствие того, что его отталкивали и обижали другие, он, однако, не терял надежды. А мы, если только не получаем чего-либо от Бога после кратковременной, хотя и усердной молитвы, тотчас бросаем ее и охладеваем. Но, скажут, весьма трудно молиться постоянно. Какая же добродетель не трудна? Потому постоянная молитва и весьма полезна, что весьма трудна.

Стих 8. Глагола ему Иисус: востани, возми одр твой и ходи.[236] Не только ставит больного на ноги, но и приказывает поднять постель, чтобы все поверили чуду, а не подумали, что это какой-либо призрак. Если бы не окрепли совершенно члены, то больной не мог бы нести постель. Так Иисус Христос поступал очень часто, чтобы заградить уста бесстыдным. Так Он поступил и с расслабленным, о котором упоминается у Матфея (9, 6); при чудесном насыщении по той же причине устроил так, что осталось весьма много кусков (Мф. 14, 20); очистившемуся от проказы повелел явиться к священнику (Мф. 8, 4); претворив воду в вино, сказал почерпнуть и нести распорядителю пира (Ин. 2, 8); воскресив мертвую, велел дать ей есть (Лк. 8, 55), – всем этим убеждая неразумных, что Он не обманщик, а истинный Спаситель всей человеческой природы.

Стих 9. И абие здрав бысть человек: и взем одр свой и хождаше[237] Вместе и услышал, и, почувствовав себя здоровым, встал; затем, ни о чем не думая, взял постель и пошел.

Стихи 9-11… Бе же суббота в той день. Глаголаху же Жидове изцелевшему: суббота есть, и не достоит ти взяти одра (твоего). Он (же) отвеща им: Иже мя сотвори цела, Той мне рече: возми одр твой и ходи.[238] Обрати внимание на его смелость: не только не повиновался им, но и объявил своего благодетеля и предпочел Его всем, говоря: «Он мне сказал, Ему я повинуюсь». Получив исцеление, он готов уже был считать Его больше всех.

Стихи 12-13. Вопросиша же его: кто есть Человек рекий ти: возми одр твой, и ходи; Изцелевый же не ведяше, кто есть: Иисус бо уклонися, народу сущу на месте.[239] Исцелив больного, Иисус Христос скрылся по причине толпы народа, отчасти для того, чтобы избежать похвалы со стороны благомыслящих, отчасти же для того, чтобы ослабить зависть неразумных. Часто одно только появление ненавистного человека может возбудить сильную ярость.

Стих 14. Потом (же) обрете его Иисус в церкви и рече ему: се, здрав еси: ктому не согрешай, да не горше ти что будет.[240] Когда уже ослабела молва о чуде и гнев иудеев, Иисус Христос встречает исцеленного, желая исцелить и его душу. Находит его не среди праздности и покоя, а в храме, где он, вероятно, молился и воздавал Богу благодарность, и увещевает больше не грешить, показывая, что он болен чрез грехи; затем угрожает еще худшим наказанием, если он согрешит, научая этим, что согрешающие вторично после наказания за грехи, как бесчувственные и пренебрегающие им, будут наказаны еще сильнее в настоящей жизни или в будущей, или в той и другой. Если здесь наказание за грехи продолжалось тридцать восемь лет, то что может сказать кто-либо о будущем наказании? Без сомнения, оно бесконечно и вечно. Конечно, не все болезни происходят от грехов, и не все грешники болеют. Упоминаемый у Матфея расслабленный болел за грехи, как и пояснено нам; поэтому Иисус Христос сказал ему: отпущаются ти греси (Мф. 9, 2).[241] В лице их Иисус Христос увещевает всех, еще не болевших, убояться болезни и исправиться, а уже болевших – убояться еще худшей болезни и быть осторожными на будущее время. И всякий из нас, если уже болен, пусть скажет самому себе: се, здрав еси: ктому не согрешай, да не горше ти что будет; если же еще не болен, пусть поет себе апостольское изречение: благость Божия на покаяние тя ведет; по жестокости же твоей и непокаянному сердцу, собираеши себе гнев (Рим. 2, 4-5)[242] Не только укреплением тела представил расслабленному Иисус Христос доказательство Своего Божества, но и словами: ктому не согрешай, так как этим показал, что Он знает все, даже тайное.

Стих 15. Иде (же) человек и поведа Иудеом, яко Иисус есть, иже мя сотвори цела.[243] Пошел и объявил не с злым умыслом, чтобы предать Его, но из благодарности, чтобы открыть своего благодетеля. Благодеяние и угроза достаточны были для того, чтобы удержать его от этого. Получив величайшее доказательство силы своего благодетеля, исцеленный не только устыдился бы, но и побоялся бы, чтобы не пострадать еще хуже. Притом же, если бы он хотел предать Его, то не сказал бы: «Иисус есть Тот, Который исцелил меня», – а сказал бы: «Иисус есть Тот, Который сказал мне: возми одр твой и ходи». Иудеи хотели знать не то, Кто исцелил его, а то, Кто сказал ему: возми одр твой и ходи; но он, умолчав о мнимом преступлении, открыл своего благодетеля. Итак, человек этот был благодарный, откровенный и вовсе не заслуживает упрека.

Стих 16. И сего ради гоняху Иисуса Иудее, и искаху его убити, зане сия творяше в субботу.[244] Это было только явным предлогом, а тайной причиной была зависть.

Стих 17. Иисус же отвещаваше им: Отец Мой доселе делает, и Аз делаю.[245] Двояким образом Иисус Христос показал Свое равенство с Богом, с одной стороны называя Его Своим Отцом, с другой же говоря, что Он делает так же, как и Бог, чтобы более уже не смотрели на Него, как на простого человека, а как на Бога. Слово доселе указывает на непрерывность делания. В Боге мы знаем двоякое делание: одно обозначает сотворение всей природы в начале, а другое – управление, промышление и сохранение ее. Что касается первого, то Бог почил от всех дел Своих в седьмой день; что же касается второго, то Он всегда делает, управляя сотворенным, промышляя и сохраняя его, и никакой закон не возбраняет Законодателю устроять всегда спасение своих тварей. Обрати внимание на то, как Иисус Христос, обличаемый в разное время в нарушении субботы, иногда защищается, как Бог, а иногда – как человек. Он хотел, чтобы уверовали в то и другое, т.е. в Его Божество и воплощение. (Толкование святого Максима. Установив раз и навсегда первые законы бытия и природу всего сущего, Бог доселе еще делает, так как не только сохраняет в бытии все вещи, но и творит новые части присущей им самим силой. В веществе, или сущности всего сущего, находятся, так сказать, в возможности отдельные вещи, происходящие из этого вещества, которые бытием своим всякий раз обязаны Богу. Делает Бог доселе еще и потому, что сообразует части с целым, т.е. соединяет всех людей, одинаково направляя их мысль к добру и согласуя с законами природы, чтобы, подобно тому как все они имеют одну и ту же природу, так точно имели и одну мысль, согласную во всем и направленную к одному и тому же, так как все они промыслом Божиим соединены между собой и с Богом.)

Стих 18. И сего ради паче искаху Его Иудее убити, яко не токмо разоряше субботу, но и Отца Своего глаголаше Бога, равен Ся творя Богу,[246] так как словами Отец Мой показал, что Он истинный Сын; а такой Сын равен Отцу по существу и природе.

Стих 19. Отвеща же Иисус и рече им: аминь, аминь глаголю вам, не может Сын творити о Себе ничесоже, аще не еже видит Отца творяща[247] Так как, говоря о Себе возвышенно, Иисус Христос претерпевал гонения, потому что иудеи не могли подняться на высоту Его слов и преследовали Его, как противника Божия, то снисходит к слабости ума их и с премудрой целью говорит о Себе уничиженно, чтобы сделать Свое учение удобоприемлемым; далее опять возводит Свою речь к возвышенному и снова низводит ее к уничиженному, затем опять – то к более высокому, то к более низкому. Таким образом составляет Свою речь то из возвышенных выражений, указывающих на Его равенство, то их уничиженных, свидетельствующих, по-видимому, об Его уничижении, и поступает так с той целью, чтобы люди более проницательные и благоразумные на основании возвышенных Его речей составили себе должное понятие и об уничиженных речах, тупые и нерассудительные успокаивались уничиженными и не смущались теми, понимая их как бы о человеке. Впрочем, если самые выражения были уничиженны, то на столько же были возвышенны скрытые под ними мысли, и если Иисус Христос уступает в выражениях, то в мыслях никогда. Итак, что Он говорит теперь? Не может Сын творити о Себе ничесоже, аще не еже видит Отца творяща. Для людей с более грубым пониманием слова эти указывают на меньшую степень могущества, по выше указанной причине, а для людей более проницательного ума они указывают скорее на равенство и тождество. Не может, не вследствие недостатка могущества, а вследствие нераздельности: невозможно, чтобы Сын делал что-либо такое, чего не делает Отец, потому что сила Его не отлична от силы Отца, но та же самая; а если та же самая, то значит Сын равен Отцу. Григорий Богослов говорит, что Отец напечатлевает образы самых вещей, а Сын совершает, но не рабски и неразумно, а со властью и знанием, и, точнее сказать, духовно, т.е. по знанию и власти Отца. Итак, по вышеприведенным причинам и сказано: не может Сын творити о Себе ничесоже, аще не еже видит Отца творяща. Если же это сказано не в таком смысле, то каким образом Сила не может, или Мудрость нуждается в наставнике, или каким образом вся тем быша? Каким образом Он будет бессильнее людей, которые многое делают сами, так как и добродетель и порок избирают они сами? И много других нелепостей в таком случае последует. Вышеприведенное изречение подробнее разобрал Григорий Богослов в шестой главе второго слова о Сыне.

Стих 19… Яже бо Он творит, сия и Сын такожде творит.[248] Опять от низкого перешел к возвышенному, как выше было сказано. Если все, что творит Отец, то творит также и Сын, то Он равен Отцу. Присоединено слово такожде (ομοιως) не просто, но чтобы мы знали, что Сын творит с равной властью и знанием, как выше было сказано.

Стих 20. Отец бо любит Сына и вся показует Ему, яже Сам творит… Снова от возвышенного перешел к уничиженному. Отец любит Сына не только потому, что Он Единородный, но и потому что Он делает то же, что и Отец, и не делает ничего такого, чего Отец не желает. Ни выше по отношению к Сыну слово видит, ни здесь по отношению к Отцу слово показует не должно понимать человекообразно, но богоприлично и сверхъестественно. И Сын видит не так, как ученик, и Отец показывает не так, как учитель; но Отец показывает, как ум, предначертывающий образы самих вещей, а Сын видит, как слово, совершающее предначертанное, и таким образом все богоприличные дела у них общи.

Стих 20… И болша сих покажет Ему дела, да вы чудитеся.[249] Хотя Иисус Христос исцелил расслабленного, и это было великое дело, но Ему предстояло еще воскресить мертвого, поэтому Он и сказал, что Отец покажет Ему дела больше сих, чтобы вы больше удивились и таким образом были привлечены к вере.

Стих 21. Якоже бо Отец воскрешает мертвыя и живит, тако и Сын, ихже хощет, живит.[250] От низкого опять восходит к возвышенному. Если как Отец, так и Он оживляет, кого хочет, то значит Он равной силы с Отцом. Слова якоже Отец… живит указывают на равенство силы, а слова ихже хощет – на неизменяемость власти. Если же Сын и может, и имеет власть, то почему же Он не может ничего творить Сам от Себя? Не может без Отца, потому что у Них одна и та же сила и воля.

Стихи 22-23. Отец бо не судит ни комуже, но суд весь даде Сынови, да вси чтут Сына, якоже чтут Отца.[251] Снова от возвышенного переходит к более низкому. И здесь слово даде должно понимать богоприлично. Говорит так Иисус Христос не только с той целью, чтобы уврачевать немощь иудеев, как сказано, но и чтобы мы знали причину, видели, что Сын не нерожден, и не впали в недуг Савеллия, который думал, что и Отец, и Сын, и Дух Святый – это одно и то же, и нелепо учил, что Святая Троица есть одно лицо. Когда Отец отдал Сыну суд? Ответом на это может служить: прежде всякого когда. Хотя должно было бы прямо ответить: вместе с рождением Сына, но когда же Сын родился, когда Отец не родился? Невозможно, решительно невозможно представить себе какого-либо времени или века, по которому можно было бы дойти до этого предела, хотя бы мы употребили величайшие усилия. Отец отдал всякий суд Сыну, чтобы, боясь Его из-за этого, чтили Его, как чтут Отца. Словом весь обозначил суд, следствием которого служит награда тех, кого Он хочет. Этим, однако, не отнята власть судить у Отца. Если все, что имеет Отец, принадлежит Сыну, кроме нерождаемости, то, очевидно, все, что имеет Сын, принадлежит Отцу, кроме рождаемости. Итак, судит Сын, но при благоволении Отца и содействии Святого Духа, как это мы разумеем и по отношению ко всем Его делам. Следует заметить, что слово якоже (ωσπερ, χαυως) и другие такие же по отношению к несотворенной Троице обозначают равенство, а по отношению к тварям чаще обозначают подобие и частное какое-либо сходство. Но почему Отец отдал суд Сыну? Потому, что Он создал человека в начале, испорченного – воссоздал и даровал спасительные заповеди; а также для того, чтобы ставший человеком судил людей не только как Бог, знающий природу людей, но и как человек, подвергавшийся искушению в ней. Почему же Сын создал человека? Потому что Он есть Мудрость, Слово и Сила Отца (1 Кор. 24, 30; Евр. 1, 3). Почему вочеловечился Сын, а не Отец и не Дух Святой? Потому что должно было Сыну на небе остаться Сыном и на земле, чтобы не было двух Сынов, должно было Создателю возобновить испортившееся Свое создание, разумному существу должно было освободиться от неразумных страстей через разум, или Слово (Λογος), – созданному по образу Божию и изменившему его следовало быть возведену к прежнему достоинству через неизменяемый образ Отца, чтобы таким образом во всем было полное соответствие. Если мы будем почитать Иисуса Христа, как почитаем Отца, то не будем ли и называть Его Отцом? Нет; зная, что Он Сын, мы не будем называть Его Отцом, чтобы не смешать их личных свойств, а только должны почитать Его, как Отца: речь здесь идет о почитании, а не о названии. В несобственном смысле мы называем Его и Отцом, как Творца, Промыслителя и Учителя нашего. Мы видели премудрое и удивительное сплетение возвышенных и простых речей, так что легко понимали речь бывшие в то время и не послужило это вредом и для тех, которые были после. Если бы Иисус Христос говорил простые речи не по снисхождению, то зачем бы Он приплетал сюда возвышенные? Когда говорит о себе уничиженно тот, кто должен говорить о себе возвышенно, то он имеет для себя оправдание в мудрой цели: он делает это с премудрой целью; а когда говорит о себе великое тот, кто должен говорить ничтожное, то делает это не с мудрой целью, а по крайнему высокомерию. Если же Сын ниже Отца, как глупо говорили последователи Ария, то зачем Он требует равной чести с Отцом? И не только требует, но и устрашает, говоря:

Стих 23… (А) иже не чтит Сына, не чтит Отца пославшаго Его.[252] Кто не чтит так, как Он сказал выше, т.е. как Отца. Сказал: пославшаго не с тем, чтобы показать, что Сын ниже, но чтобы заставить молчать иудеев. С этой целью Он постоянно прибегает к Отцу, выставляя в то же время на вид свое высокое происхождение. Если бы Иисус Христос обо всем говорил соответственно со Своим достоинством, то Его не приняли бы, считая за противника Божия, так как и за эти краткие речи Его преследовали и хотели побить камнями; а если бы Он говорил обо всем, уничижая Себя, то для многих это послужило бы во вред. Поэтому, как мы сказали, Иисус Христос смешивает одно и другое и таким образом составляет Свое учение; а чтобы лучше Его понимали, то Он не столько говорит возвышенного, сколько уничиженного. Итак, когда мы встретим уничиженные речи, то должны видеть в них премудрую цель, или относить их к Его человечеству, подобно тому как возвышенные должны относить к Его Божеству.

Стих 24. Аминь, аминь глаголю вам, яко слушаяй словесе Моего и веруяй Пославшему Мя имать живот вечный[253] Опять с премудрой целью Иисус Христос не сказал: верующий в Меня, чтобы не показаться тщеславным, но: верующий в Пославшего Меня, чтобы показалось, что Он говорит не от Себя Самого, а от Пославшего Его, и чтобы таким образом, поверив словам этим, уверовали через это и в Пославшего Его. Вот как полезно для возвышенного говорить даже уничиженно.

Стих 24… И на суд не приидет…, на осуждение для наказания, так как верующий словам Его, конечно, и соблюдает их; следовательно, не соблюдающий слов Его – не верит им. Убоимся же и мы, не соблюдающие заповедей Божиих: место наше будет с неверующими. Найди также в третьей главе (18 ст.) изречение: веруяй в Онь не будет осужден.

Стих 24… но прейдет от смерти в живот[254] Под смертью разумеет смерть не здесь, а там, т.е. наказание, равно как и под жизнью разумеет блаженство там. Перейдя от неверия к вере, перешел также от наказания неверующих к блаженству верующих.

Стих 25. Аминь, аминь глаголю вам, яко грядет час, и ныне есть, егда мертвии услышат глас Сына Божия и услышавше оживут.[255] Сказав выше: якоже бо Отец воскрешает мертвыя и живит, тако и Сын, ихже хощет, живит (ст. 21), чтобы не показаться тщеславным, Иисус Христос теперь обещает, спустя недолгое время, оживить мертвых и подтвердить на деле свои слова. Сказав и к Самарянке подобным же образом: грядет час, Он прибавил: и ныне есть; там же мы указали и причину этого. Каким же образом мертвые услышат глас Его? Лишь только Он пожелает этого, обратив душу каждого к его телу; а мертвые, услышав глас Его, оживут и будут жить в этом мире. Итак, после того как сказал о возвышенном, назвав Себя Сыном Божиим, опять понижает речь и говорит уничиженно.

Стих 26. Якоже бо Отец имать живот в Себе, тако даде и Сынови живот имети в Себе.[256] Даде – выражение уничиженное и имеет мудрую цель. Имать живот в Себе – вместо: служить источником жизни.

Стих 27. И область даде Ему и суд творити[257] Суд в том, что совершено каждым в жизни. Постоянно поставляет на вид суд, чтобы более устрашить их и чтобы они, мало-помалу уверовав в Него, как Судью, прибегли к Нему и таким образом снискали себе кроткого Судью.

Стихи 27-28… яко Сын Человечь есть. Не дивитеся сему. Хотя человек есть Тот, Кто принял суд над людьми и преподал о Себе вышеизложенное великое учение, которое выше не только человека, но и Ангела и прилично одному только Богу, но вы не удивляйтесь этому. Выше было сказано, что Он есть также Сын Божий, посему не должно этим соблазняться. Что нелегко принимается вследствие уничижения человеческой природы, то не должно представляться затруднительным для понимания вследствие высоты природы Божественной. Далее говорит о другой Своей страшной и неизреченной силе.

Стихи 28-29… яко грядет час, в оньже вси сущии во гробех услышат глас Сына Божия, и изыдут сотворшии благая в воскрешение живота, а сотворшии злая в воскрешение суда.[258] Часом называет время кончины мира и всеобщего суда, а под находящимися во гробах разумеет мертвых, которых всех вместе неизреченной силой соединит, оживит и воскресит голос Его, или повеление, которое дано будет через Архангела: в повелении, во гласе Архангелове и в трубе Божии, сказано в послании к Солунянам (1 Сол. 4, 16). Хотя не все находятся во гробах, но здесь обозначил и тех, которые находятся и не во гробах. Но теми, которые находятся в гробах, здесь обозначил и тех, которые находятся и не в гробах; теми, которые погребены как следует, обозначил и тех, которые не погребены так. Выйдут из гробов первые в воскресение вечной жизни, а вторые – в воскресение осуждения, те – для вечного блаженства, а эти – для вечного наказания. И в другом месте Иисус Христос сказал: и идут сии в муку вечную: праведницы же в живот вечный (Мф. 25, 46).

Стих 30. Не могу Аз о Себе творити ничесоже. Якоже слышу, сужду[259] Подобно тому как выше о делании Иисус Христос сказал: не может Сын творити о Себе ничесоже, аще не еже видит Отца творяща (Ин. 5, 19), так и здесь Он говорит о суде: не могу Аз о Себе творити ничесоже. Якоже слышу, сужду, т.е. Я не сужу Сам от Себя, но как слышу от Отца, или как Отец. Это указывает на равенство и совершенное сходство с Отцом Слово слышать нужно понимать так, как и выше – видеть: оно употреблено с премудрой целью и должно быть понимаемо богоприлично, так как Бог, ни в чем не имея нужды, не нуждается и в слушании.

Стих 30… и суд Мой праведен есть, яко не ищу воли Моея, но воли пославшаго Мя Отца.[260] Я, говорит, сужу праведно, потому что не сужу по Своей воле, так как не имею особой воли, но по воле Отца, которая есть также и Моя, так как у Отца и Сына воля одна и таже. Значит, если Отец – праведный Судья, то и Сын также праведный Судья. И при этих уничиженных и сказанных с премудрой целью выражениях нужно обращать внимание не только на них самих, но и на причину, по которой они сказаны. Причиной же в этом был немощный ум слушателей и нежелание показаться противником Божиим, как это мы уже сказали в различных местах.

Стих 31. Аще Аз свидетелствую о Мне, свидетелство Мое несть истинно.[261] Читающим Священное Писание должно знать цель говорящего и состояние слушающего, иметь в виду время и место, обращать внимание на особые выражения, и не приступать ко всему просто и одинаковым образом, если они желают уразуметь истинный смысл, а не оставаться при одних только словах и заблуждаться подобно еретикам. Так и сейчас предложенное место заключает в себе обильное сокровище, но оно прикрыто большой неясностью. Кто не смутился бы, слыша, что Иисус Христос говорит: аще Аз свидетелствую о Мне, свидетелство Мое несть истинно. Сам же Он говорил: Аз есмь истина (Ин. 23, 6); а если истина не говорит истинно, то кто будет говорить истинно? Если не истинно то, что Он свидетельствовал о Самом Себе, то для нас совершенно пропадает самая сущность Его проповеди. Допуская весьма многое другое, относящееся к вере, как мы отнесемся теперь к тому, что Он недавно свидетельствовал о Себе, именно – что Он Сын Божий, что Он равен Ему по естеству, силе и воле, что Он – Творец, Податель жизни, Судья и другое подобное? Что же нужно сказать на это? Свидетельствуя это о Себе Иисус Христос знал, что иудеи будут противоречить Ему и скажут: «Если Ты Сам о Себе свидетельствуешь, то свидетельство Твое не истинно, так как никто, свидетельствующий сам о себе, не заслуживает веры у людей вследствие подозрения в самолюбии». Поэтому Господь предварил их и сказал им то, что они имели сказать Ему, говоря: аще Аз свидетелствую о Мне, свидетелство Мое несть истинно, как вам кажется. Затем приводит свидетелей, снисходя и в этом случае к их немощи, и множеством свидетелей заставляет их молчать. Таким образом Иисус Христос сказал: свидетелство Мое не есть истинно, не потому что утверждал это, но потому что иудеи впоследствии могли сказать Ему это. А что это действительно так, видно из следующего. Когда впоследствии Иисус Христос сказал: Аз есмь свет миру, а фарисеи возражали: Ты о Себе Сам свидетелствуеши: свидетелство Твое несть истинно, то Он ответил: аще Аз свидетелствую о Себе, истинно есть свидетелство Мое (Ин. 8, 12-14). Итак, очевидно, что слова их свидетельствовали о сопротивлении, а слова Его – о благоразумии. Иудеи думали, что, свидетельствуя о самом Себе, Он не заслуживает доверия как человек, а Иисус Христос, напротив, сказал, что Он заслуживает полного доверия, как Бог. Сначала Он уничтожил задуманное ими противоречие, открывая то, что они сами намерены были сказать, и показывая, что знает мысли их, а затем приводит трех достоверных и неопровержимых свидетелей – Иоанна, собственные дела и Отца. Первым ставит более слабое свидетельство – Иоанна.

Стих 32. Ин есть свидетелствуяй о Мне, и вем, яко истинно есть свидетелство, еже свидетелствует о Мне.[262] Я, говорит, знаю это, потому что он у всех заслуживает доверие, как пророк Божий и от Бога принимающий то, что говорит. Затем, чтобы кто-нибудь не возразил: «А что, если он свидетельствовал из угождения?» – предупреждает и это возражение, говоря:

 Стих 33. Вы посласте ко Иоанну, и свидетелствова о истине.[263] В начале своего Евангелия после речи о Божестве Слова евангелист сказал: послаша Жидове от Иерусалима иереев и левитов, да вопросят его; ты кто еси (Ин. 1, 19) и т.д. Тогда Иоанн свидетельствовал о Христе много великого. Поэтому Иисус Христос говорит здесь: вы посылали к Иоанну спросить; но вы не посылали бы, если бы не знали, что он заслуживает доверия; поэтому вы не можете теперь отвергнуть свидетельство его.

Стих 34. Аз же не от человека свидетелства приемлю,[264] т.е. Я не нуждаюсь в человеческом свидетельстве, будучи Богом. Но почему же Он приводит в свидетели Иоанна, тоже человека? Прежде всего потому, что свидетельство было не его собственное, а Божие, так как он сказал: Пославый мя крестити водою, Той мне рече (Ин. 1, 33); а затем Иисус Христос представляет и другую причину. Смотри:

Стих 34… но сия глаголю, да вы спасени будете. Я говорю о свидетельстве Иоанна не потому, что нуждаюсь в человеческом свидетельстве, но говорю с премудрой целью, чтобы, поверив и Тому, Кто на самом деле достоверен, и тому, кто вам кажется таковым, вы спаслись.

Стих 35. Он бе светилник горя и светя[265] светильник, воспламененный огнем Духа Божия и светящий тем, которые пребывали во тьме греха. Светильником назвал его, как угасшего при появлении более сильного света, Солнца Правды, потому что он и сам говорил о Христе: оному подобает расти, мне же малитися (Ин. 3, 30). И по другой причине назвал его светильником, именно потому, что он не сам по себе имел свет учения, но по благодати Святого Духа. О нем, думаю, предсказано устами Давида: уготовах светилник помазанному (τψ χριστψ) Моему (Пс. 131, 17).[266]

Стих 35… Вы же восхотесте возрадоватися в час светения его.[267] Порицает их за то, что они до конца не оказали усердия к Иоанну. Вы хотели, говорит, малое время повеселиться при свете учения его, когда со всех сторон сбегались к нему; но потом вы охладели, хотя и до сих пор удивлялись ему. Если бы вы не охладели, то, конечно, поверили бы свидетельству его. Итак, вы обличаетесь в том, что и признаете его достоверным, и не верите свидетельству его.

Стих 36. Аз же имам свидетелство более Иоаннова: дела бо, яже даде Мне Отец, да совершу я: та дела, яже Аз творю, свидетелствуют о Мне, яко Отец Мя посла.[268] Свидетельство Иоанна мог кто-либо порицать, как данное из угождения, хотя и этого нельзя было сказать против человека, который учил с такой строгостью и заслужил у всех великое удивление; но дела, не возбуждающие никакого подозрения, заставляют молчать всякие сварливые уста, именно – исцеление расслабленного и другие чудеса, так как исцеленные жили среди них и убеждали их. Дела, говорит, яже Аз творю, свидетелствуют о Мне, яко Отец Мя посла. Не сказал свидетельствуют о том, что Я равен Отцу, но о том, что Отец Мя посла, хотя они одинаково свидетельствовали и о том, и о другом. Хотя важнее было уверовать в то, что Он равен Отцу; но поставил здесь менее важное, потому что на этом Он остановил тогда свое преимущественное внимание. Он желал, чтобы сначала уверовали в то, что Его послал Бог; а когда уверуют в это, то легче будет уверовать и во все другое. Но почему дела свидетельствовали о том, что Бог Его послал? Потому что дела эти были свойственны одной только Божией силе; противящийся Богу не мог их совершить. Хотя дерзали бесстыдно возражать и против чудес Иисуса Христа, как повествуется в двенадцатой главе (24 ст.) Евангелия от Матфея, говоря: Сей не изгонит бесы, токмо о веельзевуле князи бесовстем. Он изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского, – но они тотчас же принуждены были замолчать и были изобличены в своем пустословии.

Стих 37. И Пославый Мя Отец Сам свидетелствова о Мне… Где же это Он свидетельствовал о Нем? Дальше покажет, что – в Писаниях. Правда, Отец свидетельствовал о Нем и при крещении, говоря: Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих (Мф. 3, 17) и опять – во время преображения; но во время крещения хотя они слышали, но недоумевали, а во время преображения они даже не слышали. Поэтому, опустив эти свидетельства, Иисус Христос отсылает их к Писаниям, которые всегда находились в их руках и которым нельзя было противоречить. Но это Он делает несколько далее. Здесь же, чтобы они не требовали свидетельства от Бога, высказанного собственным голосом и лицом, говоря: «Мы никогда не слышали Его голоса и не видели лица Его», – Иисус Христос соглашается с тем, что они хотели сказать, и Своим согласием возводит их к истинному учению, давая им понять, что у Бога нет ни голоса, ни лица: они свойственны телам, а Бог бестелесен, или, лучше сказать, природа Его выше, чем бестелесная, и преестественна.

Стих 37… Ни гласа Его нигдеже слышасте, ни видения Его видесте.[269] Правда, многие часто и слышали голос Его, и лицо Его видели, как это о многих повествуется в различных местах, но голос и лицо не по Божественной природе, а в подобии человеческом.

Стих 38. И словесе Его не имате пребывающа в вас[270] И к чему Я говорю о голосе Его собственнаго слова или о видении Его собственного лица? Вы не имеете пребывающего в вас слова Его, сказанного через закон и пророков, хотя и думаете, что имеете это слово, пребывающее в вас, и гордитесь им. Затем подтверждает и доказывает то, что сказал.

Стих 38… Зане, Егоже Той посла, сему вы веры не емлете.[271] Так как слово, данное через закон и пророков, говорит, что Отец послал Сына Своего для вашего спасения и что вы должны веровать Ему, а вы не веруете Тому, Кого Он послал, то значит вы совершенно не слушаете вышеуказанного слова Его; а не слушаясь Его, вы и не имеете Его, т.е. дара Его: он улетел от вас. Но чтобы не сказали: «Если мы не слышали голоса Его, то как же Он свидетельствовал о Тебе», – говорит:

Стих 39. Испытайте Писаний…,[272] конечно, Писания закона и пророков, где есть свидетельство Отца. Обрати внимание на то, что Иисус Христос не сказал: читайте, но испытайте. Они читали, но не исследовали их; поэтому и повелевает им испытать. Так как написанное об Иисусе Христе ради немощи предков было прикрыто тенью с полезной и премудрой целью, чтобы они не отпали в многобожие, то теперь Он повелевает им раскопать, чтобы можно было найти то, что лежало в глубине как бы некоторое сокровище.

Стих 39… Яко вы мните в них имети живот вечный.[273] Думаете иметь, но не имеете, потому что, читая Писания поверхностно, вы не находите этой жизни, которая есть Христос, источник вечной жизни. Так как вы думаете через Писания иметь жизнь вечную, но не имеете ее по указанной причине, то поэтому исследуйте же их глубже, чтобы найти ее и иметь.

Стих 39… и та суть свидетельствующая о Мне.[274] Свидетельствуют о Мне от лица Отца, так как Он невидимо вдохновлял тех, которые писали их. Союз и здесь лишний, что является обыкновенной еврейской особенностью.

Стих 40. И не хощете приити ко Мне, да живот имате,[275] разумеется – вечный. Затем, чтобы не подозревали, что Он говорит это из любви к славе, сказал:

Стих 41. Славы от человек не приемлю. Не люблю ее, так как не нуждаюсь в ней, подобно тому как солнце не нуждается в свете светильника. Но зачем же Иисус Христос говорил это? Чтобы всяким способом привлечь их к вере, через которую они могли иметь жизнь вечную.

Стих 42. Но разумех вы, яко любве Божия не имате в себе.[276] Вы будто бы из-за любви к Богу отвергаете Меня за то, что Я делаю Себя равным Богу, но изобличаетесь во лжи, потому что Я узнал, что вы не любите Бога. Почему? Потому что вы не принимаете Того, о Ком Он свидетельствует и через Иоанна, и через дела, и через Писания. Подобно тому как прежде вы прогоняли Меня, когда считали противником Божиим, так и теперь вы должны были бы прибегнуть ко Мне, когда приведенными свидетелями истина доказана. Напрасно вы хвалитесь, что отвращаетесь от Меня из любви к Богу; делая это из зависти, вы только стараетесь скрыть ее.

Стих 43. Аз приидох во имя Отца Моего, и не приемлете Мене[277] Во имя Отца Моего, или посланный Отцом Своим, как Он свидетельствует и Я исповедую, но вы не принимаете Меня.

Стих 43… Аще ин приидет во имя свое, того приемлете.[278] Говорит это об антихристе, который придет во имя свое, т.е. сам от себя, как будто бы он сам был Богом над всеми. Итак, Иисус Христос порицает иудеев за бесстыдство, так как они отвергали Его за то, что Он говорил, что знает Бога, и исповедал, что был послан Им, хотя и не изобличили Его в противлении Богу, – а принимали того, который говорил, что он не знает Бога, и хвастался, что пришел сам от себя, хотя весьма легко было узнать, что он противник Божий. Затем представляет и причину их неверия, именно – любовь к славе. Не желая, чтобы народ предпочитал им Иисуса Христа, они затыкали уши и закрывали глаза перед истиной, и делали все это для того, чтобы не потерять славы, которой они пользовались у народа.

Стих 44. Како вы можете веровати, славу друг от друга приемлюще…,[279] которая служит препятствием для этого.

Стих 44… и славы, яже от Единаго Бога, не ищете?[280] Этой одной должно искать, презирая славу от людей, хотя вы поступаете наоборот. Заставив их замолчать всевозможными способами и показав, что они не достойны никакого снисхождения, Иисус Христос приводит для них обвинителем самого Моисея, законодателя их.

Стих 45. Не мните, яко Аз на вы реку ко Отцу[281] Слова имеют как бы характер вопроса. Хотя и должно было бы сделать это, но Я не сделаю, будучи незлобивым.

Стих 45… Есть, иже на вы глаголет, Моисей…,[282] так как вы не веруете тому, что он написал о Мне, и таким образом не верите ему.

Стих 45… наньже вы уповаете,[283] как на народного вождя, ходатая и посредника в делах ваших с Богом. Как относительно Писаний Иисус Христос сказал: вы мните в них имети живот вечный, так и относительно Моисей говорит: наньже – вы уповаете, – желая поймать их на том, что они считают своим.

Стих 46. Аще бо бысте веровали Моисеови, веровали бысте (убо и) Мне: о Мне бо той писа.[284] Если бы вы считали его достойным веры, то уверовали бы и в Меня, так как он заповедал вам слушаться Меня.

Стих 47. Аще ли того писанием не веруете, како Моим глаголом веру имете?[285] Если вы не верите Писаниям того, которого по преимуществу почитаете и благословляете, то как поверите словам Моим, которого вы особенно бесчестите и злословите? Как прежде Иисус Христос обличил в презрении Иоанна тех, которые, видимо, удивлялись ему, так и здесь показал неверие Моисею тех, которые думают, что верят ему; и всегда Он искусно обращает на голову их все то, что они считают для себя полезным. Итак, кто же нарушитель закона, тот ли, кто имеет законодателя своим защитником, или те, которые имеют его своим обвинителем?

 

Глава 6

Стих 1. По сих иде Иисус на онпол моря Галилеи Тивериадска…,[286] моря Галилейского, или Тивериадского. Морем Галилейским называет озеро Тивериадское, как сказано в Евангелии от Матфея. Иисус Христос пошел туда, избегая гнева начальников народных, возбужденных произнесенными словами.

Стих 2. И по Нем идяше народ мног, яко видяху знамения Его, яже творяше над недужными.[287] Почему же евангелист чаще не перечисляет знамений? Потому что он по преимуществу занимается учением и речами Иисуса Христа. Этот народ, будучи грубее, следовал за Иисусом Христом ради чудес, а не ради учения Его, а тот, о котором говорится у Матфея, дивился учению Спасителя (Мф. 7, 28; 22, 33).

Стих 3. Взыде же на гору Иисус и ту седяше со ученики Своими.[288] Взошел на гору, уча нас успокаиваться от шума и смятения мирского, так как уединение удобно для любомудрствования. Часто Иисус Христос Сам один отправляется на гору, проводит там ночь и молится, научая нас тому, что всякий, прибегающий к Богу, должен сам быть свободным от всякого смущения и избирать место, свободное от шума и смятения.

Стих 4. Бе же близ Пасха, праздник Жидовский.[289] Почему же Иисус Христос не пошел на праздник, но в то время, как все отправляются в Иерусалим, Он не только Сам идет в Галилею, но и учеников ведет? Потому что Он мало-помалу разрушал уже прообразовательный закон, найдя повод для этого в зависти иудеев; притом же, со временем Он намерен был прекратить прообразовательную Пасху, преподав нам истинную.

Стих 5. Возвед убо Иисус очи и видев, яко мног народ грядет к Нему, глагола к Филиппу: чим купим хлебы, да ядят сии?[290] Об этом сказано в чеырнадцатой главе Евангелия от Матфея, где говорится: Иисус же рече им: не требуют отъити: дадите им вы ясти (ст. 1б).[291]

Стих 6. Сие же глаголаше искушая его: Сам бо ведяше, что хощет сотворити.[292] Там же объяснено и это. Слова: искушая его или, соответственно данному там объяснению, можно понимать как бы о человеке, или же как о Боге, вместо: повергая его в недоумение, чтобы, признавшись в недоумении, он яснее увидел величие имеющего совершиться чуда; если бы оно просто совершилось, то не показалось бы столь великим. А как Бог, Он знал, что Филипп Ему ответит. Некоторые говорят, что Бог искушает человека двояким образом: или для того, чтобы обличить слабость в ком-либо, как теперь в Филиппе, или чтобы показать в ком-либо твердость, как некогда в Аврааме. Написано (Быт. 22, 1), что Бог искушал Авраама, когда заповедал ему принести сына своего во всесожжение.

Стих 7. Отвеща Ему Филипп: двема стома пенязей хлебы не довлеют им, да кийждо их мало что приимет.[293] Обрати внимание, как слаб еще был ум у Филиппа, который не мог понять силы Божества Его.

Стихи 8-9. Глагола Ему един от ученик Его, Андрей, брат Симона Петра: есть отрочищь зде един, иже имать пять хлеб ячменных и две рыбе: но сии что суть на толико?[294] В четырнадцатой главе Евангелия от Матфея была речь и об этом. Мысль Андрея была более возвышена, чем Филиппа, но и она еще не достигала совершенства. Он думал, что из меньшего Иисус Христос сделает меньше, а из большего – большее; поэтому прибавил: но сии что суть на толико?

Стих 10. Рече же Иисус: сотворите человеки возлещи. Бе же трава многа на месте. Возлеже убо мужей числом яко пять тысящ.[295] В указанной главе сказано об этом обширнее. Не смутились ученики, но тотчас узнав, что Иисус Христос намерен сотворить чудо, беспрекословно повиновались.

Стих 11. Прият же хлебы Иисус и, хвалу воздав, подаде учеником, ученицы же возлежащым: такожде и от рыбу, елико хотяху.[296] Объяснение найдешь в той же главе.

Стихи 12-13. И яко насытишася, глагола учеником Своим: соберите избытки укрух, да не погибнет ничтоже. Собраша же и исполниша дванадесяте кошя укрух от пятих хлеб ячменных, иже избыша ядшым.[297] Смотри там же. Повелел собрать остатки не для показа, но для того, чтобы совершившееся не показалось каким-либо призраком; а хлебы и рыбу увеличил из предложенного вещества, как по той же самой причине, так и для того, чтобы заградить уста Маркионитам, которые порицали творение, говоря, что оно не есть дело Божие.

Стих 14. Человецы же видевше знамение, еже сотвори Иисус, глаголаху, яко Сей есть воистинну Пророк грядый в мир.[298] Постыдное чревоугодие! Прежде, хотя видели весьма много гораздо более удивительного, они ничего такого не говорили, а когда насытились, тогда признали Его пророком, которого ожидали по обетованию Моисея.

Стих 15. Иисус убо разумев, яко хотят приити, да восхитят Его и сотворят Его царя, отиде паки в гору един.[299] Вот какова сила чревоугодия! Сколь велико легкомыслие! Когда насыщено чрево, Иисус Христос все для них: и пророк, и достоин царства. Но Он удаляется, научая нас избегать людского уважения и земных почестей, презирать всякий здешний блеск. Правда, и пророк сказал: се Царь твой грядет тебе… кроток (Зах. 9, 9),[300] но он разумел здесь Царство Небесное, о котором и Сам Иисус Христос сказал: Царство Мое, несть от мира сего (Ин. 18, 36).

Стихи 16-17. Яко позде бысть, снидоша ученицы Его на море, и влезоша в корабль, и идяху на онпол моря в Капернаум.[301] Сошли не по своему желанию, а по побуждению Господа. Матфей в вышеупомянутой четырнадцатой главе сказал: и абие понуди Иисус ученики Своя влезти в корабль и варити Его на оном полу, дондеже отпустит народы. И отпустив народы, взыде на гору един помолитися: позде же бывшу, един бе ту (Мф. 14, 22- 23).[302] Причины всего этого мы там показали, и прочитай их. Заметь также, что после того как Иисус Христос отпустил людей, они, придя в себя, удивлялись чуду и порешили возвратиться и взять Его, чтобы сделать царем.

Стихи 17-21… И тма абие бысть, и не (у) бе пришел к ним Иисус. Море же, ветру велию дыхающу, воздвизашеся. Гребше же яко стадий двадесять пять или тридесять, узреша Иисуса ходяща по морю и близ корабля бывша, и убояшася. Он же глагола им: Аз есмь, не бойтеся. Хотяху убо прияти Его в корабль: и абие корабль бысть на земли, в нюже идяху.[303] Не (у) бе пришел к ним, т.е. не явился к ним, как сделал после, но послал им испытание. Обо всем этом найдешь в конце четырнадцатой главы. Прочее Иоанн опустил, как рассказанное другими; он повествует только о том, что ими опущено. Следуя другим толковникам, мы доказали, что это хождение Иисуса Христа по морю то же самое, о котором писали Матфей и Марк (6, 47 и сл.)… Но Златоуст предполагает, что оно отлично от того. Вероятно, то было прежде; затем через несколько дней народ хотел взять Иисуса Христа, как сказано здесь, но Он, узнав об этом, опять отправился на гору с учениками и удалился на нее один, т.е. один только отдыхал там, а ученики в виду этого сошли оттуда к морю и, войдя в лодку, отправились в Капернаум, думая, что Иисус Христос опять пройдет пешком по морю и придет к ним немного после; поэтому евангелист этот сказал: и тма абие бысть, и не у бе пришел к ним Иисус. Все же остальное произошло так, как он написал. Во время того хождения по морю ученики, испугавшись, закричали, а во время этого они только испугались, так как вследствие привычки страх у них был меньше: там, когда Иисус Христос сказал: Аз есмь, не бойтеся, – ученики еще не поверили, и потому Петр сказал: Господи, аще Ты еси, повели ми приити к Тебе по водам (Мф. 14, 27-28), – а здесь тотчас же поверили, потому что уже привыкли к этому; тогда ветер не успокоился, пока Иисус Христос не вошел в лодку, а теперь, лишь только послышался голос Его, как наступила тишина, и Он не входил даже в лодку, но в то время как они хотели принять Его, вдруг лодка пристала к берегу, а Сам Он был позади ее.

Стихи 22-24. Во утрий (же) народ, иже стояше обонпол моря, видев, яко корабля иного не бе ту, токмо един той, в оньже внидоша ученицы Его, и яко не вниде со ученики Своими Иисус в корабль, но едини ученицы Его идоша: и ини приидоша корабли от Тивериады близ места, идеже ядоша хлебы, хвалу воздавше Господеви: егда же видеша народи, яко Иисуса не бысть ту, ни ученик Его, влезоша сами в корабли и приидоша в Капернаум, ищуще Иисуса.[304] Народом, стоявшим по ту сторону моря, называет тех, которые пришли, чтобы взять Иисуса Христа и сделать царем. Не найдя Его, они стали на берегу моря и раздумывали о том, как это случилось. Речь здесь, мне кажется, неполная: не окончив еще этого, евангелист снова начал уже другое, говоря: егда же видеша народи, яко Иисуса не бысть ту и т.д.; это и есть форма сокращения. Слова: и ини приидоша корабли от Тивериады близ места, идеже ядоша хлебы, хвалу воздавше Господеви – составляют вставочную речь для объяснения того, почему они пришли после. После долгого недоумения они наконец предположили, что Иисус Христос перешел по морю; поэтому и пришли в Капернаум, ища Его, так как большей частью Он пребывал там.

Стих 25. И обретше Его обонпол моря, реша Ему: Равви, когда зде бысть?[305] Не спросили Иисуса Христа, как Он перешел, чтобы узнать о столь великом чуде, и не сказали ничего о царстве, но, оставив это, начали льстить, говоря: когда зде бысть, скрывшись от нас, своих последователей? Они льстили, чтобы Иисус Христос опять приготовил им трапезу; насытившись раз и будучи сластолюбивыми, все остальное считали ниже, хотя и не все подобным образом заблуждались. Обонпол говорится об одном и о другом, противоположном, береге моря, причем этим словом обозначается то один берег, то другой.

Стих 26. Отвеща им Иисус и рече: аминь, аминь глаголю вам, ищете Мене, не яко видесте знамение, но яко яли есте хлебы и насытистеся.[306] Не всегда полезно быть снисходительным и кротким, но когда ученик будет оставаться тупым и ленивым, тогда учитель должен употребить слово понуждения и порицания, чтобы подействовать и побудить его; так и поступил здесь Иисус Христос, порицая иудеев за лесть и открывая их мысль, чтобы и тем и другим исправить их. Он сказал: «Вы ищете Меня не потому, что Я показал вам чудо, но потому, что дал вам хлеб и насытил вас», – не для того, чтобы видя чудеса Мои, уверовать, а для того, чтобы есть хлеб и насытиться, – что свойственно обжорам и рабам своего чрева. Обличает их кротко и осторожно, и не останавливается на обличении, а тотчас же присоединяет и учение.

Стих 27. Делайте не брашно гиблющее, но брашно пребывающее в живот вечный.[307] Заботьтесь не о пище тленной, но о нетленной, и не о той, которая питает плоть, а о той, которая питает душу: а такая пища есть вера, как дальше Иисус Христос скажет. Под деланием гибнущей пищи Он разумеет здесь не ту, которая необходима, но которая излишня, т.е. постоянную и непрерывную заботу о пище чувственной, а необходимая не возбраняется. Поэтому и апостол Павел во многих местах своих Посланий не только позволял делать своими руками, но даже ясно заповедал, говоря: аще кто не хощет делати, ниже да яст (2 Сол. 3, 10).[308] Подобно тому, как сказав Марфе: Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе: едино же есть на потребу (Лк. 10, 41-42), – Иисус Христос не запретил гостеприимства, но предпочел ему слушание Божественных слов, так и здесь, сказав: делайте не брашно гиблющее, но брашно пребывающее в живот вечный, – Он не запретил заботиться о пище телесной, которая необходима, но предпочел заботу о духовной, которая еще более необходима, и увещевал считать заботу о пище духовной самой существенной, а заботу о пище телесной как бы второстепенной. Делайте, говорит, от всей души, всевозможными способами, постоянно, но не эту, а ту, – эту менее, а ту более.

Стих 27… Еже Сын Человеческий вам даст…, которую Я дам вам для соделывания, которую Сам покажу вам для приобретения. Но чтобы не показать, что Он хвастается, опять обращается к Отцу, говоря:

Стих 27… Сего бо Отец знамена Бог.[309] Знамена, т.е. предопределил на то, чтобы дать вам эту пищу; или – открыл, явил Своим свидетельством, так как знаменовать (σφραγιξειν) значит и открывать, как например, приемый Его свидетельство, верова (εσφραγισε – запечатлел), яко Бог истинен есть (Ин. 3, 33).

Стих 28. Реша же к Нему: что сотворим, да делаем дела Божия?[310] Делами Божиими они называют дела богоугодные. Спрашивают не для того, чтобы совершать их, но из лести, чтобы притвориться Его учениками и склонить к тому, чтобы Он дал им пищу.

Стих 29. Отвеща Иисус и рече им: се есть дело Божие, да веруете в Того, Егоже посла Он.[311] Прежде Иисус Христос в различных местах учил, что Он послан от Бога.

Стих 30. Реша же Ему: кое убо Ты твориши знамение, да видим и веру имем Тебе; что делаеши?[312] Обрати внимание на великое их безумие; незадолго перед этим Иисус Христос чудесно насытил их, но, сейчас же забыв о столь великом чуде, они просят знамения. Далее указывают и род чуда, которого просят.

Стих 31. Отцы наши ядоша манну в пустыни, якоже есть писано: хлеб с небесе даде им ясти.[313] Написано это в книге Псалмов (Пс. 77, 24). Хотя пред их отцами было совершено много знамений, но они, вследствие господства над собой чрева, упоминают об этом, думая побудить и Иисуса Христа к совершению такого же самого чуда, которое насытило бы их. О забывчивые и неблагодарные! Разве вы не ели недавно в пустыне досыта хлеб и рыбу? И здесь можешь видеть не только их лесть, но и лукавство. Они не сказали: Моисей совершил это знамение, – думая, что обидят Иисуса Христа, если сравнят с Ним Моисея; не сказали они также, что совершил его Бог, чтобы не показалось, что они сравнивают его с Богом, а сказали безотносительно: отцы наши ядоша манну в пустыни. Что же Тот, Который устроит словеса своя на суде (Пс. 111, 5)? Не обличает их, но кротко отвечает, так как иногда должно с премудрою целью, как сказано выше, обличать, а иногда быть кротким.

Стих 32. Рече убо им Иисус: аминь, аминь глаголю вам, не Моисей даде вам хлеб с небесе; но Отец Мой дает вам хлеб истинный с небесе.[314] Так как они думали, что манна была с неба в собственом смысле, потому что написано было: хлеб небесный даде им (Пс. 77, 24), – то Иисус Христос исправляет это ошибочное их мнение. Писание разумело здесь небо в несобственном смысле, т.е. воздух, подобно тому как говорится: птицы небесные, или: и возгреме с небесе Господь (Пс. 17, 14).[315] Итак, Иисус Христос говорит: не Моисей дал тогда народу вашему хлеб с неба в собственном смысле, но Отец Мой теперь дает вам такой хлеб. Как Отец в собственном смысле называется небесным, так точно и Сын, и хлеб, укрепляющий сердце человека.

Стих 32… Истинный[316]… Тот хлеб был прообразовательный, прообразующий Меня, Который есть Сама Истина. Подобно тому как тот, сходя сверху, питал и укреплял принимающих его, так и Я; но тот был с воздуха, а Я – с самого неба; тот питал и укреплял тела, а Я – души. Дальше Он высказывает и более общее различие прообразовательного хлеба и истинного.

Стих 33. Хлеб бо Божий есть сходяй с небесе и даяй живот миру.[317] В собственном смысле хлеб Божий, или Божественный, есть Тот, Который сошел с истинного неба и даровал вечную жизнь верующему миру, между тем как тот хлеб давал жизнь на время и не всему миру, а одним только евреям. Под вечной жизнью разумей не просто жизнь, которой будут жить вообще все люди, но жизнь блаженную в вечном наслаждении.

Стих 34. Реша убо к Нему: Господи, всегда даждь нам хлеб сей.[318] До сих пор представляя хлеб этот чувственным, они, вследствие жадности, просили Иисуса Христа, чтобы Он дал им не раз, а всегда.

Стих 35. Рече же им Иисус: Аз есмь хлеб животный…,[319] оживляющий, дающий вечную жизнь, как выше сказано; только вечная жизнь есть жизнь в собственном смысле, а эта временная не есть истинная жизнь, а только подобие жизни. Хлебом жизни называет здесь Свое Божество, так как оно есть хлеб, сшедший с неба; а в конце называет хлебом и Свое тело.

Стих 35. Грядый ко Мне не имать взалкатися, и веруяй в Мя не имать вжаждатися никогдаже.[320] Кто приходит к Иисусу Христу через веру, которая есть путь к Нему, тот никогда не будет алкать алчбою неверия; но исполнившись Божественной благодати, сам ни в чем не будет нуждаться и даже будет помогать другим, уча и вразумляя их.

Стих 36. Но рех вам, яко и видесте Мя, и не веруете.[321] Вы видели Меня, т.е. узнали, кто Я, из свидетельства Иоанна, из совершенных Мною знамений и из свидетельства Писаний, которые Я вам открыл, но по своей злонамеренности не веруете. Когда же Иисус Христос сказал им это? Вероятно, и это было сказано, но не записано.

Стих 37. Все, еже дает Мне Отец, ко Мне приидет[322] Эти слова показывают, что Отец приводит к Нему верующих. И апостол Павел говорит: Имже званы бысте во общение Сына Его (1 Кор. 1, 9).[323] Итак, Иисус Христос сказал: все, еже дает Мне Отец, ко Мне приидет, т.е. всякий, кто дан Мне Отцом, кто приведен Им, тот придет ко Мне, тот уверует в Меня, а не просто всякий. Этим Иисус Христос доказывает, что Отец желает, чтобы люди уверовали в Него, и что неверующий в Него противится воли Божией. Дает и Отец Сыну, приводя людей к вере в Него, и Сын Отцу, возводя их к Нему через эту веру. Если же приходит к Сыну тот, кто дан Отцом, то значит невиновен тот, кто не приходит, потому что он не дан Отцом. Но Отец дает только тех, у которых есть на то добрая воля, потому что ни она одна не может сделать верующим, без всякого руководства со стороны Бога, ни это руководство не помогает, при отсутствии доброй воли.

Стих 37. И грядущаго ко Мне не изжену вон…,[324] не здесь, из Своего благорасположения; ни там, из Царства Небесного. Приходящего не как-либо, но с истинной верой.

Стих 38. Яко снидох с небесе, не да творю волю Мою, но волю пославшаго Мя Отца.[325] Не да творю волю Мою, или особую, так как Я не имею особой воли, но волю пославшаго Мя, т.е. общую Его и Мою, потому что у Них как одно Божество, так и одна воля. Сошел Иисус Христос с неба по Божеству.

Стих 39. Се есть воля пославшаго Мя Отца, да все, еже даде Ми, не погублю от Него, но воскрешу е в последний день.[326] Конечно, Он воскресит тогда всех, и тех, которые спасутся, и тех, которые погибнут, как верующих, так и неверующих; но воскресением здесь называет воскресение для блаженства, а не для наказания. Этими словами показывает, что общая воля Отца и Сына – та, чтобы все спаслись; для этого Тот послал, а Этот пришел: Тот дает верующих, а Этот, приняв, спасает. Да… не погублю, т.е. чтобы кто-либо не погиб по Моей воле. И выше Иисус Христос сказал: грядущаго ко Мне не изжену вон. Следовательно, если кто добровольно уйдет и добровольно погибнет, то потерпит это не по Его воле, так как Бог никого не влечет силой.

Стих 40. Се же есть воля Пославшаго Мя, да всяк видяй Сына и веруяй в Него имать живот вечный, и воскрешу его Аз в последний день.[327] Поясняет те же самые слова и часто приводит их, чтобы иудеи не могли их легко забыть, но твердо знали, что существует воскресение, воздаяние за веру в Него и награда за здешние духовные подвиги, что они получат если не в настоящей жизни, то, конечно, в будущей. Всяк видяй Сына, конечно, духовными очами, т.е. всякий, верующий в Него.

Стихи 41-42. Роптаху убо Иудее о Нем, яко рече: Аз есмь хлеб сшедый с небесе. И глаголаху: не Сей ли есть Иисус сын Иосифов, Егоже мы знаем отца и Матерь; како убо глаголет Сей, яко с небесе снидох?[328] Когда Иисус Христос дал им хлеб и насытил их чрево, то они и пророком Его называли, и хотели сделать царем; а когда Он беседовал с ними о хлебе небесном, о духовной пище и вечной жизни, то возмущались и порицали Его род те, имже Бог чрево, как прекрасно сказал апостол Павел (Флп. 3, 19).[329] Они притворялись негодующими на то, что Иисус Христос сказал: с небесе снидох, – между тем как на самом деле негодовали на то, что Он не насытил их, как они ожидали. Если бы они роптали на Иисуса Христа за те слова, то, конечно, спрашивали бы: «Как это Он есть хлеб, каким образом сошел с неба?» Иисус Христос не сказал: «Я не сын Иосифа», – и вообще ничего не открыл о Своем происхождении, зная, что они еще не в состоянии слышать о чудесном Его рождестве, а тем более о предвечном Его рождении. Поэтому, по премудрым Своим планам, Он опустил речь об этом, чтобы, уничтожая один соблазн, не произвести другого.

Стихи 43-44. Отвеща убо Иисус и рече им: не ропщите между собою. Никтоже может приити ко Мне, аще не Отец пославый Мя привлечет его.[330] Под этим приходом к Себе Иисус Христос разумеет не простой, которым и они, и многие другие приходили к Нему, но приход по вере. Он как бы так говорит: естественно то, что вы не веруете в Меня, потому что вы не были привлечены Отцом, как недостойные: никтоже может прийти ко Мне, или уверовать в Меня, аще не Отец пославый Мя привлечет его. И выше Он сказал: все, еже дает Мне Отец, ко Мне приидет (ст. 37); прочитай изъяснение и того изречения, полезное и для этого.

Стих 44… Аз воскрешу его в последний день,[331] разумеется – пришедшего ко Мне, или – уверовавшего в Меня. Опять сказав: воскрешу его, – Иисус Христос указывает на Свое достоинство, и частым повторением этих слов поражает их бесчувственность.

Стих 45. Есть писано во пророцех: и будут вси научени Богом[332] Присоединил это, чтобы подтвердить, что Отец привлекает приходящих к Нему. Все – конечно, приходящие к Нему, верующие в Него или желающие, так как против желания Отец никого не привлекает.

Стих 45… Всяк слышавый от Отца и навык, приидет ко Мне…,[333] слышавший обо Мне духовно. А чтобы не подумали по своей грубости, что кто-либо чувственным образом слышал от Отца, видя Его как прилично человеку, Иисус Христос говорит:

Стих 46. Не яко Отца видел есть кто[334] – чтобы он мог и чувственным образом слышать от Него, так как Бога никтоже виде нигдеже (Ин. 1, 18).

Стих 46… Токмо Сый от Бога[335] Кроме Того, Кто рожден от Бога, потому что такое значение имеют здесь слова – Сый от Бога. Но почему же Иисус Христос не изложил этого яснее? Вследствие немощи их. Если при словах: с небесе снидох, – они соблазнились, то чего бы они ни сделали, если бы Он сказал об этом яснее?

Стих 46… Сей виде Отца[336] будучи одного и того же существа.

Стих 47. Аминь, аминь глаголю вам: веруяй в Мя имать живот вечный.[337] То же самое Иисус Христос сказал и выше, говоря: да всяк видяй Сына и веруяй в Него имать живот вечный (Ин. 6, 40).

Стих 48. Аз есмь хлеб животный.[338] Иисус Христос сказал это и выше. Он есть хлеб жизни, как питающий душу Своим учением и сохраняющий жизнь, и притом вечную. Мало-помалу Спаситель возвышает Своих слушателей и спокойно открывает им относительно Своего Божества.

Стих 49. Отцы ваши ядоша манну в пустыни и умроша.[339] Так как выше они сказали: отцы наши ядоша манну в пустыни (Ин. 6, 31), – то Он теперь делает сравнение той манны и этого хлеба, сшедшего с неба, т.е. хлеба жизни.

Стих 50. Сей есть хлеб сходяй с небесе, да, аще кто от него яст, не умрет…,[340] сходящий с неба для того, чтобы питать и даровать бессмертие. Затем поясняет свою речь и учит, что это за хлеб, о котором Он говорит.

Стих 51. Аз есмь хлеб животный…,[341] всегда живущий и подающий жизнь.

Стих 51. Иже сшедый с небесе…[342] по Божеству. И выше Иисус Христос говорил это о Себе в различных местах, побуждая их частым повторением к тому, чтобы они спросили: каким образом Он есть хлеб оживляющий и как Он сошел с неба; но иудеи, заботясь об одном только служении чреву, все остальное считали лишним, как выше мы сказали.

Стих 51… Аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки…,[343] если кто-либо примет Его учение; а принимающий это Его учение, которое есть пища, питающая душу, вкушает Его Самого. Жив будет во веки, т.е. всегда, потому что он никогда не умрет духовной смертью; духовная же смерть есть отделение от Бога, подобно тому как телесная смерть есть отделение от души. Тело оживляет душа, а душу – Бог. Правда многие приняли учение Иисуса Христа и погибли, но они худо воспользовались этим принятием; теперь же речь о тех, которые хорошо воспользовались им, а не о тех, которые испортили его примесью ложных учений и развращенной жизнью. Итак, Иисус Христос показал, что Он дает им лучший хлеб, чем манна, которую ели отцы их в пустыне: вкушавшие манну умерли, а вкушающие этот хлеб будут жить вовек.

Стих 51… И хлеб, егоже Аз дам, Плоть Моя есть[344] Двояким образом Иисус Христос есть хлеб, именно по Своему Божеству и по человечеству. Сказав о том, каким образом Он есть хлеб по Божеству, учит теперь о том, каким образом Он есть хлеб по человечеству. И не сказал: егоже даю, но: егоже дам, так как намерен был дать его еще во время последней вечери, когда, взяв хлеб и благословив, преломил, дал ученикам и сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое (Мф. 26, 26). Найди двадцать шестую главу Евангелия от Матфея, именно то место, где написано: во оставление грехов (ст. 28); прочитай все толкование и поймешь, каким образом Тело Иисуса Христа есть хлеб.

Стих 51… Юже Аз дам за живот мира…,[345] дам на смерть: здесь Иисус Христос указывает на Свое распятие. Словами: юже Аз дам – обозначает, что страдания Его будут добровольны.

Стих 52. Пряхуся же между собою Жидове, глаголюще: како может Сей нам дати Плоть Свою ясти?[346] Смущались, потому что не могли поверить словам, которые казались невозможными. Судя обо всем по естественным законам, они не приняли ничего сверхъестественного.

Стих 53. Рече же им Иисус: аминь, аминь глаголю вам: аще не снесте Плоти Сына Человеческаго, ни пиете Крове Его, живота не имате в себе.[347] Они считали это невозможным, а Иисус Христос показывает, что это не только вполне возможно, но даже и необходимо, как сделал и по отношению к Никодиму. Присоединил: Крове Его, указывая этим на хлеб и чашу, которые, как сказано, Он имел преподать ученикам на последней вечери. Жизнью – опять называет вечную, или блаженную.

Стих 54. Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь имать живот вечный[348] Постоянно обращается к речи о Таинствах, показывая необходимость этого дела, именно – что это непременно должно быть.

Стих 54. И Аз воскрешу его в последний день.[349] Часто повторяет речь о жизни и воскресении, желая запечатлеть ее в уме слушателей. То, что мы в различных местах высказали уже прежде, теперь повторим вкратце, именно – так как все люди воскреснут и все будут жить вечно, то нужно полагать, что воскресение праведных будет для блаженства, а грешных – для наказания, и опять – вечная жизнь праведных будет в блаженстве, а грешных – в наказании.

Стих 55. Плоть бо Моя истинно есть брашно, и Кровь Моя истинно есть пиво.[350] Истинно есть брашно, т.е. важнейшее, так как оно питает важнейшую часть человека – душу; равным образом и кровь. Или Иисус Христос сказал это, уверяя, что Он говорит не загадку или притчу.

Стих 56. Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем.[351] Во Мне пребывает, соединяется со Мною через Причастие и приобщение Моего Тела и Моей Крови, становится одного со Мною тела и делается причастником находящейся во Мне жизни; а если он во Мне, то, конечно, и Я в нем.

Стих 57. Якоже посла Мя живый Отец, и Аз живу Отца ради[352] Так как послал Меня живой Отец, то и Я живу неизменно, потому что рожден живым Отцом.

Стих 57… И ядый Мя, и той жив будет Мене ради.[353] Подобно тому как Я живу, потому что родился от живого Отца, так и ядущий Меня будет жить, потому что он будет вкушать Меня, Который есть жизнь, и будет причастником этой жизни.

Стих 58. Сей есть хлеб сшедый с небесе…,[354] подающий вечную жизнь.

Стих 58… Не якоже ядоша отцы ваши манну и умроша[355] Вкушающие этого хлеба не умирают, якоже ядоша отцы ваши манну и умроша. Правда, как те, которые ели манну, умерли по плоти, так умирают по плоти и вкушающие этого хлеба, но если они умирают в надежде на вечную жизнь, то, кажется, не умирают, а засыпают.

Стих 58. Ядый хлеб сей жив будет во веки.[356] Много останавливался Иисус Христос на речи о хлебе и о жизни, зная, что хлеб необходим и жизнь приятна: необходим хлеб телесный телесным, а духовный – духовным, и приятна жизнь телесная телесным, а духовная – духовным.

Стихи 59-60. Сия рече на сонмищи, учя в Капернауме. Мнози убо слышавше от ученик Его, реша: жестоко есть слово сие: (и) кто может его послушати?[357] Жестоко, т.е. неудобоприемлемо, слово сие о вкушении Его; кто может принять его? Говорившие это были ученики, но не из двенадцати, а из семидесяти. Некоторые говорят, что это были ученики Иисуса Христа, не из числа двенадцати и даже не из семидесяти, так как и многие другие следовали часто за Ним. Намереваясь отпасть, они как бы оправдывают себя, между тем как им нужно было дождаться удобного времени и убедиться относительно того, что показалось им странным, а не отказаться: так сделали двенадцать учеников. Благоразумный ученик выслушивает все слова своего учителя, а когда представится случай, осторожно спрашивает о том, что превышает его понимание.

Стих 61. Ведый же Иисус в Себе, яко ропщут о сем ученицы Его, рече им: сие ли вы блазнит?[358] И то служит доказательством Его Божества, что Он открывает их тайны, так как они роптали между собой тайно.

Стих 62. Аще убо узрите Сына Человеческаго восходяща, идеже бе прежде?[359] Пропущено: что вы скажете? Говорит здесь о будущем вознесении Своем на небо. Восходяща по человечеству, идеже прежде бе по Божеству. Кто может сделать тело это небесным, тот, конечно, может сделать его и пищей для людей.

Стих 63. Дух есть, иже оживляет, плоть не пользует ничтоже[360] Духом называет здесь духовное разумение сказанного, равным образом плотью – плотское разумение этого. Речь здесь вовсе не о животворящей плоти Иисуса Христа. Итак, Он говорит, что духовное разумение этого доставляет жизнь, о которой уже выше говорилось, а плотское разумение этого не пользует нимало.

Стих 63… Глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть и живот суть…,[361] духовны и животворящи. Поэтому не просто нужно смотреть на них, так как это – плотское разумение, но представлять их возвышенными и рассматривать внутренними очами, как таинственные, так как это – духовное разумение.

Стих 64. Но суть от вас нецыи, иже не веруют. Ведяше бо искони Иисус, кии суть неверующии, и кто есть предаяй Его.[362] Показывает не только предведение, но и незлобие Свое, так как Он знал верующих и неверующих не только со времени ропота, но с самого начала, и однако, учил всех одинаково.

Стих 65. И глаголаше: сего ради рех вам, яко никтоже может приити ко Мне, аще не будет ему дано от Отца Моего.[363] Сего ради…, ради того, что есть некоторые неверующие. Постоянно называет Бога Своим Отцом, показывая, что Он не Иосифа Сын, как они думали.

Стих 66. От сего мнози от ученик Его идоша вспять и ктому не хождаху с Ним.[364] От сего, т.е. с сего времени, идоша, т.е. отделились от Него те, которые прежде роптали, вспять, т.е. к прежней своей жизни, к которой они опять обратились.

Стих 67. Рече же Иисус Обеманадесяте: еда и вы хощете ити?[365] Не сказал: «Уходите и вы», – что свойственно отталкивающему, но кротко спросил, показывая, что Он не нуждается в их служении, что не для показа окружает Себя ими и что никого не хочет удерживать против его желания; равным образом не негодует и не обличает отделившихся, что обыкновенно делаем мы, считая такого рода дело за пренебрежение и обиду, так как все делаем по честолюбию.

Стих 68. Отвеща убо Ему Симон Петр: Господи, к кому идем? Братолюбивый Петр защищает всех братьев, говоря: Господи, к кому идем? – и показывает сильную любовь к Иисусу Христу, так как они не имеют никого другого, кто бы им был дороже, ни родителей, ни родственников, ни друзей, одним словом – никого. Затем, чтобы не показалось, что Он сказал это как будто бы потому, что нет никого, кто принял бы их, он прибавил:

Стих 68… Глаголы живота вечнаго имаши…,[366] глаголы, подающие вечную жизнь. Смотри же, что не слова служили соблазном, но невнимание слушателей и плотское, а не духовное понимание их. Совершенно естественно и даже необходимо было сказать это по поводу речи иудеев о манне; а слушателям должно было или понимать духовно, или, если они не были в состоянии, принять все это, а потом тщательно расспросить.

Стих 69. И мы веровахом и познахом, яко Ты еси Христос, Сын Бога живаго.[367] В шестнадцатой главе (16 ст.) Евангелия от Матфея он сказал то же самое: Ты еси Христос, Сын Бога живаго; но тогда Иисус Христос назвал его блаженным, по указанной там причине, и здесь, так как Петр сказал от лица всех: мы уверовали и познали, – Он отделяет от них Искариота, как уже колеблющегося.

Стих 70. Отвеща им Иисус: не Аз ли вас дванадесяте избрах[368] Это нужно читать вопросительно.

Стихи 70-71… И един от вас диавол есть. Глаголаше же Иуду Симонова Искариота: сей бо хотяше предати Его, един сый от Обоюнадесяте.[369] Не Аз ли, говорит Иисус Христос, вас дванадесяте избрах? и однако един от вас, не получив никакой пользы от Моего избрания, как имеющий свободную волю для добра и зла, диавол есть, т.е. дьяволов, слуга дьявола. Отсюда видно, что от воли человека зависит спастись или погибнуть. Некоторые под дьяволом здесь разумели злоумышленника. Итак, нет ничего странного в том, что во время избрания Иуда имел добрую волю, а потом он переменился, так как воля его была свободна.

 

Глава 7

Стих 1. И хождаше Иисус по сих в Галилеи: не хотяше бо во Иудеи ходити, яко искаху Его Иудее убити.[370] Не имел возможности (вместо ηJελεν– хотяше, по чтению Златоуста стоит – ειχεν εξουσιαν), т.е. не мог безопасно ходить в Иудее. Евангелист сказал это об Иисусе Христе, как о человеке. Как человек, Он уклонялся теперь не потому, что избегал смерти, но потому, что щадил убийц, и потому, что не настало еще время страданий Его. Иногда Ему, как Богу, следовало оставаться неуловимым, а иногда, как Человеку, уклоняться, по планам Божественного Домостроительства.

Стих 2. Бе же близ праздник Иудейский, потчение сени.[371] Он праздновался в воспоминание того дня, в который прежде всего Моисей поставил устроенную Веселеилом Божественную скинию.

Стих 3. Реша убо к Нему братия Его[372] сыновья Иосифа, который был отцом Его по усыновлению.

Стих 3… Прейди отсюду и иди во Иудею, да и ученицы Твои видят дела Твоя, яже твориши.[373] Показывают вид, что советуют Ему хорошо, как близкие и родственники, но цель у них была лукавая, порожденная завистью. Стараясь направить Его в Иудею, чтобы Он был схвачен ищущими убить Его, они выставляют ту причину, что необходимо видеть совершаемые Им чудеса и тем ученикам, которые были там, т.е. народу, который последовал за Ним в Иудее.

Стих 4. Никтоже бо в тайне творит что, и ищет сам яве быти[374] При поверхностном понимании кажется, что они побуждают Иисуса Христа перейти в Иудею, но при более глубоком – оказывается, что они осмеивают Его, как робкого и честолюбивого: делать что-либо втайне свойственно робкому, и искать самому быть явным, т.е. известным, свойственно честолюбивому.

Стих 4… Аще сия твориши, яви Себе мирови.[375] Если Ты творишь такие чудеса, и в них нет никакого призрака, то яви Себя всем иудеям. Они подозревали Его чудеса, как призрачные. Отсюда видно, что Иисус Христос и там творил чудеса, но все они пропущены у Иоанна, как и многое другое, который скорее спешит к какому-либо новому рассказу, совершенно не встречающемуся у других. Затем высказывает и причину такого подозрения.

Стих 5. Ни братия бо Его вероваху в Него.[376] Они и сами не веровали в Него, как в Бога. Однако, будучи теперь такими, впоследствии они сделались великими и потерпели за Него многое от многих, как, например, Иаков и Иуда. Но что же на это Сердцеведец? Не изобличил их в лукавстве и злоумышлении, но великодушно отвечает сообразно с целью их.

Стих 6. Глагола убо им Иисус: время Мое не у прииде[377] Время Мое, т.е. время идти в Иудею на смерть, о чем вы стараетесь, еще не настало; зачем же вы побуждаете Меня к этому прежде времени?

Стих 6… Время же ваше всегда готово есть. Ваше время, т.е. время вам идти в Иудею, всегда готово. Для Меня препятствием служит то, что еще не настало время, а для вас нет никакого препятствия, так как вы одних мыслей с иудеями.

Стих 7. Не может мир ненавидети вас…, как своих друзей и единомышленников; поэтому вы и идете к нему. Миром называет здесь иудеев, думающих о мирском.

Стих 7… Мене же ненавидит, яко Аз свидетельствую о нем, яко дела его зла суть.[378] Мне же он враждебен, потому что Я показываю, что дела его злы; поэтому Я и не иду теперь к нему, чтобы быть убитым, а тогда пойду, когда настанет время. Этим Иисус Христос показывает, что иудеи особенно ненавидели Его за обличение, хотя сами они говорили, что ненавидят Его, потому что Он нарушает закон и противится Богу, яко не токмо разоряше субботу, но и Отца Своего глаголаше Бога, равен Ся творя Богу (Ин. 5, 18). Обрати только внимание на то, как кротко перенес Спаситель злоумышленный совет братьев. Но не так поступаем мы, а тотчас же сердимся, негодуем и всевозможными средствами мстим таким людям. Каким же образом мы будем учениками Его?

Стих 8. Вы взыдите в праздник сей…[379] – вышеупомянутый праздник поставления кущей; вы – друзья иудеев, не видящие для себя никакой опасности.

Стих 8… Аз не (ουπω) взыду в праздник сей[380] Не сказал: «Я не пойду»,- но: «Я еще не пойду», – т.е. не пойду теперь, потому что теперь кипит и в полной силе может обнаружиться гнев иудеев; а подвергать себя очевидной опасности свойственно безрассудной дерзости.

Стих 8… Яко время Мое не у исполнися…,[381] время жизни Моей на земле. Хотя Иисус Христос знал, что будет распят во время следующей Пасхи, однако Ему еще должно было творить чудеса, учить и многих привлечь к вере. Итак, слова эти свидетельствуют не о робости, а о премудром смотрении: если бы Иисус Христос пошел тогда в Иудею, то, конечно, там схватили бы убить Его; и если бы схваченный как человек, Он был убит, то это обстоятельство воспрепятствовало бы тому, что Он имел еще сказать и сделать, а если бы как Бог не был схвачен, но уклонился, то не поверили бы Его вочеловечению. Поэтому-то Иисус Христос и располагает премудро время.

Стихи 9-10. Сия рек им, оста в Галилеи. Егда же взыдоша братия Его в праздник, тогда и Сам взыде.[382]. Не пошел с ними по вышеуказанной причине и чтобы они не открыли Его иудеям; но после, когда гнев их начал останавливаться, Он пошел для того, чтобы упрекающие Его в робости знали, что это не робость, но мудрая предусмотрительность.

Стих 10… Не яве, но яко тай,[383] как будто скрыто; Он все еще уклонялся, ожидая пока совершенно смягчится гнев, а также, чтобы не узнали даже братья.

Стих 11. Жидове же искаху Его в праздник[384] Прекрасны же дела их в праздничные дни, в которых они видели удобный случай к убийству. Однако, вознамерившись убить во время праздника Иисуса Христа, Который, по их предположению, мог прийти вследствие большого народного собрания, они ошиблись, так как не находили Его.

Стих 11… И глаголаху: где есть Он? Из ненависти не желают даже назвать Его по имени; но вместе с тем речь эта указывает на некоторое смягчение гнева.

Стих 12. И ропот мног бе о Нем в народех[385] – возмущение, спор.

Стих 12… Овии глаголаху, яко благ есть…,[386] т.е. люди с неиспорченным сердцем.

Стих 12… Инии же глаголаху: ни, но льстит народы (κοσμον)…[387] испорченные. Миром (κοσμος) назвали людей.

Стих 13. Никтоже убо яве глаголаше о Нем, страха ради иудейского.[388] Никто из говоривших, что Он добр, не говорил этого о Нем открыто, т.е. вслух, боясь начальников.

Стих 14. Абие же в преполовение праздника взыде Иисус во церковь и учаше.[389] Вошел, когда узнал, что гнев их смягчен, и учил, показывая свою неустрашимость. В преполовение праздника постановления кущей, т.е. в четвертый день, так как праздновали его семь дней.

Стих 15. И дивляхуся Иудее, глаголюще: како Сей книги весть не учився?[390] Дивились не тому, о чем Иисус Христос учил, но тому, как Он знает Писания, не учившись. Они понимали, что Его учение исполнено всякой мудрости, и думали, что без знания Писаний Он не мог учить этому. Должно было им и отсюда узнать, что Бог есть Тот, Кто есть Сама Мудрость, – Тот, Кто Сам нашел все пути премудрости (Вар. 3, 37).

Стих 16. Отвеща (убо) им Иисус и рече: Мое учение несть Мое, но Пославшаго Мя.[391] Мое учение – сказано согласно с истиной, а несть Мое – сказано согласно с премудрыми планами Домостроительства, чтобы воздать честь Отцу и Богу, и чтобы показать смирение и этим сделать самое учение более удобоприемлемым. Если же это сказано согласно с планами Домостроительства, то значит здесь не может быть лжи, потому что все то, что принадлежит Сыну, принадлежит и Отцу, подобно тому как все то, что принадлежит Отцу, конечно, принадлежит и Сыну; все у Них общее, как у равных. Или же по другому более глубокому пониманию: учение, которое кажется для вас Моим, не есть Мое в собственном смысле, так как Я не имею Своего особенного учения, но учение Отца, так как Я научился ему у Отца, потому что у Нас природа и воля тождественны и потому что Я – Слово Его; хотя Я – другая Ипостась, но Я так говорю и делаю, что вы считаете Нас за одно.

Стих 17. Аще кто хощет волю Его творити, разумеет о учении, кое от Бога есть, или Аз от Себе глаголю.[392] Волей Божьей называет здесь исполнение добродетели и внимание к пророчествам о Нем, потому что добродетель очищает ум, а пророчества ясно учат. От себя говорит тот, кто говорит по своей собственной воле. Далее приводит соображение, против которого ничего нельзя сказать.

Стих 18. Глаголяй от себе, славы своея ищет: а ищай славы Пославшаго Его, сей истинен есть.[393] Славой в этом месте называет честь. Везде Он ставил выше Отца и Бога и к Нему относил все, даже собственные дела. Итак – не ищущий славы своей, для чего будет учить какому-либо чужому учению? А кто не учит чужому учению, а тому, которое принадлежит пославшему его, конечно, истинен. А зачем же Иисус Христос всех привлекал к вере в Себя и говорил: иже не чтит Сына, не чтит Отца пославшаго Его (Ин. 5, 23)? По видимости, Он этим искал Своей славы. Но Он делал это и говорил не из любви к Своей славе, а из желания спасти людей, – что могло произойти не каким-либо другим образом, как только через веру в Него. Отец сказал: Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих: Того послушайте (Мф. 17, 5) и многое другое в таком же роде через пророков.

Стих 18… И несть неправды в Нем. Не несправедлив ищущий славы Пославшего Его. Некоторые же под неправдой в этом месте разумели ложь. Много было причин, почему Иисус Христос говорил о Себе уничиженно: прежде всего та, чтобы не подумали, что Он не рожден, и не сочли Его противником Богу, затем – немощь слушателей, далее – та, чтобы научить людей смиренномудрствовать и не говорить о самих себе ничего великого, потом – та, что Он говорил как человек и – многие другие; но одна была причина того, что Он говорил высокое, именно – высота Божества. Так как сами иудеи возводили на Иисуса Христа два обвинения: нарушение закона и противление Богу; за то, что Он нарушал субботу и Отцом Своим называл Бога, делая Себя равным Богу, как сказано выше в пятой главе (18 ст.), – то на одно Он ответил им там, показав, что не противится Богу, а на другое отвечает теперь и показывает, что скорее они сами – нарушители закона.

Стих 19. Не Моисей ли даде вам закон[394] Законом вообще называет заповеди закона, которые дал Моисей, приняв от Бога и написав их народу. Итак, спрашивает; не Моисей ли даде вам закон, – Моисей, почитаемый вами и так сильно защищаемый, с которым говорил Бог?

Стих 19… И никтоже от вас творит закона…[395] Творит, т.е. соблюдает. Затем присоединяет и то, каким образом они не соблюдают закона.

Стих 19… Что Мене ищете убити?[396] Если закон говорит; не убий, – то как же вы стараетесь убить Меня, не соблюдая закона, не почитая Моисея, который дал вам его? Бесстыдно нарушающим закон обвинять другого в нарушении закона.

Стих 20. Отвеща народ и рече: беса ли имаши; кто тебе ищет убити?[397] Это говорит народ, желая угодить начальникам, и бесчестить стоящего выше всякой чести, чтобы почтить достойных всякого бесчестия начальников. Народ отрицается от желания убить Иисуса Христа как по ненависти к Нему, так и для того, чтобы, никем не охраняемый, Он легче мог быть схвачен злоумышленниками (Зная, что они бесстыдны и опять приходят в гнев, Иисус Христос оставляет уже больше обличать их, чтобы они не сделались еще бесстыднее; Он не желал постоянно воспламенять в них гнев. Далее начинает защиту относительно субботы).

Стих 21. Отвеща Иисус и рече им: едино дело сотворих, и вси дивитеся.[398] Единым делом называет исцеление в субботу 38-летнего расслабленного, о котором повествуется в пятой главе. И вси дивитеся, т.е. смущаетесь, тревожитесь; это были те, которые в то время неистовствовали и, начиная с того времени, искали убить Его. Далее Иисус Христос сказал, что Моисей даде обрезание, и они обрезают в субботу, когда восьмой день дитяти придется на субботу; и потом делает такое заключение; если человек обрезывается в субботу (а обрезание есть дело), то почему же вы обвиняете Моисея, который заповедал дело в субботу?

Стих 22. Сего ради Моисей даде вам обрезание, не яко от Моисея есть, но от отец: и в субботу обрезаете человека.[399] Слова; сего ради – не имеют здесь причинного значения, а поставлены просто по еврейскому обыкновению. Итак, Иисус Христос говорит, что Моисей даде вам обрезание …и в субботу обрезаете человека, а все средние слова Он поставил для того, чтобы показать, что хотя и Моисей передал обрезание, но оно древнее его. Он сказал: не яко от Моисея есть, т.е. Моисей передал вам обрезание, не как получившее начало из его законодательства, не как начавшееся с того времени, но от отцов, именно Авраама, так как ему первому оно было заповедано; и хотя оно кажется заимствованным уже (в законодательство), однако становится важнее субботы.

Стих 23. Аще обрезание приемлет человек в субботу, да не разорится закон Моисеов, на Мя ли гневаетеся, яко всего человека здрава сотворих в субботу?…[400] – чтобы не был нарушен закон Моисея об обрезании. Назвал его законом Моисея, как переданный им, как мы сказали. Итак, Иисус Христос говорит: аще обрезание приемлет человек в субботу, на Мя ли гневаетеся, яко всего человека здрава сотворих, между тем как вы не негодовали на Моисея, который прежде Меня повелел совершать обрезание в субботу? Сказал всего человека, потому что Он исцелил все расслабленное его тело, или же этим показал, что Он исцелил не только тело, но и душу его.

Стих 24. Не судите на лица[401] Не судите лицеприятно, освобождая от вины его, как великого у вас и славного, а Меня, как уничиженного и бесславного, обвиняя.

Стих 24… Но праведный суд судите, взирая не на лица, а на дела; или иначе: обрезание было знаком только еврея, а совершенное Мною дело есть полное исцеление всякого человека, Мною запечатленного.

Стихи 25-26. Глаголаху убо нецыи от Иерусалимлян: не Сей ли есть, Егоже ищут убити? И се, не обинуяся глаголет, и ничесоже Ему не глаголют,[402] так как Он заставил их замолчать.

Стих 26… Еда како разумеша князи, яко Сей есть Христос?[403] В народе были тогда и начальники.

Стих 27. Но сего вемы, откуду есть: Христос же егда приидет, никтоже весть, откуду будет.[404] Но начальники ваши на вопрос Ирода: «Где Христос родится», – сказали: в Вифлееме Иудейстем (Мф. 2, 5), и привели даже пророчество, указывающее на это; каким же образом вы болтаете, говоря, что Христос егда приидет, никтоже весть, откуду будет? Кроме того, если вы знаете это, откуда Он, то каким же образом некоторые говорят, что сего не вемы, откуду есть (Ин. 9, 29)? Этого не понимает злоба, сама себе противоречащая и явно лгущая, так как она есть некоторого рода опьянение души. Если бы кто-либо слово откуду понимал не о месте и отечестве, а о роде и отце, то мог бы сказать, что они говорили: мы знаем его род и отца, т.е. Иосифа, как думали; но род Иисуса Христа и Отца Его никто не знает, так как это не подлежит знанию.

Стих 28. Воззва убо в церкви уча Иисус и глаголя: и Мене весте, и весте, откуду есмь…[405] Возгласил, чтобы пристыдить их, как действующих со злым намерением, и чтобы открыть все то, о чем они говорили между собой тайно. Говорит: и Мене весте, что Я Бог, и весте, откуду есмь, именно – от Бога Отца, хотя вы притворно говорите, что знаете, что Я от Иосифа. А знали они Иисуса Христа, как Он Сам говорил, из свидетельства Иоанна: ин есть свидетельствуяй о Мне (Ин. 5, 32), – из дел Его, о которых Он сказал: та дела, яже Аз творю, свидетельствуют о Мне (ст. 36), – и из Писаний, о которых подобным же образом сказал: и та суть свидетелствующая о Мне (ст. 39). Но почему же в одиннадцатой главе (27 ст.) Евангелия от Матфея Иисус Христос сказал: никтоже знает Сына, токмо Отец? Потому что это Он сказал о природе Своего Божества, а то просто о знании того, что Он есть Бог и Сын Божий.

Стих 28… И о Себе не приидох[406] И это, говорит, вы знаете; этому научают вас вышеуказанные свидетельства, и особенно – то, что Я не ищу славы Своей, но славы Пославшего Меня (Ин. 7, 18).

Стих 28… Но есть истинен Пославый Мя[407] Отец и Бог, Который послал Меня, как обещал через пророков; а если истинен Пославший, то, конечно, истинен и Посланный, будучи одной и той же природы.

Стих 28… Егоже вы не весте.[408] так как вы отреклись от Него своими делами; и Апостол говорит: Бога исповедуют ведети, а делы отмещутся Его (Тит. 1, 16).[409]

Стих 29. Аз вем Его, яко от Него есмь…,[410] так как Я из Него рождаюсь; и выше Он сказал: не яко Отца видел есть кто, токмо Сый от Бога (Ин. 6, 46).

Стих 29… И Той Мя посла.[411] Постоянно говорит Иисус Христос о Своем посланничестве, желая убедить их, что Он послан Богом, что Он не противится Богу, как выше мы сказали; а также имея в виду соблазняющие их Свои богоприличные речи, которые Он часто перемешивал с теми, в которых говорил о Себе, как о человеке.

Стих 30. Искаху убо да имут Его…,[412] так как они были поражены, слыша: Егоже вы не весте.

Стих 30… И никтоже возложи Нань руки…,[413] так как они невидимо одерживались присущей Ему Божественной силой.

Стих 30… Яко не у бе пришел час Его[414] быть взятым и пострадать.

Стих 31. Мнози же от народа вероваша в Него[415] вследствие предшествовавших знамений и только что произнесенных речей.

Стих 31… И глаголаху, яко Христос, егда приидет, еда болша значения сотворит, яже Сей творит?[416] Хотя они и уверовали, но вера их не была здравая. Сказав: Христос же егда приидет, – они показали, что не твердо веровали в то, что Он Христос, а с сомнением, как простой и легкомысленный народ. Или же они говорили предположительно: положим, что потом придет другой Христос, как говорят начальники народные; но когда придет Тот Христос, о Котором они говорят, то неужели Он будет сильнее? Нет.

Стих 32. Слышаша фарисее народ ропщущь о Нем сия[417] Услышали, вероятно, на следующий день; ропщущь, т.е. с ропотом говорящий против начальников.

Стих 32… И послаша фарисее и архиерее слуги, да имут Его,[418] как разделяющего народ на партии. Вот ярость, или лучше – безумие! После того, как сами они часто пытались взять Иисуса Христа, но не могли, теперь поручают это дело слугам, чтобы таким образом утешить свой гнев и скрыть свое бессилие.

Стих 33. Рече убо Иисус: еще мало время с вами есмь[419] Говорил к народу, но имел в виду слуг, которые были посланы. Этими словами Иисус Христос хотел пристыдить их и таким образом смягчить их ярость. Еще мало время с вами есмь, т.е. до Пасхи; ее только обождите.

Стих 33… И иду к Пославшему Мя, когда вознесусь на небо.

Стих 34. Взыщете Мене и не обрящете[420] Вероятно, многие из них вспоминали Его и просили у Него помощи, особенно, когда был осаждаем Иерусалим.

Стих 34… И идеже есмь Аз, вы не можете приити[421] Туда, где Я тогда буду. Обозначает этим Свое сидение на небеси одесную Бога Отца.

Стихи 35-36. Реша же Иудее к себе: камо Сей хощет ити, яко мы не обрящем Его; еда в разсеяние Еллинское хощет ити и учити Еллины; что есть сие слово, еже рече: взыщете Мене и не обрящете: и идеже есмь Аз, вы не можете приити?[422] Потерпев неудачу при прежних речах Спасителя, которыми Он пристыдил их, теперь они говорят между собой, не понимая сказанного. Еллинским рассеянием они называли язычников, которые были рассеяны повсюду и беспрепятственно входили в общение между собой, между тем как сами они жили только в Палестине и законом удерживались от общения с другими народами.

Стих 37. В последний же день великий праздника стояше Иисус и зваше, глаголя: аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет.[423] Первый и последний день вышеупомянутого праздника поставления кущей считались великими, так как все собравшиеся в эти дни более усердствовали в богослужении, проводя промежуточные дни праздника больше в пиршествах. Итак, когда всякий намерен был по окончании праздника идти домой, Иисус Христос хочет дать желающим напутствие ко спасению, и возгласил, чтобы показать этим Свою смелость и чтобы все слышали, так как народу было много. Он сказал: аще кто жаждет, жаждой учения, да приидет ко Мне и пиет духовное питие; не жаждущих Я не созываю, а только тех, которые сильно желают такого пития.

Стих 38. Веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живы.[424] Чревом здесь называет сердце, как и сказано: закон Твой посреде чрева моего (Пс. 39, 11),[425]а реками воды называет изобилие Духа Святого, полноту Божественной благодати; живой, т.е. всегда действующей, вечно движущейся, ибо когда Божественная благодать утвердится в душе, то она становится источником и всегда течет. И Петр, и Павел, и все последователи их, имея в сердце своем изобильную благодать, источили не реку, но реки словес, несущиеся с большой силой, увлекающие все, что попадалось навстречу, наводняющие и потопляющие пустословие неверующих. И в четвертой главе (14 ст.) Иисус Христос сказал к Самарянке: вода, юже (Аз) дам ему, будет в нем источник воды текущия в живот вечный. Прочитай опять изъяснение этих слов. После слов: якоже рече Писание, – нужно сделать остановку. Различным образом Писание заповедало веровать в Иисуса Христа.

Стих 39. Сие же рече о Дусе, Егоже хотяху приимати верующий во имя Его[426] Сие, т.е. что реки от чрева Его истекут воды живы; о Дусе, т.е. духовных дарованиях.

Стих 39… Не у бо бе Дух Святый[427] Еще не был в тех, которые веровали в Иисуса Христа, еще не был дан ученикам Его.

Стих 39… Яко Иисус не у бе прославлен..[428] Иисус Христос не был еще прославлен через Крест, так как славой называет здесь Крест. Для всех других крест был поношением, как возмездие за великие преступления, а для одного только Иисуса Христа он сделался славой, как награда за великую любовь Его к нам. Кто, имеющий благодарную душу, слыша, что Тот, Кто стоит выше всякой чести, претерпел такое бесчестие ради спасения людей, не прославит Его? Прежде крестных страданий Иисус Христос не дал ученикам Духа Святого, а только власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь (Мф. 10, 1), а после крестных страданий дал им и Духа Святого. Так как мы согрешили и оскорбили Бога, то мы сделались Его врагами; благодать же Духа Святого есть дар, а дар дается друзьям. Поэтому следовало прежде принести за нас жертву, примирить и разрушить вражду, для чего служило заклание Разумного Агнца, смерть Иисуса Христа, и тогда уже следовало дать дар.

Стих 40. Мнози же от народа слышавше слово, глаголаху: Сей есть воистинну пророк,[429] о котором писал Моисей, как часто мы уже говорили. И действительно, Он был Пророк; но они представляли себе Его простым пророком, как Моисея, но не Богом.

Стих 41. Друзии глаголаху: Сей есть Христос[430] И действительно, Он был Христос; но и эти считали Его простым человеком.

Стих 41… Овии же глаголаху: еда от Галилеи Христос приходит?[431] Но и Он родился не в Галилее.

Стих 42. Не Писание ли рече, яко от семене Давидова и от Вифлеемския веси, идеже бе Давид, Христос приидет?[432] Но и Он был оттуда, а только по злонамеренности иудеи называли отечеством Его Назарет, откуда была Его Мать и считавшийся Его отцом, чтобы на основании этого пророчества не уверовали в Иисуса Христа, если бы говорили, что Он из Вифлеема.

Стих 43. Распря убо бысть в народе Его ради,[433] так как всякая партия оспаривала свое мнение.

Стих 44. Нецыи же от них хотяху яти Его:...,[434] именно как возмутителя.

Стих 44… но никтоже возложи Нань руце,[435] которые были невидимо удерживаемы, как выше было показано.

Стихи 45-46. Приидоша же слуги ко архиереом и фарисеом: и реша им тии: почто не приведосте Его? Отвещаша слуги: николиже тако есть глаголал человек, яко Сей Человек.[436] Пошли с тем, чтобы связать Иисуса Христа, а возвратились связанные удивлением к речам Его. Итак, пославшие, хотя слышали много речей Его, видели много чудес, читали пророчества о Нем и считались мудрыми, однако нисколько не воспользовались этим, между тем как посланные совершенно наоборот – пленились одной только беседой Иисуса Христа к народу, так как имели неиспорченный еще ум. И не одному только благоразумию их должно удивляться, но также смелости. Они не говорят: «Мы отпустили Иисуса Христа для того, чтобы не произошло восстания в народе», – и не придумывают другого какого-либо извинения, но прямо говорят правду и объявляют об Его мудрости.

Стих 47. Отвещаша убо им фарисее: еда и вы прельщени бысте?[437] Вот безумная зависть! Им следовало распросить и узнать, чему Иисус Христос учил, а они не дождались этого, а тотчас льстят им, щадя их и не допуская строгости, из опасения, чтобы те совершенно не пристали к Иисусу Христу.

Стихи 48-49. Еда кто от князь верова в Онь, или от фарисей? Но народ сей, иже не весть закона[438] Что народ уверовал, а вы не уверовали, то служит еще большим осуждением для вас. Законом здесь называют вообще все Писание.

Стих 49… Прокляти суть.[439] Но закон проклинал тех, которые отвергали закон. Поэтому прокляты вы, отвергающие закон, а они соблюдают закон, веруя в Иисуса Христа, потому что закон повелевает веровать в Бога.

Стихи 50-51. Глагола Никодим к ним, иже пришедый к Нему нощию, един сый от них: еда закон наш судит человеку, аще не слышит от о прежде и разумеет, что творит?[440] Евангелист прибавил: един сый от них, чтобы показать, что и некоторые из начальников веровали, хотя сами они говорили, что никто из начальников не уверовал в Него. Итак, Никодим обличает их в нарушении закона, хотя прикровенно и осторожно, так как он не имел еще надлежащей смелости высказать это. Если закон не осуждает, прежде чем выслушают и узнают, а они осудили Его прежде чем выслушали и узнали, то значит они нарушили закон.

Стих 52. Отвещаша и рекоша ему: еда и ты от Галилеи еси?[441] Не потому ли ты помогаешь Ему, что происходишь из одной с Ним страны и отечества? Смотри, как строго и жестко они отвечают.

Стих 52… Испытай и виждь, яко пророк от Галилеи не приходит.[442] Но Никодим не сказал, что Иисус Христос пророк, а только то, что не должно осуждать Его без расследования дела; а они надменно говорят: «Рассмотри и узнай, так как ты не знаешь Писания». Но если он не знал Писаний, то каким образом он обличил вас в нарушении закона? Следует заметить, что дальнейших слов, начиная с этого места даже до слов: паки же им Иисус рече, глаголя: Аз есмь свет миру (Ин. 8, 12) – в более точных списках или вовсе нет, или же они заключены между тире. Поэтому они, кажется, неправильно приписаны и прибавлены, доказательством чего служит то, что Златоуст совершенно не упоминает о них. Нам следует, однако, попытаться изъяснить и эти слова, так как не лишено пользы и то, что содержится в этом отделе, как, например, глава о женщине, взятой в прелюбодеянии.

Стих 53. И иде кийждо в дом свой,[443] разгневавшись на слова Никодима и боясь, чтобы и еще кто-либо из начальников не сказал подобного.

 

Глава 8

Стих 1. Иисус же иде в гору Елеонску, избегая ночного нападения.

Стих 2. Заутра же паки прииде в церковь, и вси людие идяху к Нему: и сед учаше их.[444] Людьми называет здесь тех, которые говорили: Сей есть воистину пророк, и тех, которые говорили: Сей есть Христос; а иудеи, негодуя на это, смотри, как лукавят.

Стихи 3-4. Приведоша же книжницы и фарисее к Нему жену в прелюбодеянии яту, и поставивше ю посреде, глаголаше Ему: Учителю, сия жена ята есть ныне в прелюбодеянии.[445] Ныне (επ αυτοφωρψ – на месте преступления) значит – явно, открыто, так что не может ничего возразить.

Стихи 5-6. В законе же нам Моисей повеле таковыя камением побивати: ты же что глаголеши; Сие же реша искушающе Его, да быша имели что глаголати Нань[446] Зная, что Иисус Христос милосерд и сострадателен, они думали, что Он пощадит жену, и таким образом они будут иметь обвинение против Него в том, что Он противозаконно щадит ту, которая по закону должна быть побита камнями.

Стих 6… Иисус же долу преклонься, перстом писаше на земли, не слагая (им).[447] Так обыкновенно часто делают те, которые не желают отвечать спрашивающим о чем-либо неуместном и неприличном. Зная лукавство их, Иисус Христос продолжал писать на земле и показывал вид, что Он не обращает внимания на то, что они говорили.

Стих 7. Якоже прилежаху вопрошающе Его, восклонься рече к ним: иже есть без греха в вас, прежде верзи камень на ню.[448] Видишь мудрость Того, Кто есть Сама Мудрость; как искусно Он изобличил лукавство их. Смотри, как Он и исполнил закон, и пощадил женщину. Он повелел тому из них, кто был без греха, начать побивать ее камнями, зная, что все не безгрешны.

Стих 8. И паки долу преклонься, писаше на земли,[449] чтобы они устыдились так легко изобличенные, так как Иисус Христос даже не смотрел на них, и чтобы в то время, как Он был занят писанием, они могли уйти прежде, чем подвергнутся более явному осуждению. Иисус Христос щадил и их по великой Своей благости.

Стих 9. Они же слышавше и совестию обличаеми, исхождаху един по единому, наченше от старец до последних…,[450] так как никто не мог казать о себе, что он безгрешен.

Стихи 9-10. И оста един Иисус, и жена посреде сущи. Восклонься же Иисус и ни единаго видев, точию жену, рече ей: жено, где суть, иже важдаху на тя; ни кийже ли тебе осуди?[451] Ушли и оставили женщину неприкосновенной, а следовательно, и неосужденной в том, что находили и в себе; иначе они удержали бы ее.

Стих 11. Она же рече: никтоже, Господи. Рече же ей Иисус: ни Аз тебе осуждаю[452] Если они, люди, не осудили тебя, то тем более не осуждаю тебя Я, Бог и Законодатель.

Стих 11… Иди и (отселе) ктому не согрешай.[453] Достаточным наказанием служила такая публичность и посрамление перед столь многими свидетелями, в особенности же, когда Иисус Христос знал, что она раскаялась всем сердцем.

Стих 12. Паки же им Иисус рече глаголя: Аз есмь свет миру…,[454] как просвещающий умы людей и ведущий от заблуждения к истине, от греха – к добродетели, как освещающий и веселящий души их; об этом мы говорили выше при толковании этого же Евангелия, где написано: и живот бе свет человеком (Ин. 1, 4). Иисус Христос сказал это вследствие разных мнений о Нем народа.

Стих 12… Ходяй по Мне не имать ходити во тме[455] заблуждений и греха.

Стих 12… Но имать свет животный[456] Свет жизни вечной.

Стих 13-14. Реша убо Ему фарисее: Ты о Себе Сам свидетельствуеши: свидетельство Твое несть истинно. Отвеща Иисус и рече им: аще Аз свидетельствую о Себе, истинно есть свидетельство Мое[457], Найди в пятой главе (31 ст.) изречение: аще Аз свидетельствую о Мне, свидетельство Мое несть истинно…; в изъяснении того изречения упомянуто и это. Некоторые же говорят, что то Иисус Христос сказал как человек, а это как Бог, показывая, что Он не простой человек, как они предполагали.

Стих 14… Яко вем, откуду приидох…,[458] т.е. от Бога Отца.

Стих 14… И камо иду…,[459] т.е. к Нему же по исполнении этого Домостроительства. Так как Я знаю, что пришел от Бога Отца и что к Нему же иду, то значит Я – Сын Божий и Бог. Следовательно, Я вполне достоверен, как сама Истина.

Стих 14… Вы же не весте, откуду прихожду, и камо гряду…,[460] не весте – как думаете, как показываете, как притворяетесь, а в действительности знаете. Поэтому раньше (Ин. 7, 28) Иисус Христос сказал: и Мене весте, и весте, откуду есмь.

Стих 15. Вы по плоти судите…, чувственно, грубо, обращая внимание только на то, что видите, и не понимая ничего возвышенного и духовного. Зная, что они могут сказать: «Почему же Ты, если можешь, не наказываешь нас, которые так судят», – Иисус Христос сказал:

Стих 15… Аз не сужду ни комуже[461] не сужу теперь. Выше Иисус Христос сказал: не посла бо Бог Сына Своего в мир, да судит мирови, но да спасется Им мир (Ин. 3, 17); опять прочитай приведенное там толкование. А чтобы они опять-таки не сказали: «Потому Ты говоришь – не сужу, что не смеешь осудить нас», – Иисус Христос присоединяет:

Стих 16. И аще сужду Аз, суд Мой истинен есть[462], т.е. верен, справедлив, и Я, значит, справедлив осуждая вас. Затем говорит, почему Его суд истинен.

Стих 16… Яко един несмь, но Аз и пославый Мя Отец…,[463] потому что не один только Я сужу, но Я и Отец, так как все у Нас общее, – и что сужу Я, то судит и Отец (так как у обоих Их, как выше было сказано, одна воля). Таким образом, и Отец осуждает вас за то, что вы не верите Его Сыну, Которого Он послал.

Стих 17. И в законе же вашем писано есть, яко двою человеку свидетельство истинно есть…,[464] вашем, как вы хвалитесь, потому что Меня вы называете нарушителем закона. Если свидетельство двух человек истинно, то отсюда вы сами могли заключить, на сколько более истинен суд двух судей, и притом таких еще судей. Говорит об этом везде Иисус Христос прикровенно ради немощи слушателей, чтобы для них это было не ясно, а вполне ясно было только для более твердых христиан. Во всех подобных случаях усматривай вот эту именно причину.

Стих 18. Аз есмь свидетельствуяй о Мне Самем[465], Обращаясь опять к словам иудеев: Ты о Себе Сам свидетельствуеши, – Иисус Христос говорит: Аз есмь свидетельствуяй о Мне Самем, хотя и никто не свидетельствует о себе самом. Я это делаю, как Бог, а никто не делает, как человек.

Стих 18… И свидетельствует о Мне пославый Мя Отец…,[466] если Я кажусь вам недостоверным. А свидетельствует Отец через пророка, говоря: се, дах Тя… во свет языком (Ис. 49, 6),[467] т.е. чтобы Ты был светом народов. Выше, в пятой главе (37 ст.), было сказано, каким образом Отец свидетельствует о Нем, где написано: и пославый Мя Отец Сам свидетельствова о Мне.

Стих 19. Глаголаху же Ему: где есть Отец Твой[468] Говорили это, притворяясь, что не знают, о каком это Отце Иисус Христос говорил, и искушая Его.

Стих 19… Отвеща Иисус: ни Мене весте, ни Отца Моего:...,[469] как вы притворяетесь; а в действительности вы знаете, как выше было сказано. Или же Иисус Христос сказал это потому, что иудеи притворялись, что знают Его, как сына Иосифа. Следовательно, Он говорит: «Если вы в действительности так знаете, как притворяетесь, то ни Мене весте, так как Я не Иосифа Сын, ни Отца Моего, так как не Иосиф Мой отец».

Стих 19… аще Мя бысте ведали, и Отца Моего ведали бысте…,[470] так как Мы оба одного и того же существа. И в четырнадцатой главе (9 ст.) Иисус Христос сказал к Филиппу: видевый Мене виде Отца, т.е. познал, постиг; видение и знание разумеет не чувственное, но духовное. А так как вы притворяетесь, что не знаете Меня, то, значит, вы притворяетесь и в том, что не знаете Отца Моего.

Стих 20. Сия глаголы глагола Иисус в газофилакии,[471] эти смелые и решительные слова. Евангелист обозначил место, указывая на свободу Учителя. Газофилакия – сокровищница, о которой подробнее сказано в 12 гл. Евангелия от Марка.

Стих 20… учя в церкви… открыто; газофилакия эта была в храме.

Стих 20… и никтоже ят Его…[472], хотя Он говорил так свободно.

Стих 20… Яко не у бе пришел час Его…,[473] в который можно было бы Его схватить и убить. Иисусу Христу должно было еще творить чудеса, учить и многих привлечь к вере, как выше мы сказали. Постоянно упоминается об этом для того, чтобы показать, что иудеи не могли схватить Иисуса Христа, хотя часто пытались, что впоследствии они не взяли бы Его, если бы Он не пожелал этого Сам.

Стих 21. Рече же им паки Иисус: Аз иду…[474] – отхожу из земной жизни.

Стих 21… и взыщете Мене[475] Иисус Христос сказал это выше; там оно и объяснено.

Стих 21… И во гресе вашем умрете:..[476] Я пришел для того, чтобы освободить вас от всякого греха; но так как вы не пожелали, то Я ухожу, и, следовательно, вы умрете во всех своих грехах, не пожелав освободиться от них. Под грехом разумей и грех их против Иисуса Христа, так как они намерены были убить Его; в этом грехе они умерли, т.е. за этот грех они были истреблены римлянами, Веспасианом и Титом.

Стих 21… Аможе Аз иду, вы не можете приити.[477] Постоянно Иисус Христос говорит им это, пробуждая их души и устрашая.

Стих 22. Глаголаху убо Иудее: еда Ся Сам убиет, яко глаголет: аможе Аз иду, вы не можете приити?[478] Чего желали, то и предполагали. Что же Иисус Христос? Уничтожает такое предположение и показывает, что убивать самого себя – грех.

Стих 23. И рече им: вы от нижних есте[479] От нижних (εκ της γης – от земли) не потому, что тело из земли, но потому, что понимание у них было земное и неправильное. И апостол Павел (Рим. 8, 9), говоря: вы же несте во плоти,[480] – под плотью разумеет плотское понимание.

Стих 23… Аз от вышних есмь[481] От вышних (εκ του ουρανου  – от неба) не потому, что Он пришел с неба, а потому что понимание у Него небесное и Божественное. Затем поясняет Свои слова.

Стих 23… Вы от мира сего есте, Аз несмь от мира сего.[482] Миром называет здесь мирское, неправильное, земное понимание. Подобно тому как духом называет духовное понимание и плотью – плотское, точно также землей и миром – земное и мирское. Итак, Иисус Христос говорит: «Я это не так понимаю, как вы, что будто убью Самого Себя».

Стих 24. Рех убо вам, яко умрете во гресех ваших[483] Еще устрашает их, желая убедить.

Стих 24… Аще бо не имете веры, яко Аз есмь, умрете во гресех ваших.[484] Если вы не уверуете, что Я Христос Сын Божий, то умрете во грехах своих, как связанные ими. Кто не уверует и через Крещение не смоет скверны грехов, тот, конечно, умрет в этой скверне и, воскресши с нею, понесет наказание…

Стих 25. Глаголаху убо Ему: Ты кто еси?[485] Говорили это, чтобы глумиться над Ним и искусить.

Стих 25… И рече им Иисус: начаток, яко и глаголю вам.[486] Речь эллиптическая… Все равно как бы Иисус Христос так сказал: «Совершенно излишне даже и то, что Я говорю вам; вы не достойны никакого слова, как искусители».

Стих 26. Многа имам о вас глаголами и судити[487] Много Я могу говорить о вас для вашего осуждения и осудить на наказание, но не желаю этого, потому что не желает этого Отец Мой. Выше Иисус Христос сказал, что Бог не послал в мир Сына Своего, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был через Него (Ин. 3, 17).

Стих 26… Но Пославый Мя истинен есть… – пославший не судить теперь, а спасать. Или – истинен есть назвавший Меня светом миру: се дах Тя, сказано, во свет языком (Ис. 49, 6),[488] как выше было показано.

Стих 26… И Аз, яже слышах от Него, сия глаголю в мире.[489] Я слышал от Него, между прочим, что Я свет народов, и, между прочим, Я сказал, что Я свет миру. Что слышал, то и сказал.

Стих 27. Не разумеша (убо), яко Отца им глаголаше.[490] Не поняли, что Он говорил им об Отце Своем по существу. Вероятно, в недоумении они спрашивали друг друга: «Кто такой, Пославший Его?» – хотя Он часто говорил о Нем. Настолько они были внимательны к Его речам, или вернее – настолько ум их был поврежден. Вполне справедливо поэтому Иисус Христос сказал им: начаток, яко и глаголю вам (ст. 25).

Стих 28. Рече же им Иисус: егда вознесете Сына Человеческого, тогда уразумеете, яко Аз есмь[491] Когда вы повесите Меня, как человека на Кресте, тогда узнаете, что это Я именно Сын Божий и Бог; так как Иисус Христос, как Бог, сказал эти слова: яко Аз есмь. А узнаете вы это из последующих тогда непререкаемых знамений и воскресения Моего из мертвых; кроме того – из гнева Божия, который тогда изольется на народ иудейский. После того как Иисус Христос был распят на кресте и совершились те страшные знамения, как пишет Лука (23, 48), весь народ, сошедшийся смотреть на это, увидев происходившее, возвращался, бия себя в грудь. Народ знал, что это действительно был Божий Человек и что тварь сострадает Ему, не перенося Его страдания, но не смея говорить этого из страха перед начальниками, ударял себя в грудь, указывая на внутреннюю скорбь. Он чувствовал, что за это постигнет весь народ иудейский какое-то неотвратимое бедствие. Поэтому и сотник, и другие бывшие с ним, которые стерегли Иисуса Христа, как сказал Матфей (27, 54), увидев совершившееся, сильно испугались и говорили: воистинну Божий Сын бе Сей. Но и сами начальники иудейские узнали тогда, что Иисус Христос был Сын Божий и Бог, хотя и заглушали свою совесть по чрезмерной зависти и безумию. Евангелист Матфей опять-таки говорит: се, нецыи от кустодии пришедше во град, возвестиша архиереом вся бывшая. И собравшеся со старцы, совет сотвориша, сребреники доволны даша воином, глаголюще: рцыте, яко ученицы Его нощию пришедше украдоша Его, нам спящым… (28, 11-13)[492] и прочее. Кроме того, и самый благоразумный из иудеев – Иосиф, описывая бедствия, которые обрушились после этого на иудеев, а также взятие Иерусалима, сознается, что именно за смерть Иисуса Христа излился на них такой гнев Божий, и убито было римлянами столько их тысяч. Так как они не захотели узнать Иисуса Христа, когда Он предлагал им врачевание, то узнали, Кто Он, когда подверглись наказанию.

Стих 28… И о Себе ничесоже творю, но, якоже научи Мя Отец Мой, сия глаголю.[493] А если вы тогда узнаете это, то, конечно, будете знать И то, что Я ничего не делаю от Самого Себя, но делаю все то, чего желает Отец. Будучи равным Ему, Я желаю того, чего и Он желает, потому что у Нас одна воля, одно могущество. Будете вы знать тогда и то, что Я говорю так, как научил Меня Отец, потому что Он – ум, а Я – слово. О делах Иисус Христос и выше сказал: не могу Аз о Себе творити ничесоже (Ин. 5, 30), – прочитай толкование этого изречения; затем и о словах Он сказал: Мое учение несть Мое, но Пославшаго Мя (Ин. 7, 16), – прочитай толкование и этого.

Стих 29. И Пославый Мя со Мною есть… Чтобы мы не подумали, что Пославший больше Его, предупреждает такое предположение говоря: и Пославый Мя со Мною есть, как неотделимый. Послание свидетельствует о Домостроительстве Божием, а бытие вместе с Посланным – о взаимной их связи. Пресвятая Троица, равно наполняя всякое место, нераздельна.

Стих 29… Не остави Мене единаго Отец, яко Аз угодная Ему всегда творю.[494] Если Иисус Христос сказал это как человек, то Он сказал, что Бог вездесущ, согласно с известным изречением: еда небо и землю не Аз наполняю (Иер. 23, 24)?[495] Хотя Бог преимущественным образом находится, сказано там, в тех, которые достойны Его. Если же Он сказал это, как Бог, то сказал о нераздельности Пресвятой Троицы, в Которой есть различие Ипостасей, но Которая едина вследствие тождества существа и Божества. Аз угодная Ему всегда творю, или как повинующийся Ему по человечеству, или как равный Ему по Божеству и воле. А если угодная Ему всегда творю, то значит угодно Ему и исцеление приходящих в субботу. Понимай эти уничиженные речи, как сказанные с премудрой целью ради немощи иудеев, о чем выше мы уже говорили; они особенно привлекали народ, пример чего есть тут же. Смотри:

Стих 30. Сия Ему глаголющу, мнози вероваша в Него.[496] Когда Иисус Христос переходил к уничиженным речам, тогда веровали; но веровали не так, как должно, а веровали только Его уничиженным речам, не принимая возвышенных. Зная это, Иисус Христос старается исправить их, делая везде то, что Ему следовало сделать, хотя они скоро отставали от Него и начинали оскорблять Его.

Стих 31. Глаголаше убо Иисус к веровавшым Ему Иудеом…, к тем, которые тогда же уверовали.

Стих 31… Аще вы пребудете в словеси Моем, воистинну ученицы Мои будете.[497] Если вы пребудете не так, как другие пребывали, о которых евангелист сказал: от сего мнози от ученик Его идоша вспять и ктому не хождаху с Ним (Ин. 6, 66), – аще вы пребудете, говорит, во словеси Моем, т.е. в Моем учении, которое Я сообщу вам, то тогда воистинну ученицы Мои будете, а теперь вы еще не ученики.

Стих 32. И уразумеете истину.., т.е. Меня, так как Аз, сказал Иисус Христос, есмь истина. Вы узнаете от Меня истину, так как все законное есть образ, тень и вид истины.

Стих 32… И истина свободит вы… от грехов.

Стих 33. Отвещаша (и реша Ему): семя Авраамле есмы и ни комуже работахом николиже: како Ты глаголеши, яко свободни будете?[498] Они не возражают Иисусу Христу: как, разве ложен закон? Разве ложно знание иудейское? Этого они не говорят, не об этом у них забота; а они негодуют на оскорбление плотского их благородства, предполагая, что Иисус Христос как рабам какого-то человека сказал им: свободит вы. Справедливо поэтому говорил им Иоанн: и не начинайте глаголати в себе: отца имамы Авраама (Мф. 3, 9).[499] Этим действительно хвастались иудеи. Не имея возможности похвалиться собственными добродетелями, они выставляли на вид благородство предков. Но что же Иисус Христос? Не изобличил их в том, что они часто находились в рабстве – у египтян, вавилонян и у разных других народов, умолчал об этом рабстве, которое нисколько не вредит благородству души; Он сказал о грехе, который вредит этому благородству и порабощает его. Такое рабство самое тяжелое и от него не может освободить никто другой, кроме одного только Иисуса Христа и Его учения.

Стих 34. Отвеща им Иисус: аминь, аминь глаголю вам, яко всяк творяй грех раб есть греха.[500] Показывает, что выше Он разумел рабство греху, а не рабство власти человеческой. А чтобы иудеи не сказали: «Моисей освободил нас от него», – Иисус Христос посредством сравнения показывает, что Моисей не имеет такой власти, потому что сам он был рабом, а имеет Он, как Сын.

Стих 35. Раб же не пребывает в дому во век: сын пребывает во век.[501] Раб не наследует дома господина своего, а сын наследует. Поэтому Моисей не имеет власти освобождать, потому что он сам раб, а Я имею власть освобождать, потому что Я Сын, Я пребываю в доме Отца Своего вовеки и наследую власть Его. И выше Иисус Христос сказал: суд весь даде Сынови (Ин. 5, 22); и опять: и область даде Ему и суд творити (Ин. 5, 27).

Стих 36. Аще убо Сын вы свободит, воистинну свободни будете.[502] Теперь вы еще не истинно свободны, так как порабощены греху; а когда Сын вас освободит, тогда никто не возразит. Бог оправдаяй. Кто осуждаяй (Рим. 8, 33)? Телесную свободу дарует и человек, но духовную один только Сын, как собственно Господь; и это есть в собственном смысле свобода. Затем, умолчав о всех остальных их грехах, Иисус Христос обнаруживает предмет их мысли в настоящее время. Он знал, что они уже отпали от Него, но говорит с ними кротко.

Стих 37. Вем, яко семя Авраамле есте: но ищете Мене убити[503] Не сказал прямо: не есте, щадя их пока, но прикровенно указал и на это. Так как вы ищете Меня убить, то не есте: Авраам никого не убивал несправедливо. Как свобода обнаруживается в делах, приличных свободному, так и рабство. Указывает и причину убийства.

Стих 37… Яко слово Мое не вмещается в вы.[504] Слово Моего учения, будучи возвышенным, не вмещается в вас, так как вы имеете ум узкий вследствие глупости и направленный долу. Вот вы уже отреклись от того, что так недавно приняли, не будучи в состоянии вместить этого. А чтобы иудеи не сказали: «Ты говоришь это от Себя», – Иисус Христос присоединяет:

Стих 38. Аз, еже видеху Отца Моего, глаголю…,[505] что узнал от Отца Своего, чему научился от Него.

Стих 38… И вы убо, еже видесте у отца вашего, творите,[506] т.е. человекоубийство, так как под отцом их разумеет здесь дьявола. Подобно тому, как они теряют право иметь своим отцом Авраама несходством дел, так и совершенное сходство дел указывает на то, что отец их – дьявол; и он тоже человекоубийца, о чем яснее будет сказано после.

Стих 39. Отвещаша и реша Ему: отец наш Авраам есть. Глагола им Иисус:[507] Не поняв, о каком отце говорил Иисус Христос, они опять ссылаются на родство с Авраамом. Поэтому Он яснее порицает их.

Стих 39… Аще чада Авраамля бысте были, дела Авраамля бысте творили,[508] т.е. правду.

Стих 40. Ныне же ищете Мене убити… Часто порицает это желание их, побуждая к исправлению.

Стих 40… Человека, иже истину вам глаголах, юже слышах от Бога[509] Слова видех и слышах должно понимать, как употребленные с премудрой целью для выражения планов Домостроительства Божия.

Стих 40… сего Авраам несть сотворил,[510] т.е. не искал убить человека, сказавшего истину и невинного.

Стих 41. Вы творите дела отца вашего… – человекоубийство и всякое другое зло.

Стих 41… Реша же Ему: мы от любодеяния несмы рождени: единаго Отца имамы, Бога.[511] Так как Иисус Христос основательно доказал, что они не достойны иметь своим отцом Авраама, – чем они сильно хвастались, – то они неразумно ссылаются теперь на то, что имеют отцом своим Бога, по словам Писания: сын Мой первенец Израиль (Исх. 4, 22).[512] Но Иисус Христос отнимает у них и эту честь, тоже по основательным причинам. Но почему же они дерзнули назвать отцом своим Бога, когда они негодовали на Иисуса Христа за то, что Он Бога называет Своим Отцом? А потому, что Иисус Христос называл Его Отцом Своим по естеству. Словами: мы от любодеяния несмы рождени, – указывают на народы, происшедшие от Измаила, который родился у Авраама от сожительства с рабыней Агарью, между тем как сами они произошли от Исаака, который родился от законного брака Авраама с Саррою, госпожой самой Агари. Некоторые говорят, что эти проклятые сказали так для того, чтобы оскорбить Иисуса Христа, т.е. указывали на то, что Он не родной Сын Иосифа. Когда желали унизить Его, тогда называли Сыном Иосифа, говоря иногда это, а иногда то, и никогда не соглашались с истиной. Хотя многие из них были рождены от любодеяния, так как у иудеев было много незаконных браков, однако Иисус Христос умалчивает об этом, спеша к более важному.

Стих 42… Рече же им Иисус: аще Бог Отец ваш (бы) был, любили бысте (убо) Мене: Аз бо от Бога изыдох,[513] т.е. рожден, или послан, и приидох к вам: не о Себе бо приидох, т.е. не по Своей воле, так как Я не имею особой воли, как прежде было сказано.

Стих 42… Но Той Мя посла,[514] как Отец – Сына, как ум – слово.

Стих 43. Почто беседы Моея не разумеете[515] почему вы не понимаете того, что Я говорю? Затем указывает и причину непонимания этого.

Стих 43… Яко не можете слышати словесе Моего[516] (не можете значит здесь – не хотите), так как вы не хотите понимать Моего слова, т.е. возвышенного учения, вследствие низости своей души, обращенной долу и не понимающей ничего возвышенного. Так как они осмелились назвать своим отцом Бога, будучи недостойными родства даже с Авраамом, то Иисус Христос еще яснее порицает их, как неисцелимых, – что вполне соответствовало их бесстыдству, – сдерживая гордость и надменность людей честолюбивых.

Стих 44. Вы отца (вашего) диавола есте…[517] Вот ваш отец.

Стих 44… И похоти отца вашего хощете творити[518] Похоти этого отца их – человекоубийство и ложь, как затем будет сказано.

Стих 44… Он человекоубийца бе искони…,[519] убив первого человека Адама, так как он причинил ему смерть, а затем умертвив сына его Авеля, так как он восстановил против него брата Каина, возбудив в нем зависть.

Стих 44… И во истине не стоит…,[520] не устоял, т.е. не пребывает на прямом пути, а ненавидит такую жизнь.

Стих 44… Яко несть истины в нем,[521] а, напротив, ложь.

Стих 44… Егда глаголет лжу, от своих глаголет[522] От своих глаголит, потому что ему свойственна ложь, так как он первый изобрел ее и первый воспользовался ею, когда солгал пред Евой, сказав ей чрез змия: не смертию умрете, и… будете яко бози (Быт. 3, 4-5).[523]

Стих 44… Яко ложь есть…,[524] потому что, начиная с того времени, он лжет и во все последующее время.

Стих 44… И отец лжи, т.е. как первый изобретатель ее, о чем сейчас было сказано.

Стих 45. Аз же зане истину глаголю, не веруете Мне.[525] Если бы Я говорил ложь, то вы, конечно, поверили бы, как говорящему то, что свойственно отцу вашему; а так как Я учу истине, то вы не верите Мне, как учащему о том, что ему чуждо. Истиной называет как всякое другое Свое учение, так и то, что Он – Сын Божий.

Стих 46. Кто от вас обличает Мя о гресе?[526] Если вы не потому не верите Мне, что Я говорю истину, то скажите: кто от вас обличает Мя о гресе, совершенном Мной, чтобы можно было подумать, что вы не верите Мне по причине этого греха?

Стих 46… Аще ли истину глаголю, почто вы не веруете Мне?[527] Если же никто из вас не обличает Меня во грехе, то значит Я говорю истину; аще ли истину глаголю, почто вы не веруете Мне? Изобличив их таким образом, как злонамеренных, делает еще новое заключение.

Стих 47. Иже есть от Бога, глаголов Божиих послушает: сего ради вы не послушаете, яко от Бога несте.[528] Кто от Бога, тот принимает слова Божии и повинуется им; но вы не принимаете, значит вы не от Бога. Отсюда следует далее, что вы лжете, говоря: «Мы имеем одного отца Бога, – мы от Бога». По творению все от Бога, а по родству только те, которые принимают слова Его, повинуются им и доказывают это родство образом своей жизни.

Стих 48. Отвещаша убо Иудее и реша Ему: не добре ли мы глаголем, яко Самарянин еси Ты и беса имаши[529] Следует читать вопросительно. Самарянином называли они Иисуса Христа, как не вполне соблюдающего закон, как им казалось, и предания старцев: таковы были самаряне, – а имеющим беса, как относящего честь Божию к Себе: таковы были бесы; но Иисус Христос делал это, как истинный Бог, а бесы делали это, как обольстители.

Стих 49. Отвеща Иисус: Аз беса не имам[530] Я не бесчещу Бога, как демоны, и не отнимаю у Него Его чести.

Стих 49… Но чту Отца Моего… Почитая Отца, Я показываю этим, что вы не имеете отцом своим Бога, что вы не от Бога. Быть отцом человекоубийц – бесчестие для Человеколюбца.

Стих 49… И вы не чтете Мене,[531] называя самарянином и бесноватым за то, что, почитая Отца, Я показал, что вы не имеете отцом своим Бога. А бесчестя Сына, вы обесчестили и Отца, так как выше было сказано, что кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его (Ин. 5, 23).

Стих 50. Аз же не ищу славы Моея…,[532] отмщения за Мое бесчестие.

Стих 50… Есть Ищя и Судя[533] Отец, из-за Которого вы бесчестили Меня и к Которому относится бесчестие Сына. Хотя Он и отдал весь суд Сыну, но не лишил этим Себя власти судить, а отдал потому, что Сын есть Слово Отца. Обрати внимание на то, что когда они называли Бога своим отцом, то Иисус Христос смело отвечал им и сильно порицал, а когда они бесчестили Его Самого, то ответил спокойно и кротко. Этим Он научал нас отмщать за то, чем оскорбляется Бог, и не обращать внимания на оскорбления, наносимые нам. И Сам Он теперь, не обращая внимания на оскорбление, нанесенное Ему, обращается к увещанию.

Стих 51. Аминь, аминь глаголю вам: аще кто слово мое соблюдет, смерти не имать видети во веки.[534] Найти в шестой главе то место, где говорится: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки (51 ст.) – и прочитай его толкование. Оттуда поймешь, о какой смерти говорит здесь Иисус Христос. Не понимая этого, они опять бесчестят Его.

Стих 52. Реша убо ему Жидове: ныне разумехом, яко беса имаши…,[535] теперь еще более… Говорили это, как будто бы Иисус Христос представлял Себя больше Бога.

Стих 52… Авраам умре и пророцы…, которые соблюдали Слово Божие.

Стихи 52-53… И Ты глаголеши: аще кто слово Мое соблюдет, смерти не имать вкусити во веки. Еда Ты болий еси отца нашего Авраама, иже умре; и пророцы умроша: кого Себе Сам Ты твориши?[536] Следовало бы им сказать: «Неужели Ты больше Бога?» Но они, однако, не говорят этого, чтобы не показалось, что, сравнивая Его с Богом, они скорее воздают Ему честь. Они желают показать, что Он меньше даже Авраама. И не говорят просто Авраама, но отца нашего Авраама, опять хвастаясь и выставляя на вид свое родство с Авраамом.

Стих 54. Отвеща Иисус: аще Аз славлюся Сам, слава Моя ничесоже есть[537] ничто, как вы предполагаете. Это Иисус Христос сказал сообразно с их мнением, подобно тому как Он сказал: аще Аз свидетелствую о Мне, свидетелство Мое несть истинно (Ин. 5, 31). Найди и прочитай объяснение этого места.

Стих 54… Есть Отец Мой славяй Мя[538] Если Я, прославляя Себя, кажусь вам лжецом, то есть Отец Мой славяй Мя. И в вышеупомянутой главе (ст. 37) Иисус Христос подобным же образом сказал: и Пославый Мя Отец Сам свидетелствова о Мне. Иисус Христос наперед приготовляет к тому, что имеет сказать, чтобы не показаться тщеславным. Он хочет доказать, что Он больше Авраама, но теперь Он не сказал этого откровенно вследствие бесстыдства их.

Стихи 54-55… Егоже вы глаголете, яко Бог ваш есть. И не познасте Его[539] Не познасте Его, или как отвергающиеся от Него своими делами, потому что и Апостол сказал: Бога исповедуют видети, а делы отмещутся Его (Тит. 1, 16),[540] – или как не познав Сына Его, потому что и выше Он сказал: аще Мя бысте ведали, и Отца Моего ведали бысте (ст. 19), – или как не соблюдающие слова Его, потому что если бы вы знали Его, то и слово Его соблюдали бы.

Стих 55… Аз же вем Его[541] не только потому, что происхожу от Него, одного и того же существа, природы и ведения, но и потому, что соблюдаю слово Его. И выше Он сказал: есть истинен Пославый Мя, Егоже вы не весте: Аз вем Его (Ин. 7, 28-29).

Стих 55… И аще реку, яко не вем Его, буду подобен вам ложь…,[542] потому что вы лжете, называя Бога своим и не зная Его, как выше было сказано. Ведением и познанием называет здесь просто ведение и знание того, что Он есть Бог и Отец, а не знание природы Божией, которая не только не может быть познаваема, но совершенно непостижима и недоступна не только людям, но и Небесным Силам.

Стих 55… Но вем Его и слово Его соблюдаю.[543] Смотри, что соблюдение Слова Божия есть признак знания Его. Убоимся же и мы, не соблюдающие заповедей Божиих, потому что стоим рядом с познающими Бога. Затем Иисус Христос доказывает, что Он больше Авраама.

Стих 56. Авраам отец ваш рад бы был, дабы видел день Мой…, т.е. сильно желал. Днем Своим называет день крестных страданий.

Стих 56… И виде и возрадовася. Возрадовался о спасении мира. Зная заранее тайну распятия на Кресте Иисуса Христа, он сильно желал видеть день Его, тенью и прообразом для которого служил тот день, когда он принес во всесожжение сына своего Исаака. Авраам знал, что как он не пощадил возлюбленного своего сына для Бога, так и Бог не пощадит возлюбленного Своего Сына для человека; как Исаак сам нес дрова для всесожжения своего, так и Спаситель понесет древо смерти Своей; затем, когда Исаак не пострадал, то был положен овен, точно так же, хотя Спаситель пребудет бесстрастным по Божеству, но человечество Его будет убито. А если Авраам сильно желал видеть день Его, то, конечно, – как большего.

Стих 57. Реша убо Иудее к Нему: пятидесяти лет не у имаши, и Авраама ли еси видел?[544] Принимая во внимание зрелость ума и вообще большую опытность, они полагали, что Иисусу Христу около пятидесяти лет. Некоторые списки имеют – сорок, что кажется вернее.

Стих 58. Рече (же) им Иисус: аминь, аминь глаголю вам: прежде даже Авраам не бысть, Аз есмь,[545] как Бог. И не сказал: «Я был», – но – Аз есмь, как всегда сущий. Бывать (γενεσJαι) говорится о сотворенном, а есмь – о несотворенном и сотворенном.

Стих 59. Взяша убо камение, да вергут Нань…,[546] скорые на убийство. Они рассвирепели, думая, что нанесено оскорбление Аврааму, с другой стороны зная, что Он приписывает Себе вечность Божества.

Стих 59… Иисус же скрыся…, силою Своего Божества стал невидим.

Стих 59… И взыде из церкве…, чтобы утихла ярость иудеев.

Стих 59… Прошед посреде их… так, что они не могли видеть Его. Но почему же Он не уничтожил силы их и не прошел видимо? Потому что и в таком случае они не уверовали бы. Во время страданий Он поверг их на землю ниц, ослепил взоры их, и они не уверовали. Нет ничего хуже души отчаянной: видит она знамения и чудеса, но упорно держится своего бесстыдства.

Стих 59… И мимохождаше тако.[547] Ходил так, не открываясь им.

 

Глава 9

Стих 1. И мимоидый виде человека слепа от рождества.[548] Подтверждая то, что прежде сказал, и укрепляя веру в то, что Он Бог, Иисус Христос тотчас переходит к величайшему и до того времени еще небывалому чуду. Другие слепые получали зрение, но слепой от рождения еще никогда. Поэтому, исцелившись, этот слепой говорил: от века несть слышано, яко кто отверзе очи слепу рождену (Ин. 9, 32).

Стих 2. И вопросиша Его ученицы Его, глаголюще: Равви, кто согреши, сей ли, или родителя его, яко слеп родися?[549] Спрашивали не потому, что непременно предполагали то или другое, как неразумные иудеи, так как грешить до рождения – невозможно, а терпеть наказание за родителей – несправедливо, – но цель этих слов была такая: расслабленный болел за свои грехи, как мы тогда узнали; что же Ты скажешь об этом: кто согреши, сей ли, или родителя его? Мы совершенно недоумеваем и не можем сказать ни того, ни другого.

Стих 3. Отвеща Иисус: ни сей согреши, ни родителя его[550] Не совершенно безгрешными называет их, но утверждает, что ни они, ни он не виновны в том, что он родился слепым. Отсюда также мы узнаем, что дети не наказываются за грехи родителей. Хотя в книге Исход (20, 5) написано о Боге: отдаяй грехи отец на чада до третияго и четвертаго рода…,[551] но это сказано было только относительно тех израильтян, которые будут служить идолам. Так как они подражали нечестию своих отцов, служивших идолам в Египте, то Бог по справедливости посылал на них такое же наказание: у кого равные преступления, у тех, конечно, равные и наказания. Но после, давая закон через Моисея, Бог сказал: да не умрут отцы за сыны, и сынове да не умрут за отцы (Втор. 24, 16). И через Иезекииля (18, 2-4) еще говорит: что вам притча сия на земли Израилеве, глаголющым: отцы ядоша терпкое, а зубом чад их оскомины быша; живу Аз, глаголет Адонаи Господь, аще будет еще глаголема притча сия,… зобавшаго пародки зубы оскоминны будут.[552]

Стих 3… Но да явятся дела Божия на нем.[553] Делами Божиими называет здесь воссоздание глаз слепому при помощи земли. Так как всеми было признаваемо за дело Божие создание из земли тела Адамова, то и Иисус Христос из земли воссоздает этому слепому глаза, прекраснейшую часть тела, чтобы было несомненно для всех, что Он Бог, как обладающий равным с Богом могуществом: воссоздавший таким образом прекраснейшую часть может создать и всего человека. Или – делами Божиими называет невидимую силу Своего Божества, которая тогда особенно открылась. Что же? Неужели иначе не могли явиться дела Божии, если бы человек этот не был наказан? Могли; но и он не был наказан, а скорее облагодетельствован, прозрев духовными очами, благодаря слепоте телесных. Какая польза от этих последних, если первые не видят? Мог Творец создать этого человека слепым не для наказания, а по премудрым планам Домостроительства, чтобы явились дела Божии и чтобы он таким образом прозрел душой. Некоторые говорят, что слово – да (ινα) употреблено здесь не для выражения причинной связи (цели), а просто для указания на то, что может случиться (следствия), именно, что явятся дела Божии на нем. Подобный же смысл имеет выражение: на суд Аз в мир сей приидох, да не видящии видят, и видящии слепи будут (Ин 9, 39), т.е. оно значит, что невидящие будут видеть, а видящие – ослепнут; но ведь не для того пришел Иисус Христос, чтобы видящие ослепли. И апостол Павел говорит: закон же привниде, да умножится прегрешение (Рим. 5, 20);[554] но не для этого пришел закон, а Апостол сказал только, что произойдет умножение прегрешений и многое другое. Это идиоматизм Писания.

Стих 4. Мне подобает делати дела Пославшаго Мя… Мне должно делать дела, свидетельствующие о том, что Я Сын Отца, что Я равен Богу; Мне должно открыть, что Я человеколюбец, чтобы люди, руководимые этими делами к вере в Меня, не погибли. После того как Я вочеловечился, невозможно спастись иначе, как только через веру в Меня.

Стих 4… Дондеже день есть[555] Пока существует настоящий век, пока продолжается эта жизнь, пока можно людям делать.

Стих 4… Приидет нощь, егда никтоже может делати[556] Придет будущий век, когда никто не может делать, т.е. уверовать в Меня. Настоящий век – время делания, а будущий – воздаяния. Что деланием Иисус Христос здесь называет веру, это видно из прежде сказанных Им слов: се есть дело Божие, да веруете в Того, Егоже посла Он (Ин. 6, 29). Настоящий век Иисус Христос назвал днем, потому что теперь можно делать, а будущий – ночью, потому что тогда нельзя будет делать. Апостол же Павел, наоборот, настоящий век назвал ночью вследствие заблуждения, незнания и мрака страстей, а будущий – днем вследствие отсутствия в нем всего этого. Он сказал: нощь убо прейде, а день приближися (Римл. 13, 12).

Стих 5. Егда в мире есмь, свет есмь миру[557] Одержимых мраком Мне должно просветить верой прежде, чем отойду из этого мира. В двенадцатой главе Иисус Христос говорит об этом пространнее. Что же? А когда Он на небе, то не светит миру? Светит; но теперь Он говорит о Своем пребывании на земле, побуждая, с одной стороны, – к вере, а с другой стороны – указывая на близость Своей смерти.

Стих 6. Сия рек, плюну на землю, и сотвори брение от плюновения, и помаза очи брением слепому.[558] Почему Он не помазал, взяв одной только земли? Потому что песок без какой-нибудь жидкости не намазывается. Зачем же Он не водой, а плюновением сделал грязь? Чтобы чудо было приписано именно плюновению.

Стих 7. И рече ему: иди, умыйся в купели Силоамсте[559] Повелевает умыться, показывая этим, что Он не нуждался в земле, но употребил ее для того только, чтобы показать, что Он и вначале создал тело Адама из земли. Посылает к купальне Силоамской, которая находилась далеко, чтобы обнаружилась через это вера и послушание слепого. Он не усомнился в том, что купель исцелит его, между тем как ежедневно купалось и мылось там много людей и никто никогда не получил там исцеления от какой-либо болезни.

Стих 7… Еже сказается послан.[560] Еврейское название это – Силоам, в переводе значит: послан, – и названа была эта купальня именно потому, как мне кажется, что теперь этот слепой был послан туда. Название купели указывало собой именно на это будущее событие.

Стих 7… Иде убо и умыся, и прииде видя.[561] Пошел нисколько не колеблясь, но беспрекословно повинуясь, хотя он мог бы сказать: «Что это значит? Может быть, Он не мог меня исцелить? Не насмехается ли Он надо мною и не напрасно ли послал? Часто я там мылся и ничего мне это не помогало», – или так: «Если брение меня исцелит, то зачем нужно омовение в указанной купели; а если эта последняя исцелит, то зачем нужно было брение?» Ничего такого слепой не сказал и не подумал, но поверил, что Иисус Христос сделал и повелел ему то, что послужит к его исцелению, послушался и пошел, и за такую веру он не обманулся в своей надежде.

Стихи 8-11. Соседи же и иже бяху видели его прежде, яко слеп бе, глаголаху: не сей ли есть седяй и просяй; Овии глаголаху, яко сей есть: инии же (глаголаху), яко подобен ему есть. Он (же) глаголаше, яко аз есмь. Глаголаху же ему: како ти отверзостеся очи; Отвеща он и рече: человек нарицаемый Иисус брение сотвори и помаза очи мои и рече ми: иди в купель Силоамлю и умыйся. Шед же и умывся, прозрех.[562] Что ты говоришь? Разве человек может сделать это? Слепой пока еще не знал, что Иисус Христос есть Бог. И не сказал: «Плюнул на землю», – потому что тогда он еще не видел, а брение сотвори, и помаза очи мои, потому что это он почувствовал и узнал от прикосновения. Но откуда слепой знал, что Его называли Иисусом? Без сомнения, он спросил тогда у присутствовавших. Может быть также и прежде он слышал о чудесах Его; поэтому-то он и немедленно повиновался, как было сказано.

Стих 12. Реша убо ему: Кто Той есть?…[563] Иудеи искали Иисуса Христа, так как Он уклонился от ярости их, и лишь только услышали об этом, стали расследовать, где Он.

Стих 12… Глагола: не вем.[564] Помазав брением и повелев слепому идти в купель, Иисус Христос тотчас ушел, избегая похвалы за чудо.

Стихи 13-14. Ведоша (же) его к фарисеом, иже бе иногда слеп. Бе же суббота, егда сотвори брение Иисус и отверзе ему очи.[565] Не найдя Иисуса Христа, ведут его, чтобы доказать, что нарушена суббота.

Стих 15. Паки же вопрошаху его и фарисее, како прозре (πως ανεωξε σου τους οφJαλμους). Он же рече им: брение положи мне на очи, и умыхся, и вижу.[566] Не спросили: «Как ты получил зрение», – но: «Как Он открыл тебе глаза», – подавая этим повод наклеветать на Иисуса Христа за дело, будто бы запрещенное в субботу; но он, обращаясь к тем, которые уже слышали об этом деле, сокращает рассказ.

Стих 16. Глаголаху убо от фарисей нецыи: несть Сей от Бога (разумеется – послан) Человек, яко субботу не хранит. Овии глаголаху: како может человек грешен сицева знамения творити; И распря бе в них.[567] Если не от Бога, то значит от дьявола, и следовательно, – человек грешный. Разделение было и тогда, и прежде, так как Иисус Христос сказал: не приидох воврещи мир, но меч (Мф. 10, 34);[568] но продолжалось оно недолго: по настоянию начальников опять все соединились.

Стих 17. Глаголаху (убо) слепцу паки: ты что глаголеши о Нем, яко отверзе очи твои?..[569] Это говорят не те, которые говорили: несть Сей от Бога, а те, которые отделились от них. Чтобы не показалось, что они защищают этого человека, они предоставляют разрешить недоумение ему самому, как испытавшему на себе силу Иисуса Христа.

Стих 17… Он же рече, яко пророк есть.[570] Пророками называли вообще Богом посланных мужей. Итак, он открыто говорит, что Иисус Христос – от Бога, и не боится гнева тех, которые говорили, что Он не от Бога. Это был человек отважный, правдивый, благомыслящий.

Стих 18. Не яша убо веры Иудее о нем, яко слеп бе и прозре[571] – которые говорили, что: несть Сей от Бога. Но, о безумные! Если правда, что он будучи слепым прозрел, то как же вы порицали Иисуса Христа за то, что Он исцелил его в субботу?

Стихи 18-19… Дондеже возгласиша родителя того прозревшаго и вопросиша я, глаголюще: сей ли есть сын ваю, егоже вы глаголете, яко слеп родися?[572] Обрати внимание на лукавство их. Они спрашивают строго, желая запугать родителей, чтобы отречение их бросило тень на самое чудо: егоже вы глаголете, яко слеп родися, т.е. говоря неправду, коварно притворяясь, желая доставить славу Иисусу Христу.

Стих 19… Како убо ныне видит?[573] Если он родился слепым?

Стихи 20-21. Отвещаста (же) им родителя его и реста: вемы, яко сей есть сын наю и яко слеп родися: како же ныне видит, не вемы, или кто отверзе ему очи, мы не вемы[574] Так как им предложили три вопроса: их ли это сын, родился ли он слепым и каким образом он теперь видит, то на первые два они ответили утвердительно, а относительно того, каким образом он теперь видит, сказали, что они не знают, боясь иудеев, как это сейчас будет видно.

Стих 21… Сам возраст имать, самого вопросите, сам о себе да глаголет.[575] Поставив себя вне опасности, они направляют вопрос к исцеленному, как более их достоверному при таком расследовании.

Стих 22. Сия рекоста родителя его, яко боястася Жидов: уже бо бяху сложилися Жидове, да, аще кто Его исповесть Христа, отлучен от сонмища будет.[576] Сложилися, т.е. сговорились, условились.

Стих 23. Сего ради родителя его рекоста, яко возраст имать, самого вопросите.[577] Опять евангелист повторяет то же самое, подтверждая этим, что родители из робости и боязни быть отлученными от синагоги сказали, что не знают, и таким образом всю тяжесть этой борьбы возложили на сына.

Стих 24. Возгласиша же вторицею человека, иже бе слеп, и реша ему: даждь славу Богу[578] Воздай славу Богу, потому что ты исцелен Им, а не Иисусом Христом.

Стих 24… Мы вемы, яко Человек Сей грешен есть.[579] Когда Его нет, вы, нечестивцы, говорите так; а когда Он был и недавно спрашивал вас: кто от вас обличает Мя о гресе (Ин. 8, 46), то вы не могли ничего сказать, потому что истина заставила вас замолчать.

Стих 25. Отвеща убо он и рече: аще грешен есть, не вем: едино вем, яко слеп бех, ныне же вижу.[580] Слова: аще грешен есть, не вем – он сказал не потому, чтобы сомневался, но потому, что этим видом как бы хотел отвергнуть такую клевету сомневающегося. Дальше он яснее показывает это, говоря: вемы же, яко грешники Бог не послушает (ст. 31).

Стих 26. Реша же ему паки: что сотвори тебе; како отверзе очи твои?[581], Опровегнутые на всех пунктах и не достигнув ничего, они опять возвращаются к первому вопросу. Поэтому исцеленный, обличая их, отвечает без боязни, совершенно свободно.

Стих 27. Отвеща им: рекох вам уже, и не слышасте[582] – вы не поверили.

Стих 27… Что паки хощете слышати[583] Для чего вы опять желаете слышать?

Стих 27… Еда и вы ученицы Его хощете быти.[584] Словами: еда и вы…, показал, что сам он уже ученик, и смело заявил об этом, не боясь ярости их. Насколько сильна истина, делающая мужественными всех, которые избрали ее, хотя бы они были слишком боязливы, настолько же, наоборот, бессильна ложь, делающая робкими даже тех, которые были мужественными.

Стих 28. Они же укориша его и реша (ему): ты ученик еси Того, мы же Моисеовы есмы ученицы.[585] Но даже и не Моисеевы: если бы вы были учениками Моисея, то были бы учениками и Иисуса Христа. Аще бо бысте веровали Моисеови, сказал Иисус Христос, веровали бысте (убо и) Мне (Ин. 5, 46).

Стих 29. Мы вемы, яко Моисеови глагола Бог, Сего же не вемы, откуду есть…,[586] откуда Он послан; но в различных местах Он говорил вам, кто свидетельствует о Нем именно – Иоанн, дела, которые Он творит, и Отец Его – Бог. Притом же, о Моисее вы слышите только, но не видите, а о делах Его вы не только слышите, но и видите их; а вы знаете, что глазам больше нужно верить, чем ушам.

Стих 30. Отвеща человек и рече им: о сем бо дивно есть, яко вы не весте, откуду есть, и отверзе очи мои.[587] Это и удивительно, что будучи для вас неизвестным и не пользуясь славой, Он открыл мне глаза и совершил такое чудо. Если бы Он был известен вам и знаменит, это не настолько было бы удивительно. Вероятно, Он какой-то великий человек, хотя вы и не знаете, откуда Он.

Стих 31. Вемы же, яко грешники Бог не послушает, но аще кто Богочтец есть и волю Его творит, того послушает.[588] Обрати внимание на его сообразительность: как прекрасно он доказывает и усиливает свою речь. Без сомнения, у него просвещены были не только внешние глаза, но и внутренние. Когда иудеи выше сказали: мы вемы, яко Человек Сей грешен есть (ст. 24), тогда он в форме, выражающей как бы некоторого рода сомнение, отверг их слова; а теперь, набравшись смелости, доказывает, что Он не только не грешник, но даже почитает Бога и исполняет волю Божию. Он все еще смотрел на Иисуса Христа, как на человека, как мы выше сказали. Грешники Бог не послушает, т.е. для совершения таких чудес.

Стихи 32-33. От века несть слышано, яко кто отверзе очи слепу рождену. Аще не бы был Сей от Бога, не могл бы творити ничесоже…,[589] ничего такого. Ослепшему некоторые другие открывали глаза, но слепорожденному никто, никогда. Величие чуда показывает, что совершитель его есть какое-то Божественное Лицо. Кто совершает чудо больше всех тех чудес, какие совершаются людьми, Тот Сам больше всех людей.

Стих 34. Отвещаша и реша ему: во гресех ты родился еси весь, и ты ли ны учиши?…[590] Они не вынесли очевидного изобличения и блистательной победы противника, но когда все лукавство их было обращено на их же голову, в негодовании говорят: во гресех ты родился еси весь, т.е. грешник ты от начала, с первого момента своего существования. Они безрассудно полагали, что человек родился слепым за какие-то грехи, чем ясно показывает, что он грешник. Но если бы даже он был и грешник, однако следовало бы согласиться с его словами, если они были справедливы: что же нелепого он сказал?

Стих 34… И изгнаша его вон. Отлучили от синагоги этого проповедника истины, как ученика Иисуса Христа. Так как они не могли унизить чуда, а напротив, своим тщательным расследованием еще более разгласили о нем, то теперь обращают весь свой гнев на исцеленного.

Стих 35. Услыша Иисус, яко изгнаша его вон, и обрет его, рече ему: ты веруеши ли в Сына Божия?[591] Приходит, чтобы еще больше облагодетельствовать того, который был отлучен ради Него, и дарует ему самое высшее благо – узнать Его и сделаться истинным учеником Его. Сказал: ты, в отличие от тех, которые не веровали.

Стих 36. Отвеща он и рече: и кто есть, Господи, да верую в Него?[592] Воодушевился этот человек, как готовый уверовать, и хочет узнать, кто этот Сын Божий? Он еще не знал, Кто говорит с ним теперь.

Стих 37. Рече же ему Иисус: и видел еси Его, и глаголяй с тобою Той есть.[593] Видел еси Его не прежде, но теперь. И не сказал Иисус Христос: «Я Тот, Который открыл тебе глаза». Он желал показать готовность уверовать этого человека, как для пользы присутствовавших, так и посрамления тех, которые много слушали Его учение и видели много чудес, однако не уверовали еще. Услышав только слова: и глаголяй с тобою Той есть, – он тотчас уверовал, слова Иисуса Христа тотчас же тронули его душу, и, найдя ее доброй, подвинули к познанию и вере. Смотри:

Стих 38. Он же рече: верую, Господи. И поклонися Ему.[594] Поклонился и этим подтвердил, что уверовал.

Стих 39. И рече Иисус: на суд Аз в мир сей приидох, да невидящии видят, и видящии слепи будут.[595] Выше (Ин. З, 17) Иисус Христос сказал: не посла бо Бог Сына Своего в мир, да судит мирови; но здесь под судом Он разумеет осуждение: «Для осуждения некоторых, – говорит Он, – Я вочеловечился». И поясняя эти Свои слова, Он прибавляет: да не видящии…, т.е. чтобы те, которые кажутся слепыми по уму, вследствие незнания Писаний, увидели свет истины, так как вера в Меня откроет их духовные глаза, – с другой стороны, чтобы те, которые считаются видящими, как знающие Писания, оказались невидящими, так как неверие закроет им внутренние их глаза. И здесь слово: да (ινα) нужно понимать не в смысле причины, так как Иисус Христос не для того пришел, да видящии слепи будут, но в смысле указания на то, что произойдет, именно – что не видящие смогут увидеть, а видящие ослепнуть, – как и выше об этом уже сказано было. Или: на суд Аз в мир сей приидох.., сказано вместо: для различения, для разделения одних от других.., чтобы стало очевидным для всех прозрение одних вследствие доброй воли и ослепление других вследствие злой.

Стих 40. И слышаша от фарисей сия сущии с ним и реша Ему:…,[596] т.е. те, которые иногда были с Ним, а иногда отставали, или же здесь разумеются просто те, которые случились в то время. Некоторые из фарисеев следовали за Иисусом Христом для того, чтобы смотреть и слушать, что Он делает и говорит.

Стих 40… Еда и мы слепи есмы?[597] Подобно тому как прежде они говорил: никомуже работахом николиже (Ин. 8, 33), и: мы от любодеяния несмы рождени (8, 41), так и теперь они обращали внимание на одно только чувственное и стыдились телесной слепоты. Поэтому и теперь спрашивают о ней, зная, что речь направлена к ним.

Стих 41. Рече им Иисус: аще бысте слепи были, не бысте имели греха[598] именно – неверия; вы могли бы сказать в свою защиту, что не видели чудес.

Стих 41… Ныне же глаголете, яко видим[599] Вы говорите это, но не Я. Если бы вы видели, то поверили бы тем чудесам, которые Я совершаю перед вами. Только вам так кажется, что вы видите, а на самом деле вы не видите, будучи ослеплены умом. Ум видит и ум слышит, а все остальное слепо и глухо, говорит пословица.

Стих 41… грех убо ваш пребывает,[600] остается без прощения, потому что, говоря, что видите, и не видя, вы самовольно ослепляете себя завистью и лукавством. Таким образом Иисус Христос показал, что телесное зрение, которым фарисеи так гордятся, само осуждает их. Вместе с тем Он утешал этим прозревшего слепца и еще более укрепил в нем веру. Но чтобы иудеи не сказали: «Не потому мы не верим в Тебя, что не видим, а потому, что Ты обольщаешь народ», – Иисус Христос показывает в притче, что Он не обольститель, а Пастырь. Сначала Он излагает признаки обольстителя и губителя, а затем Пастыря и Спасителя, чтобы по ним можно было узнать, обольститель ли Он, или истинный Пастырь.

 

Глава 10

Стих 1. Аминь, аминь глаголю вам: не входяй дверьми во двор овчий, но прелазя инуде, той тать есть и разбойник.[601] Под дверью в переносном смысле мы разумеем здесь закон, или вообще Священное Писание, потому что оно приводило людей к Богопознанию, отнимало у еретиков и язычников возможность ходить по пути благочестия и охраняло народ от наветов диавола, – под двором разумеем заботу и попечение об овцах, а под овцами – израильтян, народ Божий: мы, говорит Давид, людие пажити Его, и овцы руки Его (Пс. 94, 7).[602] Значит, кто принимает на себя попечение о народе Божием не по Писанию, т.е. кто не пользуется им, управляет не согласно с ним, но приходит иначе, как бы перескакивает через эту дверь, или проламывает себе другой вход, тот не пастырь, а вор и разбойник: вор – потому, что хочет присвоить себе то, что не принадлежит ему, а разбойник – потому, что хочет погубить. Такого рода ворами и разбойниками были до пришествия Иисуса Христа – Иуда и Февда, а после – лжемессии, антихрист и все другие обольстители. Относится эта речь также к книжникам и фарисеям, которые, учаще учением, заповедем человеческим (Мф. 15, 9), нарушали закон. Видишь, как Иисус Христос изобразил вора, разбойника и обольстителя? Обрати же внимание и на признаки Пастыря.

Стих 2. А входяй дверьми пастырь есть овцам. Таков и Сам Иисус Христос, потому что Он пользовался Писаниями и действовал согласно с ними. Если же Он и совершал дела в субботу, то это были дела Божии, а закон запрещал только дела человеческие, или житейские.

Стих 3. Сему дверник отверзает[603] Привратником, в переносном смысле, был Моисей, которому Бог вверил закон. Моисей открывает дверь Иисусу Христу, как истинному Пастырю, и допускает Его к заботе об овцах, потому что знает Его. Он написал: Того послушайте (Втор. 18, 15).

Стих 3… И овцы глас его слышат… Слушают, повинуются и следуют, потому что знают этот голос. Здесь под овцами разумеются только истинные овцы, достойные того, чтобы их пасти. Подобно тому как тот, кто входит через дверь, есть пастырь, так и те, которые слушаются голоса этого пастыря, суть овцы; все же другие этим самым отделились от стада овец.

Стих 3… И своя овцы глашает по имени[604] Это также черта пастыря, указывающая на усердную заботу его о каждой овце. Он не называл бы овец по имени, если бы, вследствие усердной заботы о них, не знал каждой отдельно.

Стих 3… И изгонит их[605] – на пастбище; а пастбище для разумных овец есть изучение Слова Божия, питающее их душу.

Стих 4. И егда своя овцы, ижденет, пред ними ходит…,[606] ведя их по прямому пути и охраняя их. Правда, пастухи делают наоборот: они идут позади овец своих; но этот Пастырь употребляет необыкновенный способ, потому что и овцы у Него разумные. Равным образом, когда этот Пастырь посылал учеников Своих, то говорил им: се, Аз посылаю вас яко овцы посреде волков (Мф. 10, 16), между тем как пастухи гонят овец туда, где нет волков. Ходит же Он впереди овец Своих, как потому, что первый проложил путь жизни, так и потому, что исполнил то, чему учил других.

Стих 4… И овцы по нем идут…, следуя по стопам Пастыря, идя по тому же самому пути и повинуясь Его законам.

Стих 4… Яко ведят глас его…, к которому они привыкли, слыша его в словах знакомого им Священного Писания.

Стих 5. По чуждем же не идут, но бежат от него, яко не знают чуждаго гласа.[607] Чужие – это те, которые входят не через дверь; и овцы не слушают голоса их, потому, что он отличен от того, который они обыкновенно слышат в Священном Писании, потому что голос этот исходит из собственного чрева их.

Стих 6. Сию притчу рече им Иисус: они же не разумеша, что бяше, яже глаголаше им.[608] Говорил Иисус Христос неясно, желая возбудить внимание в слушателях. Затем и в другом отношении Он называет Себя дверью и пастырем.

Стих 7. Рече же паки им Иисус: аминь, аминь глаголю вам, яко Аз есмь дверь овцам…,[609] дверь, через которую овцы входят в горние обители. Иначе никто не войдет туда, как только через Иисуса Христа, через веру в Него и через Его учение.

Стих 8. Вси, елико (их) прииде прежде Мене, татие суть и разбойницы[610] все, сколько их ни приходило от самих себя, не через вышеуказанную дверь, как Иуда, Февда и тому подобные. А пророки приходили не от самих себя, но были посылаемы Богом, и они входили не другим каким-либо местом, а через дверь. Следует иметь в виду, что Священное Писание часто общие понятия употребляет для выражения только частной мысли. Так и слово вси (παντες) означает здесь не просто всех тех, которые приходили прежде Иисуса Христа. Подобные же изречения есть и у Давида: вси уклонишася, вкупе неключими быша (Пс. 13, 3), но не таковы были истинные почитатели Божии того времени; – у Соломона: всяческая суета (Ек. 1, 2), но не такова добродетель. Есть и такие изречения, где всякий (πας) значит – никакой (ουδεις); таково, например, изречение Спасителя: и аще не быша прекратилися дние оны, не бы убо спаслася всяка плоть (Мф. 24, 22), т.е. никакая плоть; таково изречение Давида: и да не обладает мною всякое беззаконие (Пс. 118, 133), т.е. никакое, и многое другое.

Стих 8… Но не послушаша их овцы…, истинные овцы. И отсюда ясно, что Иисус Христос не включал в число вышеупомянутых всех также и пророков, потому что их послушали овцы.

Стих 9. Аз есмь дверь… Повторением этого слова Иисус Христос усиливает Свою речь.

Стих 9… Мною аще кто внидет, спасется[611] Если кто будет ходить по заповедям Моим – спасется, потому что он войдет в горние обители.

Стих 9… И внидет и изыдет[612] во всякое место вселенной, – что случилось с апостолами.

Стих 9… И пажить обрящет[613] не только для души, но и для тела, так как пред апостолами всегда было открыто все, что только имели верующие.

Стих 10. Тать не приходит, разве да украдет и убиет и погубит.[614] Вор приходит не для блага овец, но разве только для того, чтобы украсть, убить или погубить их. И действительно, те, которые были украдены Февдой и Иудой, были убиты: они тотчас же погибли (Дьявол крадет, когда овладевает душой человека настолько, что направляет ее к самому себе и подчиняет ее своей воле, – он убивает, когда отнимает у человека волю и уничтожает добродетельную жизнь, – он губит, когда помрачает в человеке память о Боге, чтобы он уже не мог вспоминать о будущем суде).

Стих 10… Аз приидох, да живот имут и лишше имут.[615]</